Эти слова сбили с актеров радость от успеха первой серии. Все подняли взгляды на продюсера. Госпожа Кан с удивлением и ужасом спросила:
— Что это значит?
Ли Тэхо понял: вряд ли она знает, что падение Нама — не случайность. Ко скорее всего рассказал о подрезанной веревке только Наму, ему и главному продюсеру, чтобы держать его в курсе дела.
— Все настолько серьезно? — спросил он у господина Сон Мину. Тот улыбнулся.
— Кроме несчастного случая Нама, есть ещё пара событий, что детектив Ко не считает случайными. Если это правда, то на съемочной площадке может произойти ещё что-то. Если даже шанс мизерный и это лишь воображение детектива, я не могу подвергать вас опасности.
Наён не заметила, как уснула под мерный шум идеальной трассы под колесами минивэна. Она безумно устала за два дня подготовки и суеты. Сборка оборудования, поиски машин и отелей выбили её из привычного режима, так что, сев наконец в автобус, она хоть и пыталась читать сценарий, но быстро сдалась и уснула. Дорога должна была занять не больше пары часов, но даже такая пауза стала наградой для Наён.
Они выдвинулись ранним утром на трех минивэнах. Один — для главных актеров, второй — для технической группы и третий — для вспомогательного стаффа. Их разделили с Пак Чиу, та оберегала костюмы, подвергшиеся транспортировке. Наён ехала с режиссером и технической поддержкой. Господин Ким предпочел автобус звезд.
Когда она открыла глаза, пришлось поправить съехавшие на нос очки, чтобы рассмотреть того, на чьё плечо она положила голову во сне.
— Простите, — смущенно проговорила Наён, прежде чем увидела рядом с собой Ли Тэхо. — Черт, что ты тут делаешь? — обвиняющим шепотом спросила она.
При посадке в автобусы Наён всячески избегала Тэхо и даже не поздоровалась утром. Его жест с книгой и подарком всё ещё требовал от неё времени и сил на размышления. После разговора на террасе ресторана казалось, что её обязательно размотает на лоскуты от любого его слова.
Ли на секунду замер, рассматривая то ли её пылающие щеки, то ли очки, так что Наён невольно захотелось их опять поправить. Он был прекрасен и свеж, будто только что из спа-салона. Выспавшийся и ухоженный, не то что она, забывшая утром и про укладку, и про линзы.
— Мне стало тесно в том автобусе. Была остановка на заправке, и я решил пересесть, — спокойно объяснил Ли, не отрывая взгляда от неё, как будто пытался прочесть.
«Тесно в том автобусе?» — Чон огрызнулась про себя. — «Там не больше шести человек, а здесь с десяток. Или эго Нам Джунхёна занимает половину автобуса?»
Наён отодвинулась подальше от Ли, подчеркивая, что между ними все ещё стена. Пришлось даже прилипнуть боком к окну.
— Не злись, — сказал осторожно Тэхо, смотря на её позу загнанной в угол кошки. Он, похоже, был уязвлен её реакцией. — Согласись, лучше проснуться на моём плече, чем на одном из их, — Тэхо обвёл подбородком парней-операторов, спорящих об особенностях линз и объективов для съемок.
Едкая фраза задела Наён. Она не хотела, чтобы Ли в её сердце имел привилегии. Он не должен быть для неё кем-то большим, чем коллега. Даже если знает о Чон больше прочих. И если Тэхо думает, что получится просто сделать вид, что ничего не произошло, он ошибается! Наён всё ещё не простила его.
— Думаешь, ты лучше других? — зло бросила он, защищая свою слабость перед Ли.
Тэхо замер, напряженно смотря на ей в глаза. Поняв, что достаточно сильно зацепила его, Наён демонстративно уткнулась носом в стекло.
За окном проносились потрясающие пейзажи: продолговатые линии пологих гор и лесов, тысяча оттенков зеленого, захватывающие дух просторы. После бетонных и однотипных пейзажей города естественная красота ласкала сердце. Вот только впитать её и вдохновиться Наён мешали.
Автобус тряхнуло на повороте, и Ли подался чуть ближе, почти касаясь её плеча. Он склонился к уху Наён:
— Ладно. Просто ты для меня лучше других, — поборов себя, пояснил Тэхо тихо.
По спине Наён прокатилось что-то теплое и приятное. То, чего она не хотела признавать.
Она проигнорировала его слова, смотря в окно.
— Ты уже прочла сценарий? — спросил он, надеясь хотя бы так вернуть фокус внимания Наён к разговору.
Если честно, у неё пока не было времени. Наён только сейчас взялась за чтение, но сознаваться в этом не хотелось.
— Да, — односложно буркнула Наён, отодвигая белые листы от Тэхо.
— И как тебе новые сцены Роана и Ён Хари? — спросил он.
Тэхо был нарочито спокоен. Вот только Наён уже знала его и прям-таки чувствовала скрытый интерес к себе и этому вопросу. Она подумала о подвохе.
— Мне нужно вникнуть в них сильнее, прежде чем дать оценку, — Наён попыталась отгородиться от Тэхо еще больше.
Ли секунду другую смотрел на неё, внимательно изучал лицо, не сразу решаясь продолжить разговор. Он выдохнул, будто устал:
— Если тебе понадобится помощь с читкой или… репетицией, я всегда рад помочь.
— Я постараюсь в этот раз справиться сама, — Наён огрызнулась, всё ещё удерживая свои границы.
Она снова отвернулась. Тэхо не стал давить. Он понимал, что с её обидой из-за украденной книги восстановить прошлые отношения будет не так легко. Но он хотя бы пытался. Тэхо был рядом с Наён, старался наладить контакт снова. Пусть говорил и делал всё невпопад, как последний идиот, но точно больше не был погружен в изоляционную тишину в наказание за свою ошибку.
***
Их первая остановка в Канвоне была в четырехзвездочном отеле, где по плану жили актеры и режиссер. Госпожа Юн не отправилась с ними.
Они проехали с Ли остаток пути вместе молча, но теперь-то он оставил её одну, дав наконец вздохнуть полной грудью. Наён только сейчас поняла, что, кроме злости, в ней все еще подсознательно жило смущение перед слишком привлекательным парнем. Каждое слово и соприкосновение с ним били в её сердце на поражение.
Наён из окна смотрела, как актеры уходят в здание. Белоснежные стены и зеркальные окна бликовали от солнца. Она сама отыскала это место и рекомендовала помощнику Киму: не самый крупный и богатый отель, но тихий; самое оно, чтобы звезды могли отдохнуть после съемок, и никто не нарушил их покой. Здесь было даже уютней, чем на фотографиях.
— Малышка Чон, выходи, — постучался в окно старший помощник Ким.
Наён не поняла, зачем её вызывают, но пошла — вдруг нужна помощь ассистента.
— Бери сумку и идём на ресепшен, — беззаботно сказал Ким, почесывая себя под подбородком.
— Чью сумку? — уточнила она, и Ким рассмеялся её непонятливости.
— Свою. Чон, ты будешь жить здесь.
Наён удивлённо заморгала. Это не входило в их планы.
— Но договоренность была другой… — Наён знала, что должна жить в гостевом доме с технической командой. Она даже оставляла рекомендацию поселить её в одну комнату с Пак Чиу. Та, как чувствовала засаду, вышла из своего минивэна на звуки их беседы.
— Что-то случилось, господин Ким? — спросила она сахарным голоском, хотя её улыбка могла бы дробить орехи. Пак Чиу обновила цвет своих прядей, и теперь они были в тон морским просторам за отелем — голубыми.
— Все в порядке. Так как Чон входит в актерский состав, её решили поселить здесь… Между прочим в четырех звездах, — Ким потряс пальцем в назидание глупым девчонкам и постарался надавить на их чувство благодарности за такой подарок судьбы.
— Но я же должна координировать техническую команду на месте!
Наён смотрела на «подарок судьбы» с другой стороны. Её позиция в технической команде могла пошатнуться из-за лишних льгот. Впрочем сам Ким пользовался любыми выпадающими преимуществами без зазрения совести, даже чужими. Он тоже жил в отеле, бросив команду на Наён.
— Будешь ездить к ним по утрам, а по вечерам вам предстоят репетиции с режиссером. Так что лучше остаться здесь.
Наён поглядела на Пак Чиу как раненный олененок. Та вздохнула. Доводы были весомыми.
— Я буду заглядывать к тебе, чтобы ты тут не сошла с ума, — Чиу бросила недовольный взгляд на господина Кима, но вернулась в автобус.
Наён подняла глаза на зеркальные окна отеля. В них отражалось море и кусочек её собственной судьбы, будто кто-то незаметно переписал сценарий жизни и подкинул пару новых сцен.
***
По глянцево-мраморному холлу отеля ходил сквозняком морской бриз. Стеклянные окна и двери были распахнуты, прозрачные белые шторы развевались от его ласковых дуновений. Отель стоял на возвышенности, так что морской пейзаж виднелся очень хорошо.
Наён дождалась, когда все актеры и личные ассистенты получат ключи, и только тогда пошла в свой номер. Небольшая дорожная сумка стучала колесами вначале по кафелю, потом утонула в ковре на её этаже.
Она смотрела на карточку, пытаясь найти номер посреди коридора. Вот только быстрее обнаружила Ли Тэхо.
Он стоял, сложив руки на груди.
— Тебе нужна помощь? — спросил Тэхо спокойно.
Наён уже докатила свою сумку до нужной двери, большего не требовалось. Она поправила на носу очки и ответила:
— Ты специально искал мой номер? — в голосе звучали ядовитые нотки упрёка.
Ли Тэхо привалился плечом к дверному косяку и устало спросил:
— А это что-то предосудительное?
Полная напряжения из-за того, как часто они сталкивались, Наён ответила:
— Еще чуть-чуть, и я начну считать, что ты меня преследуешь.
Ли осадило подобное обвинение. Он приподнял подбородок и холодно улыбнулся:
— Просто меня поселили в номере напротив, но не скажу, что я расстроен.
Наён стало немного стыдно за почти беспочвенное обвинение… Почти.
Ли, прочитав переливы злости, стыда и смущения на её лице, смягчился:
— Наверное, это хорошо, что ты так сильно напряжена от любой встречи со мной, — он сделал паузу, будто давал Наён время принять свои слова. И сам довел мысль до конца. — Так тебе будет проще отыграть Ён Хари.
Эти его манипуляции о совместной игре уже становились невыносимы. Наён до упора сверлила его злым взглядом, даже не замечая, что её очки снова сползли и сделали карие глаза огромными, а лицо особенно красивым для Тэхо.
Ли, вместо того, чтобы почувствовать её злость, завис. Секунду другую он смотрел на Наён в молчании, потом опустил взгляд и мило улыбнулся, сказав:
— Черт, твои очки…
Наён испуганно поправила их на носу, пытаясь понять, что с теми не так. Она смутилась до чертиков.
— Мне кажется, я влюбился в них, — признался Тэхо, затуманено смотря в глаза Наён.
Чон, не ответив, дернула чемодан, а за ним и ручку номера, чтобы спрятаться в уединении. Ей от смущения было все равно, как несправедливо громко она хлопнула дверью перед носом Ли Тэхо.
Сколько ещё он будет издеваться над ней с этими фальшивыми комплиментами?
Дверь хлопнула, отрезая его от Наён. Тэхо остался в коридоре, очаровательная улыбка сразу погасла от боли. Он не притворялся, именно это делало его искренность опасной и болезненной. Как тяжело и страшно быть честным после стольких лет публичной игры.
Он каждый раз, словно последний идиот, заторможенно любовался, как Наён смотрит на него через стекла очков. Тэхо понимал, что сам виноват, вот только это не спасало. До безумия хотелось рассказать девушке все, что он чувствовал в такие моменты. Увидеть, как Наён краснеет, но не отталкивает, а хотя бы капельку понимает и принимает его влюбленность.
***
«Влюбился в них».
Чертовы очки теперь мешали ей. Наён сняла их и потёрла переносицу.
День прошел сумбурно и суетно. Она ездила между гостиницей и гостевым домом технической команды. Проверяла все мелочи и договаривалась с администрациями мест съемки, искала кейтеринг для команды.
Работы на выезде оказалось гораздо больше, чем в студии. Да и по планам все было забито. Они как будто пытались снять в два раза больше, чем могли уложить в сроки.
Наён вымоталась и устала, только к восьми вечера вернувшись в номер. Хотелось упасть лицом в подушку и наконец выспаться. Она с шести утра была на ногах. Но телефон настойчиво напомнил о себе вибрацией в кармане. Пришлось вернуть очки на нос.
«Помощник Ким совсем охренел. Они что решили тебя взять на три работы по одной цене? Пусть определятся уже: ты ассистент, администратор или актриса!!!»
Сообщение Пак Чиу было нашпигованно восклицательными знаками и злобными эмодзи.
Наён тихо застонала. Она только сейчас вспомнила, что не прочитала сценарий до конца. Пришлось встать и найти его на столике возле окна. По инерции Наён включила электрический чайник, стоявший рядом. Ей точно понадобится крепкий чай. Пару пакетиков лежали у белоснежной чашки.
Чон терпеливо вздохнула и провалилась в чтение. Она вынырнула из текста только спустя двадцать минут, споткнувшись о слово «Поцелуй».
Ён Хари целует Роана.
Наён стало душно и плохо.
Так Тэхо намекал на репетицию именно этой сцены утром в автобусе? Она вновь почувствовала злость на него. Откинула бумажную сцепку и встала на ноги, раздвигая шторы и распахивая окно. Прохладный вечерний воздух коснулся горящих щёк.
Когда-то на читке сценария Наён уже замечала, что госпожа Юн сеет в Ён Хари семена болезненной эмпатии к своему похитителю. Теперь стало очевидно, что это не просто симпатия, сменяющая ненависть, а будущая влюбленность в злодея Роана. Ён Хари — жертва стокгольмского синдрома? Чон и не предполагала, что их сценаристка зайдет в своих фантазиях так далеко и смело.
Наён захотелось крикнуть в окно от безысходности.
«Империя пепла и теней» лежала где-то в сумке с ноутбуком и той ручкой, которую следовало при случае вернуть Тэхо. Но сейчас важнее было пролистать книгу и попытаться выстроить на её основе свою защиту, чтобы доказать — такое поведение Ён Хари неприемлемо. Наён прикрыла глаза. Кому она решила это доказывать?
Деспотичному режиссеру, оставшейся где-то в Сеуле госпоже Юн или их продюсеру?
Ли спрашивал её с утра, что Чон думала о сценарии.
Наён думала, что она крупно попала.