Когда Кай не появился к десяти вечера, Мия решила начать собственную поисково-спасательную операцию. Кэрол прибыла с обезумевшей Кэлан, и хотя они подтвердили, что Кай скрывается в «Исповедальне», его длительное отсутствие действовало ей на нервы. После нескольких часов нервного переминания с ноги на ногу девушка все-таки потащилась в магазин всякой всячины Марти по просьбе Кэлан.
Когда она вернулась, то чуть не уронила сумки с покупками в дверях.
Кай стоял на кухне, черпая мороженое ложкой прямо из ведерка. Когда Мия вошла, он стоял, тупо уставившись в стену перед собой. Она замерла на пороге, наблюдая за происходящим, гадая, обратит ли он на нее внимание.
– Ты… заедаешь стресс? – спросила девушка ошарашенно, а затем выложила кучу снеков на кофейный столик.
Он зачерпнул огромную ложку и повернул ее к ней.
– Со вкусом шоколада и арахисового масла, – без выражения предложил он.
Кэлан сидела на диване, поглаживая спину Потрошителя, тоже наблюдая за Каем.
– Он как зомби с тех пор, как вошел сюда, минут десять назад.
Мия взяла ложку, которую он держал, и проглотила мороженое, затем бросила посуду в раковину. Кай выглядел так, словно кто-то потушил в нем огонь и насыпал сверху кучу земли.
– Что, черт возьми, произошло?
После тяжелого вздоха и некоторого бессвязного бормотания он ввел ее в курс дела, кратко пересказав события прошедшего дня.
– Ты просто… позволил Звереву уйти? – уточнила Мия. Она задала по меньшей мере триста вопросов о родословных и доппельгангерах. Кай заколебался, когда зашла речь о его происхождении; в этом было нечто большее, чем он полагал, но слух о том, что преследователь Кэлан разгуливает на свободе, отодвинул любопытство Мии на второй план.
Покончив с мороженым, Кай взял яблоко из опустевшей вазы с фруктами и принялся отрезать от него кусочки, небрежно поглощая их прямо с лезвия.
– Мы пришли к соглашению.
Мия скрестила руки на груди, пока он объяснял свою рискованную сделку. Она ожидала, что это вызовет у нее недоумение и беспокойство. Иван Зверев не мог игнорировать личность Кая, но и отказаться от своего контракта он тоже не мог.
– Он дал мне семьдесят два часа, чтобы найти решение, которое не приведет к смерти Кэлан. – Взгляд Кая переместился на девушку на диване. Она склонила голову, ее пальцы замерли в шерсти Потрошителя.
– Или он вернется за ней, – подытожила Мия.
Кай кивнул с мрачным видом.
– Я не мог держать его в заложниках. Кто-нибудь бы заметил, а я не могу свалить это дерьмо на Коннора. Он должен сохранять нейтралитет.
Мия спрятала свои опасения за зубами. У нее не было идеи получше, а Каю пришлось импровизировать на ходу.
– Мысль о его убийстве оставляет неприятный привкус во рту. – Донован говорил так, словно обдумывал это. – Но я также не позволю ему причинить вред Кэлан.
Усталая улыбка растянула губы Мии.
– Не он создал проблему, а Петр. Избавление от своего давно потерянного кузена не решение проблемы.
Его плечи расслабились после ее согласия.
– По крайней мере, эта сделка позволит нам выиграть время.
– Что произойдет, если ты ничего не сможешь придумать? – наконец вмешалась Кэлан. – Три дня – это не такой уж большой срок.
– Он снова придет за тобой, и мне просто придется отправить его, хромающего, обратно к Петру, пока что-нибудь не прояснится. – Кай говорил так решительно, как будто дать отпор нападавшему было таким же обычным делом, как вынести мусор. – Зверев подождет, – он шагнул мимо Мии, – нам нужно поговорить.
Потрошитель спрыгнул с колен Кэлан и направился к своей миске с водой.
– Ты знала, что ты двойник? – спросил Кай.
Она покачала головой:
– Мне никогда не приходилось задумываться об этом. Я просто… существовала. А потом я оказалась здесь, пытаясь найти ее.
Кэлан покинула мир грез, чтобы найти своего двойника и заменить ее. И леший, как объяснил Кай, усилил ее порыв сделать это – укрепил связь между двумя девушками и натянул ее так туго, чтобы они неизбежно столкнулись.
– Кажется, теперь я понимаю. – Мия обвела взглядом крошечный остров, который они использовали для приготовления пищи. Леший беспокоился за безопасность Кэлан. Мия полагала, что ее преследует нечто сверхъестественное, но все было наоборот. Девушка была охотником поневоле, но она также стала добычей – не какого-то злого духа, а Петра, приемного отца двойника Кэлан, Алины. Леший хотел вернуть Кэлан обратно на эфирный план, но это не поможет заглушить зов; она будет привязана к физическому миру, пока не закончит то, что невольно начала. – Леший думает, что если Кэлан убьет своего двойника, это положит конец зову. Она сможет вернуться в мир грез и остаться там.
Кэлан прижала колени к груди и ушла в себя, увядая, как умирающий цветок. Судорожный всхлип сотряс ее плечи.
– Я так больше не могу, – выдавила она между резкими вдохами. – Я не могу продолжать бороться с тем, кто я есть. Я этого не понимала – и до сих пор не понимаю, – но вселенной на это плевать. Она хочет, чтобы я убивала. Я знала, что случится что-то плохое, если я прислушаюсь к зову, но убийство…
– Мы найдем способ остановить это, – заверила Мия.
– Как? – Девочка подняла голову, ее налитые кровью глаза наполнились слезами. – Я не вижу выхода.
Горе сжало сердце Мии в кулак. Она понимала эту беспомощность – она годами носила ее в себе. Юность была достаточно трудной, но ноша сверхъестественного бремени превращала препятствия в каменные стены.
– Мы только что все узнали, и у нас есть три дня, чтобы придумать план. – Она звонила Аме, чтобы заставить их с Каем заключить перемирие. Им нужны были знания белой волчицы о других мирах. Гавран тоже хотел помочь, но он был коварным духом, часто говорил загадками и исчезал на несколько дней.
Почувствовав на себе обжигающий взгляд Кая, Мия посмотрела ему в глаза. Он был подозрительно тих, его челюсти сжимались, когда он обдумывал что-то, доступное только ему. Воображаемый сценарий. Гипотетический исход. Мужчина нахмурил брови, а взгляд, которым он одарил ее, был одновременно острым и извиняющимся.
Одна из них должна умереть, – говорил он. Неприятный расчет.
Во рту у Мии появился едкий привкус, и она покачала головой, явно отказываясь.
– Давай-ка, – сказала девушка Кэлан, хотя ее внимание по-прежнему было приковано к Каю. – Давай выйдем на свежий воздух. Мне кажется, здесь становится тесновато.
Когда девочка поднялась и присоединилась к Мии у двери, взгляд Кая упал на нож в его руке. Положив большой палец на рукоятку, он нарезал белую мякоть, вырезая сердцевину из яблока.