– Ее тут нет, – раздался за спиной чей-то голос. – Ушла по делам.

Обернувшись, Эккстер увидел сидящего снаружи каморки Сая.

– Что?

Тот улыбнулся и выставил перед собой руки.

– Ты ведь не собираешься огреть меня чем-нибудь по голове? Или убежать с воплями? С тобой нужно быть готовым ко всему.

Сай покачал головой, выжидая, затем кивнул, очевидно удовлетворенный увиденным.

– Хорошо. Теперь, может, поговорим, как вменяемые люди? Всегда полезно точно знать, в какое дерьмо угодил: это ограничивает буйство воображения. И ты уже не так настроен швыряться дикими обвинениями в адрес тех, кто хочет тебе помочь.

– У меня были поводы.

– О да, только совершенно необоснованные. Просто всякая хрень, которую залили в голову другие, которую ты слышал так много раз, что уверовал без попытки разобраться. Когда кажется, что знаешь все… Нужно быть осторожнее. Ты уже обидел хороших людей, а ведь они могли бы тебе пригодиться. – Сай указал большим пальцем за спину. – Далеко не все так прониклись твоим положением, как я. У «Мертвых внутри» – это ваше, кстати, название и, как по мне, оскорбительное, – своих проблем хватает.

Измотанный мозг Эккстера трещал по швам от ни в какие ворота не лезущей информации, почерпнутой только что из сети. Рассудительный тон Сая успокаивал. Эккстер был готов слушать его часами; увы, время стремительно поджимало.

Сай тоже это понимал.

– Ладно, еще успеешь подумать на досуге. Если доживешь. Иначе какой толк спасать тебе шкуру, если ты до конца жизни так и останешься невеждой, который не задумывается о важном.

Эккстер вскинул голову.

– О чем, например?

– Вот в этом и есть твоя проблема, – покачал головой Сай. – Не только твоя, а всех утренников. Вы столького не знаете, о стольком забыли, что даже не понимаете, с чего начать и какие вопросы задавать. Те, кто на вертикали, не лучше горизонтальных обитателей. Вы мните себя продвинутыми – просто потому, что гоняете по стене вверх и вниз, но вы живете одним днем и общей картины не видите.

Его нотации начинали действовать на нервы.

– А ты все у нас знаешь? Ну давай, расскажи. Если так уж проникся моим положением.

– Это тебе не поможет. Научить слепого видеть нельзя. Ты ведь ничего не видишь вокруг себя и никогда не видел. Взять хоть само здание, Цилиндр. – Сай окинул руками каморку и все, что за ней. – Ты живешь в нем, на нем, но даже не задумываешься, что это такое. Его определенно построили, сконструировали, только тебе все равно, кто и зачем.

– Ну, кто-то еще до Войны, – пожал плечами Эккстер.

– Снова здоро́во. Не знаешь чего-то – говори «до Войны», и взятки гладки. А что тебе известно про эту так называемую Войну? Правильно, ничего. Для вас она просто удобный способ отмахнуться от всего, о чем не хочется думать.

– Что плохого? Копание во всяком старье не поможет мне решить мои проблемы. У меня их хватало еще до нынешнего дерьма.

– Поправочка. – Сай поднял палец. – Ты сам хотел себе эти проблемы. Сам! Тебе они нравились, потому что отнимали время и отвлекали от других вещей – важных вещей, про которые ты забыл. Цилиндр построили не просто так. Его конструкция и функционирование нарушают с десяток законов физики; один температурный аспект такого огромного здания вызывает массу вопросов. А воздух, которым ты дышишь? Знаю, многим из вас все равно, а если кто-то хоть раз задумался, то талдычит про какую-то чепуху вроде «атмосферной связи», как будто знает, что эти слова означают, или понимает суть явления. Но ладно, физика сама по себе не очень важна: всякое ограничение можно обойти, если понимаешь, что делаешь. Однако вопрос остается: зачем им все это понадобилось? Не так-то просто, знаешь ли, творить невозможное.

«Что ж, давай поиграем в твое словесное жонглирование».

– Если это невозможно, то как у них получилось?

Сай снова по-волчьи осклабился.

– А кто сказал, что получилось? Может, они создали иллюзию, убедили всех, будто существует здание размером с мир и будто ты живешь в нем или на нем?

Эккстер физически ощутил, как на языке копится отвращение.

– Да ну на хер. Терпеть не могу эту фигню. Витая в облаках, недолго и насмерть шмякнуться. У меня хватает и более насущных проблем. Не хочу показаться занудой, но где-то там громыхает огромный хрен, которому поручили растереть меня в труху. Мне бы сначала разобраться с ним, а уже потом сидеть на заднице, размышляя обо всей этой философской мутотени… Без обид.

Собеседник пожал плечами.

– Как знаешь. Собственно, я затем и вернулся, чтобы помочь. Как тебе то, что ты нарыл на свалке?

Эккстер коснулся оголенного провода.

– Ты тоже был там?

Сай кивнул.

– Я это все уже знал. Просто хотелось посмотреть на твою реакцию. Интересное зрелище, скажи?

– Точнее, опасное. Для них. Зачем разбрасываться такими доказательствами, если их кто угодно может найти?

– А они и не знают, что эти доказательства где-то лежат. – Сай улыбнулся. – У всех крупных организаций вроде «Массы» есть общая беда: чтобы не развалиться под собственным весом, им приходится делегировать функции и автоматизировать их. Механизм слива записей был создан еще до того, как они начали якшаться с «Ищи-и-Обрети». Никто в руководстве «Массы» до сих пор не знал об утечке – просто потому, что в записях копались только хулиганы-ковбои с мозгами подростков. Ты первый, кому может хватить ума применить эти сведения по назначению.

– Да? И как же? Не вижу, какая мне от них польза. Я лишь понял, что угодил в куда большую задницу, чем мне казалось раньше.

– Ну… Просто сохрани их. Наличие подобной информации – реальной информации – наверняка когда-нибудь пригодится. Ты сам удивишься. – Сай оттолкнулся от стены. – Нужно что-то более вещественное? Будет тебе вещественное. Пойдем.

Он повел Эккстера по низкому тоннелю.

– У тебя была возможность передохнуть. Мегакиллеры не приспособлены выслеживать жертву в таких местах – слишком много источников тепла и излучения, которые перегружают датчики. Твой преследователь все еще перенастраивает оборудование, осваивается в обстановке. Но как только разберется, что к чему, то перестанет блуждать в темноте и сядет тебе на хвост. Поэтому хватит дурака валять, давай отправим тебя отсюда подальше.

Сай остановился у проема в стене тоннеля и отдернул драную, запачканную маслом шторку.

– Вот, взгляни.

Эккстер просунул голову в закуток. Через несколько секунд глаза привыкли к полумраку и он разглядел на тюфяке из лохмотьев Фелони. Та лежала с закрытыми глазами, дышала медленно и неглубоко.

– Это не она. – Сай отпустил шторку. – Как говорили раньше про мертвых: ее здесь больше нет. Осталось только тело. Одно из тел, по крайней мере. – Он указал на провод, протянутый через закуток. – Сама она ушла по делам на другую сторону; там у нее есть еще тела. Фелони их коллекционирует. Если прознает, что я раскрыл ее маленькое убежище, то выйдет из себя – и правильно.

– Ты это, что ли, хотел мне показать?

– Нет. Просто подумал, тебе будет интересно. Пошли дальше.

Они ползли еще долго, и когда Эккстер уже думал, что у него отвалится спина, они вынырнули из узкого тоннеля на большое открытое пространство. Эккстер наконец смог выпрямиться. Потолка не было, а если и был, то настолько высоко, что и не увидишь.

– Как тебе? – Голос Сая эхом отражался в гулком помещении.

– Что это? – спросил Эккстер, глядя, как луч фонарика движется по металлическому боку неведомой машины.

– Это – транспорт. Колеса. Ну, образно говоря. На самом деле он ездит на магнитной подушке – считай, летит, не касаясь поверхности. Просто конфетка для любого поклонника довоенных высоких технологий и самое быстрое средство передвижения во всем Цилиндре. – Сай поглядел на ничего не понимающего Эккстера. – Это поезд. По-езд – так их раньше называли. Ездит по рельсам. Вот, видишь? – Луч фонарика заплясал на двух массивных брусьях высотой с человеческий рост, которые тянулись вперед от заостренного, как у пули, носа. – Что-то вроде транзитных кабелей, только горизонтальные. Так понятнее?

– Ну… типа того. – Эккстер посмотрел на окна кабины поезда. – И куда на нем можно попасть?

– А вот здесь тебя ждет приятный сюрприз, – улыбнулся Сай. – Радуйся: перед тобой сохранившийся элемент изначальной транспортной сети Цилиндра. Раньше таких крошек были сотни и они курсировали по всему зданию, перевозя людей и грузы с одной стороны на другую.

– Погоди. Выходит, эта штука – вот эта самая – может доехать до утренней стороны? Правда?

– Да, рельсы идут до самых барьеров, в паре километров от поверхности. Так что оттуда придется на своих двоих.

– И сейчас ты скажешь, что поезд не работает, да? Что это просто ржавый остов?

– Да нет, все в идеальном состоянии. – Сай подошел к вагону и постучал кулаком по металлу. – Мы с товарищами следили за его состоянием. Было нетрудно. Там много самоподдерживающихся систем.

Эккстер не верил своим ушам.

– Получается, вот эта штука может хоть прямо сейчас доставить меня на ту сторону, а ты тратил мое время на всякий философский пердеж? Офигеть.

– Философский пердеж… – Сай хмыкнул. – Знаешь, что с тобой не так? Тебе оказывают услугу, а ты отвечаешь грубостью. То, о чем я говорил, тоже важно. Ты даже не представляешь насколько. Когда-нибудь тебе придется об этом задуматься.

– Да-да, хорошо, как скажешь. – Эккстер, привстав на цыпочки, пытался заглянуть в окно кабины. – Как оно работает?

– Все просто, управление почти автономное. Тебе не составит труда освоиться. У вас, утренников, талант присваивать чужие технологии. Вы как сороки, только не такие безмозглые. Вы падки на все блестящее и металлическое.

Эккстер, не слушая, обошел поезд. Сай последовал за ним.

– А тут что?

– Пойми, мало просто попасть на другую сторону. Тебя ведь по-прежнему хотят убить. Причем гораздо больше народа, чем ты думал раньше.

– Буду тревожиться об этом, когда доберусь. Нужно решать проблемы по мере их поступления. – Эккстер присел перед машиной поменьше. – А это что?

Свет фонарика играл на рельефе колес и двигателя, хромовой отделке и черной эмали. Это был мотоцикл, но модель (оригинал или копия?) незнакомая. На баке никаких эмблем или опознавательных знаков.

– На что похоже? – Сай провел фонариком по ряду других машин, таившихся в темноте опасными и зловещими силуэтами. – Здесь полно довоенной техники. Видишь, чего вы все лишились, оттого что боялись зайти сюда и осмотреться? Только представь, как можно было бы повеселиться. – Саркастического тона он не скрывал.

– И все это тоже на ходу?

Сай щелкнул тумблером стартера под рулем. Двигатель с ревом ожил.

– Аэродинамическая конструкция… – прокричал Сай сквозь шум. – Гоняет как сумасшедший. – Он заглушил двигатель. – Наверное, не стоит привлекать к себе лишнее внимание.

Эккстер погладил бак мотоцикла.

– Мне бы такой пригодился. Когда доеду до той стороны. – Боль от воспоминаний о несчастном «нортоне», улетающем в облака, до сих пор была свежа. – Нужно будет адаптировать его под вертикаль, установить специальные колеса для транзитных кабелей, коляску…

– Не спеши. Пока не до новых колес. Ты ведь понимаешь, что «Масса хаоса» уже рассчитала твой маршрут и знает, где ты выйдешь на утренней стороне? Можешь не сомневаться, их мегакиллер будет ждать. Едва высунешься, тебя за минуту превратят в фарш, и неважно, что ты сумел уйти от мегакиллера «Зияющей амальгамы».

Это, конечно, правда. Эккстер, обескураженный, оперся на мотоцикл. Именно так наверняка поступили бы «массовики» во главе с Трупомейкером. Очень в их духе.

Сай выключил фонарик, и вокруг сгустился мрак, разгоняемый лишь редкими голубыми лампами высоко над головой.

– Сейчас тебе нужно придумать, как уйти и от «Массы хаоса» тоже. Только тогда ты сможешь выйти наружу и беспрепятственно попасть домой.

– Так-то оно так… – уныло кивнул Эккстер. – Мечтать, конечно, не вредно, вот только с этим народом не договориться. Они чокнутые, к тому же постоянно на взводе. Простым извинением или объяснением тут не обойтись.

– И? Значит, нужно подойти к проблеме иначе. Раздобыть нечто столь для них ценное, что они позабудут про ненависть в твой адрес. Подумай.

Подумай… Шестеренки в мозгу неохотно пришли в движение. Конечно, гораздо проще лечь на пол, замереть – и будь что будет. Даже если будет крайне неприятно. Голова, набитая до отказа бесполезными знаниями, болела. Ну вот узнал он это все – дальше-то что?..

И вдруг на него снизошло откровение. Он увидел все четко и ясно.

– Они не в курсе, – произнес Эккстер, поглядев в глаза Саю. – «Масса хаоса» не знает, что творится на самом деле. А я знаю. Про то, как «Зияющая амальгама» манипулирует «Ищи-и-Обрети». Как вся информация фальсифицируется. Только я могу им обо всем рассказать.

В темноте сверкнули зубы Сая.

Эккстер посмотрел наверх, будто идея материализовалась и устремилась к потолку.

– Если я им обо всем расскажу, они поверят, что меня подставили. – Тут же подкатило новое открытие: – Потому что анимационный сигнал для моего графикса подменила «Зияющая амальгама», а вовсе не «Мортпикс». «Амальгаме» нужно было от меня избавиться, чтобы я не проболтался про их налет на тот сектор. А достать меня в лагере «Массы» они не могли и тогда изобрели другой способ: подкинуть «массовикам» отдельный повод оторвать мне башку. Пускай те, так сказать, выполняют всю грязную работу.

Сай удовлетворенно кивнул.

– Ну вот, видишь! Можешь же, когда захочешь. Тебе еще многое нужно узнать, но процесс хотя бы запущен.

Озарение в голове разрасталось и немного разогнало туман над происходящим. Эккстер чуть-чуть приободрился.

– Ты прав… Я по-прежнему не знаю почему – то есть почему это важно. Что такого «Амальгама» нашла в той выжженной зоне?..

– Это сейчас совершенно не имеет значения. Когда ищешь причину подобной хрени, сгодится любая догадка. Может, жители в секторе совсем распоясались и им нужно было преподать урок. А может, местная фабрика завершила контракт и таким образом решили сэкономить на оплате. Ты к тому же не забывай, что «Зияющая амальгама» – старое племя, давно сидящее на верхушке. Они обленились и заплыли жиром, растеряли воинскую удаль, которая когда-то их туда вознесла. Теперь ее приходится компенсировать хитростью, иначе власть не удержать. Ты ведь даже предположить не можешь, как долго и активно они занимаются подобным. У «Амальгамы» много союзников, и всех нужно держать в узде, а лучшее средство для этого – успешный пиар. Не исключено, что их военные победы, захваченные территории, истребленные противники не более чем фикция, выдумка. Но все безоговорочно верят, поскольку обман транслируется через якобы нейтральный источник в лице «Ищи-и-Обрети». Да и как доказать, что это обман? Территория Цилиндра обширна, и вдали от чужих глаз может твориться что угодно – а может и ничего не твориться. И выходит, остаются лишь фрилансеры вроде тебя, ведь только вы можете случайно забрести в сектор, который якобы разграбила «Амальгама», и обнаружить, что все совсем не так, как показывает «Ищи-и-Обрети». Вероятно, ты не первый бедолага, который угодил в подобную переделку, но, возможно, первый, кому удалось прожить так долго.

От этой мысли пробирало до дрожи. Конечно, в сообществе фрилансеров регулярно вспоминали о коллегах, которых никто давно – очень давно – не видел. В итоге сходились на том, что с ними «что-то» (что – не уточнялось) произошло, ну или они сами шагнули в пустоту, навстречу облакам, после какого-то уж очень негативного поворота в их шаткой карьере. Узнать наверняка нельзя, они просто пропадали. Теперь по всему выходило, что загадочное «что-то» могло быть не несчастным случаем или суицидом, а настоящим убийством.

– Допустим, это правда. – Эккстер пристальнее всмотрелся в собеседника. – Но что об этом скажешь ты? Ты заранее знал, что я раскопаю на той свалке… и обладаешь столькими сведениями… Что еще тебе известно?

– Ты хочешь от меня того, что я навряд ли могу тебе дать, – засмеялся Сай.

– Да ладно, не прибедняйся. Ты разбираешься, что тут происходит… Как можно подключиться к линии, которой пользуются другие… Как устроено здание и все эти технологичные штуки, за которыми вы с товарищами присматриваете… Это ты тоже должен уметь.

– Уметь – что? Ты про всякие хакерские штучки? Выходить в сеть и взламывать защищенные файлы – про это, что ли?

Эккстер кивнул.

– Как говорили в другое время и в другом месте, твое невежество меня убивает, – с сочувствием в голосе произнес Сай. – Твои слова – наглядное доказательство того, с каким трудом отмирают старые убеждения, особенно те, которые служат чьим-то интересам и точно удовлетворяют мелким потребностям у людей в головах. Этот миф про хакеров уходит корнями в давнее прошлое – не просто до Войны, но еще и до самого Цилиндра. Задумайся: кому выгодно, чтобы народ верил, будто защищенные базы данных способен взломать смышленый тринадцатилетка с ловкими пальцами и терминалом, купленным на барахолке? Это же полнейший бред. Да, вероятно, на заре информационных технологий такое было возможно, и то недолго, пока не возникли действительно хорошие методы защиты данных. Скажем, какой-нибудь мелкий хакер-отморозок сумел проникнуть в участок сети, где его никто не ждал, – и вот он уже похваляется своей крутизной направо и налево. Только это все равно что влезть в сектор и умыкнуть чей-то тостер, а потом называть себя первоклассным взломщиком, хотя на самом деле там просто не принято запирать двери. Едва появились замки, подобные грошовые выходки пресеклись совсем. Но вот что интересно: пока информационные технологии захватывали мир, популярные медиа стали проталкивать идею, будто цифровая слежка и закрытые базы – это пустяк. Чего бояться, если даже подросток способен их взломать? Люди меньше переживают о том, что сведения на них хранятся в огромных связанных банках данных, когда убеждены, что обойти защиту не составляет труда.

– Постой, я уже сбился, – затряс головой Эккстер. – Вся эта древняя история…

– Извини, увлекся. Просто оседлал любимого конька. Меня поражают люди, которые только и делают, что распространяют всякий бред; причем их так много, что не могут же всем платить. Некоторые из них, возможно, большинство, – а то и вообще все, черт возьми, – наверняка в этот бред верят. Добровольно. Чтобы не обращать внимания на реально творящуюся вокруг жуть. – Сай снова включил фонарик и обвел им состав. – Так что, увы, нет никакого волшебного ключика, который откроет все потаенные тайны. Нужно обходиться тем, что уже знаешь.