Предвечернее небо нависало низко и тяжело. Уличные фонари и крыши окутала серая пелена, капли дождя и града барабанили по маленьким окнам квартиры. Несколько дней они избегали встречи с Петром, но так не могло продолжаться вечно. Даже Мия начала нервничать, разочарованная отсутствием вдохновения. Придумать разумное решение проблемы Кэлан казалось более сложной задачей, чем колдовство, и это было лишь вопросом времени, когда Петр, леший или зловещий преследователь подростка нанесут удар. Пока Мия готовилась, Кай вышел за припасами, проиграв Кэлан три раунда в жуткую карточную игру – что-то про то, как единороги убивают друг друга. Мия понятия не имела, откуда он ее стащил, но спрашивать не стала.
– Не умеет достойно проигрывать, – сказала Кэлан, когда Донован вышел. Она плюхнулась на диван, посадив рыжего манчкина между ними.
– Он любит соревноваться, – Мия закрыла книгу, – и не привык терпеть поражение.
Кэлан накинула плед на ноги.
– Не думала, что он из тех, кто любит игры.
– Он азартнее, чем кажется на первый взгляд. Его любимое хобби – делать ставки в баре. – Мия отложила книгу в сторону и улыбнулась: – Итак, ты что-нибудь выиграла?
Девочка пожала плечами:
– Я попаду на один из его боев – в конце концов, конечно, – и он должен будет готовить мне флафернаттеры по первому требованию на следующей неделе.
Должно быть, Кэлан понравилось жить у них, если она решила задержаться еще на неделю.
– Неудивительно, что у него была такая кислая мина, будто ты подкинула ему в виски капусту.
Откинувшись на подушки, Кэлан почесала густую шерсть Потрошителя. Он прижался к ее руке, довольно мурлыча – странное зрелище, учитывая его происхождение.
Затем раздался стук в дверь, заставивший девушку вздрогнуть. Урсула заглянула к ним чуть раньше, чтобы посплетничать, и этот неожиданный визит заставил и кошку, и девочку напрячься. Громкие звуки, похоже, не нравились им обоим.
– Все в порядке, просто Ама. – Мия пригласила белую волчицу войти. – Дверь не заперта!
Ама вошла и сняла обувь.
– Сегодня выходной?
– Вялотекущий. – Мия поднялась с дивана, потягиваясь. – И Лом настояла.
Ама кивнула, ее взгляд скользнул к Кэлан.
– Как у тебя дела?
– Норм. Я не ходила во сне с тех пор, как… – Ее глаза блуждали, пока она боролась с воспоминаниями.
– Хорошо, – поспешно сказала белая волчица. – Были плохие сны?
Кэлан вздохнула:
– Да. Тут ничего нового.
– Что ж, я здесь, чтобы что-нибудь с этим сделать. – Она кивнула Мие: – Ты отправилась в мир грез, чтобы найти Кэлан, и хотя я сочла это опрометчивым, я не могу отрицать, что твой план сработал. Что, если мы сделаем то же самое с той, кто зовет ее?
Мия внутренне ощетинилась, но сейчас было не время спорить из-за заключений Амы. Она взглянула на подростка.
– Кэлан, вероятно, связана с ней. Полагаю, мы могли бы попробовать…
– Нет.
Подруги повернулись к девушке.
Ее губы сжались в тонкую линию.
– Пожалуйста, не копайся у меня в голове, – сказала она сдавленным голосом.
Ама открыла рот, чтобы возразить, но Мия оборвала ее:
– Мы найдем другой способ.
Глаза белой волчицы сузились до янтарных щелочек, выражение ее лица не сулило ничего хорошего.
– Можно нас на минутку оставить наедине, пожалуйста?
Кэлан склонила голову и убежала в спальню. При появлении Амы Потрошитель покинул диван и спрятался под кроватью. По крайней мере, он мог составить Кэлан компанию.
– Это полный провал, – со вздохом сказала Ама, потирая переносицу. – Я знаю, ты хочешь ее защитить, но ты оказываешь Кэлан медвежью услугу, позволяя ей прятаться.
Мия была не уверена, что Ама беспокоилась исключительно о том, как Кэлан справляется с ситуацией. У нее были свои планы, и Кэлан – кратчайший путь для достижения цели.
– Я не буду на нее давить. Она только-только начала нам доверять. – Мия проследила за Амой, пока та кружила по тесной квартире. – Я знаю, какой упрямой ты можешь быть в своих методах.
– Мои методы работают, – последовал резкий ответ Амы.
– И иногда ты бываешь беспринципна. – Мия заколебалась, чувствуя себя неловко, принимая необдуманные решения относительно Кэлан. – Мы должны дождаться Кая.
Ама скрестила руки на груди.
– Кай – единственная причина, по которой мы оказались в этой трясине. Он продолжает втягивать тебя – всех нас – в свои неприятности, и ему никогда не выбраться. Когда ты это поймешь?
По спине Мии пополз жар. Да, Кай облажался. Возможно, у него были благие намерения, но старые привычки, как рубцовая ткань, никогда не исчезают. Мия не сводила взгляда с белой волчицы, пока связь между ними не натянулась, как канат, который вот-вот лопнет.
– Он травмирован. Я говорю это не просто так и не в качестве оправдания.
– Я думаю, это именно то, что ты делаешь, – парировала Ама. – Да, он травмирован больше, чем кто-либо другой. Я признаю это. Но он упорно позволяет этим травмам управлять им. Они придают форму его ошибкам. Гигантскую.
В горле у Мии застрял обжигающий ком угля. Она ненавидела эту часть их отношений – презирала необходимость защищать любовь всей своей жизни от названой сестры.
– Если ты думаешь, что он не работает над собой, то ты ошибаешься.
– Этого недостаточно, – прорычала в ответ Ама, и в ее голосе послышалось разочарование. – Я устала, Мия. Я устала переживать, когда случится следующее несчастье. И все всегда начинается с него. Я не хочу, чтобы он приносил своих демонов в нашу жизнь – в жизнь Делии.
Сердце Мии оборвалось. Лом и Кай были близки. Он давал волю эмоциям в «Исповедальне», но обожал «Короля Пик», любил играть роль морской свинки для коктейлей Лом и сплетничать о клиентах.
– Дело не в нем, Ама. Дело в том, что ты хочешь защитить людей, которых любишь. Ты обвиняешь его, но я тоже сделала выбор. Леший пришел ко мне за помощью.
– Да, и если бы Кай не связался с мафией, все было бы куда проще. Мы бы противостояли лишь духам, а не беспокоились о том, чтобы не разозлить гангстеров. Мы могли бы спокойно расследовать дело, отослать Кэлан обратно в мир грез, и никто бы ничего не узнал. – Она фыркнула сквозь зубы, указывая пальцем в сторону спальни: – То есть судьба Кэлан напрямую связана с отношениями Кая с Братвой. Теперь, Мия, нам придется сражаться на два фронта.
Она была права. Даже если они заставят Кэлан исчезнуть, Кай все равно будет на крючке из-за своих обязательств перед Сергеем.
Входная дверь с грохотом распахнулась, ударившись о соседнюю стену. На пороге возник Кай, его гневный взгляд говорил о том, что он слышал каждое обвинение Амы. Он бросил куртку и пакет с покупками на пол, его губы скривились в невеселой ухмылке. Когда он шагнул в их круг, его рука коснулась плеча Мии. Она увидела, как вспыхнули его глаза, когда они встретились со стальным взглядом Амы.
– Почему бы тебе не сказать это мне в лицо?
– Ты слышал меня, – прошипела Ама. – Не то чтобы я не знала, что ты здесь.
– Да-а? – Он удивленно приподнял брови. – Так что, мне следует держаться подальше от твоей подруги? Отвалить и никогда не заходить в «Короля Пик»?
Ама стояла на своем, расправив плечи.
– Было бы неплохо.
Мия резко повернула голову к белой волчице:
– Ты это несерьезно.
– Она абсолютно серьезна, – сказал Кай, устрашающе собранный, несмотря на перепалку.
– А как насчет мнения Лом? – Мия обратилась к подруге. – Ты думаешь, она не заметит, что Кай исчез из ее жизни? Ты думаешь, я не скажу ей почему? Ты не можешь принимать решения за всех.
– Я делаю то, что считаю правильным, – упрекнула Ама, затем указала на Кая: – Я не хочу, чтобы он приносил свое дерьмо к моему порогу. Если это означает причинить боль близкому человеку, пусть будет так.
– Но я не буду этого делать. – Голос Кая был ровным, и в нем звучала только убежденность. – Я не собираюсь причинять ей боль только потому, что ты помешана на контроле.
На лице белой волчицы отразился гнев.
– Что ты сказал?
– Ты манипулируешь, – сказал Кай, – переставляешь людей, как шахматные фигуры, и если они не слушаются, убираешь их с доски. – Он прошел мимо Мии, вставая впритык с Амой. – Ты беспокоишься об этом, не так ли?
– Беспокоюсь о чем? – сплюнула она, обнажив зубы.
Его губы изогнулись в улыбке.
– О том, что ты всегда будешь второй скрипкой. Ты не хочешь, чтобы Лом помогала друзьям, если это означает, что ты не сможешь добиться своего, поэтому ты пытаешься вбить клин между нами.
Ама отшатнулась, и Кай последовал за ней, его тень поглотила ее.
– Ты понятия не имеешь, есть ли Гаврану до тебя дело или он использовал тебя, чтобы найти свою драгоценную Сновидицу. – Его глаза метнулись к Мии, в них вспыхнул огонь, прежде чем они вернулись к Аме. – Ты действительно заботишься о безопасности Мии или боишься, что твой ворон упорхнет, если ты не будешь держать ее под боком?
Потеряв дар речи, Ама попятилась, а когда не нашла что сказать, оттолкнула мужчину.
Кай тихо рассмеялся, споткнувшись, но удержался на ногах. Он всегда мирился с ее презрением, принимая каждый удар, который она наносила ему. Теперь Мия опасалась, что белая волчица преступила черту.
– Ты не знаешь, о чем говоришь, – вскипела Ама, ее глаза увлажнились. Она была не готова погасить пламя, которое зажгла собственной спичкой.
– А еще есть я… – Кай непочтительно развел руками. Агония, отвращение к себе и ярость превратились в жгучий взгляд, когда он поймал белую волчицу в свою пасть. – Дурное влияние. – Он подкрался ближе. – Сорняк, который душит цветы в твоем ухоженном саду. – Ближе. – Травмированный кусок дерьма, который ломает все, к чему прикасается.
Он наклонился вперед, гнев вырвался из-под контроля, и его губы искривились в оскале.
– Суди меня сколько хочешь, ты, холодная, коварная стерва, но не задерживай дыхание. Ты же знаешь, она выбирает меня, потому что мне на самом деле не все равно, чего она хочет.
Жестокие слова как удар в живот.
Воздух пронзил резкий звук, похожий на треск лопнувшей веревки, когда ладонь Амы коснулась лица Кая. Его голова дернулась в сторону, глаза расширились от удивления. Когда он потянулся, чтобы коснуться своей щеки, Ама пронеслась мимо него. Не удостоив Мию и взглядом, она выбежала из их дома и захлопнула за собой дверь.
– Где Кэлан?
Вопрос Кая был таким бесстрастным, что Мия подумала, что ей это показалось. Она искоса взглянула на него, пытаясь найти что-то уязвимое под каменным фасадом. Ама была щедра на оскорбления – постоянно язвила, не испытывая угрызений совести. Но когда она обрушила свое презрение на Мию, он развеял иллюзию, что будет вечно терпеть ее насмешки. Кай тоже был волком, и у него тоже были клыки.
– В спальне. Это действительно так важно прямо…
– Ее нет в спальне.
Мия замерла, ее сердце бешено заколотилось от очередного потрясения.
– Что?
– Я ее не слышу, – сказал он, бросив на девушку многозначительный взгляд.
Они в унисон промчались по коридору, Кай был на шаг впереди, когда ворвался в комнату, окидывая взглядом незастеленную кровать, пижаму, разбросанную по подушке, закрытый шкаф и окно…
Окно было открыто.
– Черт. – Кай развернулся и вышел из спальни, не потрудившись проверить следы Кэлан.
Мия высунулась из окна и выглянула в переулок. Их здание было старым, на каждом этаже имелась пожарная лестница, черная краска на кованом железе облупилась и покрылась пятнами ржавчины.
– Я пойду за ней, пока следы свежие, – сказал Кай, когда Мия вернулась в гостиную.
Прежде чем он успел выскочить, она обвила его руками, и он крепко обнял ее.
– Это моя вина. Она, наверное, услышала, как мы спорим, и убежала.
Его нос коснулся ее шеи, когда он выдохнул.
– В этом нет ничьей вины. – Он неохотно отпустил ее. – Я верну ее.
– Откуда ты знаешь? – спросила Мия, колеблясь.
Он сжал медную ручку так сильно, что металл заскрипел.
– У меня нет выбора.
Отчаяние было болезненным, но придавало стимул. Донован слабо улыбнулся, лишенный уверенности, а затем исчез на лестничной клетке.
Мия закрыла за ним дверь и опустилась на пол.