Смерть. Так много смерти. Джанет этого не вынести. Ей надо выбраться из дома, подальше от мрачных лиц и пелены депрессии, висящей в воздухе, подобно сигаретному дыму. Она выдумывает предлог – надо купить молока и хлеба – и выскальзывает за дверь, прежде чем они начинают протестовать.
Она не может думать ни о ком, кроме Холли, с тех пор как детективы сообщили вчера свою новость. Не может не представлять, как ее давно утраченная дочь проникает в дом, чтобы напасть на сестру и зятя. Ей не хочется верить, что ее драгоценная девочка выросла убийцей. Это лишь усиливает чувство вины, и без того засевшее у нее в груди так крепко, что оно мешает ей дышать.
На заднем дворе дома Таши и Арона толпятся полицейские, часть берега пруда огорожена желтой лентой – там нашли труп Зои. К счастью, на улице перед домом полиции нет.
По дороге в супермаркет она натыкается на двух старинных подруг, Лорейн и Дениз, которые говорят ей, что слышали о ее возвращении. Они выражают соболезнования по поводу Кайла.
– Если захочешь поговорить, мы рядом, – говорит Лорейн, гладя Джанет по руке, и той становится неловко, что она оборвала связи с подругами с тех пор, как переехала во Францию. Она работала с Лорейн в машинописном бюро, когда им было по двадцать, но ушла, когда забеременела Элис; Дениз она знает так же долго. Но сейчас ей хочется отделаться от них, и она, оправдавшись какой-то отговоркой, уходит. У нее просто нет сил думать о них сейчас. Семья нуждается в ней. Она вернулась не для того, чтобы повидаться со старыми знакомыми, а чтобы помочь родным.
В супермаркете Джанет старается держать голову пониже и ни с кем не встречаться глазами, чтобы не наткнуться на других приятельниц. Она не в настроении для светских бесед – как тут притворишься, что все нормально, когда нервы натянуты как струна? Кладет батон хлеба, упаковку хумуса для близняшек и две пинты молока к себе в корзину. Элси и Флосси пьют его в огромных количествах, а вот она сама молоко терпеть не может. Платит за покупки – не удержавшись, прихватывает на кассе шоколадки для девочек – и уже укладывает все в пакет, когда замечает у выхода Вив. Та яростно курит; ее уродливый французский бульдог сидит возле ног хозяйки. Вив разговаривает с женщиной в пушистой белой куртке, тоже с собакой – помесью пуделя. На Вив нет пальто, будто она выскочила из дома в спешке. Наверное, ей холодно, думает Джанет. Ей не слышно, о чем они говорят. Когда Джанет выходит из супермаркета, другая женщина отступает, прощается с Вив и тянет собаку за поводок. Из-под капюшона у нее выбивается светлая прядь.
– Счастливо, утенок! – говорит Вив уходящей женщине и разворачивается к Джанет, нахмурив брови, словно недовольная, что их прервали.
– Простите, вам не надо было прерывать беседу из-за меня, – говорит Джанет, раскрывая зонтик и стараясь не раскашляться от сигаретного дыма.
– О, я ее почти не знаю – так, еще одна собачница. – Вив тушит окурок о подошву кеда, после чего убирает в полупустую пачку сигарет.
– Как дела? – Джанет приходится приложить усилие, чтобы проявить вежливость: ей всегда казалось, что Вив ее недолюбливает. Хоть она и пришла на помощь, когда украли Холли, все дальнейшие годы Вив ее избегала. Особенно когда Арон и Таша начали встречаться. Очевидно, дело в том, что они – полные противоположности, и Вив сразу решила установить границы. К тому же у Джанет был Джим, а Вив жила одна, так что дружить семьями они не могли.
У Вив мешки под глазами, лицо серое. Между ними повисает неловкая пауза, пока Джанет придумывает, что сказать.
– Ужасно получилось с Зои, – произносит она наконец.
– Зои? – Вив явно удивлена.
– Ну знаете, той женщиной, что работает с Ароном в автомастерской. Ее сегодня утром нашли мертвой – она утонула в пруду за домом Таши и Арона.
Вив, побледнев, замирает на месте.
– Что? Вы уверены?
– Да. Абсолютно уверена. Мне очень жаль, – говорит Джанет, недовольная собой за то, что выпалила это так необдуманно. – Вы были близки?
Вив качает головой.
– Нет, – бормочет она. – Не особенно. – С такой силой сжимает поводок, что у нее белеют костяшки пальцев. – Зои часто приходила в паб. И была… была там прошлым вечером. Мне надо идти.
Вив разворачивается и идет в противоположном от Джанет направлении, не попрощавшись и таща за собой свою торопливо семенящую собаку.
Джанет думает, не догнать ли ее, чтобы убедиться, что с Вив всё в порядке, но потом решает, что не стоит. Вряд ли Вив это оценит, а ей совсем не хочется усложнять их отношения.
Джанет видела Зои лишь однажды. Вчера вечером.