Над головой клубились облака, у земли стелился туман – все вокруг казалось клубком белой ваты. Ло Иньфань стоял посреди стволов пурпурного бамбука, а у его ног лежало чудовище. Это был охраняющий горы суань-ни.

– Наставник, – подбежала Чун Цзы.

Ло Иньфань повернулся и покачал головой.

– Ты суетлива, как и всегда.

Девушка вытерла пот со лба и глупо хихикнула.

– Побоялась, что наставник будет ждать меня слишком долго.

Мужчина не произнес ни слова, но охраняющий горы суань-ни тут же поднялся и, отойдя в сторону, уселся, словно послушный щенок.

Ло Иньфань поднял руку и показал шелковый свиток.

– Сегодня я дам тебе свиток Печати Обиталища духа лин-тай. Посмотри внимательно.

Чун Цзы не ожидала такого и быстро покачала головой.

– Моя рана была случайностью. Мне не нужно этому учиться. К тому же наставник знает, что я родилась с темным духом…

Он понимал ее опасения.

– Это высшая небесная техника защиты, созданная древними богами. Если изучишь ее, то в критической ситуации сможешь использовать, чтобы защитить себя или других людей. Я научу тебя только одной технике. Когда уйду, ты останешься одна на пике Пурпурного бамбука, тебе нужно быть осторожной.

Наставник беспокоится о ней! Чун Цзы в душе очень обрадовалась, а когда услышала о том, что сможет помочь кому-то еще, перестала возражать.

Шелковый свиток медленно поднялся и развернулся в воздухе. Яркий серебристый свет ослепил Чун Цзы, но она смогла различить, что на свитке начертаны десять маленьких золотых иероглифов.

Последние несколько лет Чун Цзы усердно упражнялась и уже знала много иероглифов. Сейчас она, напрягая силы, старалась понять, что написано на свитке. В тот же миг маленькие золотые знаки вдруг ожили и, покинув шелковый свиток, один за другим полетели к ней. Воспользовавшись ее растерянностью, они проникли Чун Цзы в голову. Странно, но никакого телесного дискомфорта не ощущалось – напротив, разум прояснился, и магические формулы четко отразились в сознании.

Ло Иньфань свернул свиток.

– Смотри, сначала я покажу тебе.

Услышав его слова, охраняющий горы суань-ни тут же поднялся, готовый к атаке. Его тело было полно силы и энергии. Истинно древний мифический зверь, необычайно величественный и смертоносный.

Чун Цзы тут же вспомнила тот миг, когда чуть было не погибла от его когтей. Она высунула язык и спряталась за наставником.

Ло Иньфань спокойно стоял на том же месте, а от его тела стал исходить мягкий серебристый свет, охвативший их обоих. Смертоносная аура нарастала, и сияние тоже становилось ярче.

Когда суань-ни зарычал и бросился в атаку, серебристое сияние ослепительно вспыхнуло.

Ло Иньфань спокойно поднял руку и внезапно ударил ладонью по воздуху.

Суань-ни, скуля, покатился по земле, словно удар пришелся точно по нему. Только врезавшись в заросли пурпурного бамбука в нескольких чжанах от учителя с ученицей, он остановился. Чудовищу потребовалось время, чтобы прийти в себя, и лишь затем он осторожно приполз обратно и лег рядом, обиженно качая головой.

Так мощно! Чун Цзы была потрясена. Она протянула руку, чтобы погладить зверя по голове и успокоить, но быстро опомнилась.

– Учитель, когда в прошлый раз демоны ветра захватили меня, ты применил эту же технику, верно?

– Печать Обиталища духа лин-тай применяется для отражения атаки, она использует силы нападающего против него самого. Если противник силен, печать становиться сильнее, если противник слаб – слабеет и она. Если атака пустая или непреднамеренная, печать потеряет свою эффективность. Поэтому она безопасна: ее нельзя использовать против мирного человека и ею нельзя навредить по ошибке. Попробуй сама.

Девушка напряглась, добывая из памяти отпечатанную формулу, и сделала так, как показал учитель.

Но на этот раз суань-ни не только не откатился, а, напротив, высоко поднял голову и презрительно фыркнул.

Ло Иньфань не был удивлен. Высшую небесную технику могли использовать лишь те, кто достиг уровня истинного совершенствующегося. Маленькая ученица еще не достигла ступени Закладывания основ[48], поэтому ей будет очень сложно тренироваться.

– Пока меня нет рядом, не забывай больше практиковаться. Я проверю, чего ты добилась, когда вернусь.

Чун Цзы согласно кивнула.

Ло Иньфань отошел на несколько шагов и снова произнес:

– Для Печати Обиталища духа лин-тай необходимо, чтобы у противника было намерение тебя убить. Хотя эта техника безопасна, все же ее следует использовать лишь в критический момент. И ни в коем случае нельзя никому передавать.

– Я поняла.

– Оставайся здесь и тренируйся с суань-ни.

Увидев, что он собирается уходить, Чун Цзы поспешила следом.

– Учитель.

Ло Иньфань остановился и повернулся.

Девушка мгновение помедлила и сказала:

– Наставник, вы собираетесь в школу Куньлунь, чтобы отнять демонический меч у повелителя демонов Вань Цзе? Помню, наставник рассказывал, что три тысячи учеников школ бессмертных трагически погибли при перевозке демонического меча. Тот братец-небожитель, что спас меня, тоже мог быть среди них. Я бы хотела узнать причину.

Некогда это дело было очень громким, и Ло Иньфань не стал скрывать правду:

– Десять лет назад, во время великого бедствия, Верховный демон Ни Лунь и его орда, состоящая из демонов и нечисти, атаковали школу Наньхуа. Перед этим мой наставник при странных обстоятельствах угодил в ловушку, и его силы были истощены. Невероятным усилием воли он сумел победить Ни Луня, но умер от полученных ран.

– Значит, Ни Лунь был не настолько силен, как о нем говорят?

Ло Иньфань покачал головой.

– Он первый из демонов, кому удалось достичь наивысшего уровня. Ни Лунь контролировал демонический престол, захватил мир нечисти и в конце концов напал на школу Наньхуа. Причина его поражения заключается в том, что накануне битвы он запечатал половину своей духовной силы в мече.

Чун Цзы была удивлена.

– Зачем он это сделал? Разве это не игра со смертью?

– Ни Лунь – лишь тело для духа Верховного демона. А раз меч обладает половиной его духовной силы, он может сам отыскать себе хозяина. Кто бы ни завладел мечом, он неизбежно вызовет хаос во всех шести мирах.

Чун Цзы задумалась, но все еще не могла понять.

– Если бы он сохранил свою духовную силу, выиграл ту битву и уничтожил Монумент Шести миров, все миры были бы под властью демонов. Зачем нужен меч, сеющий хаос?

Ло Иньфань не знал ответа.

– Меч наполнен демонической ци, и никто из мира бессмертных не овладел техникой Зеркального сердца и не смог очистить меч. Потому были выделены три тысячи учеников, чтобы переправить его в школу Куньлунь. Клинок был успешно доставлен и запечатан в лед у подножия горы Куньлунь под охраной местных учеников. Три года спустя школа Западного буддизма прислала жемчужину Бесконечности, главы школ бессмертных все обсудили и решили отправить тех же учеников в школу Куньлунь, чтобы забрать меч и перевезти обратно в школу Наньхуа для очищения. Однако в пути что-то произошло, и три тысячи учеников трагически погибли за одну ночь, а меч Ни Луня был украден.

«Среди этих учеников был и ее спаситель?!» Чун Цзы сжала кулаки.

– Существом, укравшим меч, был повелитель демонов Вань Цзе?

– Таковы слухи. Менее чем за год уровень совершенствования Вань Цзе значительно возрос, он стал повелителем демонов. Возможно, потому что получил духовную силу меча. Однако сам он никогда не подтверждал эти слухи, не говоря уже о том…

Мужчина вдруг остановился и серьезно сказал:

– Чун-эр, станем ли мы демонами или нет, зависит только от нас. Если нет злых помыслов, даже демонические силы ничего не смогут сделать. Вань Цзе убил бесчисленное множество людей за эти годы, даже если не брать в расчет те три тысячи учеников. Он зло и должен быть наказан. Очень хорошо, что ты не забываешь своего спасителя, однако следует помнить: отплатить за услугу – правильное решение, но одержимость местью отравит твое сердце и породит внутреннего демона.

Услышав его слова, Чун Цзы вдруг будто прозрела.

– Учитель, я все поняла.

Ло Иньфань кивнул и развернулся.

– Наставник.

– Что-то еще?

– Когда вы вернетесь из школы Куньлунь?

– Я пробуду там минимум три месяца, максимум – полгода.

Девушка помолчала некоторое время, а затем сказала:

– Повелитель демонов Вань Цзе очень могущественный. Учитель… будьте осторожны.

– Хорошо.

Чун Цзы пробормотала:

– Неужели я и правда не могу пойти за наставником?..

Ее длинные густые ресницы дрожали. Возможно, из-за легкой водяной взвеси, висящей в воздухе, они были влажными и потому казались особенно темными.

Взглянув на воспитанницу, Ло Иньфань вздохнул.

Раньше учитель и ученица всегда путешествовали вместе и редко разлучались. Теперь же, когда настала необходимость оставить Чун Цзы одну, Ло Иньфань почувствовал нежелание и тревогу. Но птенец не может вечно жить под крылом. Рано или поздно, когда темный дух будет очищен, ей придется покинуть дворец Чунхуа. Нехорошо, если маленькая ученица будет слишком зависеть от наставника.

– Практикуй Печать Обиталища духа лин-тай старательно, не заставляй своего учителя беспокоиться, – сказал он спокойным тоном, развернулся и ушел.

Широкие белые рукава развевались на ветру, скользя меж пурпурно-черными стеблями бамбука, пока не исчезли.

Чун Цзы осталась стоять на прежнем месте. Казалось, она вот-вот заплачет.

Утром следующего дня Ло Иньфань отправился в школу Куньлунь, не позволив ученице даже себя проводить. Чун Цзы стояла на вершине пика Пурпурного бамбука, долго смотря ему вслед, а затем, расстроенная, вернулась в бамбуковый лес, чтобы практиковать Печать Обиталища духа лин-тай с суань-ни. Если говорить о печати, то следует знать: это одна из сложнейших защитных техник. Даже с редким талантом Чун Цзы невозможно достичь прогресса без постоянных тренировок, хотя и так будешь двигаться со скоростью улитки. Охраняющий горы суань-ни получил строгий наказ: в обычные дни он одиноко бродил по горам, а теперь с большим удовольствием сопровождал Чун Цзы, в течение полумесяца помогая ей практиковать защитную технику. К сожалению, ей пока не удалось сделать большой шаг вперед. Юй Ду и Минь Юньчжун за все это время ни разу не проявили к ней интерес и не пришли.

В тот день Чун Цзы вернулась от суань-ни после обеда. Уже приближаясь к дверям, она вдруг услышала голос Янь Чжэньчжу снаружи. Девушка тут же направила посох к подножию пика и действительно увидела там подругу.

– Наконец-то ты спустилась.

– Сестра Чжэньчжу, где ты все это время была?

– Глава отправил меня в школу Цинхуа, чтобы доставить письмо, – только вернулась. А завтра утром последуем с мужем за Цинь Кэ и остальными в школу Куньлунь, поэтому я поспешила к тебе, чтобы успеть увидеться.

Чун Цзы почувствовала себя еще более подавленной и молча села на камень.

– Знаю, ты хочешь пойти, так? – спросила Янь Чжэньчжу.

– Учитель просил остаться, – уныло произнесла Чун Цзы.

– Почтенный просто беспокоится, что с тобой может что-то случиться. В этот раз глава Юй отправляет больше сотни учеников, чем ты хуже? Брат Цинь будет нас возглавлять, разве ты не хочешь пойти с нами и посмотреть школу Куньлунь? Если не будешь отставать и убегать, что такого может произойти?

Глаза Чун Цзы вспыхнули, но тут же потухли.

– Это… разрешено? Глава Юй никогда не согласится.

Хотя Янь Чжэньчжу старше Чун Цзы, по своей натуре она была легкомысленной и беспечной. Сейчас она была воодушевлена и плохо оценивала обстановку, из-за чего подала подруге спорную идею.

– А он когда-либо интересовался тобой? К тому же глава не придет на пик Пурпурного бамбука, чтобы проверить. Все, что тебе нужно, – это заручится помощью одного человека. Если тот согласится, все получится.

Чун Цзы понимала, о ком идет речь, но колебалась.

– Он не согласится.

– Попробуй. Если и впрямь откажет, значит, ничего не поделаешь.

Наставник обязательно рассердится из-за подобного легкомыслия. Но она слишком скучает, а еще больше беспокоится о нем. Чун Цзы наконец решилась. Она попробует, даже если будет наказана. Решительно встав, девушка произнесла:

– Пойдем. Мне нужно его найти.

Не успела она договорить, как неподалеку показался молодой человек в белых одеждах. Его лицо было красивое и равнодушное, а походка спокойная и уверенная.

– Ступай, ступай, я отойду, – улыбнулась Янь Чжэньчжу и подтолкнула Чун Цзы.

Затем она подошла к Цинь Кэ и вежливо поприветствовала. Сказав ему несколько слов, девушка нашла удобный предлог и ушла.

Стоило ей скрыться из виду, как тут же подбежала Чун Цзы.

– Доброе утро, брат Цинь. Приветствую тебя, брат Цинь.

Юноша бросил на нее быстрый взгляд и произнес лишь одно слово:

– Нельзя.

Чун Цзы не знала, как реагировать.

– Ты знаешь, о чем я собираюсь попросить?

А что еще она могла сказать, когда подбежала к нему с таким заискивающим выражением лица? И что мог ответить на это Цинь Кэ? Просто промолчать.

Чун Цзы еще больше стушевалась, но через некоторое время все же начала упрашивать:

– С тобой идет так много людей, разве нельзя тайно взять и меня?

– Это слишком опасно.

– Я просто последую за вами, никуда не отходя. Что может случиться?

Он приподнял бровь и, не глядя на нее, сказал в пустоту:

– Я отправляюсь завтра с утра и сейчас просто пришел увидеться с тобой. Оставь свои фантазии. Кто будет нести ответственность, когда почтенный обо всем узнает?

Понимая, что он вот-вот улетит, Чун Цзы схватила его за руку, не желая отпускать.

– Брат Цинь, я незаметно последую за тобой и не дам наставнику себя увидеть, хорошо?

Она привыкла так вести себя с Му Юем, а тот всегда соглашался на ее просьбы. Но Цинь Кэ не поддался и холодно сказал:

– Даже если соглашусь, брат Му лично проводит нас с горы завтра утром. Думаешь, он не узнает тебя в толпе? Хватит, не беспокой меня больше!

Но Чун Цзы и не думала отступать.

– Я хочу пойти!

Цинь Кэ молча освободился от ее руки, но Чун Цзы снова схватила его за рукав.

– Разве не ты говорил, что, пока вы здесь, мне нечего бояться?

Юноша не нашел ответа и скривил губы.

– Хватит. Это дело нельзя делать скрытно. Пойду и обсужу все с братом Му. Если он не согласится, я ничего не смогу сделать.

Чун Цзы радостно кивнула и отпустила его.

Солнце садилось за западные горы, и, хотя вечерний рынок не был столь же оживленным, как днем, торговые лавки еще не закрылись, а прохожих было по-прежнему много. По улице шла большая группа людей: у большинства из них в руках или на поясе были мечи.

Первым шел молодой человек в роскошных одеждах. Его брови были подобны мечам, облик и движения – благородны и величественны.

За ним следовали две прекрасные девушки, у каждой на поясе тоже висело по клинку.

Молодой господин остановился и развернулся к другому старшему ученику.

– У меня еще есть дела. Поищите тихий постоялый двор для ночлега. Не забудь отправить двоих людей на разведку. Боюсь, поблизости могут быть люди из демонического дворца Девяти глубин.

Тот кивнул, не задавая вопросов.

Две девушки огляделись и недовольно высказались:

– Как мы можем остановиться в таком месте?

– Вдали от дома следует довольствоваться тем, что есть. Следуйте за братом Жэнем на постоялый двор. Я куплю пару вещей и приду позже.

Пока они разговаривали, из соседней лавки вышли две девушки.

Одной из них было лет двадцать. Приятной наружности, одетая в ярко-красное платье и темно-пурпурную накидку, в руках она держала меч.

Вторая девушка была лет пятнадцати-шестнадцати, в простой белой одежде. Ее фигура была не такой округлой, как у девушки рядом. Хрупкой рукой она сжимала красивый серебряный посох.

Молодой господин внимательно присмотрелся к ним, словно что-то для себя подтверждая, а затем громко окликнул:

– Уж не сестра ли это Янь из школы Наньхуа?

Две девушки остановились и оглянулись. Узнав того, кто их окликнул, старшая вежливо улыбнулась:

– Молодой господин Чжо, какое совпадение!

Этими девушками были Янь Чжэньчжу и Чун Цзы.

В тот день, когда Чун Цзы решила отправиться в школу Куньлунь, чтобы увидеть Ло Иньфаня, она попросила Цинь Кэ помочь уговорить Му Юя. Услышав о ее просьбе, Му Юй не стал возражать, просто напомнил об осторожности в пути. На следующий день он поднялся очень рано и тайно проводил ее с горы. В школе Наньхуа всегда было много учеников, а Чун Цзы очень редко спускалась с пика Пурпурного бамбука, всем было не до нее. Даже если бы кто-то заподозрил, ни у кого не хватило бы смелости пойти в зал Чунхуа и проверить. Отсутствие Чун Цзы так и осталось незамеченным.

Прошло два дня с тех пор, как они покинули гору Наньхуа. Цинь Кэ и другие ученики отправились в школу Куньлунь на своих мечах. Они спешили и летели довольно быстро. Сегодня, видя, что уже темнеет, они спустились и остановились на ночлег, заняв два постоялых двора. Ученики планировали хорошенько отдохнуть и рано утром вновь отправиться в путь. Но Янь Чжэньчжу очень захотелось что-нибудь себе прикупить, она упросила Чун Цзы составить ей компанию. Кто бы мог подумать, что в этом городке они встретят знакомое лицо?

Янь Чжэньчжу опомнилась.

– Чун Цзы, это молодой господин Чжо из школы Цинхуа. Ты раньше была там, вы знаете друг друга?

Услышав знакомое имя, молодой господин потрясенно замер. Слегка прищурившись, он произнес:

– Букашка? Та милая девчонка?

Чун Цзы уже давно узнала его и помрачнела. Плохо дело.

Молодой господин сначала долго и с интересом разглядывал ее, а затем его брови поползли вверх, а губы растянулись в едкой ухмылке.

Встретившись с ним взглядом, Чун Цзы увидела проскользнувшее коварное намерение. От ледяных мурашек страха волосы на затылке встали дыбом. Конечно, это мог быть только он, молодой господин из школы Цинхуа, что дразнил ее в детстве, называя маленькой госпожой!

Чун Цзы быстро отвела взгляд, оглянулась по сторонам и, схватив Янь Чжэньчжу, прошептала:

– Уже темнеет, пойдем скорее. Если припозднимся, старший брат Цинь будет волноваться.

Подруга не разгадала ее хитрости и напомнила:

– Забыла? Помнишь, ты отправилась с почтенным в школу Цинхуа на празднование дня рождения? Ты тогда еще была серьезно ранена. Это любимый сын главы Чжо, разве не узнаешь его?

Молодой человек стал притворно вежлив:

– Сестра, позволь поприветствовать тебя.

Чун Цзы проигнорировала его.

– Вы общайтесь, а я пойду первой.

Сказав это, она развернулась, чтобы уйти, даже не посмотрев на Янь Чжэньчжу.

– Эй, Букашка, ты…

Янь Чжэньчжу не поняла, в чем дело. Она топнула ногой, виновато улыбнулась Чжо Хао и тут же хотела догнать Чун Цзы, но молодой господин ее остановил.

Чжо Хао улыбнулся, как будто омытый весенним ветром, и, указав на ученика рядом с собой, представил:

– Сестра Янь, это брат Жэнь из школы Цинхуа. Поговорите, а я пойду с младшей сестрой, заодно навещу братьев из вашей школы.

Чун Цзы услышала это, помрачнела и зашагала быстрее.

Когда они с наставником отправились в школу Цинхуа на день рождения главы Чжо, Чун Цзы выставила Чжо Хао на посмешище, нарисовав на его спине большую черепаху, а перед уходом повторила свой трюк. С учетом характера этого человека, разве может он так легко сдаться? Глядя на выражение его лица, можно не сомневаться, что он уже что-то придумал.

Вокруг все еще было много прохожих, и Чжо Хао не торопился демонстрировать свое истинное лицо, лишь ускорил шаг и с улыбкой сказал:

– Я по-прежнему не ем людей, сестренка. Зачем так бежать? Подожди меня.

Его шаги звучали все ближе и ближе, и Чун Цзы, потеряв самообладание, бросилась наутек. Когда она увидела постоялый двор, то тут же залетела внутрь и побежала к комнате Цинь Кэ.

– Брат Цинь! Брат Цинь!

– Хочешь от меня спрятаться? – Когда они остались без свидетелей, Чжо Хао наконец перестал притворяться и выскочил вперед, преграждая ей путь. Ущипнув ее за щеку, он промурлыкал: – Сестрица так похорошела. Прошло три года, и маленькая госпожа стала настоящей красоткой. Почему убегаешь от своего муженька?

Чун Цзы отпрянула и сердито наступила ему на ногу.

Чжо Хао не скривился от боли – напротив, только громче рассмеялся.

– Так и не освоила магию? Пойдем, научу тебя одному…

Не успел он договорить, как дверь комнаты напротив скрипнула, открываясь. В проеме появился молодой господин в белых одеждах. Выражение его лица было серьезным, а голос холодным.

– Что за шум?

Девушка словно увидела спасительную звезду. Воспользовавшись замешательством, она подбежала к Цинь Кэ.

– Брат Цинь, этот странный человек преследует меня!

Цинь Кэ невозмутимо задвинул ее себе за спину, отгородив от Чжо Хао.

Тот взглянул на него, затем на Чун Цзы, и улыбка на его лице померкла.

Наступила тишина.

Цинь Кэ смерил юношу взглядом и заговорил первым:

– Вы из школы Цинхуа?

Как молодой господин дворца Цинхуа, Чжо Хао с детства привык участвовать в официальных мероприятиях. Сейчас он быстро успокоился и поприветствовал:

– Чжо Хао из школы Цинхуа приветствует вас.

Сделав паузу, он взглянул на меч Восьми пустошей в руках Цинь Кэ и широко улыбнулся.

– Я слышал от отца, что основатели школы Наньхуа оставили потомкам два меча, не имеющих себе равных. Меч Мироздания и меч Восьми пустошей. Вижу, оружие в руках брата похоже на один из них. Может ли брат быть любимым учеником главы Юя, Цинь Кэ? На день рождения отца глава Юй прислал девятиоборотные золотые пилюли. Отец был очень обрадован этим и велел мне при случае поблагодарить вашего наставника от его имени.

Эти слова были сказаны с тонким умыслом. С одной стороны, он раскрывал свою личность, с другой – завуалированно хвалил своего собеседника.

Цинь Кэ посмотрел на Чун Цзы и вдруг тоже широко улыбнулся.

– Да, меня действительно зовут Цинь Кэ. Мне тоже приходилось слышать имя молодого господина Чжо.

Чжо Хао продолжал улыбаться как ни в чем не бывало, даже не глядя в сторону Чун Цзы.

– Отец недавно получил письмо от главы школы Куньлунь Юй Сюя и первым поспешил туда. Мне и моим братьям было приказано отправиться для поддержки. Сегодня мы решили заночевать в городе, и я случайно встретил младшую сестру. Я вспомнил ее и поспешил следом, чтобы поприветствовать. Брат Цинь, должно быть, получил похожий приказ и тоже направляется в школу Куньлунь. Думаю, было бы хорошо продолжить путь вместе и поддерживать друг друга на всякий случай.

Чун Цзы потянула брата по учению за рукав, давая понять, что ему стоит отказаться.

Цинь Кэ, однако, проигнорировал ее. С улыбкой кивнув, он сказал:

– Школы Цинхуа и Наньхуа всегда были в дружеских отношениях, твое предложение правильное. Скажи, где остановились на ночлег твои соученики?

– Я видел неподалеку постоялый двор. Думаю, они там.

Цинь Кэ кивнул.

– Очень хорошо.

Бессмертные намеревались захватить Вань Цзе и отобрать у него демонический меч. Демонический дворец Девяти глубин, должно быть, уже знает об этом. В пути возможны засады и нападения. В окрестных городах дежурят ученики школ бессмертных, в любой момент готовые прийти на помощь, и, хотя демоны вряд ли предпримут крупную атаку, ловушки исключать нельзя. Чун Цзы – единственная из учеников, кто не владеет магией. Когда дело дойдет до сражения, она может оказаться в опасности. Если школы Цинхуа и Наньхуа будут сотрудничать, их сила многократно возрастет, и можно будет не беспокоиться о случайностях.

Сохраняя невозмутимость, Цинь Кэ чуть отошел в сторону, освобождая путь Чжо Хао, но продолжая загораживать Чун Цзы.

– Наша случайная встреча с братом Чжо – большая удача. Пожалуйста, проходи внутрь.

Затем он обернулся к Чун Цзы.

– Нам с братом Чжо нужно все обсудить. Можешь вернуться в свою комнату и отдохнуть.

Все это явно было сделано, чтобы помочь ей выбраться. Чун Цзы словно услышала объявление о помиловании: она молча выскользнула из-за спины Цинь Кэ и скрылась.

На следующий день ученики двух школ и правда продолжили путь вместе. Цинь Кэ, Чжо Хао и еще несколько старших учеников школ Цинхуа и Наньхуа летели впереди на мечах. Школы всегда были в хороших отношениях и близко контактировали. Многие ученики знали друг друга, а те, кто не знал, быстро это исправляли после дружеских разговоров. Узнавая о старшинстве поколений своих наставников, они переходили на соответствующие статусу обращения и тут же заводили оживленную беседу.

Чун Цзы старалась держаться Янь Чжэньчжу, но их разговор был прерван, когда мимо пролетела тень и остановилась рядом с девушкой. Обернувшись, Чун Цзы узнала Чжо Хао.

Древний меч Могильного покоя сверкнул золотым светом. Чжо Хао, непринужденно стоящий на мече, поприветствовал Чун Цзы полупоклоном и дерзко улыбнулся.

– Ты не устала, сестра? Как насчет того, чтобы я тебе помог?

Лицо Чун Цзы помрачнело, и она сделала вид, будто не услышала.

Янь Чжэньчжу была опытной девушкой и не могла не разгадать его уловки. Пристально посмотрев на Чжо Хао, она сказала:

– У молодого господина Чжо доброе сердце. Оказывать знаки внимания на публике… Разве в вашей школе мало цветов? – Она указала на группу учениц школы Цинхуа позади себя. – Множество глаз следит за нами, страшно представить, сколько кувшинов уксуса[49] сегодня прольется. Как бы это не навредило моей младшей сестре.

Чжо Хао улыбнулся.

– Сестра Янь, пожалуйста, не обвиняй меня несправедливо. Они мои сестры.

Янь Чжэньчжу не уступала:

– Слышала, что молодой господин Чжо с малых лет любит заводить себе сестер повсюду. Кого вы сейчас пытаетесь обмануть?

Вспомнив, как он хвастался, что многие девушки хотят называть его братиком, Чун Цзы изо всех сил старалась не рассмеяться.

Молодой человек сохранял хладнокровие.

– Сестра Янь, ты не знаешь, о чем говоришь. Разве в моих глазах можно поставить сестренку Чун Цзы в один ряд с другими? Она…

Чун Цзы испугалась, что сейчас он скажет «она моя маленькая госпожа», поэтому поспешила перебить:

– Не говори чепухи. Кто я тебе?

Чжо Хао довольно улыбнулся.

– Младшая сестра – любимая ученица почтенного Чунхуа, разве нет?

Янь Чжэньчжу едва сдержала хихиканье, сжимая губы, расплывающиеся в улыбке.

Чун Цзы покраснела и замолчала.

Подруга уличила удобный момент для маневра и сказала:

– Если у молодого господина Чжо действительно добрые намерения, пусть он поможет тебе из вежливости.

Чун Цзы тут же ускорилась, фыркнув.

– Да кто его просит?!

Она не успела уйти далеко. Чжо Хао быстро догнал и полетел рядом.

– Прошло всего три года, а ты уже достигла серьезного прогресса в управлении магическим оружием. Маленькая госпожа не перестает удивлять. Но боюсь, после такого длительного полета ты устала, позволь муженьку понести тебя, – прошептал он, улыбаясь.

Чун Цзы не знала, как от него избавиться, потому со злостью пнула:

– Да кто тут твоя жена?!

Юноша увернулся и перехватил ее за талию.

– Раз умеешь управлять посохом, почему не владеешь магией? Иди сюда, муженек позволит тебе себя избить…

Не успел он договорить, как чья-то рука выдернула у него Чун Цзы.

Девушка радостно выдохнула и спряталась за спину спасителя.

– Брат Цинь.

Цинь Кэ не обратил на нее внимания, не сводя глаз с Чжо Хао.

– Я не увидел брата Чжо впереди. – Взгляд был ледяным, но тон дружелюбным. – Оказывается, ты здесь. Думаю, у кого-то из учеников вашей школы есть важные вопросы, которые необходимо обсудить с братом Чжо.

Чжо Хао посмотрел на них двоих, улыбнулся и сказал:

– Ну что ж, пойду узнаю. Благодарю.

Когда он ушел, Чун Цзы вздохнула с облегчением.

– Откуда ты его знаешь? – спросил Цинь Кэ.

Та в общих чертах поведала об обстоятельствах их встречи, опустив момент с «маленькой госпожой». Рассказывая, она тихонько хихикала.

– Я нарисовала двух больших черепах на его одежде, вот он меня и запомнил. Теперь, должно быть, хочет в отместку посмеяться надо мной.

Кто будет так долго таить обиду из-за рисунка? Цинь Кэ взглянул на нее и направил меч вперед.