В холодном свете луны у подножия главной вершины горы Наньхуа вдруг возникли две тени.

– Вы…

– Нельзя позволить им очистить меч.

Молчание.

– Ждет ли нас успех или же провал – во многом зависит не от нас. На все воля Небес.

– Время на исходе. Нельзя раскрывать вашу личность, иначе усилия будут напрасны. Я отдам все силы, чтобы дело завершилось успехом, а если не выйдет – надежда лишь на вас.

– Все эти годы в школе Наньхуа ты была рядом со мной, и я… – Голос звучал глухо, словно доносился из мира снов. – Кто бы мог ожидать, что Вань Цзе сумеет освободиться от контроля меча. У меня нет иного способа обманывать Ло Иньфаня.

– Ради народа демонов я не пожалею своей жизни.

– Через два дня Ло Иньфаню нужно будет уйти. Мы должны воспользоваться его отсутствием. Только нельзя действовать необдуманно. Я найду тебя снова.

– Слушаюсь.

В полночь в главном зале дворца Чунхуа загорелся свет.

Стыд от раскрытой тайны, страх, что она станет ему противна, отвращение от прикосновения тех грязных, омерзительных рук – все сливалось в бесконечный ночной кошмар, который преследовал и не давал забыть.

Она хотела быть рядом с ним, но не смела приблизиться.

Жемчужина Ночи освещала спящее лицо. Девушка на кровати не просыпалась. Черные волосы стали мокрыми от пота и липли ко лбу, длинные ресницы дрожали. На бледном лице отражалось отчаяние, стыд и дикий ужас.

У кровати стояла фигура, одетая в белое.

С тех пор как вернулась, она будто стала другим человеком. Ее странное поведение и скромность перед ним… что это значит? И что за кошмар так пугает ее?

Черные глаза были бездонными, в них не было и тени эмоций.

Он не стал проникать в ее сон, чтобы найти ответы. Вместо этого чуть приподнял девушку, достал из-под головы подушку и заменил на другую, точно такую же.

Постепенно лицо спящей девушки успокоилось, страх исчез.

Фигура в белом исчезла, забрав жемчужину Ночи, и комната снова погрузилась во тьму.

Подушка, изготовленная из древесины божественного дерева горы Наньхуа, – подушка, дарующая мирный сон[63].

В безымянной пещере на пике Цинтянь вдруг появился круглый треножник – настолько большой, что понадобилось бы десять человек, чтобы его обхватить. В центре красным цветом вспыхивали угли. Жаркий огонь накалял воздух, делая атмосферу нестерпимой.

В треножнике вертикально стоял меч. Его лезвие пылало темно-алым, источая темную энергию.

Ло Иньфань, Юй Ду и несколько глав школ стояли рядом.

– Он семь дней был погружен в воды источника Четырех морей, но демоническая ци не ослабла. Поистине железо из Сердца небосвода.

– Как же поступить?

Юй Ду повернулся в сторону, и стоящий рядом ученик тотчас приподнял на руках нефритовую шкатулку.

Внутри лежала безупречно белая жемчужина размером с куриное яйцо. Все находившиеся в пещере люди одновременно испытали внутреннюю дрожь. Жар мгновенно утих, и атмосфера в пещере стала спокойной и мирной.

Юй Сюй воскликнул:

– Поистине величайшее буддийское сокровище!

Юй Ду улыбнулся, глядя на Ло Иньфаня:

– Брат, было бы лучше, если бы ты помог жемчужине с помощью ци золотого бессмертного.

Ло Иньфань чуть приподнял левую руку. Жемчужина Бесконечности почувствовала ци бессмертного, медленно взмыла в воздух и подплыла к гигантскому треножнику. Остановившись ровно над ним, она сделала с десяток кругов, постепенно разгораясь. В какой-то момент из жемчужины вырвался мягкий чистый свет, который окутал демонический меч.

Во все времена силы Будды и демонов взаимно ограничивали друг друга. Демонический меч задрожал, наконец поддавшись двойному давлению жемчужины Бесконечности и огня Девяти небес. Было отчетливо видно, что началась борьба.

Главы школ вздохнули с облегчением, но никто так и не произнес ни слова.

Юй Ду сказал:

– Всеобщее благо превыше всего. Он пожертвовал собой и, конечно же, поймет наши намерения. У нас нет другого выбора. Я поставлю здесь людей для охраны. Друзья, давайте вернемся в зал, отдохнем и выпьем чая.

Вопрос был решен, поэтому главы школ покинули пещеру.

Юй Ду вдруг спросил:

– Если мне не изменяет память, брат должен отправиться к Нефритовому пруду?

Ло Иньфань кивнул:

– Неотвратимый рок приближается. Через два дня я войду в Небесные врата и поднимусь к Нефритовому пруду[64] в мире богов. Вопросы, касающиеся меча, оставлю на тебя, брат, и на уважаемых глав.

Когда главы поняли, что он должен уйти, дабы избежать неотвратимого рока, они поспешили сказать:

– Почтенный, можете положиться на нас. Мы приложим все усилия.

– Многие хотят получить меч Ни Луня. Услышав о моем отсутствии, они обязательно что-то предпримут. Нужно опасаться демонического дворца Девяти глубин.

Юй Сюй сказал:

– С главой Юем и другими уважаемыми бессмертными нам под силу любая задача. Почтенный, отправляйтесь в путь и не волнуйтесь. Боюсь, в этой жизни нам не удастся посетить Нефритовый пруд. В благодарность за наши труды привезите нам семена лотоса.

Все рассмеялись.

Вернувшись во дворец Чунхуа, Ло Иньфань увидел сидящую у источника Четырех морей фигуру.

Сегодня, впервые за долгое время, Чун Цзы не мучили кошмары, и цвет ее лица был гораздо лучше. Она, как и в детстве, расположилась на берегу, погруженная в свои мысли. Рядом с ней дремала демоническая змейка.

– Воды очень холодные, не сиди слишком долго.

Чун Цзы поспешно встала.

– Наставник, вы сегодня вернулись так рано.

Маленькая демоническая змея всегда побаивалась его. Сейчас она вежливо кивнула головой в знак приветствия и быстро уползла.

Ло Иньфань перешел по каменному мосту, но вдруг остановился.

– Чун-эр.

Знакомое имя, которое она так давно не слышала, заставило Чун Цзы замереть с глупым видом. Придя в себя, она отступила на пару шагов.

– Учитель.

– Через два дня я отправлюсь к Нефритовому пруду в мире богов, чтобы избежать неотвратимого рока. Оставайся на пике Пурпурного бамбука и будь осторожна.

«Избежать неотвратимого рока?» Чун Цзы была удивлена, она раньше не слышала о таком.

Природа миров четко разграничена. Каждый из обитателей шести миров сталкивается со своим неотвратимым роком. Когда он приближается, те, кто может это почувствовать, обычно ищут убежища в других мирах. Мир богов находится над миром бессмертных, и, несомненно, это лучшее место для совершенствующихся, чтобы избежать бедствия. К сожалению, все боги давно уничтожены и некому провести гостя в их мир. Поэтому большинство бессмертных уходят в мир людей. В настоящее время Ло Иньфань единственный, кто способен пройти через Небесные врата и подняться к Нефритовому пруду у Небесного дворца.

– Учитель, ваш неотвратимый рок… Это серьезно?

– Мир богов находится на Девятом небе, он далеко от мира бессмертных. Избежать неотвратимого рока там должно быть легко.

– Когда учитель вернется?

– Мне нужен лишь день, – ответил Ло Иньфань, глядя на нее. – Я установил магический барьер вокруг пика Пурпурного бамбука. Никто не сможет сюда войти. Не выходи сама и не создавай проблем. Не заставляй меня беспокоиться.

– Угу.

Ло Иньфань больше ничего не сказал, направившись в главный зал.

– Наставник.

– Что такое?

Чун Цзы замялась, опустив взгляд.

– Я… Наставник, берегите себя.

Ло Иньфань промолчал. Он просто поднял руку, и ее испачканная одежда вновь стала чистой.

– Если станет скучно, попроси Му Юя и Чжэньчжу составить тебе компанию.

Белые облака ложились на ступени, духовный журавль сидел на крыше зала. Пик Пурпурного бамбука казался неизменным. Бамбук, растущий на склонах, совершенно не вял. Осень или весна – все неразличимо.

Неотвратимый рок приближался, и Ло Иньфань, как и планировал, отправился к Нефритовому пруду.

Зал опустел и стал казаться заброшенным. Чун Цзы просидела в одиночестве, пока солнце не скатилось за горизонт.

Правда ли, что в мече осталась душа Чу Буфу? Она несколько раз пыталась это узнать, но Ло Иньфань находил причину сменить тему и даже запретил ей входить в пещеру. Ответ на вопрос очевиден.

Сколько раз во сне Чун Цзы видела его нежную улыбку и слышала грустную мелодию циня. Неважно, кто это был, богоподобный небожитель в белом одеянии, желающий спасти всех невинных в этом мире, или красноволосый повелитель демонов Вань Цзе, Чун Цзы знала лишь одно: помимо умерших родителей, он был первым, кто обошелся с ней по-доброму.

Та сцена из далекого детства впечаталась в память так, будто произошла вчера.

Белые одежды, длинные черные волосы, развевающиеся на ветру… Он наклонился к измученной девочке и помог встать. Взяв ее грязную маленькую ручку, он дал ей сердечное наставление.

Оказалось, что у бессмертного, подобного богу, похожая с ней печальная судьба.

Он спас ее, но, когда сам сделал ошибку и встал на ложный путь, никто не протянул ему руку.

Он сказал, что вернет ее через два года.

Она лишь сожалела, что не дала ему даже этих двух лет.

За свою жизнь Чу Буфу спас множество жизней, однако и погубил немало. Покинув демонический меч, он, должно быть, уже знал цену и последствия. Богоподобный братец не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось. Неужели она сможет наблюдать, как он исчезает навсегда? Выбирая между наставником и всеми людьми в мире, она знала, какой выбор правильный, однако так же, как и он в свое время, готова была выбрать ошибочный путь.

Девушка не могла позволить ему так глупо исчезнуть. Ей нужно хотя бы увидеть его, взглянуть в последний раз. Она многого еще не сказала, и он, несомненно, тоже хочет увидеть и услышать ее.

Наставник вернется только завтра. Другого шанса не будет. Может, обратиться к Му Юю? Ночью легче пройти. Пусть проведет ее туда…

Чун Цзы встала, но не успела уйти, как на главной вершине напротив громко зазвонил колокол.

На главной вершине горы Наньхуа было гораздо меньше людей, чем обычно. Всего двадцать или тридцать учеников охраняли главный и боковые залы. Выражения их лиц были серьезны. Юй Ду, Минь Юньчжуна и глав других школ нигде не было видно.

«Что же произошло?» Чун Цзы не нашла Му Юя в комнате и подошла к одному из учеников.

– Брат Дуань, ты не видел брата Му Юя?

Ученика звали Дуань Чэньфэй, и он был подопечным главы Юй Ду. Услышав вопрос, он быстро сказал:

– Демонический дворец Девяти глубин напал на нас. Глава Юй и лидеры других школ пошли навстречу врагу к главным воротам. Мы получили приказ остаться здесь. Сестра, прошу, вернись на пик Пурпурного бамбука.

Конечно, обряд очищения демонического меча не мог пройти без внимания. Внутри него была запечатана часть силы Ни Луня, многие желали ее заполучить. Демонический дворец Девяти глубин не собирался отказываться от меча.

– Сестра Чжэньчжу тоже там? – спросила Чун Цзы.

– Чжэньчжу, Юнь Ин и остальным приказано охранять пик Цинтянь.

«Значит, они там?» Чун Цзы радостно поблагодарила и ушла.

В сумерках пик Цинтянь, возвышающийся над облаками, выглядел еще более величественно. Но прямо сейчас на дороге к вершине стояла мертвая тишина. Сотни учеников лежали на земле. Их позы были странно выгнуты, глаза плотно закрыты, а на лицах застыли разные эмоции. Пройдя с десяток шагов, Чун Цзы увидела Янь Чжэньчжу и Юнь Ин, лежащих на земле.

– Сестра Чжэньчжу! – Чун Цзы была в ужасе.

Чжэньчжу была теплой и еще дышала.

Чун Цзы выдохнула с облегчением, но затем посмотрела на других учеников и снова нахмурилась.

Было несложно догадаться, что здесь произошло. В школе Наньхуа и правда был лазутчик. Наставник отправился в мир богов к Нефритовому пруду, и демонический дворец Девяти глубин тут же напал. Глава Юй и остальные лидеры школ вышли навстречу врагу, а засланный демон воспользовался ситуацией и пришел сюда, явно нацелившись на демонический меч!

Возможно ли, что он уже поднялся наверх, дабы забрать клинок? Нужно как можно скорее сообщить главе Юй Ду! Чун Цзы немедленно отправилась в главный зал, чтобы рассказать о случившемся Дуань Чэньфэю. Дуань Чэньфэй не мог поверить, он взял нескольких учеников и немедленно отправился на пик Цинтянь.

На некоторых участках дороги ученики понесли тяжелые потери. Те, кто выжил, находились под заклятием сна.

Ситуация была серьезной. У Дуань Чэньфэя не имелось под рукой Благовония посланий, и он не осмелился медлить. Он приказал двум ученикам сообщить обо всем Юй Ду, а остальным велел забрать Янь Чжэньчжу, Юнь Ин и других учеников, попавших под заклятье.

– Брат, я пойду наверх и посмотрю, что там.

– Сестра…

Не успел он договорить, как Чун Цзы уже вскочила на посох Сияния звезд и взмыла на гору. Дуань Чэньфэй переживал, что человек, причастный ко всему этому, все еще наверху, и собирался броситься за ней, но вдруг кто-то сзади схватил его за руку.

– Брат.

– Ты? Как…

Путь к пику Цинтянь был легким. Чун Цзы быстро нашла безымянную пещеру, о которой ей рассказывал Му Юй и другие. У входа была лишь Вэнь Линчжи, с мечом в руках охранявшая вход. Эта картина стала неожиданностью для Чун Цзы, она была удивлена.

Лазутчик воспользовался тем, что наставник и глава Юй были далеко, ранил стольких учеников, охранявших гору. Разве его цель не демонический меч? Кажется, здесь, у пещеры, все было тихо. Неужели он не стал подниматься на вершину за мечом?

– Чун Цзы? – Вэнь Линчжи заметила ее и насторожилась. – Как ты сюда попала?

– Здесь… ничего не случилось? – спросила в ответ Чун Цзы.

Вэнь Линчжи не ответила, лишь высмеяла ее:

– Ты не изучаешь магию, и у тебя слишком много свободного времени, раз посмела сюда подняться. Когда вернется почтенный, придется снова умолять его о помощи.

«Кажется, она не знает, что произошло внизу, – подумала Чун Цзы. – В любом случае, что бы ни задумал лазутчик, Дуань Чэньфэй уже отправил людей, чтобы доложить обо всем главе Юю. Юй Ду и остальные скоро прибудут сюда. Хорошо бы до этого времени зайти и повидаться с дядей».

Впервые она обратилась к Вэнь Линчжи с просьбой:

– Сестра Вэнь, пожалуйста, позволь мне войти, чтобы увидеть дядю. Это не займет много времени.

Вэнь Линчжи сначала остолбенела, а затем произнесла недовольно:

– Вань Цзе давно нет. Кто рассказал тебе этот вздор? Кто вообще позволил тебе подняться? Брат Му?

– Я пришла сама. Сестра Чжэньчжу и другие попали в беду! – Чун Цзы, стоя на коленях, рассказала о случившемся, в ее глазах собирались слезы. – Глава Юй скоро придет сюда. Дядя пожертвовал собой ради меня. Прошу, сестра, позволь увидеть его в последний раз. Отплачу тебе всем, чем попросишь.

Вэнь Линчжи смотрела на нее с сомнением, а затем приподняла брови и сказала:

– Советую не задерживаться. Иначе, когда подоспеет глава Юй, и тебе, и мне придется несладко.

Чун Цзы стиснула зубы.

– Что бы ни произошло, вся ответственность на мне. Это не имеет к тебе никакого отношения.

Вэнь Линчжи усмехнулась:

– Тебе легко говорить. Глава приказал охранять вход. Если что-то случится, спросят с меня.

Чун Цзы поклонилась до земли:

– Умоляю, мне нужно лишь в последний раз увидеть дядю.

Выражение лица Вэнь Линчжи было сложно понять. Она нахмурилась, а затем вдруг произнесла вслух несколько фраз.

– Сестра Вэнь, это…

– Это сонное заклятье. Использовать его или нет, решать тебе. Если что-то произойдет, меня не вини.

– Благодарю, сестра Вэнь.

Огонь в треножнике пылал ярко-алым, но в пещере не чувствовалось никакого жара. Темно-красный меч находился внутри треножника, окутанный пламенем. Клинок подрагивал, словно от жуткой боли. Истинный демонический меч!

Однако плотная темная энергия не могла скрыть знакомого чувства. Чун Цзы сосредоточила духовную энергию на глазах и увидела едва заметный след родной души.

Чун Цзы застыла, бормоча:

– Дядя, дядя, это ты?

Осколок души из последних сил боролся с мечом.

Верно, он торопит ее и уговаривает уйти! Кто, кроме него, стал бы так о ней беспокоиться? Чун Цзы вдруг разрыдалась, задыхаясь от слез.

– Дядя! Дядя! Я так по вам скучаю! Они собираются очистить меч. Что же мне делать? Я ведь не хотела возвращаться в школу Наньхуа. В тот день я сказала это от злости, чтобы досадить вам. Я просто не желала смотреть, как вы рискуете жизнью ради бессмертной Гун. Почему вы все приняли всерьез? Почему не спросили меня? Я бы предпочла навсегда остаться в землях Вань Цзе с вами!

Осколок души молчал.

Конечно, он все понимал. И знал, что рано или поздно настал бы день разлуки.

В отблесках пламени как будто показалось его улыбающееся лицо.

«Возвращайся. Останься в школе Наньхуа. Забудь обо всем и не переживай».

Чун Цзы опустилась на землю, качая головой. Ее сердце разрывалось на части.

– Не уходите, дядя. Я найду способ спасти вас. Если уйдете, я останусь совсем одна. Вы же обещали защищать меня!

«Нет, ты не будешь одна. У тебя есть наставник и брат Юй. Дядя ушел, но ты не можешь оставить их. Букашка, правда не хочешь остаться в школе Наньхуа? Неужели тебе так нравилось в землях Вань Цзе?»

– Они добры ко мне, но продолжают опасаться. Стараюсь изо всех сил, а глава Юй и наставник Минь боятся, что я встану на демонический путь. К тому же… учитель тоже не верит мне. Он не верит! Вы не можете… Я не хочу, чтобы вы исчезали. Их доброта зависит от условий, ваша – безусловна. Ведь если я встану на демонический путь, вы не станете меня презирать, верно?

Ответа не последовало. Осколок души в клинке молчал.

Вдруг рядом раздался короткий смешок:

– Ну же, сбей жемчужину, и он вмиг будет спасен.

Голос был неприятным, но полным совращающей силы.

– Кто ты? – испугалась Чун Цзы.

– Зачем тебе знать? Я просто хочу помочь. Разве не желаешь его спасти? Просто забери жемчужину Бесконечности, иначе его душа навсегда будет рассеяна.

Чун Цзы невольно встала, ведомая чужой силой, и, задрав голову, посмотрела на свод пещеры. В воздухе действительно парила белоснежная жемчужина, излучая мягкий непорочный свет. Видимо, это и есть жемчужина Бесконечности, легендарное сокровище школы Западного буддизма.

«Не слушай! Скорее уходи, Букашка!»

Сердце сжалось, и Чун Цзы вдруг пришла в себя. Она увидела, как взволнована душа Чу Буфу, которая пыталась что-то предпринять, но не могла вырваться из плена меча.

Увидев, что она колеблется, голос снова сказал:

– Ты правда позволишь ему умереть? Он ведь был для тебя самым лучшим в этом мире. Неужели сможешь спокойно смотреть, как он умирает, и ничего не предпримешь?

Чун Цзы растерянно взглянула на осколок души и отступила.

– Нет…

– Кто велел тебе возвращаться к наставнику? Кто спас, когда ты была в опасности? Бессмертные так плохо с тобой обращаются, а теперь еще хотят навредить ему. Будешь молча бездействовать?

«Букашка, не слушай! Он хочет тебе навредить. Не поддавайся его обману. Уходи!»

Два противоположных желания столкнулись в голове. Чун Цзы закрыла глаза, мучительно хмурясь. Демонический меч совращает ее, но разве спасти дядю – не истинное желание?

Позади раздался тихий шорох. Звук был привычным для уха. Чун Цзы обернулась:

– Демоническая змейка!

Маленькая демоническая змея подняла голову и внимательно посмотрела на демонический меч, а затем перевела взгляд на нее. В глазах был гнев и обвинение.

Чун Цзы ничего не сказала в ответ. Она была так удивлена, что это ощущение даже пересилило чувство вины. Откуда она узнала? И как смогла сюда пробраться, если Дуань Чэньфэй и другие ученики охраняют путь на вершину? Дуань Чэньфэй уже отправил сообщение главе Юй Ду, почему же никого до сих пор нет?

Внезапно у девушки появились подозрения, а вместе с ними и дурное предчувствие.

– Зачем ты сюда пришла? Нет, нет… возвращайся!

Прежде чем Чун Цзы успела ее остановить, демоническая змейка вытянула голову и стала быстро увеличиваться в размерах. Миг – и она стала толщиной с бочку. Рванувшись вперед, она оплела гигантский треножник, двигаясь, словно вихрь. Ее огненно-красное тело практически слилось с языками пламени.

В воздухе повис запах гари – это тело змеи горело в огне Девяти небес. Чун Цзы бросилась вперед.

– Нет, ты сгоришь заживо! Вернись!

Змеиный хвост сбил ее с ног. Демоническая змейка посмотрела на нее взглядом, полным боли, решительно повернулась и бросилась к демоническому мечу в треножнике. Меч будто понял ее намерения, выпуская световую дугу энергии.

Под давлением жемчужины Бесконечности энергия меча была невелика. Однако расстояние было близким, поэтому силы оказалось достаточно, чтобы причинить вред. В тот же миг тело змеи разорвало на части!

Эта картина была столь ужасной, что Чун Цзы почувствовала, как потемнело в глазах, сердце сжалось, а в горле образовался ком, мешающий кричать. Бледно-голубая демоническая кровь брызнула в разные стороны, окрасив лицо Чун Цзы и гладкие стены пещеры.

А еще… жемчужину Бесконечности.

Демоническая змея Пустых небес преданно защищала своего хозяина, не пожалев собственной жизни. Чистая непорочная жемчужина Бесконечности была осквернена кровью. Ее свет померк, а затем и вовсе угас. Она упала в треножник, туда же, куда до этого осыпались ошметки змеиного тела. Остался лишь прах, сожженный огнем Девяти небес.

– Ха-ха-ха-ха!.. – раздался смех, от которого в жилах замерзла кровь.

Несколько человек ворвались внутрь пещеры. Первым шел Юй Ду и другие главы школ, за ними следовала Вэнь Линчжи.

Оценив обстановку в пещере, Юй Ду выдохнул.

– Отродье! – выругался Минь Юньчжун, собираясь атаковать, но его остановили.

Чун Цзы не увидела Дуань Чэньфэя и других учеников и вдруг все поняла. Она смотрела на жаркое пламя, но чувствовала, будто упала в ледяную прорубь. Тело стало холодным, и она невольно отступила на несколько шагов.

Пусть так. Значит, вот ее конец. Она обречена на гибель.

В главном зале школы Наньхуа было нестерпимо холодно. Повсюду сиял свет. На верхних ступенях стояла фигура, равнодушная и неподвижная, словно каменное изваяние. Снежно-белые одежды особенно выделялись.

Чун Цзы вошла в зал и опустилась на колени. Большие глаза девушки были безжизненными и до ужаса спокойными.

Его глаза были черны как ночь, и неясно было, смотрит он на нее или нет.

Минь Юньчжун находился в страшном гневе, Юй Ду хмурился, а Син Сюань не знал, что сказать. Главы школ понимали ситуацию и чувствовали себя неловко, поэтому нашли предлог, чтобы разойтись.

Четверо почтенных бессмертных заняли свои кресла, а Му Юй и другие ученики были отпущены. Дверь зала медленно закрылась. Темно-красный демонический меч вертикально завис у подножия ступеней, сияя торжествующе и насмешливо. Жемчужина Бесконечности была уничтожена. Теперь обряд очищения невозможен.

Юй Ду вздохнул и, глядя на меч, сказал:

– Пусть бессмертный страж примет необходимые меры.

Все соученики Минь Юньчжуна погибли от этого меча. После стольких усилий клинок наконец-то удалось вернуть, однако во время обряда очищения все снова сорвалось. Сдерживая ненависть, Минь Юньчжун сказал:

– Проклятое отродье, что еще ты можешь сказать?

Чун Цзы покачала головой.

Не было необходимости давать разъяснения. Сегодняшние события не должны были произойти, и все же в ее сердце дядя занимал особое место. Маленькая демоническая змейка сделала то, о чем Чун Цзы думала, но на что не осмеливалась. Пусть они считают как хотят. По крайней мере, это лучше той несправедливости, которую она пережила раньше.

– Что с братом Дуанем? – вдруг спросила она.

– Если бы Дуань Чэньфэй был жив и успел передать нам весть, разве ты бы смогла добиться успеха? Опоздай мы на миг, и демонический меч, возможно, уже нашел бы нового хозяина, – холодно усмехнулся Минь Юньчжун. – Даже сейчас будешь говорить, что тебя подставили?

Чун Цзы молчала.

В подобных обстоятельствах не следует питать надежд.

– У тебя злые помыслы! Ты проникла на пик Цинтянь, убила своих соучеников и приказала демонической змее Пустых небес уничтожить жемчужину Бесконечности. Все это ради спасения меча Ни Луня. Признаешь свою вину?

– Чун Цзы признает вину.

Минь Юньчжун ожидал, что она станет все отрицать, потому, услышав эти слова, замер от удивления.

– Ты думала о последствиях произошедшей катастрофы? – спросил Юй Ду.

Чун Цзы долго молчала, а затем поклонилась и произнесла:

– Я не оправдала ожиданий своего наставника и главы школы. Я умру безропотно. Прошу наставника и главу… простить меня.

– Пик Цинтянь охраняло множество учеников, как ты смогла одна всех их остановить? – холодно спросил Минь Юньчжун. – Если честно во всем признаешься… не будешь страдать.

Чун Цзы покачала головой:

– Я тоже не знаю.

– Злобное отродье! Твой наставник ушел, и демонический дворец Девяти глубин напал на школу Наньхуа. Ты тщательно все спланировала и воспользовалась шансом. Как можешь не знать? – зарычал Минь Юньчжун, посчитав, что девушка не хочет сознаваться. – Из уважения к бессмертному стражу я не отправлю тебя в зал Наказаний. Если его ученица еще не забыла, что значит благодарность учителю, не ставь его в затруднительное положение.

Он задел за живое, и Чун Цзы резко подняла голову.

– Я просто хотела спасти дядю. Больше ничего не знаю. Я никогда бы не осмелилась солгать наставнику!

– Мерзавка! Ты совершила тяжкое преступление и предала своего учителя. Как смеешь называть его наставником?!

Чун Цзы побледнела и замолчала.

– Отправляйся в зал Наказаний! – Минь Юньчжун встал.

– Не торопитесь, – вдруг тихо произнес молчавший до сих пор Ло Иньфань. – В школе Наньхуа завелся предатель. Нужно ли спрашивать ее?

Стоило ему произнести эту фразу, как двери зала распахнулись сами по себе и внутрь влетела фигура, одетая в пурпурное. С приглушенным стоном она упала на землю, словно была выдернута из другого пространства.