Учитывая силу дезорганизованной привязанности последователя культа к группе, можно сказать, что уход из секты становится для него сложнейшим испытанием. И дело даже не во взвешивании плюсов и минусов, эмоциональных и материальных затрат и выгод от участия в группе и ухода из нее^{51}, а в том, способен ли человек вообще думать о таком выборе. С точки зрения привязанности (или травмы) подобное рациональное и оценочное суждение невозможно, так как оно блокируется путем разделения эмоциональных и когнитивных процессов[506]. Грейс, бывший член «Замысла Ньюмена», описывала это так: «Тебе и правда кажется, что без группы ты умрешь, поэтому ты даже думать об этом не можешь толком».

Таким образом, для понимания процесса ухода из группы важно выяснить, как людям удается преодолеть этот блок, мешающий им размышлять о чувствах, которые они испытывают по отношению к группе, и как им удается вновь наладить мыслительный процесс, необходимый для принятия этого решения. (Правда, некоторым так и не удается обойти этот блок — или удается, но гораздо позже, — однако они все равно покидают группу по другим причинам, которые мы разберем далее.) Эмоциональным препятствием для такой реинтеграции оказывается изоляция последователя от доверительных отношений и его непрекращающееся состояние страха. Поэтому группа (или ее идеи) — единственная доступная ему «тихая гавань». Роль когнитивного препятствия играет развившаяся из-за страха диссоциация мыслящей части чувствующего мозга — человек не способен даже задуматься о проблеме. Диссоциация идет рука об руку с когнитивной изоляцией, то есть изоляцией от других источников информации.