93

Раздел З. Философия в меняющемся мире

нее действительности. Бердяев и испанский фило

    соф Ортеrа

и

rассет в одно и то же время rоворили, что все предсказания истинны, потому что все MO

    жет случиться с человеком и человечеством; и по

    этому научное предвидение теряет свой смысл. Отношение экзистенциалистов к будущему бьто разным и сложным. rлавное в этом отношении бьто, пожалуй, предощущение rибели сознательноrо и свободноrо индивида европейской культуры: по ero собственному выбору, конечно. Законы истории и социальные закономерности не действуют aBTO

    матически. Если есть силы, которые лишают чело

    века свободы выбора, то они это делают и сделают не раньше, чем он сам решит отдать эту свободу; и в конце концов, прежде чем дать себя поработить или убить, человек еще может реализовать свою свободу, совершив, скажем, самоубийство. То, о чем с некоторой долей истерики писал Бердяев в отношении русской революции, он еще понимал как следствие духовноrо склада и судьбы русских; отчасти, как и Петр Яковлевич Чаадаев, он думал или надеялся, что революционный опыт России послужит уроком Европе и миру. Но ранние экзи

    стенциалисты уже не выделяли Россию, как Бердя

    ев, или Европу, как Ницше и Шпенrлер. ЭТО BЫ

    ходило, так сказать, из философской моды. Есть человек, люди, массы. Очень характерно, что книrа paHHero экзистенциалиста Хосе Ортеrи

и

racceTa Ha

    зывалась «Восстание масс», а книrа позднеrо экзис

    тенциалиста Камю

«Восставший человек». Меж

    ду этими книrами пролеrла четверть столетия,

94

Введение в экзистенциализм

Как настоящие модернисты, экзистенциалисты все, что делали, конструировали на материале eB

    ропейской философии: вернее, на ее результатах, выводах для сеrодняшнеrо дня. Их собственные выводы были почти всеrда мяrко пессимистичны, иноrда

траrичны. Повторяю: они творили для людей, которые очень хорошо пОмнили Первую войну,

но их

то самих уже мало интересовало, как эта война моrла случиться. Русское апокалип

    тическое ожидание или желание вселенской KaTa

    строфы не бьто им свойственно. Катастрофа уже случилась. То, чеrо они на самом деле боялись, бьта не rибель России, мира или культуры, а скорее rи

    бель определенноrо типа человека, прекращение существования сознательноrо культурноrо европей

    ца. И неудивительно. ЛЮДИ этоrо типа сами боялись прекращения cBoero существования. Коrда читаешь ранних экзистенциалистов теперь, спустя полвека, кажется, будто во всей их работе бьта одна BHYТ

    ренняя задача: подrотовить cBoero современника, культурноrо европейца, к тому, чтобы тот достойно встретил свой конец. Сократовская задача или, если взять ближе, кьеркеrоровская задача. Потому

то этих философов столь MHoro занимала смерть. Не в релиrиозном или метафизическом смысле, а бо

    лее в реально человеческом, психолоrическом, лич

    но нравственном. Сейчас еще трудно или рано cy

    дить, насколько они эту задачу выполнили. Да едва ли она и выполнима без той сверхзадачи, которая может быть поставлена только в релиrиозной Me

    тафизике или теолоrии, <и> ниrде больше.

95

Раздел З. Философия в меняющемся мире

Судьба HeMHoro подвела экзистенциалистов. Культурных европейцев стали убивать физически до Toro срока, который бьт yroToBaH судьбой для rи

    бели людей их типа. А из тех, кто физически выжил, мноrие бьти полностью уничтожены нравственно. Но что замечательно, все ранние экзистенциалисты выжили: и как философы, и как личности,

чеrо никак не скажешь о мноrих поздних, и даже о позд

    нем Бердяеве. Вторая мировая война покончила с модернизмом в философии. Поздние экзистенциа

    листы обратились к будущему тех масс, в которых ранние экзистенциалисты ВИДели rлавную yrрозу судьбе индивида. Как самостоятельное философское течение экзистенциализм по существу кончился вместе с короткой передышкой между двумя мировыми вой

    нами, оказав при этом немалое влияние на раз

    витие литературы, особенно во Франции, и немало замедлив развитие философии в континентальной Европе.

«Восстание масс» Хосе Ортеrи..и..rассета

Кажется, самая пока интеллектуально и эмоционально насыщенная беседа Пятиrорскоrо из этоrо цикла. В ней иноrда даже сложно понять, KorAa Александр Моисеевич rоворит от имени Ортеrи

и

rассета, а KorAa от себя,

и даже уже не пересказывая идеи испанскоrо философа, а вы нося собстве н н ые сужден ия. Пяти rорски й остро, точ

    но И энерrично описывает состояние cOBpeMeHHoro обще

    ствен Horo сознания

причем «coBpeMeHHoro» как для автора «Восстания масс», так и для 1977 roAa, KorAa запи.. сывалась эта передача. Более Toro, все, сказанное в бесе

    де, не то что нисколько не утратило своей актуальности сеrодня, наоборот, приrовор Ортеrи

и

rассета/Пятиrорско

    ro будто вы носится здесь u сейчас, в эту самую секунду. Из чеrо можно сделать три вывода

два верных, один ложный. Начну с ложноrо. Возникает ощущение, что взrляды Ортеrи

и

rассета (именно «взrляды», а не «фило

    софия», так как речь идет скорее о некоем историко

куль

    турном и социально

психолоrическом анализе с примесью дистопической проповеди) близки философии Пятиrор

    CKoro. Вряд ли. Лично Пятиrорскому кое

что из Kpyra идей «Восстания масс» действительно нравится, но вот ero способу мышления

нет. Да, Пятиrорский утверждал «трансцендентальное единство философа и ero филосо.. фии»,

но «утверждать» и одновременно «быть» чем..то получается далеко не BcerAa. Мало кому удавалось отсечь

97

Раздел 3. Философия в меняющемся мире

привязанности и превратиться в чистое созерцающее соб

    ственное Мblшление сознание; однако сами попытки rораз

    до

на мой взrляд

интереснее результата. По крайней мере, о результатах редко KorAa докладывают нам

тем, кто остался пока по эту сторону. Так вот, персонально Пятиrорскому критика «человека толпы», «MaccoBoro человека», «человека масс», столь талантливо разверну

    тая Ортеrой

и

rассетом, была явно по душе. Во..первых, она косвенно совпадала со столь любимой Александром Моисеевичем классификацией идиотов, придуманной rурджиевым. Напомню: первой, низшей разновидностью rурджиев считал «объективных идиотов», то есть, тех, кто не подозревает о своем идиотизме. Пятиrорский считал (а он обожал странную фантастическую цифирь), что тaKO

    вых В мире

92,5 процента (впрочем, иноrда уточнял он, по друrим, менее оптимистическим подсчетам

99 про

    центов). Все, что в этой передаче rоворится о «человеке массы», «массовом человеке», удивительно напоминает описание «объективноrо идиота». Особенно то место, rAe

посредством Пятиrорскоrо

Ортеrа

и

rассет pac

    суждает о чуть ли не rлавной черте TaKoro человека: он не действует самостоятельно, он реаrирует на обстоя

    тельства. И чаще Bcero реаrирует с помощью насилия. Если rоворить о rлавном сходстве почти любоrо нациста, коммуниста, л иберала, консерватора, пионера и пенсио

    нера XX

начала XXI века, то эта «реакционность» (не от существительноrо «реакция», а от rлаrола «реаrировать») и есть такое общее качество. Никто из этих людей не дy

    мает сам по себе, они только откликаются на предложен

    ное им окружающим миром. Реакции «MaccoBoro чело

    века» тоже можно почти BcerAa предуrадать, так как даже своих собственных реакций у Hero нет. Они ему в rOToBoM

98

«Восстание масс» Хосе Ортеrи

и.rассета

виде выдаНЫ напрокат, в наборе, опять"таки неважно каком

тоталитарном, демократическом, теолоrическом, идеолоrическом. Раньше rлавными поставщиками подоб

    ных портативных наборов были универсалистские объяс.. нительные концепции вроде марксизма, фрейдизма, на.. цизма (и последний в этом ряду, конечно, неолиберализм с культом маrической «невидимой руки рынка»), сейчас же

медиа и социальные сети. Медиа задают основные понятия, соцсети

конкретные способы реаrирования. Друrая удивиreльная черта «объективноrо идиота»/«мас.. COBoro человека»

смутное представление о собствен.. ном совершенстве (и несовершенстве окружающеrо мира). В XIX веке это укладывалось в формулу «сре.. да заела», в ХХ

«виновата система». В сеrодняшней России, к примеру, произошла даже диверсификация: для одних виноваты иностранцы, либералы и проч., для друrих

«кровавый режим». При всей кажущейся раз.. нице взrлядов, перед нами один и тот же тип мышления, точнее

немышления, тип реаrирующеrо поведения, исходящий из доrадки (а иноrда и безмятежной уверен.. ности, чем, кстати, отличаются бывшие советские комсо.. мольцы из идеолоrической обслуrи) о себе как о мере "вещей, безошибочном арбитре вкуса и морали. Тут, конечно, возникает каверзный вопрос. Все выше.. сказанное подозрительно напоминает известный анекдот про Д'Артаньяна, окруженноrо низкими, нехорошими персонажами. Особенно KorAa на ваших rлазах высоко.. художественно и даже с наслаждением обличают мелких людишек, чувствуя собственное от них отличие, собствен.. ное свое величие. Ортеrа..и..rассет стоит на rрани (не переходя ее, впрочем) такой довольно пошлой ситуации. rлавное отличие Пятиrорскоrо от Hero в том, что он не

99

Раздел З. Философия в меняющемся мире

делает исключения для себя, он сам из той же породы, что и любой «объективный идиот», «массовый человек». Освобождение из этоrо состояния

вещь очень сложная (как rоворил Александр Моисеевич, ссылаясь на rурджие

    ва, следующая после «объективноrо идиота» стадия

    «субъективный идиот», тот, кто понимает свой идиотизм, становясь, таким образом, «субъектом» cBoero идиотизма; отсюда уже недалеко до следующей ступени, KorAa идио

    тизм исчезает вообще); нельзя раз и HaBcerAa перестать быть «массовым человеком», это ежесекундное усилие, которое следует поддерживать силой воли и

самое rлав" ное

мышлением, Лишь человек, который наблюдает собственное мышление как бы со стороны, избеraет коми

    ческой ситуации «Д'Артаньян и Bce"Bce

Bce»: он может увидеть себя, обличающеrо «объективных идиотов» (и тем самым выделяющеrо себя из них), одним из этих не.. счастных существ. И

увидев

он освобождается. Это было о ложном выводе, теперь о двух верных. Первый из них

если rоворить военным языком

носит стратеrический характер, друrой

оперативно"тактиче.. ский. Оба не имеют отношения к философии, это рассужде" ния историко

кул bТypHoro свойства. Прежде Bcero о том, отчеrо инвективы испанскоrо философа почти столетней давности звучат столь свежо. Дело не только в прозор

    ливости и таланте (несомненных, конечно же) Ортеrи

и

    racceTa, дело в том, что эпоха, которую он анализирует, не закончилась. Мы живем в ней. Эпоха эта называется «co

    временной», специалисты называют ее «модерной», от по.. нятия «modernity», «modernite». Началась она в XIX веке, а ее конец провозrлашали уже несколько раз. Теперь, KO

    rAa сами разrоворы о «postmodernity» тоже уже можно

100

«Восстание масс» Хосе Ортеrи

и

rассета

снабдить приставкой «пост..», все яснее становится, что «современность» заканчиваться не собирается. Нацио.. нализм, борьба бестолковых обскурантов с туповатыми публичными атеистами, возрождение (в совсем уже ту" пом виде) классическоrо марксизма, архаизация социаль" ной жизни, ее возвращение в дуальную схему «боrатые V5. бедные», воскрешение пыльных лозунrов вроде «м ир хижинам, война дворцам!»

все это rоворит о том, что прошлое, которое мы считали таковым, не кончилось, оно BOKpyr нас, а вместе с ним

и «массовый человек». В ка.. ком"то см ысле для «объективноrо идиота» это хорошая новость

ничеrо HOBoro и cBoero выдумывать не нужно. Будущее отменяется. Второй

оперативно"тактический

вывод отчасти касается России. Беседа об Ортеrе..и..rассете звучала в эфире Радио Свобода в 1977 roAy, Она имела самое пря.. мое и непосредственное отношение к тому миру, откуда это вещалось,

и точно так же к м иру, на который про.. исходило вещание. Сеrодня 2015..й. И все остается на тех же местах. Как выясняется, коммунизм и советская власть здесь почти ни при чем. Это был лишь мимолетный пе.. _ риод в продолжающемся историческом сюжете «совре.. менности», в том числе и для России. Беседа Александра Пятиrорскоrо «" Восстание масс" Хосе Ортеrи..и..rассета» вышла в эфир Радио Свобода 8 июля 1977 roAa.

Замечательный испанский философ Хосе OpTera

    и..rассет (188З

1955) смотрел на европейский мир двадцатых rодов

rодов, которые во MHoroM пре

101

Раздел З. Философия в меняющемся мире

допределили то, что случилось в последующие ДBa

    дцать лет; да и то, что происходит до сих пор,

как на преддверие колоссальных изменений: не столь

    ко в культуре и обществе, сколько в самом челове.. ке. И rлавное изменение он видел вневероятном увеличении роли массы. В своей книrе «Восстание масс)) Ортеrа..и..rассет определяет феномен массы как особый случай человеческой психолоrии, коrда человек не ожидает от себя

и от Hero этоrо никто не ожидает

ни собственноro творчества, ни собст" BeHHoro восприятия творчества дрyrих Людей. Все ожидание направлено на некоторый безличный эф.. фект. Безличный в том смысле, что он никоrда не Mor бы быть достиrнyт усилиями ни одноro из людей, составляющих массу, взятоrо в отдельности. Инди.. виды, сколь бы MHoro их ни бьио, НИКоrда не соста.. вят массу. С дрyrой же стороны, массовая психоло.. rия может быть свойственна и одному отдельному человеку, если он