– Рита! Рита, вставай! Ну, давай же, поднимайся на ноги!
Боря отчаянно тряс ее, тянул за руки вверх.
– Что?.. – забормотала девочка, с трудом соображая, где она находится. – Гроза, да? Нужно спрятаться от нее?
Борис, не ответив, отбежал к яме и помог выбраться Светлане.
Небо над лесом расчистилось, налилось густой синевой – сгинула без следа сизо-фиолетовая туча с отвисшим брюхом. Не осталось никаких признаков грозы, а ведь Рита в полусне так явственно слышала совсем близкий раскат грома. И еще она замерзла, пальцы и шея распухли и толком не гнулись из-за комариных укусов.
Шварц закинул на плечо свою сумку, внимательно оглядел их ночное пристанище и снова поторопил Риту, совсем растерявшуюся от такого подъема. Она подошла к Светлане. Та стояла не слишком твердо, слегка покачиваясь и уронив голову на грудь. Взгляд ее оставался тусклым и блуждающим. Боря осторожно приобнял Светлану за талию и скомандовал:
– Рита, иди первой и придерживай ветки. Двигайся вот в этом направлении, – показал он рукой.
Она нырнула в чащу, ничего не понимая, шла и скрипела зубами на Шварца – неужели нельзя нормально все объяснить? И вдруг подумала, что Борис ведь вполне мог повредиться умом после потери лучшего друга. Она сама не повредилась, но мама всегда говорила, что женщины духом сильнее мужчин. Может, и так, но сейчас ей не хватило этого самого духу остановиться, загородить Боре путь и потребовать ответа, от кого они на этот раз убегают. Больше всего она переживала за Светлану, которая часто спотыкалась, постанывала и всхлипывала на каждом шагу.
Зеленый лес вновь сменился серым, полумертвым, под ногами захлюпало – пришлось на ходу выламывать палки-слеги. Теперь Рита шла медленно, тщательно ощупывая заболоченную почву.
Через полчаса такой ходьбы ребята получили передышку – выбрались на твердую землю. Это был пологий холм, на вершине которого теснились кусты крушины и черемухи и несколько елок, все они бок о бок спасались от подступающего болота. Вокруг них залегли в дозоре огромные лопухи, таких Рита раньше и не видела. Под елками Шварц скомандовал:
– Все, останавливаемся.
Светлану хотели сначала уложить, но она помотала головой и осталась сидеть, неловко опираясь на здоровую руку. Шварц достал из сумки флягу, но тут же предупредил, что попьют они минут через пять, когда остынут после бега.
Рита решилась наконец действовать. Она за руку оттащила Бориса в сторонку и спросила почти враждебно:
– Боря, в чем дело? От кого мы бежали? От Игоря?
Парень помотал головой.
– А от кого тогда? Почему ты ничего мне не объясняешь? Ну же, выкладывай!
– Ладно, садись.
Она опустилась на траву. Борис устроился напротив и начал:
– В общем, ты уснула, а я остался дежурить…
– Не разбудил меня через два часа, как обещал! – припечатала его Осипова.
– Я собирался как раз, но услышал крики со стороны оврага… неразборчивые.
– Дима?! – вскрикнула, подавшись вперед, Рита.
– Не знаю… Хотя да, мне показалось сначала, что голос его. Я сразу рванул туда. Немного совсем не добежал, когда услышал выстрел. Я присел за упавшее дерево, стал слушать, ждать. Оттуда хорошо был виден овраг, а за ним – небольшая просека. Туда вышли люди, а впереди всех шел сторож Иван Петрович.
Рита даже застонала от таких слов.
– Боря, ну зачем нам нужно было бежать?! Они же нас искали! Да, ты не доверяешь сторожу, но там же были и другие люди – наверняка наш физкультурник, вожатые!
– Я хорошо рассмотрел, кто был с ним, – сухо ответил Шварц. – Его сменщик и еще три человека, все мужчины. Двоих я никогда прежде не видел, а насчет третьего мы тебе рассказывали. Это тот парень, который копал яму на берегу, а потом прыгнул в воду и спрятался в подводной пещере.
– Но, может, это ничего не значит, – все еще сопротивляясь и желая верить в скорое спасение, произнесла Рита. – Вдруг ты ошибаешься?
– Не ошибаюсь, Рит. Наоборот, теперь мне абсолютно все ясно. Они живут где-то рядом с лагерем, но на глаза нам не попадаются. Их было четверо, а теперь осталось трое – один в болоте сгинул. Думаю, они уголовники, а сторож – шпион, и он понял, что я догадался, еще тогда, когда я засек его спящим на скамейке. У него даже запах после этого изменился.
– Что? – нахмурилась Рита.
Боря и сам пожалел, что сболтнул лишнее, и заговорил уклончиво:
– Ну, я ведь тебе рассказывал, что изучаю запахи, тренирую свой нос. У каждой эмоции – свой аромат. Например, страх часто пахнет муравьиной кислотой, он едкий такой, а от опасных людей разит раскаленным железом и гарью. Я с Иваном Петровичем с того раза больше не общался с глазу на глаз, но как-то в столовой оказался рядом и почувствовал… Но это неважно, забей. Важно то, что он начал видеть во мне опасность, и в вас с Димкой – тоже. Рита, нас наверняка ищут с милицией, но в другой части леса. И только эта банда знает, что мы здесь, и идет по нашему следу. Те люди пересекли овраг, рассеялись и пошли цепью. Они бы наверняка наткнулись на нас, не убеги мы оттуда.
Рита честно пыталась осознать его слова, но голова была слишком тяжелой. Крутился в ней какой-то вопрос, но никак не удавалось поймать его на кончик языка… А, нет, вот он, ухватила.
– А в кого они стреляли, Борь?
Шварц пожал плечами.
– Не знаю… Может, просто так, в воздух, чтобы мы решили, что это милиция, и выбежали к ним сами.
– Боря, Рита, подойдите ко мне, – раздался голос Светланы, на удивление твердый.
Ребята тут же вскочили на ноги и поспешили на зов. Их вожатая по-прежнему сидела на земле, но как будто сумела преодолеть свою слабость. Она закидала их вопросами:
– Ребята, что происходит? Боря, ты же вроде отправился в лагерь за помощью… И где Игорь? Он что, до сих пор не вернулся? А есть ли новости о Диме?
Рита услышала, как рядом с ней тяжело вздохнул Борис. Конечно, здорово, что Светлане стало лучше, но как теперь объяснить ей то, что с ними случилось?
Рита в этом участвовать не стала, она и сама пока не во всем разобралась. Девочка решила бросить друга на растерзание, чтобы хоть пару минут посидеть спокойно где-нибудь в сторонке… Нет, побродить, чтобы не продрогнуть на ветру.
Привстав на цыпочки и озирая небольшой круглый холм, она спросила шепотом:
– Думаешь, они нас тут не найдут?
– Мы скоро пойдем дальше, только отдышимся немного, – так же тихо ответил ей Шварц. – Мы уже недалеко от той дороги, про которую я тебе говорил, но сейчас нет смысла выходить на нее – слишком малы шансы поймать машину. Мы спрячемся в лесу возле нее и будем ждать утра.
– Ладно, поняла. Тогда я пока посторожу у болота, чтобы услышать, если те люди начнут приближаться.
– Ребята! – напомнила о себе вожатая.
– Скоро сменю тебя, – пообещал Рите Борис и поспешил на зов.
И Рита побрела нога за ногу в обратном направлении, к ненавистному болоту.
Место для отдыха им в самом деле подвернулось удачное, со склона, пусть и пологого, открывался хороший обзор. Нет, идущих через лес людей отсюда рассмотреть было невозможно, но их наверняка выдадут птицы и треск веток. Тогда они с Борей и Светланой успеют убежать и спрятаться с другой стороны холма. Но сперва Рите хотелось увидеть тех, кто их преследует, убедиться в словах Бориса. Нехорошо, конечно, не доверять другу, но такой уж у нее был характер. Рита всегда желала проверить все лично.
Осипова устроилась на траве за самой маленькой и неосторожной елочкой, которая отделилась от группы в центре холма и выросла в паре метров от болота. Трава была влажная от обильной росы, и девочка пыталась обтереть об нее грязные исцарапанные руки.
Неожиданно ее пальцы наткнулись на что-то торчащее из земли, крепенькое и прохладное. Осипова сперва пугливо отдернула руку, но затем, встав на колени, развела пальцами траву и радостно ахнула. Из мха выглядывал гриб, лисичка. Рита тут же сорвала его, чмокнула в желтую шляпку, заботливо уложила на мох и немедленно начала поиски других грибов, ведь лисички не растут по одной. Она вспомнила, как мама учила ее различать ядовитые и хорошие грибы: «Ядовитый гриб всегда одинок, а хорошие живут семьями».
От этого воспоминания на нее словно пахнуло ароматом дома, и до боли в сердце захотелось оказаться там. Они непременно выберутся, осталось совсем немного. Сейчас Боря все объяснит вожатой, и они продолжат путь. Но сперва перекусят – им нужны силы, особенно Светлане. Грибы можно есть даже сырыми, или, может, Боря придумает, как развести костерок так, чтобы их не выдал дым. Тогда они нанижут грибы на палочку и зажарят, как шашлык. Жаль, нет ножа, его украл Игорь…
Рита размышляла, а сама ползала на коленках между кустами, и горка грибов понемногу росла. К лисичкам присоединились несколько моховиков и целая семейка крохотных подосиновиков. Рита старалась не очень сильно увлекаться, время от времени привставала на цыпочки и вглядывалась в низину. Но все было тихо.
И вдруг она испугалась без всякого повода. Просто осознала, что прошло уже много времени, а Борис до сих пор не пришел сменить ее или хотя бы проверить, все ли с ней в порядке. Уж не стало ли Светлане хуже? Подрагивающими руками Осипова сгребла свои находки в подол футболки и побежала на холм.
Девочка замерла на ближних подступах к елочкам, услышав два мужских голоса. Они звучали спокойно и негромко, но у Риты разом затряслись и обмякли коленки – она поняла, кому принадлежит второй голос. Ей потребовалось собрать все свое мужество, чтобы выглянуть из-за куста и убедиться в своей догадке.
У елочек сидели друг напротив друга Игорь Андреевич и Борис. Они негромко беседовали, передавали друг другу флягу с водой. На листе лопуха лежали разломанные пополам шоколадные конфеты из неисчерпаемых запасов Шварца. Чуть в стороне от них Светлана, свернувшись калачиком, снова спала.
– Всю ночь искал вас, сбился с ног, – довольно бодро, почти весело говорил вожатый. – Не понимаю, что случилось с Осиповой, чем я ее так напугал.
– Она перенервничала очень, – отвечал, будто оправдываясь, Боря. – Столько всего случилось…
– Понимаю… Я больше всего боялся за Светлану, что она с пулевым ранением лежит где-то одна… А ты же в лагерь за помощью побежал – что помешало добраться?
– Побежал, – согласился Борис. – Но лодки у берега не было, а плаваю я не очень хорошо.
– Покричать не пробовал?
– Не-а, не догадался… А вы разве не пытались вернуться в лагерь?
– Куда я без вас, – процедил вожатый. – Так и бродил полночи по лесу. А потом увидел вас, бегущих среди деревьев, и глазам не поверил. Бросился следом, а вы уже на болото ушли. Хотел покричать, но вовремя заметил, что за вами по пятам следуют какие-то люди. Я сперва думал, что это наши, из лагеря, но увидел их бандитские морды и затаился, пошел за ними потихоньку. Потом они потеряли ваш след и пошли в обход болота, а я напрямик. Пару раз едва не увяз, но вот, выбрался… Ты в курсе, кто вас преследовал?
– Это долгая история, Игорь Андреевич, – ответил Шварц. – Наш сторож, Иван Петрович, не тот, за кого себя выдает. Думаю, он шпион. Он знает, что я догадался, и послал одного из бандитов, которые работают на него, убить меня или всех нас. Мы же вам говорили про человека с ножом. Он утонул в болоте, а остальные теперь ищут нас.
Даже со спины Рита видела, как ошарашен Игорь. Он помотал головой, наверное закрыв при этом глаза, и в этот миг Боря поймал Ритин взгляд и одной рукой поманил ее, приложив к губам палец другой. Рита поняла его посыл: «Подойди, но промолчи о своих подозрениях».
Девочка на слабых ногах вышла на полянку. Игорь обернулся и вскочил.
– Осипова! Ну наконец-то! Давай-ка, объясни мне и своему товарищу, почему ты сбежала!
Рита широко развела руками, отчего вся ее добыча высыпалась на траву, и попыталась для пущей достоверности расфокусировать зрачки.
– Ой, простите, Игорь Андреевич, я не знаю, что на меня нашло. Я так испугалась, когда началась стрельба, так испугалась…
В обращенных на нее прищуренных глазах Игоря она заметила облегчение. Вожатый даже сделал шаг вперед и потрепал ее по голове, а она с трудом удержалась, чтобы не шарахнуться в сторону.
– Так, а чего мы тут сидим, чего ждем? – деловито продолжил вожатый. – Появления бандитов, что ли? Надо выбираться отсюда. Собирайте вещички!
– Игорь Андреевич, давайте немного подождем, – запротестовал, тоже поднявшись на ноги, Борис. – Вы сами сказали, что бандиты пошли в обход болота, а мы ничего не знаем про ту дорогу. Они могут перерезать нам путь. Здесь мы на возвышенности, видим все подступы, можем рвануть в любую сторону. А на болоте легко спрятаться.
Игорь, как успела заметить Рита, раздраженно дернул уголком рта, но внимательно обдумал слова Шварца и кивнул.
– Ладно. Только я очень волнуюсь за Свету. Рана нехорошая, в любой момент может начаться заражение крови. Но ты прав, с ней нам от этих головорезов не убежать.
«А мы убежали», – нашла силы позлорадствовать Осипова.
– Рит, садись, ешь конфеты и пей, – сказал ей Шварц. – Воду можешь не экономить – вон за тем кустом есть родник.
– Грибы можно почистить и съесть сырыми, – встрепенулась Рита. – Игорь Андреевич, у вас нож был – не дадите?
– Что? – вздрогнул и часто-часто заморгал вожатый. – А, нож? Потерял где-то… Да он и не мой был, я подобрал его на берегу, чтобы сквозь заросли пробираться… В роднике грибы можно и ногтями почистить.
Сам он, однако, не тронулся с места.
Рита подошла к Светлане и уже привычно нащупала пульс. Он здорово частил. Было заметно, что вожатой становится все хуже, особенно после пробежки по болоту.
Потом девочка села плечом к плечу с Борисом и только поднесла половинку конфеты ко рту, как Игорь сказал:
– Я думаю, эти гады убили Васильева.
Конфета упала в траву, а Боря дернулся и заговорил таким голосом, словно ему пережали горло:
– Но ведь он в озере…
– Утонул? – подхватил Игорь. – Да ну, чушь. Он же спортсмен. Доплыл и назад вернулся. Вплавь или по берегу – этого не знаю.
– Но откуда вы?..
– Оттуда. Я прихватил с собой его одежду, уложил ее в рюкзак. А когда пальбу услышал и побежал назад, рюкзак просто сбросил, чтобы не мешал и за деревья не цеплялся. Потом, когда Осипова так внезапно подалась в бега, я вернулся за ним. Хотел наполнить термос, чтобы отправиться в лес искать вас…
– Не нашли? – подсказал Шварц.
– Нашел. Только шмоток Васильева там уже не было. Он свое все забрал, даже пионерский галстук, а сам рюкзак оставил. К несчастью, рюкзак мог навести его на мысль, что мы где-то рядом, еще не вернулись в лагерь. Наверняка он нас искал, бродил по лесу и набрел на тех людей. Одиночный выстрел слышали?.. Думаю, это в него стреляли.
Рита встала на ноги, побрела прочь, к болотам, и услышала, как сзади Борис зашептал:
– Игорь Андреевич, ну зачем вы?..
Мужчина громко чертыхнулся.
Рита уже была внизу холма, когда Шварц догнал ее, остановил и обнял за плечи.
– Рит, ты чего, поверила ему? Да откуда он может знать, в кого и почему те типы стреляли?..
Осипова сглотнула и помотала головой.
– Я не поверила. Просто появился хороший момент, чтобы уйти. Молодец, что за мной побежал, – я хотела обсудить ситуацию. Ты ведь тоже не поверил ему?
– Нет, я уверен, что все было так, как ты сказала, – без промедления и очень твердо ответил Борис.
– Хорошо. Тогда давай попросим его постоять на стреме у болота, а сами сбежим.
– Нет, Рит, не стоит, – запротестовал Шварц. – Сейчас Игорь для нас не опасен, он сообразил, что… – Тут Боря смешался, не желая произносить слово «смерть». – Ну что бы ни случилось с Димкой, это можно будет списать на тех, кто нас преследовал. И у него даже есть шанс стать героем, если он выведет из этого чертова леса нас и Светлану.
Внутри Риты словно лопнул воздушный шарик, вся радость испарилась, оставив ноющую пустоту.
– То есть не факт, что это Дима забрал одежду из рюкзака?
– Не факт, – с неохотой подтвердил Шварц. – Но, может, и в самом деле забрал. Нужно надеяться.
– Нужно. Боря, ты веришь, что Димка все-таки жив?
Лицо Шварца болезненно сморщилось.
– Я не знаю. Хочу верить. Димка умел делать людей счастливыми – такие не должны погибать.
– А в книгах и фильмах обычно такие и гибнут в первую очередь.
– Ну то в книгах и фильмах… Я так для себя решил: буду верить, что он жив, пока не… В общем, я верю!
– Я тоже верю! – встрепенулась Рита и вздохнула наконец полной грудью.
– Слушай, Рит, я понимаю, что для тебя это непросто, но пойди поговори с Игорем хотя бы минут пять. А я тут осмотрю местность. Он должен быть абсолютно уверен, что ты его ни в чем не подозреваешь, а сбежала только потому, что была не в себе. От этого многое зависит. Игорь нужен нам на нашей стороне.
– Я понимаю. Постараюсь.
И она на негнущихся ногах побрела к месту их стоянки.
Для нее было облегчением увидеть, что Светлана пришла в себя и Игорь сейчас вполголоса разговаривает с ней, сидит на корточках рядом и осторожно поглаживает девушку по здоровому плечу.
– Ты должен вывести ребят во что бы то ни стало, – донесся до нее голос вожатой – почти неузнаваемый, сиплый и слабый, но в нем жила непреклонная воля.
– Мы вдвоем выведем их, Светуль, – непривычно мягко ответил Игорь. – Пока поспи.
Рита отыскала в траве свою часть конфеты, закинула ее в рот, села по-турецки и поднесла к губам фляжку. Вода была невероятно вкусной, девочка даже подумала, что никогда прежде настоящей воды не пила. Она обмыла руки, лицо и шею и снова припала к фляге… И обнаружила, что вожатый нависает над ней, рассматривает с высоты своего немаленького роста. Вода тут же ринулась не в то горло, и Рита закашлялась. Игорь дождался, когда она продышится, и произнес со смешком:
– А хорошо ты бегаешь, Осипова! Что ж тебя в спортивную команду не включили?
– Простите меня, Игорь Андреевич, – с готовностью зачастила она. – Я толком даже не понимала, что это были вы. Боря меня потом ругал, говорил, что с вами у нас куда больше шансов выбраться.
– И выберемся, не сомневайся. Еще успеешь рассказать в лагерной стенгазете о наших приключениях.
– Обязательно расска…
Договорить она не успела, потому что на поляну выскочил Шварц и заорал:
– Уходим, уходим отсюда!
– Они идут?! – вскрикнул, завертелся на месте Игорь.
– Нет! Но там пожар, лес на болоте горит!
Тут Рита осознала, что еще раньше ощутила легкий запах дыма, но списала это на свою мечту о костерке и жареных грибах.
Игорь мигом обежал холм и вернулся со словами:
– Ветер, к счастью, не в нашу сторону, но огонь расползается быстро. Скоро окольцует холм, и мы тут задохнемся к чертям собачьим. Нужно уходить.
Боря в темпе закинул на плечо сумку, подхватил флягу и бросил взгляд за деревья, где, видимо, скрывался родник. Рита страшно пожалела, что только что так неосмотрительно распорядилась водой, и схватила Борю за руку.
– Нет, не успеешь! Давай уходить отсюда скорее!
Игорь со Светланой на руках уже был на низком старте.
Рита никогда не думала, что огонь может двигаться так стремительно, но, когда они вбегали в лес, языки пламени уже огибали холм. А еще хуже был дым – он душил, рвал легкие, разъедал глаза. Ветер сменился, и теперь приходилось двигаться в смрадной черной туче.
В лесу стало немного легче – почва здесь была плотная, а деревья – прямые и рослые, не убитые болотом. В одном месте Рите даже почудилось что-то вроде тропы, и она окончательно уверилась, что где-то рядом есть нормальные дороги, жилые дома, люди, машины…
Сначала они просто шли быстрым шагом, чтобы сохранить силы, потом Борис схватил Риту за руку и потянул вперед так, что ей пришлось перейти на бег. Она слышала, как тяжело дышит за ее спиной Игорь, как под весом двух тел с шумом впечатываются в землю его ботинки. Но гораздо страшнее был другой шум – ровный гул нагоняющего их пламени. Теперь Шварц бежал сзади, иногда толкал Риту в спину, а она больше не оглядывалась – не хватало сил. Жар словно впечатался в ее шею и затылок. К счастью, ветер снова дул им в лица, и она ловила его порывы широко распахнутым ртом.
Она первой выскочила на грунтовую, достаточно широкую дорогу. По другую сторону тоже был лес, но сзади кто-то крикнул – Игорь или Борис, она не разобрала:
– По дороге, направо!
Рита упиралась ладонями в колени, но рывком выпрямилась и побежала. Да, двигаться стало легче, но теперь по одну сторону от них была сплошная стена огня. Рите казалось, что ее правый бок уже испекся, она на бегу прикрывала руками голову, боясь, что вспыхнут волосы.
Один раз она обернулась и увидела Игоря с красным мокрым лицом. Он пытался бежать, но его больше мотало из стороны в сторону. Светлана сползала с его рук, казалось, он в любой момент уронит ее прямо на дорогу. Наверное, вожатая была без сознания, потому что совсем не помогала ему, не держалась за его шею. Борис метался вокруг них, по мере сил поддерживал то Игоря, то Светлану.
В какой-то момент Рита услышала треск за спиной, оглянулась и ахнула – огромная пылающая ель упала на дорогу за ее спиной, отрезав от друга и вожатых. Из-за стены огня и дыма до нее донесся отчаянный крик Шварца:
– Вперед, беги, не останавливайся!
«Они уйдут в лес за дорогой и там спасутся», – сумела Рита связать в одну утешительную фразу обрывки мыслей.
Она бежала, не смея оглянуться, пока вконец не задохнулась. Потом все же оглянулась и увидела, что теперь уже лес полыхает по широкой дуге – от упавшего дерева огонь перекинулся на лес за шоссе. Но девочка была спасена, пламя ее больше не преследовало.
Ветер все сильнее дул в лицо, словно задался целью защитить одинокую, едва дышащую девчонку, дать ей сил. А впереди, по правую сторону от дороги, было поле, заросшее белой кашкой и красными маками. Приземистые деревенские домики выстроились в ряд на возвышенности за полем. Рита умирала от жажды и не смела даже думать о том, что случилось с ее другом и вожатыми. О том, что они, скорее всего, не сумели выбраться из огненной ловушки.