Арон входит в спальню, только из душа, с мокрыми волосами, в черно-красном поло «Фред Перри». Хлопает по подбородку ладонями, смоченными лосьоном после бритья, потом бросает взгляд на меня, сидящую на постели, и широко улыбается.
– Классно выглядишь, – говорит он.
Я опускаю глаза на свои серые джинсы и черный топ на бретельках, играю серебряной цепочкой на шее. На самом деле мне никуда не хочется идти – завтра мне следовало бы быть на работе, не дай мне Колин отгулы. Но когда Арон, вернувшись с работы, заявил, что сегодня день рождения Роба (похоже, в этой чертовой автомастерской каждую неделю у кого-нибудь день рождения) и он собирается заглянуть в паб «на парочку пива», мама настояла, чтобы я тоже пошла.
– Как часто вы где-нибудь бываете вместе? – воскликнула она. – Вам необходима передышка. И время для вас двоих.
Предполагалось, что я воспользуюсь возможностью и расскажу ему про Холли и ДНК. У меня пока не выдалось времени поговорить с ним, потому что он пришел домой лишь полчаса назад. А тем для разговора у нас накопилось достаточно. Вот только я предпочла бы сходить с мужем куда-нибудь вдвоем, а не тащиться в паб на день рождения Роба. Очень надеюсь, что мы сможем вырваться оттуда пораньше, спокойно поужинать где-нибудь и все обсудить.
Арон зачесывает волосы и укладывает их гелем, а я говорю, что пойду пожелать спокойной ночи близняшкам. Они еще не спят; их кровати сдвинуты вместе, чтобы поместился мамин надувной матрас. Я бы хотела, чтобы мама ночевала в спальне Элис, а не на полу, но она настояла, что сестре нужно личное пространство после того, что она пережила. Напоминаю себе, что это ненадолго, ведь Элис через пару дней возвращается домой, и я, похоже, еду с ней. При мысли о расставании с девочками у меня холодеет в животе.
Обе дочки лежат под одеяльцами, натянутыми до подмышек.
– Ты почитаешь нам сказку? – восклицают они хором, стоит мне войти.
– Бабушка же вам прочитала!
– Мы хотим, чтобы читала ты, – настаивает Элси. Флосси кивает и сует в рот большой палец.
Я знаю, что они так оттягивают время сна, но все равно подхожу к книжной полке и выбираю их любимую книжку, «Тэбби Мактат». Я читала ее столько раз, что могу пересказать наизусть.
– Ты такая красивая, мамочка, – говорит Флосси, когда я заканчиваю читать. Я стою у книжной полки, возвращая «Тэбби Мактат» на место, и поворачиваюсь на ее слова. Она сидит в постели, закутанная в одеяльце, и смотрит на меня, нахмурив лоб. – Ты куда-то уходишь?
– Да, с папой.
У нее дрожит подбородок.
– Я не хочу, чтобы вы уходили.
Мое сердце обрывается. Я сажусь на кровать рядом с ней.
– Почему? – мягко спрашиваю, хоть и могу догадаться, что чувствует моя дочь – пускай она и слишком мала, чтобы это объяснить.
– Когда вас нет, происходят плохие вещи.
– Ты говоришь о том, что случилось с дядей Кайлом? – спрашиваю я ее.
Она кивает.
– Как умер дядя Кайл? – спрашивает Элси с соседней кроватки.
– У него заболела голова. – Мы не говорили девочкам, что кто-то вломился к нам в дом и убил его. – Но сегодня ничего не случится.
– А вдруг бабушка умрет, пока вас не будет? – спрашивает Флосси. Ее щеки горят.
– Не умрет, дорогая, – отвечаю я, беря Флосси за ручку и целуя. – То, что случилось с дядей Кайлом, было очень грустно, но с бабушкой все будет в порядке. И мы ненадолго, обещаю.
Я выхожу из комнаты, лишь убедившись, что сумела успокоить дочерей. Но, спустившись вниз, говорю Арону идти одному. Только после маминых уговоров я, еще раз проверив, что девочки спят, соглашаюсь ненадолго их оставить.
– Я беспокоюсь о том, как это на них скажется, – говорю я Арону, когда мы, уже с опозданием, подходим к «Рабочей лошадке». – Надеюсь, они не слышали наши разговоры о нападении на Кайла. Надо быть очень осторожными с тем, что мы говорим, когда они рядом.
Арон пожимает мою руку.
– Надо всячески давать им понять, что они в безопасности.
На улице темно, и кажется, что уже гораздо позднее, чем восемь вечера. Воздух влажный, и капли тумана оседают у меня на волосах.
– Мама сегодня работает в пабе, – говорит Арон.
Мы с Вив виделись в последний раз, когда моя мама только прилетела, хотя я звонила ей по телефону спросить, сможет ли она посидеть с Элси и Флосси, когда мы поедем в Лондон на похороны Кайла. У меня такое ощущение, что она избегает нас из-за мамы – я несколько раз приглашала Вив к нам, но она придумывала предлоги, чтобы отказаться.
– Буду рада повидаться с ней. А… хм… Зои тоже придет?
Арон пожимает плечами.
– Не знаю. А что?
– Мне бы хотелось с ней нормально познакомиться, – отвечаю ему. – Есть кое-что, чего я тебе еще не рассказала.
– Да? И что же?
Я выкладываю ему насчет Холли.
– Боже! – Он хлопает себя по затылку. – Ну и дела!
– Да уж…
– Почему ты мне раньше не сказала?
– Возможности не было. Но нам надо как следует это обсудить. Как думаешь, может, пораньше уйдем из паба и где-нибудь поужинаем? Например, в новом итальянском ресторане…
Он кивает и уже собирается что-то сказать, когда нас нагоняют двое парней – один прыгает Арону на спину и берет его шею в захват. У меня глаза вылезают на лоб, но тут я понимаю, что они знакомы.
– Чего вы тут стоите на холоде? Пойдем-ка выпьем по пивку, приятель, – говорит толстяк с детской физиономией, толкая Арона кулаком в плечо.
Арон представляет их – Тоби и Уайетт, и мы вместе входим в паб.
Я не была тут лет сто, но паб нисколько не изменился. Арон с парнями ходят сюда с тех пор, как им официально стало можно употреблять спиртное, – собственно, они заглядывали в паб и раньше. Он весь пропах пивом и мужскими феромонами. Здесь все та же уродливая стойка из коричневого дерева, вытертый ковер в узорах, обшарпанные столы и стулья с реечными спинками. Группа парней стоит перед мишенью для дартса, попивая пиво, и все они приветствуют Арона радостными возгласами вроде «вот и ты, приятель» или «ты мне должен кружку». У меня падает сердце. Они, конечно, милые, но мне хотелось сегодня вечером побыть с мужем наедине, за ужином при свечах в красивом месте, где мы сможем нормально поговорить, не опасаясь, что войдет мама или мы расстроим Элис или напугаем близняшек.
Арон подходит к ним, и они хлопают друг друга по спинам. Крупный парень с ирокезом представляется мне Робом. Он единственный предлагает угостить меня выпивкой, и я оказываюсь возле стойки вдвоем с ним.
– С днем рождения! – поздравляю его, перекрикивая шум.
– Спасибо. Так ты Таша? Я про тебя наслышан, – ухмыляется он. Лицо у него красное – судя по всему, он уже немало выпил. – Мы уж решили, он тебя выдумал…
– Нет, я настоящая, – говорю я.
– Ему здорово повезло.
Чувствую, что краснею.
– Спасибо. Надеюсь, он это понимает.
– О, точно понимает! – Роб подмигивает мне.
Потом за стойкой появляется Вив – с растрепанными волосами, в клетчатой рубашке с коротким рукавом, – таща пустые кружки. Мы с ней – единственные женщины в пабе. При виде меня ее лицо освещается.
– Таш! Вот так сюрприз… Пришла приглядеть за моим сыном, надеюсь? – Вив смеется, и у меня теплеет на душе. Мне не хочется выглядеть прилипчивой подозрительной женой. Я вообще не собиралась приходить. Хотя в глубине души знаю, зачем я здесь. Надеюсь увидеться с Зои. – Что тебе налить? – Она расставляет кружки на полке и вытирает мокрые руки о джинсы.
– Пинту светлого, Вив, и… – Роб оборачивается ко мне.
– Бокал белого вина, пожалуйста, – говорю я. – Домашнее пойдет.
– Сейчас сделаем. – Она улыбается мне и болтает с Робом, наливая ему пиво. Они общаются как старые знакомые – Вив на короткой ноге со всеми посетителями паба, но она работает здесь много лет.
Смотрю через зал на Арона с приятелями: их человек пятнадцать, в возрасте от двадцати до шестидесяти. Совершенно точно они не могут все работать с ним в автомастерской. В некоторых я узнаю школьных друзей, чьи жены мне нравятся. Тут Стив, и Ли, и Грег – мы ходили на двойные свидания с ними и их половинками. Ли работает с Ароном в мастерской. Я вижу Тима, босса Арона, чей пятидесятый день рождения они отмечали на прошлой неделе. Остальные мешаются между собой – похожие футболки, джинсы и избыток одеколона.
Двери открываются, впуская порыв ветра, и я оглядываюсь, надеясь, что пришла Зои, но это группа девушек, устремляющихся прямиком к стойке. Вив отходит от нас, чтобы их обслужить.
– А Зои… она сегодня придет? – спрашиваю я Роба.
Он кивает.
– Должна. Наша Зои ни одной вечеринки не пропускает.
Наша Зои. Как будто она – один из парней… Я решительно настроена познакомиться с ней сегодня. Посмотреть, может ли она быть той девушкой, которую описал Артур, – той, что подбросила полную яда записку мне под дверь.
Ее появления приходится подождать; каждый раз, когда открывается дверь, у меня сердце уходит в пятки. Я прокручиваю у себя в голове наш будущий разговор, проигрывая разные возможности. К тому времени, как она входит в двери, я успеваю прикончить два бокала вина и провести бессчетное количество разговоров с ней.
Я болтаю с Ли о том, как он получил в школе выговор за то, что подложил в девичью раздевалку бомбу-вонючку, когда кто-то восклицает: «Вот и она!» – и высокая блондинка направляется к нам с Ли, стоящим у бара. На ней черный брючный костюм – чересчур элегантный и парадный для вечера понедельника в пабе. Длинные волосы переливаются искусственным блеском, но нет никаких сомнений, что она – очень красивая девушка с фигурой, за которую я бы убила.
Серьги в носу у нее нет. Однако точно была, когда я видела ее в последний раз – пускай, должна признаться, и с другой стороны улицы. Но не заметить ее было невозможно.
Я кошусь на Арона, поглощенного беседой с друзьями. Он заметил, что она пришла? Сейчас он разговаривает с Тимом.
– Привет! – восклицает Зои, приятельски толкая Ли локтем, прежде чем перевести взгляд на меня. – Жена Арона… – Протягивает мне руку. – Мы не знакомы. Я Зои.
– Таша, – отвечаю ей, принужденно улыбаясь. – Приятно познакомиться. Наконец-то.
– Согласна, – отвечает она и поворачивается обратно к Ли, продолжая болтать с ним, пока я неловко стою сбоку от них с бокалом в руке – пятое колесо в телеге. Интересно, что подумала бы про нее Элис. Моя сестра разбирается в людях. Думаю, она бы сказала, что Зои – пацанка и предпочитает компанию парней. Пожалуй, это справедливо, но что-то внутри подсказывает мне – может, то, как она обводит глазами собравшихся, выискивая моего мужа, означает, что в других женщинах Зои видит соперниц. Она наклоняется над стойкой и заказывает у Вив пиво.
Кто-то поставил в музыкальном автомате старую песню Брайана Адамса «Лето 69». Чувствую стук сердца в ушах; уголком глаза вижу, что Вив передает Зои кружку, а потом отходит к другому концу стойки обслужить кого-то еще.
Теперь, когда мы вдвоем, я не знаю, что ей сказать. Нельзя же прямо спросить, какие у нее планы на Арона. Или не ее ли рук дело записка, подброшенная в мой дом. Или не является ли она моей похищенной в младенчестве сестрой. Она примерно того же возраста, что была бы сейчас Холли…
Раньше я показала Зои сестре, когда мы увидели ее на улице, и спросила, не та ли это женщина с конференции, но, за исключением длинных светлых волос, Элис не могла сказать ничего определенного. «Она была слишком далеко, я толком не разглядела ее лица…»
– Ну… и как у тебя дела, Зои? – спрашиваю я, подходя к ней ближе.
– Хм… хорошо, – коротко отвечает она, отпивая из кружки. – Я… хм… сожалею насчет вашей сестры и ее мужа.
– Спасибо, – бормочу я, склонившись к своему вину. – Это случилось, когда мы с Ароном летали в романтический отпуск в Венецию. В первый раз с тех пор, как у нас родились близнецы.
Я понимаю, что несу какую-то чушь. Ее выразительные темные брови изгибаются в форме буквы V, она постукивает ногтями с оранжевым лаком по стеклу кружки. Взгляд Зои скользит туда, где стоит Арон, потом снова на меня. Совершенно ясно, что она предпочла бы быть где угодно, только не здесь, разговаривая со мной.
Я всматриваюсь в ее лицо, пытаясь разглядеть семейное сходство – если не со мной или Элис, то хотя бы с нашими мамой и отцом, – но, за исключением цвета волос, похожего на мамин, ничего не нахожу.
Она явно ищет предлог отойти и присоединиться к остальным. Постоянно бросает взгляды на Арона. Как ее разговорить?
– А вы раньше не носили серьгу в носу? – в отчаянии выпаливаю я. Ее внимание опять переключается на меня, и она хмурится. – Помню, она мне понравилась, – добавляю совсем тихо.
Зои прикасается пальцем к кончику носа.
– О да, было дело. Но какое-то время назад я ее сняла. Ладно, было приятно познакомиться, – равнодушно бросает она.
Я открываю рот, чтобы сказать что-то еще, но Зои уже петляет по залу, пробираясь к Арону с друзьями.
Я разворачиваюсь назад к бару и встречаю сочувственный взгляд Вив. Заливаюсь краской.
– Не тревожься об этом, утенок, – говорит она добродушно. – Эта Зои – просто невежа.
– Повторите еще раз, – смеюсь я, пытаясь скрыть смущение. – Ну, я пыталась проявить вежливость. Уж и не знаю, что Арон в ней находит…
– На-ка, держи, Таша, дорогая. – Вив подталкивает ко мне по стойке новый бокал вина. – Выпей и успокойся. Ты в порядке?
– В полном, – вру я. Потом пытаюсь заплатить за выпивку, но Вив и слушать ничего не хочет.
Меня тянет домой; я делаю глубокие вдохи и выдохи, пытаясь решить, что делать дальше. Подойти к Арону и потребовать, чтобы он ушел со мной? Но тогда я буду выглядеть недовольной женой в глазах его друзей. И в глазах Зои. Часики тикают; перспектива спокойного ужина наедине с мужем бледнеет. Сегодня ужин не состоится. Арон знает, что я хотела поговорить с ним про Холли и ДНК. Холли была в моем доме какую-то неделю назад. Что, если она на самом деле Зои? Меня охватывает гнев на мужа.
Смех Зои долетает до бара, и я корчу Вив гримасу.
– Думаю, мне лучше пойти домой.
Вид у свекрови расстроенный.
– Ты же знаешь, как бывает, когда он оказывается с друзьями, но эта Зои… Она – заноза в заднице.
Я так рада, что Вив согласна со мной, – готова прямо-таки ее расцеловать!
– Я тоже так думаю.
– Арон тебя любит. Тебе не о чем волноваться.
Делаю глоток вина.
– Надеюсь, ты права, Вив.
– Конечно, права. – Она тянется через стойку и похлопывает меня по руке. – Иди-ка лучше повеселись с ними, – говорит Вив, словно я ребенок на детском дне рождения. – Не дай ей повод подумать, будто она победила. Он твой муж.
Бросаю на них взгляд: Зои что-то рассказывает, парни толпятся вокруг нее, словно она королева. Я могу подойти, обнять Арона за талию, улыбнуться Зои, словно вовсе не сочла ее поведение грубым и презрительным. Но я никогда не умела притворяться. Если подойду, то обязательно скажу что-нибудь, о чем потом буду жалеть. Поставлю в неудобное положение и Арона, и себя.
– Нет, думаю, не стоит… Я, пожалуй, пойду.
– Тогда пусть Арон тебя проводит.
– Да все хорошо. Еще нет и половины десятого. Думаю, Арон собирается пробыть тут до закрытия.
Свекровь сочувственно мне улыбается.
– Не волнуйся, утенок! Я присмотрю за ним вместо тебя.
– Спасибо, Вив.
Я иду к дверям и набрасываю куртку, но вдруг мне на плечо ложится мужская рука. Оборачиваюсь и вижу Арона – глаза у него обеспокоенные.
– Ты куда?
– Домой.
– Я думал, мы пойдем поужинать…
– Для ужина уже поздно.
Его лицо падает.
– Прости, Таш! Чуток увлекся выпивкой и разговорами…
Я подавляю вздох.
– Не страшно. Поговорим о Холли завтра.
– Но ты не должна идти домой одна. Это небезопасно.
– Наш дом за углом, со мной ничего не случится, – говорю я, разворачиваясь, чтобы идти.
Он хватает меня за руку, и в этот момент мне больше всего на свете хочется, чтобы Арон пошел со мной. Отставил кружку, распрощался с приятелями и вышел со мной за дверь. Но он уже заметно пьян и не собирается останавливаться.
– Люблю тебя, – говорит Арон, целуя мою руку.
Я поднимаюсь на цыпочки и смачно целую его в губы, подозревая, что Зои за нами смотрит. Отстраняюсь и добавляю:
– Увидимся дома.