Книга черным символом врезалась в её сознание. Как будто именно она стала причиной всех бед. Наён, задыхаясь, вспомнила день, в который она познакомилась с Ли, как книга выпала из рук, а он её поднял. Как книга стала камнем преткновения и стеной, через которую Тэхо пришлось пробиваться к ней. Если бы не эта чертова книга, им не пришлось бы играть вместе.

Наён со слезами на глазах перелистнула страницы. На них не было её заметок — девственные листы. Это оказалась чужая книга. Дверь больно ударила её в спину. Наён пошатнулась, поднявшись на ноги.

Её застал врасплох уборщик. Лицо не старое, но с печатью усталости и изнеможения, оно казалось трагической маской. Наён видела мужчину не раз на площадке и с ужасом поняла, что мешает ему сейчас работать.

— Простите, я…

Взгляд его водянистых глаз упал на книжку в руках Наён. И он весь напрягся. Она в суматохе вернула книгу в карман тележки, извиняясь.

— Я просто подумала, что это моя книга… У меня тоже есть первое издание… — сказала она.

Мужчина сделал шаг к Чон и протяжным, скрипучим голосом спросил:

— Ты из тех актёров, да? — он немного заикался.

— Нет, — поспешно возразила Наён. — Я — помощница режиссера…

— Да, ты носишь кофе… — припомнил он. — А ещё ты — Ён Хари? — спросил он с нажимом.

Наён пару раз моргнула: с этим она не могла поспорить, а ещё с его обвинительным взглядом. Он тоже уже слышал о её романе с Ли?

— Это случайность, — ответила она поспешно. Наён все еще считала, что розовое ханьфу досталось ей не по заслугам.

Мужчина скривил губы в улыбке, собираясь сделать к ней ещё шаг. Но Наён отступила к двери и сбежала, хотя долго ещё чувствовала его взгляд спиной.

***

— Где Наён? — Ли Тэхо ворвался в комнату отдыха персонала, где обычно в это время была девушка. Но нашёл только Нам Джунхёна: он был растрепан с утра и ещё не надел алый костюм. Джун рассеянно листал страницы сценария, который обычно раздавала Чон.

Нам в непонимании посмотрел на Ли.

— Она же твоя девушка, не моя работа за ней следить… — сказал Нам, бурча. Резкий рывок заставил его замолчать. Ли прихватил его за грудки рубашки. На памяти Джунхёна, это был первый случай, когда Ли вывели из себя настолько, что он готов был сорваться на рукоприкладство. Нам со всей своей гибкостью выжидательно смотрел на Тэхо.

— Это ты слил наши с ней фото в сеть? — Ли Тэхо знал, что это кто-то с площадки, но только сейчас заподозрил «младшего брата» в предательстве. Его любовь к соцсетям… Нам все-таки оказался врагом с ножом за спиной?

— Ну и мразь же ты, Тэхо. Я между прочим сделал все, чтобы ты не упустил свою девчонку… — Нам улыбался такой змеиной улыбкой, что и не поймешь, врет он или шутит. Такая точно должна принадлежать злодею, а не другу. — Но я этого не делал.

В комнату за спиной Нама вошла госпожа Кан. Ли Тэхо, заметив её, ослабил хватку.

— Кто тогда? — спросил Ли, теперь ловя острым взглядом женщину.

— Не я точно слил ваш роман в сеть. Мне все-таки выгодно, чтобы ты привязался к девчонке и не лез больше в мой сегмент ролей… Тут держатся только холостяки, — сказал Нам, взывая к разуму Тэхо и обиженно поправляя на себе одежду.

Кан Ханби проскользнула второй змеёй в комнату и улыбнулась невинной улыбкой, поняв, о чем разговор. Ли тоже понял, что, если это не Нам, то скорее всего она. Кан вела себя странно на этих съемках: то изображала покровительницу, то ревнивицу.

— Это ты? — спросил Тэхо напрямую, смотря ей в глаза. Её изящная голова отрицательно качалась из стороны в сторону, хотя губы изгибались мстительной улыбкой.

— Нет, малыш Тэхо… Мне тоже невыгодно привлекать к вашему актерскому дуэту лишнее внимание, — она обошла Нама и приобняла его за плечи, нежно шепча. — Этот скандал так вовремя появился, что теперь все в сети обсуждают роль Тэхо ещё сильнее. Джун, тебе не кажется, что мы с тобой встали на вторые роли и обрамляем теперь Тэхо и его партнершу?

Нам напряженно покосился на Кан Ханби. Та смотрела Ли Тэхо в глаза с жестокостью мстителя.

— Агентство ведь знает про твою дурную репутацию. Как ни странно, она теперь работает на тебя. Твоих фанаток очередной романчик не удивит, скорее добавит флера страсти и интереса к роли злодея. Сон Мину мастерски провернул эту «пиар-кампанию», и ты действительно вернулся на экраны в новом амплуа. Спорим, тебя теперь будут любить и хотеть только больше…

Ли с ужасом отступил, нервно схватив со стола бумажный стаканчик. Чтобы занять руки, плеснул себе кофе из термоса. Тот был отвратительным на вкус.

Если Кан Ханби права, то фото слил чертов помощник Ким. Все прекрасно знали, что он человек продюсера на этих съемках. Поэтому и ведет странную игру. Именно Ким был всегда на площадке, и в тот день, когда они с Наён познакомились, тоже.

Болью в сердце отдалась та сцена, когда Ким застал Тэхо, выходящим из номера Наён. Он специально поселил их так близко друг к другу и наблюдал. Ли стало дурно. Какие ещё фото и материалы мог собрать Ким для Сон Мину?

— Жаль только эту твою девочку. Она, наверное, не готова к такому… Агентство не зря выбрало её на роль: ноунейм проще слить без каких-то потерь. Лучше, чтобы вы втихую переспали и разбежались. Как ты обычно и поступаешь с партнершами… — голос Кан к концу монолога дал трещину. Ли Тэхо почувствовал всю боль брошенной им когда-то женщины. Вендетта пришлась вовремя, когда сердце его пропускало каждый третий удар. Он залпом допил кофе.

Отвратительный вкус.

Кан улыбалась, когда в комнату вошла Наён. Бледная и молчаливая. Нам Джунхён оказался в разы милосердней и добрей, чем ожидал от него Ли Тэхо. Он грубо приобнял Кан Ханби за талию и потянул её из комнаты.

— Дорогая, давай-ка поговорим в другом месте, — сказал он наигранно и хлопнул дверью.

Тэхо выдохнул, увидев перед собой Наён. Она не отвечала с самого утра, и Ли молился, чтобы это не была очередная тишина в наказание ему за то, что он не уберег её от этого ужаса. Он во всем виноват. И если она уйдет… Он тоже.

Образ матери, исчезнувшей из их с отцом жизни, встал перед его глазами детской травмой. Тэхо и тогда был виноват.

— Наён, я чуть с ума не сошел…

— Я тоже, — выдохнула она.

Он сделал шаг, другой, хотя физическая боль скручивала желудок от всего, что навалилось на них.

— Прости меня, это я виноват. Это из-за меня… — он обхватил её голову руками, заставляя смотреть себе в глаза. — Только не уходи, пожалуйста.

Слёзы текли по её щекам. Она не могла уйти, но тот крест, что несли с собой отношения с Ли Тэхо — известным актером, был для неё неподъемной тяжестью. Зря он не поговорил с ней прежде и не подготовил к такому. Он виноват.

— Я боюсь…

— Я с тобой… — сказал он и прижался лбом к её.

Наён выдохнула, пытаясь найти то самое чувство защищенности рядом с ним. Его веру, что все пройдет: чужие слова и взгляды, осуждение и слухи. Все это уже не важно и не существует, когда самое главное в них — это любовь.

Наён выдохнула, растворяясь в силе веры Тэхо. А он…

Ли Тэхо упал на пол, теряя сознание.

***

Звуки сирены били по ушам, когда Ли Тэхо увезла скорая. Наён пыталась попасть в машину к нему, но её оттеснили. Руки детектива Ко остановили на месте, когда она сквозь слёзы шептала:

— Это я виновата…

Что именно произошло, она не понимала. Наверное, сердце Ли не выдержало того, что свалилась на них. Наён стоило быть с ним ласковей. Поддержать. Она оказалась слишком эгоистичной, переживая только за себя. Ведь Ли Тэхо готов был отдать всего себя за неё. Она уже это знала. Ей было так стыдно, что она дрогнула на миг и не сразу приняла его чувства, не поверила, что все это пройдет. Её прорвало будто лавиной.

В этом состоянии её отвели в какую-то комнату и заперли. Наён даже не спросила, почему…

Все время, что она сидела в пустой комнате за администрацией площадки, она думала только о Ли. О том, что она готова отдать все, чтобы он был в порядке. Плевать на чужие взгляды и слова! Ли для неё важнее всего.

Спустя время, возможно, даже часы в комнату вошёл Ко Ёнсу. Непривычно холодный и сдержанный.

— Что с Ли Тэхо? — подняла Наён заплаканные глаза на него. Она требовала ответа.

Ко внимательно смотрел на девчонку.

— Химическое отравление. Он и ещё четыре человека пострадали, но сейчас все в стабильном состоянии. Ничего серьезного.

— Отравление? Как? — Наён неподдельно ужаснулась. Панические мысли о том, что Тэхо лежит сейчас с химическим ожогом слизистой или чем-то хуже, сжали её желудок тошнотой.

Ко улыбнулся только уголками губ, будто ждал её ответа на этот вопрос.

— Я должна попасть в больницу к Ли… — сказала Наён, поднимаясь и пытаясь подойти к двери. Почему они держат её здесь… Ей нужно к Тэхо.

— Вас к нему не пустят, — сказал Ко Ёнсу спокойно.

— Почему? — замерла Наён.

— Вас вряд ли подпустят к нему. Вы же главная подозреваемая.

Пораженная, Наён осела на стул. Она — главная подозреваемая?

— Китсу. Это ведь ваш ник? В сети вы ведете блог об «Империи» от этого имени? — издали начал Ко Ёнсу.

Наён не понимала, к чему этот вопрос, но страшнее казался след раскрытого секрета. Она ведь не зря скрывала на работе свою причастность к блогу. Боялась, её уволят за такое.

— Как вы узнали? — спросила она изумленно.

Ко Ёнсу наконец достал блокнот и выстучал о стол карандаш из пружинки. Открыл разворот на рисунке, который сотню раз правил и обрисовывал. Он положил его перед глазами и начал говорить:

— Блог Китсу высказывался против Ли Тэхо в роли Роана довольно долго и активно.

Наён вспомнила дни, когда все сообщество фанатов книги приняло Ли. Только ее сердце было надломлено, и она пыталась через свои отзывы пережить обиду на Тэхо. Ей стало безумно стыдно теперь. Она взмолилась, чтобы Ли не узнал об этой истории. Но почему Ко Ёнсу подозревает её?! Разве пару гневных слов в Интернете — повод пытаться убить кого-то?

— Думаете, я могла из-за этого отравить Тэхо? Это смешно… Я… У нас отношения, — она впервые призналась об этом вслух перед чужим человеком, волна смелости и принятия накатила на неё. Они вместе — и плевать на все другое. — А записи… У нас был конфликт, который мы решили, — только сказав это, Наён поняла, что это лишняя информация. Конфликт может выглядеть как мотив в глазах детектива.

Ко Ёнсу посмотрел на рисунок человека с книгой «Империя пепла и теней». Благодаря наводке Чон он вышел на понимание, что это не единичная халатность, а серия микродиверсий.

— Какой-то человек, возомнивший себя злодеем, решил во что бы то ни стало остановить съёмки сериала, — объяснил он.

— И вы считаете, это я? — возмутилась Наён, хотя подсознательно сжалась, вспомнив свой сценарий, вдохновенный событиями на съемках. — Я ведь помогла вам и дала зацепки, — искренне взывала она к его разуму.

Ко Ёнсу улыбнулся.

— Судя по почерку, это одержимый идеей человек, а такие хотят, чтобы их манифест был услышан. Когда случай с Намом приняли за несчастный, вы могли специально подсветить все остальные свои дела, чтобы их заметили…

Глаза Наён стали круглыми от осознания, что на неё пытаются списать все произошедшее.

— Я … Да как вы могли подумать… Я… — ей не хватало слов и воздуха, чтобы выразить все негодование.

Детектив Ко Ёнсу подвёл все хвосты:

— Заметив связь нескольких происшествий, я стал искать мотив и человека. Это было непросто, ведь Хон Сохи имеет к сериалу косвенное отношение.

— Хон Сохи? — Наён эхом повторила имя автора книги, не понимая связи.

Но Ко Ёнсу объяснил:

— Госпоже Хон Сохи присылали письма с угрозами. Какой-то фанат книги, одержимый настолько, что требовал прекратить съемки, «иначе он примет меры». Ища среди фанатского сообщества самых рьяных критиков сериала, я наткнулся на ваш блог… У меня есть связи в отделе информационной безопасности полиции. Вычислить вас по IP и мac-адресу телефона после того, как вы постили, в том числе с рабочего Wi-Fi, было легко, — Ко буквально признался, что целенаправленно следил за Наён последние недели. — Несколько человек с площадки подтвердили, что вы — фанатка книги. Так что вы стали моей главной подозреваемой.

Наён красочно вспомнила банкет после премьеры, когда Хон Сохи — бледной от каких-то писем, представили её как фанатку книги. Там присутствовали и Юн, и господин Сон. Они знали, что Наён — фанатка автора.

— Это не доказательство, — бессильно взмолилась она к рассудительности Ко Ёнсу.

— Да. Поэтому я ждал, когда на съемках вы снова возьметесь за дело, чтобы поймать вас за руку… — Ко Ёнсу понимал, что таинственным человеком в украденном костюме Роана могла быть и высокая Наён. Не зря он застукал её в павильоне в выходной тогда. — Ли Тэхо и ещё несколько человек пострадали от химического отравления. Мы получили только что анализы: кто-то отравил кофе в комнате отдыха.

Наён буквально ударило этим фактом. Кофе всегда было её обязанностью, но чтобы так жестоко поступить… Картина, как Тэхо сейчас лежит в госпитале под капельницей, подступила к горлу.

— Какой ужас! С Тэхо все в порядке? — прошептала она, касаясь щек руками. Она была в панике, все действительно складывалось против неё. Но она этого не делала! — Это самое идиотское, что я слышала от вас… Неужели я настолько глупа, чтобы самой указывать вам на преступления, а потом так подставлять себя, пытаясь отравить всех кофе! — ей казалось, что она попала в центр какого-то сюрреалистичного сценария. Если включить свежую голову, было очевидно — она ни причем!

Ко Ёнсу смотрел на неё, не отводя взгляда, заставляя чувствовать себя настоящей психопаткой, которая пошла на такие изощренные меры ради своей цели. Но разве не о таких героях Наен писала в своем собственном сценарии? Она почувствовала себя в ловушке.

— Кто-то подлил чистящее средство в кофе. Мы будем сверять записи с камер, чтобы все проверить, но термос всегда был вашей обязанностью, — добил он её последней деталью.