Милева получила деньги от Нобелевской премии в 1922 году. 121 572 шведских кроны. Огромная сумма.

Она инвестировала часть. Купила облигации. Положила на банковский счет. Рассчитывала жить на проценты.

Первые годы получалось. Денег хватало. На жизнь. На лечение. На все.

Но потом началась Великая депрессия. 1929 год. Биржевой крах. Банки разорялись. Облигации обесценивались.

Милева потеряла часть капитала. Значительную часть.

Оставшихся денег должно было хватить. Если экономить. Если жить скромно.

Но началась болезнь Эдуарда. Клиника стоила дорого. Очень дорого.

Милева платила. Каждый месяц. Несколько сотен франков. Год за годом.

Счет в банке таял. К 1940 году осталась половина. К 1945 – четверть.

Милева писала Альберту. Просила помощи.

“Деньги от премии заканчиваются. Лечение Эдуарда стоит дорого. Не могу одна справляться. Помоги”.

Альберт отвечал:

“Я плачу алименты. Регулярно. Этого должно хватать. Больше дать не могу”.

Милева хотела кричать. Алименты! Сто франков в месяц! На что их хватает? На еду? На квартиру? А лечение кто оплачивает?

Но кричать было не на кого. Альберт далеко. В Америке. С 1933 года он там. Сбежал от нацистов. Получил работу в Принстоне. Живет комфортно.

А она здесь. В Европе. В войне. В разрухе. С больным сыном. Одна.

К 1948 году деньги кончились совсем. Милева продала последние облигации. Осталось только на несколько месяцев.

Она написала Альберту последнее письмо.

“Денег нет. Совсем. Не могу больше платить за клинику. Что мне делать? Забрать Эдуарда домой? Он опасен. Может навредить себе. Или мне. Помоги. Пожалуйста”.

Альберт не успел ответить. Милева умерла. 4 августа 1948 года. Инсульт. Ей было всего 73 года.

Последние годы жизни она провела в нищете. В маленькой комнате. Почти без мебели. Питалась хлебом и чаем.

Все деньги ушли на Эдуарда. До последнего гроша.

А Альберт? Альберт узнал о ее смерти из газет. Не приехал на похороны. Прислал телеграмму соболезнования Гансу Альберту.

И продолжил платить за клинику Эдуарда. Теперь уже напрямую. Потому что Милевы не было.

Платил до 1965 года. До смерти Эдуарда. Двадцать пять лет сын провел в клинике после смерти матери.

Один. Без посетителей. Альберт так и не приехал ни разу. За тридцать пять лет болезни. Ни разу не навестил сына.

Присылал деньги. Это да. Исправно. Каждый месяц.

Но деньги – это не любовь. Не поддержка. Не участие.

Это просто выполнение обязательств. Холодное. Формальное. Бездушное.

Эдуард умер в 1965 году. В той же клинике Бургхёльцли. В маленькой комнате. В одиночестве.

Его похоронили рядом с матерью. На кладбище в Цюрихе. Две могилы. Мать и сын. Оба забытые. Оба преданные.

Альберт умер в 1955 году. За десять лет до Эдуарда. В Принстоне. В Америке. Окруженный почитателями.

Великий ученый. Гениальный физик. Борец за мир.

И отец, который бросил больного сына. Не навестил ни разу. Просто платил деньги и забыл.

Такой вот гуманист.