Сначала Алёне нравилась новая жизнь. Здесь было намного интереснее, чем в столице Змеиного царства. Город оказался огромным по сравнению со змеиной столицей. Никита почти каждое утро приходил в сквер, водил девочек по своим любимым местам.

Однажды он упомянул слово «школа», и Алёне захотелось разузнать, что это такое. Она боялась выдать секрет – признаться, что они попали сюда из другого мира, – поэтому подбирала слова осторожно.

А началось с того, что Даша спросила Никиту:

– Почему у тебя так много свободного времени? Разве тебе не надо работать?

Как обычно, Никита рассмеялся над её словами:

– Где это вы видели, чтобы дети работали? – Девочки удивились, а он добавил: – Ну, разве что школу можно считать работой… Но сейчас же летние каникулы!

Только теперь до Алёны дошло: здесь и правда лето. Листья на деревьях зелёные, всё цветёт, солнце светит каждый день. Как же так? Ведь в Змеином царстве был октябрь, прошла Пуховая ярмарка, буковые леса по склонам гор порыжели, с инжира перед Домом Сестёр уже осыпались большие жёсткие листья. Не забыть бы потом спросить Деда, почему здесь время течёт по-другому.

А пока, раз уж речь зашла о школе, Алёна решила выяснить, что это такое. Она просто повторила слова Никиты, чтобы не выдать себя – чтобы он не понял, что она ничего об этом не знает.

– А почему ты сказал, что школу можно считать работой?

– Так мы ведь ходим туда каждое утро, у нас там есть обязанности, дисциплину соблюдать нужно. Всё как у взрослых на работе.

– Какие обязанности? – вмешалась Даша, пока Алёна задумчиво молчала.

– Так, погоди… Только не говори, что в этой вашей глухомани даже школы нет! Вы ведь ходите в школу?

– Не ходим, – призналась Даша.

Никита развёл руки в стороны.

– Ну хоть читать-то умеешь?

– А то! – гордо ответила Даша. – Кто же не умеет!

Алёна догадалась: школа – это такое место, где учат читать. Ну, наверное, и ещё чему-нибудь учат. В Тридвенадцатых царствах школ не было. Детей учили читать, писать и считать их родители, иногда бабушки и дедушки, а иногда старшие братья и сёстры. А через пару лет вместо детских книжек уже разрешали читать особые учебники, которые рассказывают о том деле, которым занимается вся семья.

Алёна родилась в семье Травников, и до того, как её похитили, успела перечитать целую стопку книг о травах и других растениях, об их свойствах, о целебных мазях и настойках. Но она не только читала: целыми днями бабушка и тётя обучали Алёну выращивать травы из семян, ухаживать за ростками, собирать и сушить соцветия и листья. А родители брали с собой в лабораторию – почти такую же, как Алёна в прошлом году устроила в Доме Сестёр: она так хорошо запомнила, как всё было организовано у родителей, что постаралась и сама сделать так же.

Никита присвистнул:

– Ну, вы даёте! Школы нет, люди на лошадях ездят! Я даже не знал, что так бывает! Вы что, все на домашнем обучении?

Эти слова Алёна поняла и радостно кивнула, но быстренько перевела разговор на другую тему – боялась ляпнуть что-нибудь не то. За эти дни она так наловчилась уходить от неудобных вопросов, что теперь делала это с лёгкостью.

Однажды, когда они сидели на качелях в сквере, пошёл дождь, и Никита позвал девочек в гости – он жил неподалёку.

– Дома никого, бабушка к подруге ушла на весь день, а родители на работе.

Девочки обрадовались: встречаться со взрослыми они не хотели – мало ли о чём заговорят. А посмотреть, как живут люди в обычном мире, было интересно.

Оказалось, что в каждом здании живёт вовсе не одна семья, а сразу много. Сначала Никита завёл девочек в небольшую комнатку с кнопками, она дёрнулась и задрожала. Даша испуганно ойкнула.

– Понял! – улыбнулся Никита. – В вашей глуши, конечно, нет лифтов.

– Вот эта комнатка называется лифт? А для чего он? – спросила Алёна.

– Ну, ты не притворяйся совсем уж необразованной! Ты же книжки читаешь, кино смотришь. Уж про лифты должна знать.

Алёна промолчала. Выглядеть необразованной не хотелось, но она всё ещё не понимала, зачем Никита их сюда привёл.

– Конечно, мы знаем, что такое лифт! Это разновидность подъёмника, – вмешалась Даша. – Но как он работает?

– За счёт электричества. У вас ведь оно тоже есть, да?

Даша хотела ответить, но Алёна пихнула её локтем в бок и шепнула:

– Молчи! – Ей не хотелось, чтобы Даша опять начала говорить про волшебство.

Вскоре комнатка перестала трястись, двери открылись. Обстановка изменилась! Когда они входили, позади осталась широкая площадка с металлическими ящиками на стене. Теперь вместо этого был узкий коридор, а в нём – три двери с цифрами на каждой.

Никита открыл ключом одну из дверей рядом с лифтом.

– Вот моя квартира. Входите!

Прямо с порога Алёна увидела впереди, в комнате, большое окно, а за ним – небо. Она кинулась к окну и замерла.

– Как высоко!

– Седьмой этаж, – сказал Никита.

Даша подошла к Алёне, тоже посмотрела в окно. Далеко внизу ползли крошечные повозки-самоходки, а вдоль дороги, словно маленькие куколки, шагали человечки.

Никита сказал, что сделает бутерброды, а девочки так и стояли у окна, не в силах оторваться от необычного зрелища.

В тот день они увидели ещё много интересного и необычного, но Алёне больше всего понравилась комнатка-лифт.

Вечером Алёна спросила Деда:

– Как это получается, что в Змеином царстве осень, а здесь лето?

– Откуда же мне знать! Я тут впервые, как и вы. Знаю только, что в каждом мире свой календарь. И в Змеином царстве, и в Тридвенадцатых – я это каждый год замечаю, когда через Ничейную равнину еду. Наверняка и тут так!

– Интересно, а кто-нибудь знает точно?

– Если кто и знает, так это разбойники. Мельтешат туда-сюда…

– Вы их снова видели? – оживилась Алёна. – Заметили, где волшебные ворота?

– Да нет. Иногда, бывает, мне не спится. Лежу, а где-то рядом кони ржут. Но пока встану с постели, пока подкрадусь к дороге – их уж и след простыл!

– Жалко, – расстроенно сказала Алёна.

Она уже несколько дней ходила грустная: боялась, что они застряли тут навсегда.

Однажды Дед заметил, что Алёна чуть не плачет, и спросил:

– Не нравится тебе здесь, Алёнушка?

Она пожала плечами:

– Тут неплохо. Интересно даже. Никита разные диковины показывает. Но надо же ехать дальше!

– Ничего, не горюй! Выследим разбойников, найдём волшебные ворота!

После этих слов Алёна не сдержалась и всё-таки расплакалась.

Дед решил её подбодрить:

– Ты вспомни, как твоя подружка говорит: что-нибудь придумаем! Не бойся, мы тут не останемся!

– Я не этого боюсь! – всхлипывая, сказала Алёна.

– А чего же? – удивился Дед.

– Боюсь, что я и правда не нужна родителям. У меня же нет магии. Вдруг Хозяйка Дома Сестёр была права? Что, если родители меня не пустят домой? И вас не наградят!

– Да не надо мне никакой награды! Я же к вам с Дашуткой привязался, как к родным внучкам.

– Может, зря я всё это затеяла… И зря вы согласились меня увезти из Змеиного царства…

– Ну хватит глупости болтать! Вовсе не зря. Ты такая хорошая девочка, негоже тебе в Змеином царстве жить.

Алёна ещё немного поплакала и крепко заснула.

А на следующий день всё изменилось.

Когда девочки, как обычно, проводили Деда с Глафирой на площадь перед цирком и уже собирались уходить, к Деду обратился суровый мужчина в тёмном костюме:

– Я директор цирка. Надо поговорить. Идите за мной.

Девочки остались присматривать за Глафирой, а Дед пошёл следом за директором в здание.

Он долго не возвращался, а потом Алёна увидела, что Дед спускается по ступенькам, повесив голову и ссутулившись, будто случилось что-то плохое.

Даша кинулась к нему:

– Что он вам сказал? Запретил тут работать?

– Да не то чтобы запретил… Показал мне правила. А там написано, что посторонним лошадям нельзя рядом с цирком катать детей. Предложил нам с Глафирой на работу в цирк устроиться. Ей – выступать, а мне за лошадьми ухаживать.

– Но как? – воскликнула Алёна. – Нам домой надо!

– То-то и оно. А если не устроюсь, тогда нам больше нельзя на этой площади оставаться.

Толстяк пожал Деду руку, хлопнул его по плечу и сказал:

– Нам тебя будет не хватать! Если передумаешь – возвращайся, будем рады!

Хозяева лошадок тоже подходили к Деду, трясли его руку, похлопывали Глафиру по шее и говорили, что будут скучать.

По дороге в лес все молчали. Дед выглядел таким расстроенным, что девочки боялись с ним разговаривать. Когда пришли к повозке, Дед пересчитал купюры, которые у него накопились за несколько дней работы на площади, и велел девочкам сходить в город за продуктами.

– Вы там чего-нибудь попроще купите, чтобы надолго хватило. Будем кашей питаться, пока не выберемся отсюда.

Когда девочки шли обратно в город, повозки-самоходки появлялись на дороге редко, стояла тишина. Вдруг за деревьями раздалось негромкое лошадиное ржание.

– Слышишь? – спросила Даша.

Алёна кивнула. Не сговариваясь, они сошли с дороги, пробрались через кусты и осторожно раздвинули ветки. Им открылась та же картина, что и в городе, когда Никита вёл их к цирку. На полянке мирно паслись шесть лошадей, привязанных к стволам деревьев. На траве, прислонившись к толстой берёзе, дремал сторож – один из разбойников. Чёрная шляпа лежала рядом, сверху на неё был накинут чёрный платок – такой, которыми разбойники закрывали лицо, когда мчались через волшебные ворота в город.

Одна из лошадей подняла голову, пошевелила ушами и громко фыркнула.

– Может, наш запах почуяла? – шепнула Даша.

Сторож открыл глаза, встал, потрепал лошадь по шее:

– Тише, тише. Скоро хозяин вернётся, вечером домой поедем! Потерпи немножко. – Он огляделся, прошёлся вдоль кустов.

Девочки замерли, едва дыша. Когда сторож снова сел под дерево и задремал, они медленно отошли назад, стараясь не шуметь.

На дороге они остановились, и Алёна спросила:

– Что будем делать? Вернёмся к Деду и расскажем про стоянку разбойников?

– А чем это нам поможет? Сейчас их всё равно тут нет, они в городе. Давай лучше Никиту найдём. Он в полицию позвонит.

Даша прикусила губу и нахмурилась, как будто сосредоточенно обдумывала что-то важное. Потом сказала:

– Нельзя Никите про это говорить!

– Почему? – удивилась Алёна.

– Если полицейские туда приедут, разбойники не успеют убежать.

– Ну и хорошо! Их накажут, так им и надо!

– Им-то, может, так и надо. А нам – нет. Если разбойников поймают, мы не узнаем, где волшебные ворота! И не выберемся отсюда. А нам надо их выследить!

Алёна огорчилась:

– Как же быть? Нельзя их оставлять на свободе…

– Я придумала! – сказала Даша, порылась в карманах, нашла блокнот и карандаш.

Вырвала листок, начертила длинную полоску, в одном конце написала «город», в другом – «лес».

– Отдадим Никите, попросим до завтра не смотреть!

– Надо ещё текст приписать! – подсказала Алёна, взяла у Даши листок и добавила слова: «Пусть полицейские прячутся в лесу на выезде из города – там, где начинается твоя улица. Разбойники по этой дороге приезжают, мы их видели».

– Здорово! Теперь идём!

Девочки побежали в город, в свой любимый сквер, где провели так много хороших дней с новым другом.

Никиту нашли на качелях: он задумчиво водил носком ботинка по песку.

– Привет! Вы что так поздно сегодня?

– У нас плохие новости, – сказала Алёна. – Директор цирка прогнал Деда с площади. Посторонним нельзя там работать. Так что, наверное, мы скоро уедем.

Никита спрыгнул с качелей и резко оттолкнул их назад – так, что они чуть не ударили его по спине, когда качнулись обратно.

Он отвернулся, отошёл в сторону, помолчал. Потом сказал:

– Жаль. Я думал, вы тут подольше поживёте.

Алёна протянула ему сложенный в несколько раз листок бумаги.

– У нас к тебе просьба. Прочитай нашу записку завтра утром. Обещаешь?

– Ладно, обещаю. Там какой-то секрет?

– Можно и так сказать. – Алёна через силу улыбнулась, но голос дрогнул.

Она подала Никите руку, чтобы попрощаться по-взрослому ― как толстяк у цирка прощался с Дедом.

– Ну всё. Пока! Спасибо тебе!

И она отвернулась, чтобы не показывать слёз. А Даша обняла Никиту и заплакала, не прячась.

Никита смутился:

– Ну не надо… Не расстраивайся… Может, вы ещё когда-нибудь в наш город приедете…

«Это вряд ли», – подумала Алёна. Она взяла Дашу за руку и увела из сквера.

Забыв про магазин, девочки пошли обратно в лес.

– Что это вы такие взволнованные? – спросил Дед. – И где продукты?

– Мы разбойников нашли! Тут неподалёку их лошади стоят! – крикнула Даша.

– Разбойники сейчас в городе, – перебила её Алёна. – Но мы узнали, что сегодня вечером они домой поедут. Надо их выследить.

– Ох, вот это хорошая новость, – сказал Дед. – Наконец найдем, где эти их волшебные ворота прячутся!

Он привязал Глафиру к дереву, насыпал в ведро овса и подвесил ведро на треногу. Глафира с аппетитом принялась за еду, а Дед с девочками пошли к дороге.

Алёна думала, что они спрячутся в кустах все вместе, но Даша сказала:

– Мы же не знаем точно, где ворота! А вдруг не здесь, а дальше? Тогда мы ничего не разглядим. Давайте разойдёмся. Вы, Дед, тут оставайтесь, а мы с Алёной пройдём вперёд.

Потом Даша тоже спряталась и велела Алёне отойти ещё немного.

Алёна выбрала удобное место, уселась на пенёк рядом с пышным зелёным кустом, стала смотреть на дорогу. Очень долго ничего не происходило, лишь иногда проносилась одинокая повозка-самоходка, оставляя после себя запах выхлопных газов.

Но вот вдалеке заржали лошади. Послышался мерный стук копыт, всё ближе и ближе. Алёна бросилась к кусту, высунула голову, чтобы лучше видеть. Мимо промчались шестеро всадников – в чёрной одежде, в шляпах, с лицами, прикрытыми чёрными платками.

«Ворота не здесь! Не удалось их увидеть!» – разочарованно подумала Алёна. Но в этот же миг стук копыт замедлился, всадники остановились, лошади начали переминаться на месте.

Один из разбойников съехал с дороги на обочину и направил лошадь к толстому дубу. Алёна, едва дыша от волнения, внимательно следила за ними. Разбойник обернулся к своим спутникам со словами, которые Алёна не расслышала. Не глядя, провёл рукой по стволу, как будто что-то искал.

Там, где ствол раздваивался, Алёна разглядела дупло. Разбойник вынул из кармана ключ – большой, с фигурной головкой – и засунул руку с ключом в дупло. Через мгновение на дороге появились знакомые ворота, створки распахнулись, за ними Алёна увидела голую степь с одиноким деревом поодаль. Всадники проскакали на другую сторону, и ворота растаяли в воздухе.

Алёна перевела дух и оглянулась. К ней уже спешила Даша, а следом ковылял Дед.

– Ну что? – закричала Даша. – Ты поняла, как открыть ворота?

Алёна ответила не сразу. Она отчётливо представила ключ в руке разбойника, а потом – ключ, который ей подарила Мара. Один в один! У Алёны даже появилась догадка, как он попал к Маре. Наверняка, пока разбойники грабили дом, где жили родители Мары, один из них выронил ключ. Вот от этих самых ворот.

– Поняла, – уверенно сказала Алёна. – И у меня даже есть ключ.

Пока они возвращались к повозке, Даша расспрашивала Алёну, откуда у неё ключ и почему она думает, что это именно тот, который им нужен.

Дед слушал их разговор молча. В лесу он разобрал шалаш, высвободил повозку, сложил в неё треногу и ведро с овсом. Запряг Глафиру и осторожно проехал между деревьями к дороге.

Вскоре они добрались до старого дуба с раздвоенным стволом и остановились.

Алёна достала из сумки ключ, подошла к дубу. Ей не хватило роста, чтобы дотянуться до дупла – разбойник открывал ворота, сидя на лошади. Дед принёс из повозки пару деревянных ящиков, подставил к дереву. Забравшись на ящики, Алёна отыскала в дупле замочную скважину и потянулась к ней ключом.

– Погоди! – крикнул Дед.

Алёна удивлённо обернулась.

– Вы уж меня простите, – смущённо сказал Дед. – Но я с вами не поеду.

– Как это?! – воскликнула Даша.

– Да вот так. Не хочу я больше быть караванщиком. Тяжёлая работа. Устал я. Всю жизнь через Ничейную равнину хожу, всю жизнь товары таскаю туда-сюда. Ни семьи, ни друзей. Поговорить не с кем. Раньше я думал, что мне это и не надо. А с вами познакомился – и по-другому стал к людям относиться. Хочу быть кому-то нужным.

– Дед… Но ты же нам нужен… – растерянно сказала Алёна.

– Вы, девчонки, скоро домой попадёте, в свои семьи вернётесь, у вас другие заботы будут. Вам не до меня станет. А здесь, в цирке, я себе друзей нашёл. Хочу с ними работать. Пойду в цирк конюхом.

Алёна спрыгнула с ящика, подошла к Деду.

– Я видела, они и правда вас полюбили! Вам с ними будет хорошо. Да? – Она повернулась к Даше, и та закивала.

– Да, подходящая работа: у вас там и друзья, и лошади! Вы здорово придумали!

– А как же ваши товары? – спросила Алёна. – Вы же их в Тридвенадцатые царства везли.

– Ничего страшного, распродам тут понемножку. Хоть они и волшебные, но можно и для обычного мира приспособить.

– Ой. А на чём же мы поедем? – спохватилась Даша.

– Да тут недалеко. Пешком дойдёте. К вечеру уже будете в Тридвенадцатых царствах.

– А если разбойников встретим?

– Вы маленькие, укроетесь в высокой траве, они вас не заметят. Это нам с Глафирой было не спрятаться от них на равнине. А вы сможете. Да и не вернутся они сегодня – только что уехали.

Даша заплакала, обняла Деда, а он гладил её по голове и утешал. Алёна, глотая слёзы, залезла в повозку и вытащила оттуда сумки – свою и Дашину.

Увидев, что она уже забрала вещи, Дед заторопился:

– Постойте, у меня для вас есть подарки!

Сначала он вытащил из повозки змеиный мешок и вручил девочкам:

– Берите! Мне он больше не пригодится, а вам ещё идти через Ничейную равнину. По дороге ручейки не встретятся. Без воды нельзя.

Пока Алёна запихивала мешок в свою сумку, Дед порылся в сундучке, спрятанном под сиденьем возницы, и протянул Алёне пузырёк и баночку:

– Вот, держи. В пузырьке змеиный яд. Получен от редкой горной камнегрызки. Этот яд во многие лекарства добавляют, чтобы сильнее действовали. А в баночке – сушёный живоцвет. Знаешь такое растение?

– Конечно! – воскликнула Алёна. – Оно только на неприступных скалах растёт! Говорят, скалолазы всего по несколько стебельков в год привозят в столицу!

– Вот и забирай эти несколько стебельков, – сказал Дед. – Тебе они точно пригодятся. Они от самых страшных болезней излечивают.

Алёна осторожно отвернула крышку баночки, вдохнула нежный аромат горной травы – похожий одновременно и на лаванду, и на розмарин, и на цветы апельсиновых деревьев.

– Спасибо, Дед! – Алёна обняла его, а потом снова сунула нос в баночку с живоцветом.

– А для тебя, мастерица, – сказал Дед Даше, – у меня тоже есть подарок.

Он достал из того же сундучка два прямоугольных брусочка бледно-жёлтого цвета.

– Что это? – взволнованно спросила Даша. – Это то, что я думаю?

– Вот уж не знаю, что ты думаешь, но это тот самый волшебный металл, который добывают только в Змеиных горах.

– Из подземных рудников? Которые прямо под царским дворцом?

– Именно! Тебе ведь известно, для чего он нужен?

– Из него же делают волшебные ключи! И ещё много всего! Спасибо! Это прямо царский подарок.

Девочки спрятали свои сокровища в сумки. Пришло время расставаться.

– Может, ещё увидимся, ― сказал Дед. ― Вдруг надумаете навестить нас с Глафирой.

– А как? – спросила Даша.

– Так ведь у вас теперь ключ есть. Может, вместе с родителями приедете. Меня в цирке найдёте.

– А Никиту в сквере! – добавила Даша и повернулась к Алёне: – Мы ведь сможем, да?

Алёна кивнула.

– Постараемся. Но сначала нам бы до дома добраться!

Она снова залезла на ящики и повернула ключ в замочной скважине. На дороге появились ворота. Девочки взялись за руки и прошли на другую сторону. Едва они успели помахать Деду и Глафире, как ворота исчезли, а вместо леса и повозки на этом месте осталась только бескрайняя Ничейная равнина, покрытая сухой жёлтой травой.

– А куда нам идти? – испуганно спросила Даша.

Алёна огляделась. Далеко впереди, едва различимая, виднелась тёмно-синяя полоска. Кромка леса, по которому были раскиданы Тридвенадцатые царства.