авайте найдём Дороти! — закричал Боб.

Приходилось кричать, потому что храп Ники гремел у них в ушах, как серия взрывов. Трусливый Лев и Нотта сомнительно переглянулись. Они не были уверены, позволит ли волшебное кольцо Мустафы им двигаться дальше к Изумрудному городу.

— Попробуем! — прокричал Нотта. — Куда лететь?

— Не знаю! — рявкнул Трусливый Лев. — Давай поднимемся в воздух и осмотримся, пока я не увижу знакомый ориентир!

И Нотта нажал все необходимые кнопки, чтобы запустить Летунобус. Они взмыли вверх с такой стремительностью, что Боб едва не потерял свою шапку, а грива Трусливого Льва развевалась, как флаг. Боб заткнул уши пальцами, потому что из-за храпа Ники и жужжания перьевых колёс шум стоял оглушительный. Когда они поднялись примерно на сто футов над землёй, Нотта снизил скорость, и Летунобус плавно понёсся над прекрасными голубыми полями и лесами Жевунов.

Боб, устроившись на сиденье рядом с Храпуньей, прицепил её нос (который свалился с уха) обратно на крючок. Храпунья тут же проснулась и топнула ногой, но в следующее мгновение снова заснула. Боб наблюдал за этим с широко раскрытыми от изумления глазами, потому что храп в собственном ухе будил её примерно каждые три минуты, а просыпаясь, она топала. Так что вместе с храпом и топаньем шум становился ещё невыносимее.

— Вот бы наша подруга спала потише! — проворчал Трусливый Лев. — Я даже собственного стука сердца не слышу! Эй, это был гром или Храпунья?

— Гром! — дрожащим голосом ответил Нотта. — Видишь, как темнеет? Давай спустимся!

— Дождь начинается! — в тот же миг воскликнул Боб.

Нотта нажал кнопку «Быстрее» и уже собирался нажать «Вниз», как ослепительная молния зигзагом прорезала путь перед ними. Трусливый Лев с рёвом ужаса бросился под последнее сиденье Летунобуса, увлекая за собой Нотту. Пытаясь удержаться, клоун нажал кнопку «Поворот», и Летунобус не только прибавил скорость, но и завертелся волчком, из-за чего все четверо пассажиров едва не лишились чувств.

А тут ещё хлынул настоящий ливень.

Храпунья, разбуженная ужасным грохотом, обняла Боба крылом и вцепилась когтями в подлокотник сиденья. Нотте и Трусливому Льву на дне Летунобуса приходилось ещё хуже. Каждый раз, когда клоун пытался встать, Лев, пугаясь новой вспышки молнии, прыгал в другую сторону и, будучи связан с ним верёвкой, Нотта летел следом.

— Помогите! Тону! — взмолился Нотта после восьмого падения.

При вспышке молнии Храпунья увидела, что Летунобус больше чем наполовину заполнен водой, а Нотта лежит, полностью погружённый в неё.

— Боб! — крикнула Ники. — Продержишься ещё минуту без меня?

Боб кивнул и, закрыв глаза, вцепился в борт Летунобуса. Он не решался открывать их, потому что кружение в воздухе вызвало у него жуткое головокружение.

Храпунья осторожно подобралась к краю сиденья и прыгнула на спину Трусливого Льва. Большой зверь дрожал, как сорвавшаяся скаковая лошадь, а биение его сердца подбрасывало Ники вверх-вниз. Но, ухватившись одной лапой за гриву, она другой начала шарить в воде, пока не нащупала пояс мешковатого костюма Нотты. Тогда она изо всех сил дёрнула, и бедный клоун, мокрый и едва дыша, оказался на спине Льва.

— Забирайся на сиденье! — строго приказала Ники. — Ты что, хочешь утопить самого красивого человека в стране Оз?

Трусливый Лев, дрожа всеми конечностями, подчинился, а Ники удерживала Нотту на месте. Когда они оба оказались на сиденье, она со слезами на глазах умоляла Льва взять себя в руки. Трусливый Лев, взглянув на бедного Нотту и впервые осознав, что натворил, сгорал от стыда.

— Вот что бывает, когда связан с трусом! — уныло прорычал он. — Но кто-то хлопнул меня по спине!

— Это был удар грома! — простучала зубами Ники. — Просто закрой глаза и держись, а мы с Бобом сделаем то же самое.

Она поспешно вернулась к мальчику, который кувыркался на мокром сиденье. Нотта, наученный горьким опытом, крепко обхватил шею Трусливого Льва.

— Раздельно — падаем, вместе — держимся, — слабо прошептал он. — Если соберешься прыгать, предупреди, ладно?

Трусливый Лев не ответил, лишь вцепился когтями в сиденье и ещё крепче зажмурился. Ветер свистел в ушах, дождь безжалостно хлестал по головам, а Летунобус кувыркался в воздухе, как корабль без руля.

Вдруг Ники, которую трясло меньше остальных, почувствовала воду у себя под ногами.

— Надо чтобы кто-нибудь вычерпывал воду! — завопила она в ужасе. — Мы тонем!

Так оно и было. Перьевые колёса, промокшие и обвисшие, двигались всё медленнее, а Летунобус наполнился водой настолько, что при каждом крене несчастных путешественников накрывало с головой. Это было похоже на полет в очень глубокой и опасной лоханке.

— Никогда не думал, что утону в воздухе! — закричал Нотта. — Может, выпрыгнем?

— Хочешь разбиться вдребезги? — выкрикнула в ответ Ники. — Держись за борта!

Она пыталась дать ещё какие-то указания, но ярость бури заглушала даже её пронзительный голос. Каждый был занят только тем, чтобы его не смыло за борт. Вода поднималась всё выше, а Летунобус опускался всё ниже.

С закрытыми глазами, держась за борта и высунув из воды только головы, они отчаянно цеплялись за жизнь. Когда Летунобус наконец ударился о землю, удар был настолько силён, что все разжали руки и погрузились обратно в воду.

Трусливый Лев выскочил первым, волоча за собой Нотту. Потом, вспомнив, что Боб всё ещё барахтается в воде, он импульсивно прыгнул обратно, схватил мальчика зубами и снова выпрыгнул. Крик Ники заставил его остановиться. Нотта болтался на конце верёвки, как большой мешок с тряпьём.

— Ты его убил! — завопила Ники в ярости.

Но в этот момент клоун с шумным вздохом открыл глаза и тут же начал шарить в нагрудном кармане.

— Что ты делаешь?! — завизжала Ники.

— Мой маскарад, — задыхаясь, ответил Нотта. — Надо надеть маскарад… сначала маскарад, потом шутка и бегство, понимаешь?

— Тебе не нужен маскарад, — сокрушённо простонал Трусливый Лев. — Ты и так выглядишь как неизвестно кто.

— И чувствую себя так же, — кашлянул клоун. — Я разбился, утонул, или и то, и другое вместе?

— Ни то, ни другое, — хрипло ответила Храпунья с грустью. — Просто ты связан с очень забывчивым другом.

Маскарадные костюмы, спрятанные в разных частях одежды Нотты, сползли нелепыми комками до колен. На его лбу красовались четыре шишки, а пятая вот-вот должна была появиться на затылке. Боб, хоть и дрожал от холода и был мокрым, остался невредим, поэтому он и Ники помогли Нотте взобраться на спину Трусливого Льва. И вот, мокрые и потрёпанные, потерпевшие крушение в воздухе путники направились к маленькой хижине, возле которой они упали.

— Где Летунобус? — невнятно пробормотал Нотта, когда Трусливый Лев переступил порог.

— Мне всё равно, где он, — простонал Лев. — Надеюсь, он разбился. Я против полётов во всех их проявлениях.

Он тяжело рухнул у очага, а Нотта даже не слез с его спины. Хижина, судя по всему, принадлежала какому-то запасливому дровосеку. Внутри было чисто и уютно, а в камине уже лежали дрова, готовые к розжигу.

Боб, чувствуя себя очень важным, развёл веселый огонь, и, хотя дождь всё ещё барабанил по крыше, внутри стало тепло и комфортно. С помощью Боба Нотта вытащил все свои маскарадные костюмы, а три уже использованных развесил на виду. Но когда мальчик начал разворачивать остальные, клоун так расстроился и так настаивал на сохранении их в тайне, что Храпунья, даже не разворачивая, отнесла их в соседнюю комнату и развесила на крючках для просушки.

Без своих костюмов Нотта казался совсем худым и поникшим, но когда его одежда высохла, а он припудрил нос найденной на кухне мукой, к нему вернулось хорошее настроение. Только тогда он заметил, что перья у всех них исчезли.

— Мы все сбросили перья! — воскликнул он с восторгом. — Должно быть, их смыло водой.

Трусливый Лев так обрадовался, что подпрыгнул от радости и бросился смотреть на себя в зеркало дровосека, по обыкновению свалив с ног Нотта.

— Это потому, что вы больше не «униши», — пояснила Храпунья, пока клоун поднимался и шагал за Львом к зеркалу. — Когда вы перестали замышлять неразумные и нечестные дела, перья просто выпали сами. А у Боба они исчезли следом, потому что в этом мальчике нет ни одной «унишной» косточки, — продолжала Ники, многозначительно закатывая глаза. — И теперь, когда мы все решили держаться вместе, всё будет ещё лучше.

— Мы не очень хорошо «держимся вместе», — вздохнул Трусливый Лев, опуская голову. — Я тебя не поранил, Нотта, старина?

— Несильно, — ответил клоун, — но, похоже, мне придётся добавить набивки, если ты и дальше будешь таким порывистым.

Оказалось, что быть привязанным к Трусливому Льву ещё хуже, чем он ожидал. Сам Лев чувствовал себя неловко и неуютно.

— Послушайте, — проворчал он, когда они снова собрались у огня, — думаю, нам лучше разойтись. Я отправлюсь в Мадж, а вы втроем идите в Изумрудный город за помощью.

— Нет, — возразил Нотта, морща свой бедный, ушибленный лоб, — давайте пока останемся вместе. Я не знаю дороги в Изумрудный город, а девять тысяч девятьсот девяносто девять львов могут разорвать тебя на куски, пока мы вернёмся. Путешествия в этой стране непредсказуемы. Мы даже не знаем, где сейчас находимся!

— Посмотрите, выглянуло солнце! — воскликнул Боб, подбегая к окну. — Давайте проверим, на месте ли Летунобус.

Трусливый Лев тут же бросился к двери, но Нотта прыгнул ему на спину и таким образом избежал очередного падения. Летунобус был полон воды, но перьевые колёса, уже немного подсохнув, медленно вращались. Когда они подошли ближе, он начал кружиться на месте, брызгая водой во все стороны.

— Я его остановлю! — вызвалась Храпунья и, спикировав, быстро нажала кнопку «Стоп».

Затем Нотта и Трусливый Лев изо всех сил толкнули огромный Летунобус и перевернули его набок, чтобы вылилась вода. После этого они вернулись в хижину за маскарадными костюмами клоуна, а потом все уселись под деревом, ожидая, пока Летунобус высохнет.

Прямо за небольшой полосой деревьев виднелись крыши маленького городка, и Храпунья, вполне разумно, предложила направить автобус туда, чтобы расспросить жителей, где они находятся.

— Хотя, насколько я понимаю, — закончила Ники, — если мы двинемся к Маджу, всё будет в порядке. Но если возьмём другое направление, этот прекрасный человек — она ткнула когтем в Нотту — станет синим.

— Мы с тобой настоящие сигнальные огни, правда, Боб? — клоун попытался сделать колесо, но короткая верёвка испортила трюк, а Трусливый Лев едва не задохнулся.

— Мы не очень хорошо «близнецуем», да, старина? — вздохнул Нотта. — Но давай поищем, где дорога на Мадж, потому что, похоже, нам все-таки придётся тащиться туда.

Вскочив на спину Льва, он махнул ему налево, но при первом же шаге и Нотта, и Боб посинели.

— Попробуй направо, — предложил клоун, дёрнув Льва за правое ухо. Трусливый Лев повернул вправо, но не прошёл и дюжины шагов, как Боб и Нотта стали ещё синее.

— Назад! — скомандовал Нотта, развернувшись и ухватившись за хвост Льва. Но их синева только усилилась.

— Тогда прямо! — крикнул Нотта, вставая во весь рост и размахивая руками.

Трусливый Лев покорно пробежал несколько шагов вперёд — и клоун с Бобом мгновенно вернули себе обычный цвет лица. Стало ясно: прямо и есть дорога на Мадж.

Боб не мог не порадоваться, что она же вела и к незнакомому городу — мальчик страшно интересовался страной Оз и её удивительными жителями, радуясь каждому новому приключению. Даже крушение и гроза подарили ему новые острые ощущения.

— Нам всем нужно придумать, как перехитрить Мустафу, — сказал Нотта, усаживаясь в Летунобус. — Но пока не придумали, я просто последую своему обычному правилу.

С этими словами он на мгновение развязал верёвку, связывающую его со Львом, и облачился в очередной маскарад. На этот раз — почти самый странный из всех. Костюм покрывал его с головы до пят (кроме ступней), и вместо весёлого клоуна перед ними стояла огромная рыба с выпученными глазами.

Чешуя застёгивалась спереди, а руки Нотты торчали из-под плавников. Садиться в таком виде было невозможно, но он переносил это бодро и, вытянувшись по струнке, ухватился за штурвал Летунобуса, нажал кнопку «Вперёд» — и они помчались, подпрыгивая и трясясь, потому что машина словно бы не могла удержать колёса на земле и постоянно стремилась взлететь.

— Жаль, ты не надел этот наряд во время бури, — усмехнулась Ники, цепляясь когтями за сиденье. — Тогда бы ты доплыл до земли. Но какая от него польза сейчас?

— Просто подожди, — уверенно пообещал Нотта. — Когда эти люди — кто бы они ни были — увидят рыбу, разгуливающую по суше, они сделают всё, что я попрошу. Вот увидишь!

Ники нервно поправила нос, а Трусливый Лев скептически покачал головой.

— Но он не может не переодеваться, так же как Ники не может не храпеть, а я — не трусить, — хрипло прошептал огромный зверь Бобу.

Мальчик промолчал, но каждый раз, когда Нотта надевал один из своих странных костюмов, ему становилось неловко. Летунобус так бешено подбрасывало и дёргало, что продолжать разговор было невозможно.

По мере приближения к незнакомому городу становилось очевидно: он не похож ни на один из тех, что они когда-либо видели. Даже Трусливый Лев, старый путешественник по стране Оз, уже, кажется, привыкший к необычным зрелищам, фыркнул от удивления, когда Летунобус пронёсся сквозь сверкающие стеклянные ворота.

Вместо весёлого клоуна перед ними стояла огромная рыба