Сердце Наён снова остановилось. Чистящее средство.
— Уборщик… — выдохнула она. — Утром я говорила с ним… У него была книга «Империя пепла и теней», и он вёл себя странно, — поняла Наён.
Ко Ёнсу опустил взгляд на рисунок-карикатуру человечка с книгой в руках. Чон последние две недели была его главной подозреваемой. Другие варианты? Ко тщательно изучил досье всех людей со съемок.
Пэк Инсу — одинокий мужчина, устроившийся в студию после начала съёмок сериала. Он буквально жил никому ненужной работой, проводя на площадке больше положенных смен. Это были единственные странные детали в нем. Впрочем характерные для людей с психическим отклонением.
Ко Ёнсу запнулся о предположение Чон. Не то, чтобы он ей поверил, но внутренняя дотошность и интуиция требовали взглянуть на уборщика свежим взглядом и поговорить лично, чтобы увидеть — врет ли он или нервничает.
Наён смотрела на Ко Ёнсу огромными заплаканными глазами. По крайней мере весь разговор она держалась как жертва. Если бы перед ним была одержимая психопатка, она дала бы где-то слабину или намек, повела бы себя неестественно… Ко работал и со сталкерами, и с безумными фанатами, он знал, как те ведут себя в кризисных ситуациях. Чон слишко адекватна, а ещё переживает за Ли. Он наблюдал за их странным романом со стороны, прежде её напряженность ему казалась подозрительной. Теперь он заметил за ней искренние чувства.
Ко Ёнсу поднялся с места, решив оставить Наён на время. Её скоро заберет полиция, а он может успеть поговорить с Пэком. Павильон уже опустел, но его смена ещё не закончилась. Тот должен убираться на площадке.
***
Весь мир несправедлив, особенно, когда ты в нем один. Инсу никогда не мог найти людей, которые были бы к нему добры. Отец избивал до переломов, матери было все равно, соседские дети издевались над ним в песочнице до тех пор, пока его не выворачивало наизнанку. Школа, одноклассники, учителя… Все по одному кругу.
Инсу ненавидели все.
Он искал что-то хорошее в мире. Единственным, что не делало ему больно, были книги. Они не ломали, не злились, не издевались. Они были настоящими друзьями и учили его, как должно быть на самом деле…
«Империя пепла и теней» стала особенной. В ней Инсу нашёл себя. Нашёл Роана. Его тоже ломали и ненавидели все, но это сделало героя только сильнее. Инсу впервые видел в человеке из книги своё полное отражение.
Боль, скорбь и… Сила…
Инсу брал силу в этой книге — ударить того, кто тебя обидел, не терпеть, сломать, сжечь, сказать…
Роан был тем, кем Инсу всегда хотел стать. И Инсу стал Роаном. Он правда верил, что частичка героя воплотилась в нем.
Не зря среди тяжелых голосов в голове появился его и навел там порядок. Роан говорил с ним и иногда снился.
Утром, когда Инсу заметил девушку в подсобке, голос так и шипел: «Ён Хари… Её точно нужно убрать… Она видела книгу… Она видела тебя…»
Он давно думал, как убрать всех людей с площадки. Стоило просто отравить воду в кулере или кофе. Инсу не нужен был точный план: голос сам подсказывал, что делать верно. Не словами, а ощущением. Он просто залил в термос чистящее средство, и никто его не заметил. Его никто никогда не замечал на площадке… Они сами во всем виноваты.
Мир вокруг становился в такие моменты мягким, податливым, готовым принять его решение.
Теперь Инсу шёл по коридору, и каждый шаг отдавался тяжёлым стуком.
Всё было неправильно. Сериал был неправильным. Люди, которые его снимали — неправильными. Он писал об этом госпоже Хон Сохи не раз, он просил её остановить этот ужас и надругательство.
Они искажали историю, предавали Роана, превращали его боль в красивую картинку. Инсу чувствовал, как внутри поднимается горячая волна — не ярость, нет.
Правота.
Уверенность.
То самое чувство, которое он никогда не испытывал в реальной жизни.
Голос шептал: «Исправь. Останови. Верни всё на место».
Инсу в шелковом черном халате остановился у двери костюмерной. Все сегодня сбежали из павильона, стоило только ему послушаться голоса и отравить чертовых актёров, но этого было мало. Инсу знал: они завтра вернутся… Как тараканы. Они всегда возвращались, сколько бы он не пытался их припугнуть.
Девчонка, навернувшаяся на мокром полу — первая Ён Хари… Софит, упавший раньше времени… Рюджин, сломавший руку на подрезанной страховке. Эти ужасные люди совсем не умеют читать знаки, символы и подсказки. Он должен сделать что-то большее, чтобы они забыли о сериале навсегда.
Он вошёл в костюмерную. Ключ в руке податливо щелкнул. В темноте перед ним висели чужие судьбы: ткани, маски, символы, которые они украли у его мира.
Бензин пах успокаивающе. Если он сожжет все — они не вернутся. Им некуда будет возвращаться.
Инсу достал из тележки банку, принесенную в подсобку уже давно. И начал поливать бензином все вокруг. Он двигался медленно, почти торжественно, будто участвовал в каком‑то древнем ритуале, о котором знали только он и Роан. Каждый шаг отдавался в груди эхом. Каждый вдох был тяжелым, как дым, который превратит все в пепел и тени.
Он смотрел на костюмы, все эти ткани, цвета, узоры…
Фальшь. Предательство. Подделка под мир, который он любил.
«Они украли твою историю», — голос звучал мягко, почти ласково.
Инсу провёл ладонью по одному из халатов. Холодный шелк дрогнул под пальцами, будто от страха. Он улыбнулся впервые за много дней настоящей и спокойной улыбкой. Он знал, что всё делает правильно. Инсу знал, что мир наконец‑то услышит его.
Ему казалось, что Роан дышит вместе с ним — медленно, глубоко, предвкушая. Он закрыл глаза, представляя, как всё это исчезает. Как больше никто не сможет трогать его книгу.
«Сделай это», — голос стал тверже. Инсу поднял руку с зажигалкой, и в этот момент за его спиной раздались резкие звуки. Шаги: быстрые и уверенные.
Он обернулся. Дверь распахнулась, появился незнакомец в кожаной куртке. Он смотрел на него, переводя дыхание. Роан стоял среди хаоса, который сам же создал, но в его глазах было спокойствие.
***
Ко Ёнсу сразу понял, что происходит. От едкого запаха бензина кружилась голова. Но парень в чёрной одежде стоял, гордо выпрямившись и подняв голову.
— Тише… — сказал Ко, заприметив, что в руках парня — усталого и некрасивого, блеснула зажигалка.
Уборщик улыбнулся зловеще и сказал:
— Они больше не станут портить мой мир… — зажигалка в руках щелкнула.
Ко бросился к Инсу, борясь и придавливая его всем телом. Уборщик с нечеловеческой силой брыкался, бился под ним. Когда Ко наконец подмял его под себя, всполохи алого лизнули кожу. Огонь заплясал по костюмерной.
— Черт, черт, черт… — прошипел детектив и потащил обмякшее тело, кашляя от едкого дыма. Пожарная сирена сработала, когда он почти добрался до выхода.
В павильон вбежала новая охрана, кто-то тащил огнетушитель, порошок белой пеной начал оседать с потолочного крана.
Ко, удерживая Пэка, выдохнул…
Все было кончено. Он наконец нашел того, кого искал — Чон Наён ни причем.
Дверца машины хлопнула, когда Ли Тэхо сел за руль. За четыре месяца много чего изменилось.
Его реабилитация после отравления заняла почти две недели. Все равно из-за пожара съемки пришлось отложить. Пак была в ужасе, собирая новый гардероб чуть ли не с нуля.
«Империя пепла и теней» оказалась проклятой. Те события, что произошли на площадке, вышли за рамки нормальности. Как жаль, что детектив Ко Ёнсу так поздно нашел виновного. Того парня судили, и сейчас он находился в клинике для душевнобольных. Наён пришлось свидетельствовать против него на слушании.
Ли наткнулся на бутылку персикового чая в подстаканнике. Открыл её и глотнул.
— Как все прошло? — спросила Наён, сидевшая на переднем сидении, ожидая его с кастинга.
Ли Тэхо повернулся к Наён и улыбнулся. Пальцы невольно коснулись её щеки, большим он чуть поправил очки. Тэхо до сих пор был благодарен судьбе, что та послала ему Чон. Может быть сериал и книга прокляты, но они помогли ему найти Наён.
Со дня, что Тэхо попал в госпиталь, они не расставались. Наён помогала ему всеми силами, ухаживала за ним… Осталась с ним в его доме, несмотря на чертовы слухи. Эта болезнь помогла ей победить свой страх перед другими людьми. Они больше не скрывали отношения. Наён выросла одним днём, поняв, что все чужие слова и взгляды не так важны. Важны только он и она.
— Не знаю, как прошёл кастинг. Мне обещали позвонить, — пожал Ли Тэхо плечами. Съёмки «Империи» закончились два месяца назад, только продакшен затянулся из-за пожара. Сериал лишь сейчас гремел на телевидении. Нам Джухен и Кан Ханби получали свою долю успеха, а Ли Тэхо расстался с агентством Сон Мину.
После той истории с чёрным пиаром он не мог продолжать там работать. Ли достаточно жестко поговорил с продюсером. Они буквально разругались в пух и прах, и последние дни на съемках сериала казались мучением. Сон Мину пытался давить компроматом на Ли. Помог, как ни странно, детектив Ко, расследовавший для Тэхо утечку информации со съемок и нашедший прямые доказательства причастности к этому Сон Мину. Продюсеру пришлось отступить.
Тэхо в одностороннем порядке смог расторгнуть договор и был теперь в свободном плавании, только один частный агент представлял его интересы. И новый проект был для него очень важным.
— Знаешь, будет забавно, если я пройду кастинг. Появятся слухи, что я попал на роль через постель сценаристки… — пошутил он, искоса смотря на Наён и ожидая её реакции.
Наён больше не работала помощницей режиссера. Она осуществила свою мечту и стала сценаристом. Материал Наён так понравился госпоже Юн, что она и правда отдала его в литературное агентство, а те быстро нашли и команду, и инвесторов. Психологические триллеры и детективы ценились в определенном сегменте. Ли Тэхо не снимался пока в таком кино и подобных сериалах, но он читал её сценарий и знал, что сможет там развернуться.
Наён хмыкнула. С тех самых пор, как они перестали скрываться, Чон победила в себе публичный страх оказаться «голой» перед другими. И могла проще пережить травлю.
— Если ты пройдешь, я буду рада, что проект получил такого актера. Эта роль идеально подойдёт тебе, — признала Наён и потянулась к нему, целуя в щеку.
Ли качнул головой, соглашаясь. Сложный и запутанный клубок — герой со вторым дном, без ярко выраженной любовной линии. Именно то, что он искал для себя все это время.