— То, что Ли сказал про вас на премьере, правда?
Наён припомнила волнительный момент встречи с автором книги и немного смутилась.
— Да, я фанатка «Империи» с самого её выхода.
Юн оборвала её:
— Нет. То, что вы мечтаете стать сценаристом?
Наён занервничала только сильнее. Она понимала, что тогда выглядела смешно, как ребенок, рассказывающий о своих фантазиях. Лишь сейчас она смогла найти доказательства, что это больше, чем пустые слова.
— Я закончила университет по сценарному направлению… — сказала Наён.
— О! — госпожа Юн выглядела впечатленной. Она достала свою карточку из кармана и сказала. — Я в последнее время ищу новых сценаристов для одного агентства. Может у вас есть какой-то готовый материал? Тогда пришлите его мне. Если там будет что-то хорошее, я постараюсь вас рекомендовать.
Сердце ёкнуло. Наён приняла в руки клочок тисненой бумаги, как нечто драгоценное, как золотой счастливый билет в мечту.
***
«Уважаемые покупатели, магазин закроется через 15 минут», — мелодичный голос раздался над их головами. Перелистывавшая страницы новой книги Наён тяжело выдохнула. Покупатели вокруг зазвенели голосами, стекаясь к кассам книжного магазина. Тэхо наклонился к ней и еле заметно коснулся щеки носом, перехватывая книгу из рук.
— Пойдём, — шепнул он её румянцу.
— Но я не выбрала, — Наён показала ещё две, которые только отложила.
Тэхо вздохнул, забрал и их, намеренный купить, чтоб наконец продолжить вечер где-то в более тихом месте.
— Те, что не понравятся, оставишь мне, — беззаботно сказал он.
— Это нерационально. Мне кажется, тебе иногда не хватает умеренности потребления, — нравоучительно отшутилась Наён, вернувшая книги на место.
Тэхо усмехнулся. Она даже не подозревала, как права. В нем часто жили две крайности: либо все, либо ничего. И сейчас была стадия — все, что связано с Чон. Он пытался заполнить свою жизнь ею, как будто боялся, что завтра Наён исчезнет. Он втайне молился, чтобы эта нежная жадность не прошла никогда.
— Ох… не заставляй меня шутить про мою неумеренность, — хмыкнул Тэхо. Он почувствовал, как рука Наён в его пальцах дрогнула. Ли лишь сильнее сдавил её в ответ. — Ты лишаешь меня возможности собрать свою библиотеку, а я благодаря тебе может хочу духовно обогатиться.
Наён с укором посмотрела на него. Они встали в очередь, и Тэхо поставил её напротив себя, заправил выбившиеся волосы за уши, любуясь лицом Наён в мягком свете, наслаждаясь моментом, когда им не нужно прятаться по темным углам и бояться соприкоснуться даже мизинчиками — вдруг кто заметит.
— Давай поужинаем, и я отвезу тебя домой?
Наён покачала головой.
— Мне придётся опять оставить машину на парковке до завтра.
— Тогда я заеду утром и отвезу тебя на площадку, — продолжил он уговаривать Наён.
— Нет, если ты, конечно, не хочешь заодно подвести моего брата в школу.
Ли вспомнил неприятного мальчишку и принял уступку.
— Ради тебя готов потерпеть и его.
Наён усмехнулась — такая жертва была достойна тройного уважения. Меньше всего Наён хотела, чтоб Тэхо снова пересекся с её чертовым братом.
— Или есть альтернатива: ты просто останешься на ночь у меня, а брат наконец научится самостоятельности. Ему явно пойдет на пользу, — спросил Ли с намеком.
Наён смутилась, прикусив нижнюю губу. С той ночи в отеле они не оставались наедине надолго, и Наён мучилась смущением от того, как раскрепощенно тогда повела себя. Сейчас же у них не было возможности, хотя любопытство подтачивало её. Наён не решалась ответить, а их очередь на кассу уже подошла.
Расплатившись, Ли протянул ей пакет с книгой и терпеливо сказал.
— Надеюсь, выходные мы все-таки проведем вместе?
Наён помялась, так как ей нужно было признаться — она не сможет с ним встретиться в эти дни. Они вышли на улицу, за спиной звякнул колокольчик двери.
— Госпожа Юн предложила почитать мой сценарий…
— Это замечательно, — Ли Тэхо знал, как это важно для Наён.
— Я почти написала его, но мне нужно внести пару правок перед тем, как его посылать. Я хотела его отшлифовать в эти выходные, — сказала наконец Наён.
Плечи Ли Тэхо опустились.
— Я переживаю. Хочу, чтобы все было идеально, — попыталась она оправдаться. Ли понимал, что не может становиться на пути её мечты. Все, что он мог — стать спутником на этой дороге.
Он, делая над собой усилие, сказал:
— Ты можешь заняться сценарием у меня дома… Я клянусь, что не буду тебе мешать.
Он нежно провел костяшками пальцев по её шее, Наён подалась вперёд и еле-еле коснулась губами его щеки, доверяясь желанию Тэхо стать частью её жизни.
***
Ли сам заехал за ней ранним утром и отвез к себе, словно волнуясь, что Наён в последний момент сбежит, придумывая отговорку. С утра, собирая вещи, она правда думала об этом…
Наён вошла в квартиру Тэхо, как в музей современного искусства. Высокие потолки и много свободного пространства, как на экспозициях в галереях. Море черного стекла и металла — Наён, прижимая к груди сумку с ноутбуком, с недоверием осмотрелась вокруг. Она ожидала от дома Ли чего-то такого. Ей самой было бы сложно жить так… Словно в пустой каталожной картинке. Ей вспомнилась стиральная чистота салона его машины.
— Тебе не одиноко в такой огромной квартире?
Тэхо, одетый в непривычно светлую одежду, посмотрел ей в глаза. Одиночество и пустота во все прочее время, когда он был не на съемках, сводили порой с ума.
— Одиноко… — тихо сказал он. Ли помнил дни, когда в перерыве в карьере лежал в кровати и не шевелился от полной апатии. Рассказывать об этом не хотел, не стоило её пугать — Тэхо пережил тот период и не собирался возвращаться к нему.
Наён поставила сумку на стол и медленно прошла по гостиной, будто боялась нарушить тишину. Она провела пальцами по гладкой поверхности стола — чёрной и зеркальной, как будто не предназначенной для жизни.
— Ты правда здесь живешь? — спросила она тихо, почти шёпотом.
— Живу, — Ли пожал плечами. — Чаще просто… существую между съёмками, — он сказал это спокойно, но в голосе прозвучала та самая пустота, которую она почувствовала, едва переступив порог. Наён обернулась к нему.
Тэхо стоял, опершись плечом о дверной косяк, и впервые за долгое время выглядел неуверенным. Руки сложены на груди, будто в защитном жесте.
— Если тебе здесь некомфортно, — начал он, но Наён покачала головой.
— Просто… слишком тихо, — она улыбнулась чуть смущённо. — Я привыкла к шуму, к брату, к маме, которая всё время что‑то ищет, к соседям, которые ругаются из-за стенки, и к тесноте.
Тэхо усмехнулся:
— Звучит как настоящая жизнь.
Наён молчала почти напряженно. Он подошёл ближе, медленно, словно боялся спугнуть её. Остановился на расстоянии вытянутой руки.
— Тогда… может ты немного оживишь мою квартиру? — спросил он тихо.
Наён почувствовала, как внутри что‑то дрогнуло. Она не знала, что ответить, поэтому просто кивнула. Ли выдохнул, он только что выиграл битву, о которой Наён даже не подозревала.
— По крайней мере здесь мне точно никто не будет мешать писать…
Тэхо оставил её в гостиной и, выходя за покупками, почувствовал себя как дракон, утащивший в свою пещеру одиночества самое драгоценное из всех сокровищ. Запирая дверь, он поймал себя на том, что счастлив просто от того, что она в его пространстве. Чон достаточно было сидеть в его квартире, чтобы он знал: когда вернётся, она все еще будет тут — в его жизни. Что не исчезнет, как когда-то ушла его мать. Он готов был сделать все ради этого.
Тэхо вернулся с обещанными ей токпокки и кучей всего к обеду. Он ходил вокруг неё на цыпочках, оберегая покой, как мог. Вечером, когда Наён устроилась на диване с ноутбуком на коленях, он принёс плед и сел в её ногах с книжкой. Даже молчать и просто существовать рядом, вращаясь по траектории вокруг своей звезды как спутник, было умиротворяюще прекрасно.
Наён так и уснула. Он сохранил документ в ноутбуке и перенёс её в спальню.
***
Она проснулась от солнца, бившего в глаза, и звуков шипящего масла. Наён была одна в кровати, похожей на облако белых подушек и простыней. Выбравшись, она одернула пижаму. Вчера, когда она думала, сбежать ли от Тэхо, в голове вертелся страх, как они проведут совместную ночь. Но по итогу Наён так заработалась, что и не заметила, как проспала её.
Волнение и смущение отступили. Наён почувствовала себя в ещё большей безопасности рядом с Тэхо.
Она вышла в кухню-гостиную, где Ли в одних пижамных штанах и босиком готовил завтрак. Сонный и растрепанный, он бросил через плечо на неё короткий взгляд, словно все так, как и должно быть.
— Доброе утро.
Наён кивнула и, скользнув к ноутбуку, проверила вчерашний документ. В груди свербил страх, что она не закончила или что-то случайно удалила.
Документ был в порядке. Она, выдохнув, подошла к Тэхо, секунду полюбовалась сильной спиной и рельефом мышц, а потом прильнула к нему, обнимая.
— Доброе утро, — нежным эхом отразилось на его коже. Ли прикрыл глаза, улыбаясь.
— Ты закончила с правками? — спросил он, переворачивая блинчик на сковородке.
Она потерлась щекой, царапая его спину дужкой очков, но даже это было приятно.
— Да… Осталось найти силы послать сценарий. Я слишком волнуюсь, что он все ещё не готов.
Ли переложил блинчик на тарелку и выключил огонь. Он повернулся, ловя Наён в объятья.
— Хочешь, я его прочитаю?
Наён, смотря снизу вверх, покраснела и мотнула головой. Тэхо поймал её на этой детской неуверенности. Он уже читал её заметки и был от них в восторге. Вряд ли сценарий плох. Он улыбнулся.
— Я вообще-то специалист по сценариям. Столько перечитал, что точно могу отличить плохой от шедевра, — сказал он.
Наён уткнулась лбом в его плечо.
— Только обещай не смеяться.
Ли улыбнулся и поймал её подбородок, целуя наконец. Искорки тока желания от чужой голой кожи под пальцами, от мышц и тепла заплясали в Наён. Она вспомнила ту самую ночь, что была между ними, впервые без стыда за себя. Она чуть дернулась, пытаясь перехватить его поцелуй. Стараясь изо всех своих сил отплатить Тэхо за его любовь и заботу, трепетно ответить и почувствовать, что она достойна всего этого.
Ли не врал ей: он во всем был чуток и внимателен, с величайшим уважением и любовью касаясь её самых нежных мест. Также он позже читал её сценарий, пока Наён нервно теребила кружку с чаем в руках и ловила каждую его эмоцию.
Он закончил, сказав с чувством гордости:
— Сценарий прекрасен. Посылай его и не сомневайся.
Этого было для неё достаточно, чтобы наконец нажать на кнопку и забыть о своих сомнениях на сегодня.
***
Солнечный свет скользил по его лицу. Он проснулся после выходных, как после сладкого сна. Вчера вечером Тэхо проводил Наён до дома. Но в его квартире послевкусием осталось ее тепло. Плед, неровно сложенный на диване, висела на спинке стула его рубашка, в которой Наён ходила вчера днём. Подушки пропахли запахом её волос. Ли улыбался, думая, что поедет на студию и увидит её, пока в руки не пришлось взять телефон.
Несколько десятков сообщений и тегов разрывали мессенджеры. Такое уже было однажды, когда всплыл скандал с его тайными отношениями. С тех пор он только недавно вернулся в соцсети и восстановил прошлые аккаунты.
Панический страх накатил. Он не хотел смотреть сообщения. Но руки сами тянулись, а мозг судорожно цеплялся за ужас. Что могло пойти не так?
В первой же статье выпало фото. Ли Тэхо в черном костюме стоял, прижимая к стене девушку в розовом. Та напряженно смотрела на него, пока его пальцы путались в её волосах. Остановившееся мгновение больше всего походило на кадр перед поцелуем. Ли помнил этот день. Тогда он только познакомился с Наён, и ему пришлось ей помогать с ролью не самым красивым, зато действенным методом.
Сердце колотилось в ушах от заголовка: «Новый роман Ли Тэхо прямо на съемках дорамы «Империя пепла и тени».
Тысячи комментариев и репостов били эхом в ответ: сотни постов, хэштеги, сплетни, догадки, осуждение, восторг, яд, желчь, боль… Его боль и страх за Наён… Ужас от того, как она с этим справится.
— Посмотри на неё… — до Наён донесся неприлично громкий шепот, и ужас подозрения — говорят о ней — застыл в жилах.
— А это точно она? — прошептала вторая статистка в шифоновый рукав. — Какая-то она невзрачная для Ли…
У Наён потемнело в глазах от ужаса. Она выпрямилась, как будто ровной спиной могла уловить больше звуков.
— Она… Знаешь, говорят, она даже не актриса и получила ту роль, потому что спала с ним…
Наён, чувствуя, как страх стекает по ней обжигающей волной, дернулась, чтобы уйти. Ей срочно нужно было спрятаться от чужих глаз и слов. Она, не разбирая дороги, открыла первую же дверь и в полумраке ввалилась в подсобку, чуть не снеся тележку уборщика. Вся исколотая швабрами, она отступила, поняв, что вломилась сюда, как будто за ней гнались. А в итоге сама загнала себя в угол.
Наён выдохнула и села на корточки, закрывая голову руками. Пытаясь удержать её, пока та не взмыла к потолку от боли и паники.
Чон видела утром тот вброс с фотографией, слишком похожей на поцелуй. Она с таким трудом пришла на работу. Чат с Ли разрывался от его сообщений, но она не смогла найти силы ответить ему.
Прийти на работу по инерции стало верхом её возможностей. Она на автомате распечатала сцепки, сходила за термосом кофе… А потом.
Наён крепче обняла голову руками, выдавливая из себя слёзы. Волна после шока накрыла её только теперь. Зря она пришла, нужно было сбежать, остаться дома, просто исчезнуть навсегда.
Наён выдохнула, подняв лицо. И вот теперь она в полной хлама подсобке. Тележка уборщика перед ней щетинилась рукоятками швабр. В боковом кармане виднелась черная обложка до боли знакомой книги. Наён, как в тумане, протянула руку и достала «Империю пепла и теней». Неужели она опять её потеряла?