Луна и звезды померкли перед рассветом. На склоне горы, словно из ниоткуда, появились две фигуры.

– Гора перед тобой – есть Цинчан.

Вершина показалась смутно знакомой. Крыши зданий вдали отражали остатки лунного света. Видимо, это и есть школа Фушэн, основанная даосом Хай Шэном. Чун Цзы однажды бывала в этих местах и сейчас узнала пейзаж. Она не могла скрыть радость. Этот демон держит слово. Не так уж он и плох – как и Вань Цзе.

– Могу довести тебя лишь досюда.

– Собираешься уйти?

– Я демон. Старик Минь придет в ярость при виде меня.

Хоть Чун Цзы и не любила Минь Юньчжуна, она никогда не посмела бы высказаться о нем столь неуважительно, ведь тот был младшим соучеником учителя Ло Иньфаня. Услышав от демона «старик Минь», Чун Цзы злорадно фыркнула:

– А, ну тогда иди, конечно.

Ван Юэ чуть опустил подбородок.

– Ты рождена с темным духом, бессмертные никогда не примут тебя и не оценят. Если станешь демоном, получишь небывалое могущество.

Чун Цзы посмурнела:

– Я не стану демоном!

– Верно, не каждый рожденный с темным духом должен им стать.

Чун Цзы понравились эти слова, ее симпатия к этому мужчине еще больше увеличилась.

– Спасибо, что помог.

– Необязательно меня благодарить. – Черный капюшон скрывал большую часть лица, не давая разглядеть эмоций. Он положил ей на плечо ладонь с пурпурным кольцом на пальце. – Надеюсь, мы еще встретимся.

Чун Цзы кивнула:

– Хорошо. Я буду тебя помнить.

Он поднял руку, вежливо показав, что девушка может идти. Чун Цзы так хотела увидеть наставника, что поспешно помахала ему рукой и, не оглядываясь, побежала к залам на горе Цинчан.

Ее фигура скрылась в ночи, но Ван Юэ остался неподвижен.

– Владыка, она ученица Ло Иньфаня, почему вы отпустили ее? – сказал появившийся из пустоты демон желаний с призрачным лицом.

– Потому что она не сможет вернуться.

– Владыка имеет в виду…

– Бессмертные считают, что она пыталась использовать чары Крови, дабы пробудить жетон Верховного демона. – Ван Юэ смотрел в сторону горы, и в его обычно безжизненном голосе послышалось удовлетворение. – Ты ведь слышал: она сказала, что ее подставили. Действовала не по своей воле.

– Владыка верит ей?

– Почему нет?

– Если вернется в школу Наньхуа, то будет тут же сослана на гору Куньлунь. Вытащить ее из ледяной тюрьмы будет почти невозможно. Если тот неизвестный действительно хочет с ее помощью распечатать жетон, он должен воспрепятствовать этому. – Великий демон желаний покачал головой. – Однако девчонка никоим образом не связана с Ни Лунем. Как он может быть уверен, что ей под силу сломать печать?

– Кто сказал, что не связана?

Великий демон желаний вздрогнул.

– Владыка имеет в виду…

– Тянь Чжисе много лет был рядом с Ни Лунем. Он знает о нем куда больше, чем мы.

– Владыка подозревает, что это… Тянь Чжисе?

– Кто, кроме него? – усмехнулся Ван Юэ. – Он хотел с помощью этой девушки пробудить жетон Верховного демона, но поспешил и упустил шанс. Печать осталась на месте, а девчонку сослали на гору Куньлунь.

Великий демон желаний подумал кое о чем:

– Неужели то, что Вань Цзе похитил ее по дороге в школу Куньлунь, тоже было замыслом Тянь Чжисе? Как могут быть связаны Тянь Чжисе и Вань Цзе?

– В жизни между людьми возникают самые разные отношения. – Ван Юэ опустил голову и потянул за правый отворот плаща. – Она сказала, что кто-то контролировал ее через сон.

– Тянь Чжисе был известен своей техникой Подчинения души, но здесь речь явно идет о сонных чарах, а это стезя Демона кошмаров, – с сомнением произнес Великий демон желаний. – Раньше Демон кошмаров, правый демонический страж дворца Ушедшего от перерождений, был очень известен. Неужели…

Не успел он договорить, как окружающий пейзаж вдруг стал меняться. Роща и склон горы исчезли, сменившись огромным грушевым садом. Белые лепестки груши сияли, словно снег в свете яркой луны.

Из глубины сада к ним летел цветок груши. Он казался маленьким, но чем ближе подлетал, тем крупнее становился. Достигнув высоты человеческого роста, он приземлился перед ними. Из цветка вышла женщина в белом струящемся платье. Ее кожа сияла, а волосы оказались снежно-белыми, такими же, как лепестки груши.

– Демоница грез приветствует вас, владыка.

Ван Юэ улыбнулся:

– Ты пока сильно уступаешь Великому демону желаний.

Демоница грез не расстроилась, а лишь соблазнительно улыбнулась и встала рядом.

Великий демон желаний пробормотал:

– Тот человек… В конечном итоге он Тянь Чжисе или Демон кошмаров?

Луна освещала южный склон горы Цинчан, в лесу же было тихо и темно. Но Чун Цзы никогда не боялась ходить в сумерках. Одна лишь мысль о том, что скоро она встретит своего учителя, делала ее счастливее.

В тени деревьев неподвижно стояла белая фигура. Ее черные глаза сверкнули и вновь погасли.

Широкая дорога впереди странным образом изогнулась…

Ничего не заметив, Чун Цзы пробежала вперед.

Дорога с каждым шагом сужалась, идти по ней становилось тяжелее. Травы и деревья по сторонам росли все гуще. Чун Цзы точно шла по главной дороге, как же так вышло?

Подул легкий ветерок, возбужденный разум девушки начал проясняться. Она поняла, что ошиблась. Зацепившись за ветку подолом одежды, она наконец остановилась и попыталась упорядочить свои мысли.

Чун Цзы подняла взгляд. Дорога исчезла. Впереди был лишь непроходимый лес.

«Как такое могло произойти?» Чун Цзы была поражена. Осмотревшись, она почувствовала, как кровь стынет в жилах.

Прямо перед ней, под деревом, лежал труп с кинжалом в груди.

Ее наставник и другие бессмертные сейчас на горе. Разве могло здесь произойти убийство?

Сдерживая ужас, Чун Цзы медленно отступила, а затем резко развернулась и побежала обратно – той же дорогой, по которой пришла.

Чун Цзы быстро перебирала ногами, трава и деревья мелькали по обочинам. Когда она почувствовала, что расстояние достаточно безопасное, то остановилась. Тяжело дыша, девушка прислонилась к большому камню. Едва переведя дыхание, она вытерла пот с лица и подняла голову. Тело снова было перед ней! Одежда, поза, окружающая растительность – все было таким же, как мгновение назад.

Холодная струйка пота пробежала по спине. Чун Цзы отвернулась и снова побежала. Но, как бы быстро она ни удалялась, труп всегда появлялся впереди, будто она бежала по кругу.

Чун Цзы обезумела.

– Кто это? Кто здесь?

Ответа не последовало.

Вань Цзе? Он запросто мог лишить человека жизни одним движением руки, зачем ему кинжал? К тому же сейчас он должен заботиться только о спасении Гун Кэжань, к чему лишние проблемы?

Ван Юэ? Он не посмел бы нарушить клятву богу демонов. Раз поклялся, значит, не станет подставлять.

Однако важнее не кто, а зачем? Ведь этот некто специально привел ее сюда. Какая у него цель?

Чун Цзы на миг прикрыла глаза, заставляя себя успокоиться. Открыв их, она медленно подошла к телу.

Убитый был учеником одной из школ бессмертных. На его красивом лице застыло ошеломленное глуповатое выражение. Таким оно было и в момент смерти. В руках убитый держал меч, который так и не был вынут из ножен.

Когда Чун Цзы разглядела его лицо, ее сердце защемило.

– Брат Вэй Синь!

Это действительно был ученик школы Наньхуа Вэй Синь. Он был одним из последователей Минь Юньчжуна, но всегда очень хорошо относился к Чун Цзы. В день, когда ее сослали на гору Куньлунь, молодой человек был одним из тех, кто заступился за нее.

Чун Цзы не удержалась, упала перед ним на колени и заплакала, одновременно бранясь.

– Кто ты такой, в конце концов? Ладно причинил вред мне, но зачем убил брата Вэй Синя?!

Пока она рыдала, недалеко послышалось движение.

– Скорее, помогите брату подняться на гору, чтобы залечить раны!

– Сестра Вэнь, там еще один. Он уже…

– Несите его.

Чун Цзы знала этот голос. Тут же раздвинув ветви, она посмотрела в сторону говорящих. Это и правда была Вэнь Линчжи с группой учеников. Сейчас они направлялись в ее сторону. Подсчитывая потери, подбирая выживших, они сохраняли хладнокровие. Истинный стиль учеников школы Наньхуа.

– Где брат Му?

– Пошел в ту сторону, чтобы проверить.

Придерживая раненого ученика, Вэнь Линчжи сказала с недоумением:

– Почтенный лично отбирал людей для формации. Как он мог ошибиться?

Ученик, которого она придерживала, слабо отозвался:

– Почтенный не ошибся. Когда пришел Вань Цзе, мы собирались выстроить формацию Всеобъемлющего неба, чтобы захлопнуть ловушку, но в нужное время не оказалось одного человека, и формация не была завершена.

– Так вот в чем дело! А кого не хватало? – тут же поинтересовалась Вэнь Линчжи.

– Брата Вэй Синя из вашей школы. Его укрытие было вон там. – Ученик указал в сторону Чун Цзы. – Я говорил с ним ранее. Не знаю, почему он не явился.

Вэнь Линчжи отправила двух учеников, чтобы те отвели раненого на гору, и приказала остальным:

– Тщательно здесь все обыщите. Найдите выживших.

Ученики кивнули.

Услышав разговор, Чун Цзы в общих чертах догадалась, что произошло. Должно быть, убийца Вэй Синя и есть тот самый таинственный заговорщик. Он приложил руки к уничтожению формации Всеобъемлющего неба, чтобы помочь Вань Цзе спасти Гун Кэжань. Сейчас он среди бессмертных, и ему нужен Вань Цзе, чтобы действовать его руками. Ему невыгодно, чтобы повелителя демонов схватили.

И все же он намеренно привел ее к этому месту. Неужели…

Чун Цзы вдруг пришла на ум идея, отчего на лбу выступила испарина. Если ее найдут здесь, она не сможет объясниться. Нужно срочно что-то предпринять. Чун Цзы встала и попыталась спрятаться.

– Кто там?

Все эти годы Вэнь Линчжи усердно совершенствовалась и добилась большого прогресса. От нее не могло укрыться постороннее движение. Заметив, что кто-то подслушивает, она тут же нанесла удар мечом.

В ужасе Чун Цзы беспомощно наблюдала за опускающимся мечом, не в силах даже закричать.

В самый последний момент откуда-то сзади вылетел еще один меч. Два клинка столкнулись в воздухе, породив выброс энергии. Раздался мощный хлопок, и меч Вэнь Линчжи отлетел назад. Она отступила на несколько шагов, едва удержавшись на ногах.

Второй меч был совершенно обычным, сделанным из хорошей стали. Он напоминал своего хозяина: ничем не примечательный и явно недооцененный.

Чун Цзы оцепенело перевела взгляд на хозяина меча.

– Брат Му, это ты? – Вэнь Линчжи привела учеников, но, увидев Му Юя, вздохнула с облегчением. А когда перевела взгляд на Чун Цзы, застыла в потрясении. – Чун Цзы?

Ее наружность была изменена Вань Цзе, они не могли узнать. Как только Чун Цзы пришло это в голову, она в ужасе стала ощупывать свое лицо. Кому может быть под силу снять чары Вань Цзе?

Атмосфера вокруг становилась гнетущей. Ученики смотрели на труп Вэй Синя, а затем переводили взгляды на нее. Их лица смурнели. Вэнь Линчжи сохраняла выдержку.

– Что произошло?

– Я только что пришла и увидела брата Вэй Синя…

Чун Цзы дрожала, страх и отчаяние проползли в сердце. Ее уже однажды подставили – кто бы мог подумать, что это может повториться. В текущей ситуации любые слова будут лишними. Лучше умереть, чем снова увидеть разочарование наставника.

Вэнь Линчжи молчала, поджав губы.

Наконец Му Юй подошел и взял Чун Цзы за руку.

– Ничего, – улыбнулся он. – Рад, что ты вернулась.

Крепко сжав его теплую руку, Чун Цзы чуть не расплакалась.

– Брат Му…

– Почтенный здесь. Я отведу тебя.

– Говорят, ученица бессмертного стража смогла вернуться сама. Видимо, она очень способная.

Вдруг засияли жемчужины Ночи, освещая все вокруг, как днем. На поляне возникла группа людей. Тем, кто произнес эти слова, оказался Минь Юньчжун, в руках он держал меч Пагоды Будды. Рядом с ним стояли Юй Сюй, Хай Шэн и несколько глав других школ.

Почувствовав его присутствие, Чун Цзы плотно сжала губы, не осмеливаясь поднять взгляд. Это невозможно вынести. Тем не менее ей все же пришлось посмотреть на человека, стоявшего в центре прибывшей группы. Он был одет во все белое, длинные черные волосы развевались на ветру. До боли знакомое лицо – все такое же красивое и бесстрастное.

Вынь Линчжи отступила.

– Учитель, Вэй Синь…

Только теперь Минь Юньчжун заметил тело Вэй Синя, лежавшее на земле. Он всегда защищал своих учеников, и даже их последователи могли рассчитывать на его защиту. Ясно представив, что здесь могло произойти, он ощутил боль и ярость.

– Хорошо! Очень хорошо! Значит, даже мои ученики подвергаются нападению! Иньфань, ты принял эту злобную ученицу, и сейчас я освобожу тебя от нее!

Меч Пагоды Будды загорелся сине-зеленым цветом. Воздух уплотнился, превращаясь в гигантский рисунок восьми триграмм[59], готовый вот-вот обрушиться на Чун Цзы.

– Печать казни бессмертного!

«Это конец для бессмертного, последняя казнь!»

Будучи бессмертным надзирателем, Минь Юньчжун отвечал в школе Наньхуа за наказания. Он и так был доволен решением, которое вынесли после случая с жетоном Верховного демона, а теперь, после смерти Вэй Синя, и вовсе пришел в ярость. Никакой жалости. Он совершенствовался тысячи лет, его удары были столь стремительны, что никто бы не успел прийти Чун Цзы на помощь. Печать казни бессмертного могла бы уничтожить с десяток таких, как она.

Не только ученики изменились в лице, многие из глав школ потрясенно посмотрели на человека в центре.

Он стоял спокойно и, казалось, не собирался никого останавливать.

В его взгляде не было злобы или затаенной обиды. Только печаль. Чун Цзы растерянно смотрела на него. Девушка даже не могла кричать о несправедливости, ведь никто ей не поверит. Даже он.

Она была слишком безрассудна и попалась в ловушку. О ее смерти никто не пожалеет, однако наставник так и не узнает, что убийца сейчас среди бессмертных и может в любой момент нанести удар!

Чун Цзы вдруг пришла в себя. Едва дыша под натиском Печати казни бессмертного, она из последних сил открыла рот. Не успела она хоть что-то произнести, как рядом раздался оглушительный взрыв.

Никто не видел, как меч, сияющий словно осенние воды, был вынут из ножен, но все заметили, что он, окутанный пятицветной аурой, пронзил Печать казни бессмертного. Возник огромный вихрь, древняя небесная техника была разбита на части, сконцентрированная духовная сила разлетелась в стороны, словно брызги белой пены. Ученики с низким уровнем совершенствования почувствовали сладковатый привкус в горле.

Чун Цзы, которая оказалась в самом центре вихря, была отброшена назад. Из ран хлынула кровь, голова раскалывалась от боли, в ушах звенело.

Разгоняющий волны дважды облетел поляну, прежде чем вернуться в ножны. Лицо хозяина меча осталось бесстрастным.

Главы школ как один выдохнули с облегчением. В этом мире нет такого учителя, который бы не защитил своего ученика. Даже если тот совершил огромную ошибку, наставник не сможет молча смотреть, как убивают воспитанника.

В глазах всех присутствующих Чун Цзы совершила тяжкое преступление, но он все равно протянул ей руку помощи.

Когда боль немного утихла, Чун Цзы с трудом поднялась на колени. Минь Юньчжун поймал меч Пагоды Будды, отступил на пару шагов назад и остановился.

– Правила школы Наньхуа ничего не значат для бессмертного стража?! – зло усмехнулся он.

Ло Иньфань будто не услышал вопроса.

Му Юй выдохнул и доложил:

– Вэй Синь мертв уже два больших часа.

Он сказал всего несколько слов, однако их смысл для всех был ясен. Если бы это действительно сделала Чун Цзы, она бы давно сбежала. Зачем оставаться здесь так долго?

Минь Юньчжун на миг замер, а затем презрительно усмехнулся:

– Зачем бежать? Раз здесь бессмертный страж, можно просто сказать, что все случилось во сне, и снова остаться безнаказанной. – Он посмотрел на тело. – Кинжал в груди доказывает, что его убил кто-то, кого он хорошо знал. Убийца застал его врасплох. Вэй Синь всегда относился к Чун Цзы хорошо, он не стал бы ее опасаться.

– Но это также может быть техника Подчинения души, – предположил Му Юй.

– Считаешь, у Вань Цзе есть еще и подручный, обладающий подобной техникой? – холодно спросил Минь Юньчжун. – Что собирается делать бессмертный страж?

Ло Иньфань не ответил.

Чун Цзы с трудом подползла и встала перед ним на колени. Понимая, что в ее историю сложно поверить, она все же подробно рассказала. Все, кто стоял вокруг, нахмурились.

– Хочешь сказать, среди бессмертных есть лазутчик? – спросил Минь Юньчжун.

Чун Цзы кивнула.

– И кто он?

– Я… не знаю.

– Раз без конца твердишь, что тебя подставили, я спрошу. Тебя ведь похитил Вань Цзе, верно? Почему же ты здесь? Как смогла сбежать?

Чун Цзы замешкалась.

– Ну… он взял меня с собой.

– Он хорошо к тебе отнесся, и ты воспользовалась удобным случаем, чтобы убить Вэй Синя и помочь Вань Цзе скрыться?

– Нет! Брат Вэй Синь всегда был добр ко мне, разве я могла причинить ему зло?

Ло Иньфань наконец заговорил:

– Без веских доказательств столь суровое наказание неуместно.

Эти слова показывали, что он намерен защитить ученицу. А если Ло Иньфань решил, то не уступит ни при каких обстоятельствах. Минь Юньчжун не желал заводить себя в тупик и, поскольку дело действительно оказалось подозрительным, уступил.

– Раз уж бессмертный страж так считает, поверим ей в этот раз. Однако прошлое преступление не может быть прощено.

Ло Иньфань кивнул:

– Не будем медлить и отправим ее на гору Куньлунь.

– Прошу, учитель, наставник Минь, продлите срок на несколько дней. Я пока не могу уйти, – поспешила попросить Чун Цзы.

Ло Иньфань не успел ответить, как слово перехватил Минь Юньчжун:

– Мерзавка, твои лживые увертки в этот раз не пройдут! Все еще пытаешься избежать кары?

– Нет, просто я дала обещание вернуться в земли Вань Цзе.

– Дала обещание? – усмехнулся Минь Юньчжун. – Собираешься бросить своего наставника и перейти на сторону демонов?

– Нет, он спас меня когда-то! – Чун Цзы посмотрела на Ло Иньфаня. – Если я не вернусь, бессмертная Гун окажется в большой опасности. Возможно, даже… Вань Цзе шантажом заставляют так поступать. Наставник учил платить добром, а не местью. Как только шпион будет обнаружен, я вернусь, чтобы отбыть наказание на горе Куньлунь.

Присутствующие нахмурились.

Минь Юньчжун пришел в ярость.

– В настоящее время в мире демонов нет никого сильнее Вань Цзе. Кто может ему угрожать? К тому же он украл демонический меч, совершал тяжкие преступления. Никто не пожалеет, если он умрет. Похоже, он обольстил тебя… Защищать мятежного ученика, который даже не собирается раскаиваться, пользуясь снисхождением бессмертного стража, это уже слишком!

Ло Иньфань взглянул на Чун Цзы:

– Если еще помнишь, кто ты есть, отправляйся на гору Куньлунь.

– Но…

Учитель защищает ее, Чун Цзы это понимала. Но если сейчас она отправится на гору Куньлунь, что будет с дядей? Заговорщик обязательно исполнит свои угрозы и навредит Гун Кэжань.

Заминка юной ученицы вывела Ло Иньфаня из себя.

Прошло несколько месяцев, а она уже не слушается его?

Когда Вань Цзе ее похитил и спрятал в своем дворце, бессмертный верил в нее, потому что знал: она никогда не пойдет против его воли. Теперь он уже не был уверен ни в чем. В конце концов, она по природе наивна. Подвергшись обольщению, белый лист бумаги может стать черным. Конечно, она не убивала, но важно не это. Не имеет значения, лгала ученица сейчас или говорила правду, ее загадочная связь с жетоном Верховного демона станет роковой. Школа Наньхуа не имеет права на поражение, весь мир бессмертных не имеет такого права. Пусть даже он сможет на время ее защитить, что произойдет в будущем? Стоит ей остаться в школе Наньхуа и хоть чуть-чуть ошибиться – другого шанса больше не дадут. Если души просто покинут тело, это будет наилучшим вариантом для той, что родилась с темным духом. Сто лет ледяной тюрьмы станут для нее мукой, но она будет в относительной безопасности, а мир бессмертных за это время успокоится. Освоив технику Зеркального сердца, он сможет освободить ее.

Сплошное наказание! Почему она не понимает его заботу?! Она не в силах защитить даже себя, но продолжает заботиться о Вань Цзе. Разумеется, ей невдомек, что, с тех пор как Вань Цзе овладела демоническая ци, он убивает людей направо и налево. Его преступления не заслуживают прощения.

Ло Иньфань без колебаний поднял руку, намереваясь насильно заставить воспитанницу уйти.

– Учитель! – воскликнула Чун Цзы.

Нет, девушка не боялась наказания, однако если бы в детстве Вань Цзе не пришел ей на помощь, она бы уже давно была мертва. Теперь же, узнав, что ему угрожает таинственный человек, она никак не могла стать причиной его гибели.

Печать Обиталища духа лин-тай сформировалась сама собой. Она хотела умолять учителя остановиться, думала снова все объяснить, но не понимала, что публично выказывает неповиновение. Видя это, все вокруг качали головами.

Ло Иньфань в ярости усмехнулся.

Прошло всего несколько месяцев, а маленькая ученица открылась совсем с другой стороны. Ее духовная сила значительно выросла. Так же, как и храбрость. Как смеет использовать против него технику, которой он сам ее обучил?

Ученики никогда раньше не видели Ло Иньфаня таким и испуганно затаили дыхание. Даже Минь Юньчжун оторопел.

Ло Иньфань, сам того не осознавая, сосредоточил в руке немного духовной силы.

– Если еще раз посмеешь мне сопротивляться, забудь, что я твой наставник! – прорычал он.

Эти слова были столь жестокими, что Чун Цзы вздрогнула и, не думая, сняла Печать Обиталища духа лин-тай. Мощный всплеск силы тут же отбросил ее назад. С приглушенным стоном девушка упала на землю, а одежда в районе солнечного сплетения окрасилась кровью, которая пошла у нее изо рта.

Ло Иньфань опустил руку и равнодушно произнес:

– Му Юй, отправь кого-нибудь сопроводить ее в школу Куньлунь.

Тот кивнул и уже протянул руку, чтобы помочь Чун Цзы встать, но вдруг перед глазами промелькнула какая-то тень. Словно вспышка, словно порыв ветра. Снова посмотрев вперед, он осознал – Чун Цзы исчезла.

Все произошло так внезапно, что присутствующие ошеломленно застыли.

– Это Вань Цзе!

– Догоним его!

Минь Юньчжун скрылся первым, Му Юй и Вэнь Линчжи, не сговариваясь, бросились следом.

Большой зал был подобен черному озеру, тысячелетняя алая змеиная лиана по-прежнему ярко пылала. В тишине послышался шорох одежд. Черная и белая фигуры влетели в распахнутые двери и плавно приземлились. Вань Цзе отпустил девушку и сделал несколько неуверенных шагов к кушетке. Похоже, он был серьезно ранен. К его счастью, Ло Иньфань не бросился в погоню, иначе трудно сказать, удалось ли бы им сбежать.

Чун Цзы выглядела бледной и ошеломленной. Она бездумно следовала за повелителем демонов след в след и пришла в себя, только когда они подошли к кушетке. Девушка невольно шагнула вперед, чтобы поддержать его, но тот тихонько отвел ее руку и сел.

– Почему… ты не повиновалась его словам?

Чун Цзы опустила взгляд.

– Они все равно не верят, что меня подставили. Не хочу идти в школу Куньлунь на заклание.

Он промолчал, лишь чуть изогнул уголки губ.

С тех пор как Чун Цзы оказалась в землях Вань Цзе, она впервые увидела его улыбку. Ее, такой мимолетной, было достаточно, чтобы рассеять холодность и бездушие. Сейчас его глаза были такими же нежными и прекрасными, как тогда.

И хотя этот мужчина больше не одевается в белое, а его волосы и глаза уже не черные, как прежде…

Хотя его улыбка не такая широкая и лучистая…

Но именно в этот момент Чун Цзы почувствовала, что он тот самый. Именно этот братец-небожитель спас ее в детстве.

Она позвала шепотом:

– Дядя.

Он тут же вернул лицу обычное равнодушное выражение. Протянув ей пилюлю, мужчина медленно лег.

– Мне нужна передышка, – устало сказал он. – Прими пилюлю, чтобы залечить раны.

Вань Цзе закрыл глаза. Его красивое лицо постепенно расслабилось – видимо, он уснул глубоким сном. Чун Цзы тихо села перед кушеткой, обняв колени. Ее духовная сила снова была при ней. Она сжимала в руках пилюлю, но даже не думала залечивать раны. Ее лицо было бледным, и девушка специально выгнулась, позволяя боли разлиться по телу.

Он защитил ее, дал шанс. Оказалось, учитель все это время беспокоился о ней. Но… она не смогла причинить вред человеку, который сейчас лежал перед ней. Она сделала выбор, и наставник никогда ей этого не простит. Чун Цзы предала его доверие, его старания.

Поблизости раздался странный звук. То была маленькая демоническая змея Пустых небес. Увидев, что ее хозяин ранен и без сознания, она подползла к Чун Цзы и подняла голову.

Укусит или нет? Было бы неплохо, если бы укусила. Если она умрет, учитель, возможно, простит ее. Чун Цзы пробормотала:

– Если считаешь, что я заслуживаю смерти, кусай.

Вопреки ожиданиям, демоническая змея смотрела на нее и не нападала. Развернувшись, она забралась на кушетку, подползла к Вань Цзе и свернулась рядом с ним.

Когда люди впадают в отчаяние, они ищут надежду в чем-то несущественном. Чун Цзы утешала себя так: даже если не может вернуться, пока она жива, у нее есть шанс еще хоть раз увидеть его.

Незаметно для себя Чун Цзы уснула, а когда проснулась, обнаружила, что лежит на кушетке. Мужчины, который лежал там до нее, уже не было.

Боль в груди тоже пропала – кажется, он залечил ее раны. Чун Цзы некоторое время сидела неподвижно, а затем встала и вышла из зала.

Вань Цзе стоял один среди облаков.

Его красные волосы контрастировали с черным цветом туч, делая его сверхъестественно красивым.

Раз он смог спасти Гун Кэжань и уйти, зачем вернулся? Должно быть, тот человек предупредил? Гун Кэжань не последовала за Вань Цзе сюда. Конечно, кому понравится жить в таком ужасном месте. Но это не имеет значения. Все временно, надо только разоблачить того заговорщика. Стоит найти его, и все закончится.

Чун Цзы приободрилась, всеми силами стараясь поддержать настрой. Подлетев к повелителю демонов на посохе, она остановилась рядом.

– Братец Чу.

Он явно этого не ожидал. Мужчина искоса посмотрел на нее, а затем сказал:

– Лучше называй меня дядей.

Та сделала вид, что не расслышала.

– Братец, теперь я буду жить здесь. Составлю вам компанию.

Он молчал какое-то время, а затем сказал:

– Называй меня дядей.

Чун Цзы молча закусила губу.

Он отвернулся и посмотрел на безграничные гряды туч.

– Тебе следует отправиться в школу Куньлунь. – Его голос был чужим.

– Но тот человек будет угрожать вам. Что будете делать?

– Не твое дело.

Чун Цзы была поражена.

– Дядя…

– Иди, – безразлично ответил он.

Девушка пристально смотрела на него, однако Вань Цзе остался невозмутим.

В порыве злости она развернулась.

– Уйду!

Вань Цзе снял барьер на входе, и Чун Цзы покинула его земли. Она чувствовала, как ее накрывает возмущение и обида. Ведь он сам выкрал девушку, а теперь, когда наставник не желает ее видеть, просто прогнал!

Если он не принимает доброту, почему она вообще должна беспокоиться?

Просто возьмет и уйдет! Чун Цзы долго договаривалась сама с собой и в конце концов решила, что должен быть подвох. Она хотела вернуться, но обнаружила, что не может найти вход в земли Вань Цзе. Какое разочарование! Все, что ей оставалось, – уныло бродить по улицам ближайшего городка. Наконец девушка набралась смелости и решила вернуться в школу Наньхуа и повиниться. Но не успела она выполнить свой план, как услышала новость, которая пронзила сердце и сбросила его со скалы в бездонную пропасть.

– Неужели почтенный действительно так сказал?

– Именно. Глава уже давно убеждает почтенного выгнать такую ученицу.

– Я думал, она более-менее нормальная. Кто же знал, что навлечет на почтенного позор и переметнется на сторону демонов.

Несколько учениц школы Наньхуа обсуждали между собой новости. Их слова наверняка были правдивы. Чун Цзы уже давно была готова к наихудшему варианту, но слышать такое было невыносимо.

В отчаянии Чун Цзы покинула город.

Теперь она изгнанница и он больше не хочет видеть ее? Все правильно. Она ведь была непослушной, вечно совершала ошибки и в конце концов публично его опозорила. Никогда не являлась достойной ученицей. Теперь наставник обрубил последнюю ниточку. Больше она никогда не сможет вернуться на пик Пурпурного бамбука. Больше она не его Чун-эр.

Все в этом мире, казалось, потеряло смысл.

Ее разум был словно в тумане, в голове шумело. Она шла вперед не разбирая дороги. Когда силы кончились, Чун Цзы упала на колени у края дороги и просто уснула, лежа на камнях.

– Ученица Ло Иньфаня?

– Все сбились с ног, разыскивая ее. Брат, может быть, стоит схватить и преподнести верховному демоническому стражу?

– Ло Иньфань причинил нам зло, оставил без крова, теперь его ученица в наших руках. Не должны ли мы прежде воспользоваться этим?

Кривая усмешка.

– У этой девчонки, вероятно, немалые способности…

Чун Цзы была разбужена громкими голосами. Она подняла голову и в недоумении протерла глаза.

Апатия превратилась в изумление.

– Учитель!

Она что, все еще спит?

Ответа не последовало.

Конечно, он ведь был так зол, что даже изгнал ее из школы.

Чун Цзы торопливо заговорила, но речь ее была сбивчивой:

– Учитель, я знаю, что ошибалась… Не прогоняйте. Я отправлюсь в школу Куньлунь, чтобы принять наказание, только не злитесь на меня…

Она умоляла и плакала, а он вдруг тихо обнял ее.

Чун Цзы не поверила своему счастью, поднимая лицо.

– Учитель!

Он улыбнулся.

Это сон? Девушка в душе понимала, что что-то не так, однако сейчас ей было все равно. Она полностью отдалась удивительному чувству. Разве это не то, чего она так долго желала?

Сама не зная почему, она протянула руку, желая коснуться его лица.

Рука нерешительно замерла в воздухе.

Он тоже замер, блеск глаз стал странным.

Разве можно столь кощунственно поступать с наставником?! Чун Цзы, испуганная собственной дерзостью, хотела отдернуть руку, но учитель перехватил ее ладонь и поднес к губам.

Тепло его дыхания, такое близкое и одновременно такое далекое, едва не сожгло ее сердце.

Чун Цзы забыла, как дышать, словно пораженная молнией.

Сон! Несомненно, сон! Только во сне он мог сбросить свою привычную маску безразличия и отчужденности. Он больше не тот недоступный, холодный учитель, который ей нравился, – сейчас он самый любимый человек, которого она ужасно боится потерять. Во сне его глаза полны нежности, движения такие теплые и близкие. Чун Цзы была настолько счастлива, что не чувствовала тела, лишь сердце, полностью растворившееся в нем.

– Наставник!

Тысячи слов слились в одно. Лицо стыдливо порозовело. Ее большие глаза сияли восторгом и любовью. Если это сон, она хочет остаться в нем навсегда.

Но сон закончился гораздо раньше, чем ожидала девушка, разлетевшись на части от громкого хохота. Ло Иньфань исчез, на его месте образовались струйки синеватой энергии, которые постепенно уплотнились, превращаясь в группу мужчин, красивых и уродливых.

– Вы…

Один из мужчин бесстыдно рассмеялся:

– Красавица, помнишь нас? Мы встречались прежде.

– Я вас не знаю, – пробормотала Чун Цзы.

– Не знаешь? – Выражение лица мужчины стало хмурым. – Если бы по совету Ло Иньфаня Хай Шэн не основал школу Фушэн, мы бы не оказались здесь.

Школа Фушэн? Чун Цзы наконец что-то поняла.

– Вы демоны желаний?

Мужчина не стал отрицать. Цокнув языком, он смерил Чун Цзы взглядом.

– Кто бы мог подумать, что ты влюбилась в Ло Иньфаня!

Чун Цзы давно и надежно прятала свои тайные желания, думая, что никто и никогда не сможет их узнать. Теперь же, когда ее так просто разоблачили, она залилась краской стыда, не в силах произнести ни одного слова.

Мужчина повернулся к своим людям и рассмеялся:

– Если не было любовного желания, откуда взяться этой иллюзии? Гляньте-ка, осмелилась любить своего наставника, ну чем не второй Темный нарцисс!

Демоны рассмеялись.

Раз она так легко поддалась иллюзии, значит, ее сила не так уж и велика. Демоны больше не боялись к ней приближаться.

– Красивое личико…

– Не подходи!

Духовная сила не поддавалась контролю. Должно быть, ее застали врасплох, пока она еще полностью не очнулась ото сна. В страхе и панике Чун Цзы отступила.

– Обо мне говорили? – вдруг раздался женский голос.

Демоны резко перестали хохотать. Чун Цзы словно увидела спасительную звезду.

– Старшая сестра Инь!

Инь Шуйсянь, Темный нарцисс, в черном свободном одеянии парила в воздухе. Услышав Чун Цзы, она лишь бросила на нее равнодушный взгляд.

Демоны чувствовали неловкость. Никто не осмеливался заговорить первым. Мужчина, который стоял во главе группы и, вероятно, занимал более высокое положение, торопливо вышел вперед, заискивающе улыбаясь:

– Демонический страж Инь, простите за бестактность.

Темный нарцисс презрительно усмехнулась:

– Великий демон желаний пренебрегает обязанностями, позволяя своим подручным слоняться где вздумается.

Мужчина поклонился.

– Прошу прощения у демонического стража Инь за неосторожные слова. Госпожа, не держите зла на глупых демонов.

Темный нарцисс фыркнула.

– Старшая сестра Инь, прошу, помогите мне! – взмолилась Чун Цзы.

Темный нарцисс действительно сказала:

– Я заберу эту девчонку с собой.

Мужчина выразил несогласие:

– Простите, думаю, демоническому стражу Инь не стоит вмешиваться.

– Дерзишь?! – яростно прошипела Темный нарцисс.

– Я бы не посмел дерзить демоническому стражу Инь, – с задержкой продолжил мужчина. – Но она ученица Ло Иньфаня. Владыка обвинит нас, если узнает, что мы действовали самовольно. Колодезная вода речной не помеха[60], наши группы всегда ходили параллельными тропками. Верховный демонический страж никогда не вмешивался в дела госпожи Инь. Страж Инь могущественна, вы легко можете лишить нас жизни, и все же лучше не прибегать к крайним мерам. Пусть Верховный демонический страж легкомысленно относится к своим обязанностям, но госпоже Инь тоже следует помнить о судьбе других.

Он особенно подчеркнул слово «других».

– Угрожаешь? – холодно произнесла Темный нарцисс.

– Не смею. – Мужчина продолжал смотреть в меру почтительно. – Я только подумал: стоит ли из-за ничтожной ученицы бессмертного вредить отношениям между двумя Верховными демоническими стражами?

Темный нарцисс молча развернулась и умчалась с порывом ветра.

Чун Цзы хотела закричать вслед, но не смогла.

Демон обернулся и с довольным видом произнес:

– Сегодня у меня открылись глаза. Сначала Сюй Лин и Инь Шуйсянь, теперь Ло Иньфань и его ученица. Кто бы мог подумать, что даже почтенный Чунхуа нарушает моральные принципы.

Чун Цзы не знала, куда деться от ужаса и стыда.

– Вздор! Это не имеет к наставнику никакого отношения! Он ничего не знает!

– Значит, неразделенная любовь? – Демон не сдержал смешка. – Интересно посмотреть на лицо Ло Иньфаня, когда ему станет обо всем известно.

– Дал отворот стольким бессмертным, а теперь оказалось, что его любит собственная ученица.

– Надо, чтобы бессмертные тоже увидели их позор.

Дикий хохот был подобен прорыву плотины. Он разрушил последнюю надежду. Чун Цзы показалось, будто из тела вытащили все кости. Она осела на землю, шепча:

– Нет…

Стыд, отчаяние, ужас, чувство вины затопили сердце. Когда девушка была нищенкой, чужие насмешки и слова презрения не имели для нее никакого значения. Даже изгнание из школы Наньхуа можно было вытерпеть. Но что будет, если учитель узнает о ее запретной страсти? Наверняка почувствует гнев и отвращение. Ученица, которую он воспитывал, испытывает к нему порочные чувства. Он поступит с ней так же, как почтенный Сюй поступил с Инь Шуйсянь. Она больше никогда его не увидит.

– Нет! Не говорите! – Девушка с отчаянием закрыла лицо ладонями, вжимаясь в тень валуна. – Не говорите ему, умоляю…

– Умоляешь? – Хохот гремел в ушах.

– Хорошо, хорошо, не скажем…

Ее рассудок давно помутился. Она лежала на земле, широко раскрыв глаза, и смотрела в небо безумным пустым взглядом. Блеск в глазах померк, язык повторял одни и те же слова снова и снова. Множество рук срывали с нее одежду… Но на сердце была такая безысходность, что Чун Цзы не чувствовала ни омерзения, ни стыда, ни боли.

Посох Сияния звезд обжигал ладонь. Лишь он боролся, однако потом затих.