Имя Уильяма Маршала, графа Пемброка, вписано в историю рыцарства золотыми буквами. Выдающийся государственный деятель Великобритании 1-й половины XX века, Уинстон Спенсер Черчилль, в своей интереснейшей книге «История англоязычных народов», совершенно справедливо называет Маршала «звездой европейского рыцарства». Легендарного британского рыцаря, подобно его французскому собрату по мечу, Баярду дю Террайлю, с полным на то основанием можно также именовать «рыцарем без страха и упрека».
Воинская слава Уильяма Маршала действительно прогремела на всю Европу. Он совершил множество удивительных подвигов на полях сражений. Равных ему по силе, ловкости и отваге не нашлось и на ристалище — Маршал одержал победу более чем в 500 турнирных поединках, не проиграв при этом ни одного. Непобедимый рыцарь славился неподкупностью, непоколебимой верностью сеньору и собственному слову, воплотив в себе эталон рыцарской чести. Уильям верой и правдой служил трем монархам из династии Плантагенетов — Генриху II, Ричарду Львиное Сердце и Иоанну Безземельному, а на склоне лет сделался регентом при малолетнем Генрихе III. Все эти короли, в особенности мелочный Иоанн, не всегда могли по достоинству оценить его верное самоотверженное сердце. Видя это, герцог Бургундский, граф Фландрский и другие могущественные феодалы средневековой Европы, наслышанные о подвигах великого мастера меча и копья, много раз пытались переманить Уильяма к себе на службу, предлагая богатейшие земли и достойное содержание, но благородный рыцарь каждый раз давал им понять, что не торгует честью и верностью.
Уильям родился в 1146 году в семье королевского конюшего, барона Джона Фитцгилберта, имевшего к тому времени уже троих сыновей. Суровое право майората лишало его наследства, поэтому все, за исключением знатного происхождения, юноше пришлось добывать собственным мечом. Пылкого молодого человека нисколько не прельщала духовная стезя, проторенная множеством младших отпрысков знатных фамилий. Горячая кровь его бурлила, взывая к военным подвигам и славе. Сэр Джон внял страстным мольбам младшего сына и отправил Уильяма в Нормандию, к дяде, камерарию знаменитого Танкарвилля, для обучения воинскому искусству.
Фортуна не заставила отважного юношу долго дожидаться случая отличиться на поле брани. Звездный час настал для него в 1167 году, когда разразилась война между Англией и Францией. Перед походом Уильяма Маршала торжественно посвятили в рыцари. Гордый своим новым званием, молодой человек в первой же битве у нормандского города Дринкура доказал, что вполне его достоин. В самом начале сражения он пришпорил коня и, опередив всех, первым врезался в ряды неприятеля. С необыкновенным искусством орудуя копьем и секирой, Уильям сбросил с лошадей около десятка французских рыцарей, прежде чем его боевые товарищи успели к нему присоединиться.
На пиру по случаю победы все поздравляли слегка смущенного героя дня со столь славным боевым крещением. Среди прочих к нему подошел и Уильям де Мандевилль, нормандский рыцарь, более знаменитый победами над винными бочками, нежели над вражескими бойцами. Насмешливо поклонившись Маршалу, завистник с деланной скромностью попросил подарить ему седло или уздечку с одного из захваченных коней.
— Но у меня нет того, что вы просите! — несколько обескуражено ответил Уильям.
Мандевилль сделал вид, будто несказанно удивлен:
— Да не может этого быть! — в притворном изумлении воскликнул мошенник. — У вас должно быть не меньше четырех или пяти взятых с бою скакунов с полной сбруей!
Уильям совсем растерялся, покраснел и опустил голову. Он не хотел рассказывать насмешнику о том, что в азарте первого сражения думал лишь о подвигах и славе, а вовсе не о добыче. Неопытный и простосердечный рыцарь не только не захватил ни одного трофейного коня, но и лишился своего собственного, пронзенного копьем в самом разгаре битвы.
Дядя Уильяма, слышавший весь этот разговор, многозначительно помалкивал, пряча в пышных усах хитрую усмешку. Он полагал, что его горячий племянник получил неплохой урок. Уильям и сам это понял, когда подумал о завтрашнем дне. Обратившись к дяде, он сконфуженно попросил одолжить ему какую-нибудь лошадь, хотя бы самую плохонькую, обещая вернуть ее после первого же боя. Камерарий напустил на себя задумчивый вид и, помолчав с минуту, поинтересовался, что он получит взамен. Маршал, не имевший ни гроша за душой, предложил в залог самое ценное из того, чем располагал — плащ, в котором его посвятили в рыцари.
Этот урок Уильям усвоил на всю жизнь. Ему не на кого было рассчитывать, и в случае гибели боевого коня, поломки меча или утраты любой части вооружения, бедный рыцарь не смог бы принять участия в следующем бою. С тех пор он никогда не пренебрегал трофеями. Уже через несколько дней Уильям захватил пару прекрасных коней и вернул себе рыцарский плащ, которым очень дорожил.
Вскоре война закончилась, но Уильям Маршал быстро нашел новое применение своей ловкости и отваге. В течение 16 лет он блистал на турнирах, снискав грозную славу первого рыцаря королевства. Однажды, едва вступив на ристалище, он бросил вызов пяти противникам одновременно и победил их всех. Один из придворных, с восхищением наблюдавший за этой небывалой схваткой, сказал принцу Генриху, сыну Генриха II:
«Армию, которую поведет за собой этот юноша, будет нелегко одолеть!».
На турнирах Уильям обыкновенно придерживался одной излюбленной тактики: оглушив или ошеломив противника стремительным нападением, он железной рукой хватал его коня под уздцы и оттаскивал всадника, несмотря на сопротивление, за пределы арены, где тот, в соответствии с турнирными правилами, был вынужден признать себя пленником, а затем выплачивать победителю выкуп. Иногда противник Маршала, избегая плена, успевал соскочить на землю, но и в этом случае король поединщиков не оставался в накладе, ведь ему доставался боевой конь соперника — самый ценный и желанный приз рыцаря-победителя.
За долгие годы, проведенные на турнирной арене, Маршал захватил несметное количество боевых трофеев, но не превратился при этом в стяжателя. Уильям был щедр и даже расточителен, часто залезал в долги, что, по понятиям того времени, нисколько не роняло его рыцарского достоинства. Да и побежденных им в бою или на турнире он никогда не обирал до нитки, а иногда и вовсе отпускал с миром, не взяв себе ничего. Один любопытный эпизод прекрасно иллюстрирует эти слова. Однажды, в ту пору, когда слава его уже гремела по обеим сторонам Ла-Манша, Уильям Маршал стал свидетелем того, как 60 английских рыцарей, приперев 15 французов к стене фермерского дома, принуждали их к сдаче. Те решительно отказывались, продолжая отчаянное, но, увы, бесполезное сопротивление. Завидев Маршала, французы закричали, что они либо сдадутся этому достойному человеку, либо умрут на месте. Тогда Уильям подъехал ближе и принял капитуляцию французских рыцарей. Англичане, лишившиеся, таким образом, вожделенной добычи, начали возмущаться и потрясать оружием, но когда Уильям заявил, что с удовольствием даст удовлетворение любому, кто пожелает скрестить с ним мечи, их пыл немедленно угас. Не осмелившись принять вызов современного Ланселота, буяны пристыжено покинули место действия. А тот, похвалив французов за мужество, проявленное в борьбе с численно превосходящим противником, отпустил их восвояси без всякого выкупа. Прощаясь с Уильямом, растроганные дворяне поклялись вечно хранить память о его благородном и великодушном поступке.
На королевскую службу Маршал был приглашен в 1169 году Элеонорой Аквитанской, супругой Генриха II. Королева, восхищенная доблестью и благородством молодого рыцаря, именно его выбрала в качестве воспитателя своего старшего сына, Генриха Молодого Короля. В юном принце Уильям обрел родственную душу. Генриха интересовали только поединки, сражения и осады, поэтому молодые люди быстро подружились. Благодаря заботам Уильяма и природным качествам самого Генриха, из принца очень скоро вырос железный боец, под стать своему наставнику. В групповых турнирных боях они всегда бились бок о бок. В начальном этапе схватки друзья обычно не участвовали, расположившись позади и внимательно наблюдая за происходящим на арене, но когда в седле оставались только самые сильные рыцари, Уильям и Генрих, нацелив копья и пришпорив коней, вихрем налетали на них, сметая всех на своем пути.
На протяжении полутора десятка лет Генрих Молодой Король был для Уильяма одновременно и близким другом, и высоким покровителем, поэтому нетрудно вообразить себе горе славного рыцаря, когда принц внезапно скончался в самом расцвете лет. После похорон скорбящий друг принял на себя все обязательства покойного, как материальные, так и духовные. Выплатив кредиторам Генриха 100 серебряных марок, Уильям, во исполнение принесенного принцем обета, отправился вместо него в крестовый поход. Там, по словам анонимного поэта XIII века, герой «за год совершил больше подвигов, чем иные за семь лет».
По возвращении из Святой земли доблестному крестоносцу нашлось место при королевском дворе. Генрих II, распознавший в нем не только многоопытного воина, но и мудрого советчика, выделил Уильяму значительный фьеф. Теперь наш герой был богат. Денно и нощно занятый на службе, он почти перестал появляться на турнирах. Забот у него хватало, поскольку королевское семейство разделила смертельная вражда.
Генрих II Плантагенет, известный сластолюбец, давно покинул состарившуюся супругу и проводил все свободное время в замке Вудсток в объятиях прекрасной Розамунды. Но Элеонора была не из тех женщин, что легко прощают подобного рода обиды. Улучив благоприятный момент, когда Генрих отсутствовал, мстительная королева сумела под покровом ночи проникнуть в хорошо охраняемый замок и, прокравшись через лабиринт пустых темных залов, с кинжалом в руке (по другой версии легенды, с чашей, наполненной ядом) предстала перед соперницей. Элеонора убила ненавистную фаворитку, но ее ожесточенное сердце не смягчилось и после этого. Обманутая королева настроила против Генриха старших сыновей, Ричарда и Жоффруа, и те подняли в государстве открытый мятеж. Даже принц Джон, любимчик короля, предал отца и принял участие в заговоре. Впрочем, низкий и коварный Джон, в отличии от старших братьев, всегда предпочитал действовать тайно, исподтишка.
Вооруженные силы мятежников возглавил отважный Ричард. В битве при Ле Манн он, не имея на себе даже кольчуги, сражался впереди конницы. Бунтовщики опрокинули передовую линию и прорвали центр королевских войск, но тут путь Ричарду преградил грозный Уильям Маршал, стоявший с отрядом в арьергарде. Лучший рыцарь королевства выбил мятежного принца из седла и занес над ним копье. Видя неминуемую погибель, бесстрашный Ричард в первый (и последний!) раз в жизни взмолился о пощаде. Уильям, не собиравшийся проливать кровь королевского отпрыска, пронзил копьем его коня, а затем с презрением произнес: «Я не стану тебя убивать. Пусть это сделает дьявол!».
Вскоре после этих событий, 6 июля 1189 года, король Генрих II, покинутый всеми, за исключением верного Маршала и нескольких старых соратников, скончался в замке Шинон. Освободившийся престол занял его непокорный сын Ричард. Уильям Маршал, столь непочтительно обошедшийся с Ричардом в недавней битве, отныне не ожидал для себя ничего хорошего. Однако великодушный король, недаром прозванный Львиным Сердцем, и не думал никому мстить. Совсем напротив. Собрав уцелевших сподвижников Генриха II, Ричард поблагодарил их за верность покойному отцу и принял к себе на службу, сохранив за ними все прежние должности и привилегии. Уильяма, одолевшего его в боевой схватке, король-рыцарь отличил особо, сделав недавнего врага своим наместником во Франции и женив на Изабель де Клари, наследнице богатого графства Пемброк.
В Третьем крестовом походе, а также во время войны с королем Франции, Филиппом Августом, Ричард Львиное Сердце использовал Маршала в качестве военного консультанта. О том, насколько высоко ценил закаленного в боях ветерана воинственный английский король, достаточно ясно свидетельствует хотя бы нижеследующий эпизод. В 1197 году армия Ричарда атаковала французов, укрывшихся за высокими стенами замка, но штурм был отбит с большими потерями. Лишь одному английскому рыцарю удалось невредимым взобраться на стену. Заметив, что враги вот-вот сбросят храбреца вниз, 50-летний Уильям Маршал не утерпел и в одиночку бросился на выручку. В мгновение ока он спрыгнул в ров, вылез на противоположной стороне, с юношеским проворством вскарабкался по штурмовой лестнице и присоединился к храброму рыцарю. Вдвоем они с такой яростью напали на защитников замка, что обратили их в бегство, овладели стеной и продержались до подхода основных сил, обеспечив успех всего дела. После боя король Ричард с мягкой укоризной выговаривал своему лучшему капитану: «Сэр Маршал, не годится, чтобы человек вашего ранга и доблести рисковал собой в таких подвигах. Оставьте их молодым рыцарям, которым нужно завоевать известность».
Два года спустя, когда Ричард Львиное Сердце погиб при осаде крепости Шалюз, английский трон наследовал его недостойный брат, принц Джон, он же — король Иоанн Безземельный (1199–1216). Но подданные королей не выбирают. Уильям Маршал, граф Пемброк, с усердием служил и этому лицемерному тирану, защищая династию от мятежных баронов, вынудивших Иоанна подписать Великую хартию вольностей (1215). Жестокий и подозрительный монарх безоговорочно доверял честному старому воину, иначе, находясь при смерти, не препоручил бы его заботам судьбу своего наследника, 9-летнего Генриха. В 1216 году семидесятилетний Маршал возглавил регентский совет, оперевшись на двух других доверенных лиц Иоанна Безземельного — графа Честерского и Юбера де Бурга.
На закате своих дней убеленный сединами ветеран вступил в духовно-рыцарский орден тамплиеров и был похоронен по обряду храмовников в лондонской церкви Темпла, возведенной братьями этого прославленного ордена.
Современники и потомки восхищались деяниями Маршала. Об удивительных подвигах и приключениях идеального британского рыцаря повествует средневековая поэма неизвестного автора «История Уильяма Маршала», созданная вскоре после его смерти.