Мишель аккуратно складывает вещи в чемодан. Опустошенно садится на кровать и проводит пальцами по волосам.

«Это сон, страшный сон».

В номер заходит Ирина, но Мишель предупреждающе поднимает ладонь:

– Молчи. Ты все равно ничего не изменишь. Это мое решение.

– Я хотела сказать, что тоже вылетела. И Ромка. Так что мы в одной лодке. Хотя подозреваю, что своим уходом ты спасла либо Лизу, либо Даню. Но уже не важно. Теперь они, Регина и Элина финалисты.

Ира раскрывает дверцы шкафа, вытаскивает дорожную сумку и начинает швырять в нее одежду.

– Мне жаль.

– Да ладно, три недели тоже неплохо. Я ни о чем не жалею, а вот ты, судя по всему, совсем расклеилась. – Ирина скептически ее оглядывает. – И макияж не ахти какой.

– Знаю, – Мишель разглядывает дрожащие пальцы, – но это все, на что я способна сейчас.

Ира замирает с платьем в руках:

– Сегодня наш последний вечер, так что предлагаю оторваться на вечеринке. Вдруг Цепеш придет. – И она подмигивает, но у Мишель нет сил даже улыбнуться.

Она качает головой:

– Нет, спасибо. Я пас.

Мишель подхватывает серый ноутбук и прячется в туалете. Прижимаясь спиной к двери, сползает на холодную плитку.

«Это все сон, страшный сон».

И чтобы убедиться в этом, она открывает ноутбук и заходит на электронную почту. Щелкает на предпоследнее письмо, полученное от «Серого Волка». Страшный сон оборачивается ужасной реальностью.

«Здравствуй, Мишель. Я знаю, ты влюблена в Цепеша, но есть кое-что, что ты должна о нем знать. Возможно, это поможет тебе очаровать его или, наоборот, откроет глаза и заставит снять розовые очки. Решать тебе».

И она, словно загипнотизированная, нажимает на ссылку. Красная Шапочка поверила Серому Волку.

Сначала ничего не происходит. Ее перекидывает на какой-то непонятный сайт, Мишель пугается и сразу закрывает страницу. Выключает ноутбук и до вечера не подходит к нему, пока страх не подталкивает ее снова проверить. На первый взгляд ничего не изменилось. А на следующий день приходит второе письмо.

«У тебя есть два пути: либо ты покинешь шоу, либо Цепеш увидит эти фотографии. Как думаешь, сможет ли он влюбиться в тебя, если узнает, что ты бывшая анорексичка, страдающая психическим расстройством? Решать тебе».

Мишель смотрит на свои фотографии пятилетней давности и содрогается. Скелет, обтянутый кожей. Запавшие глаза. Острые скулы. Пустой, бессмысленный взгляд. Мишель хранила их как напоминание о прошлом, из которого она чудом вырвалась живой. Но это ее боль, которую больше никто не должен видеть. Потому что никто не поймет.

Она вытирает слезы и закрывает ноутбук. Она не могла позволить Серому Волку, кем бы он ни был, обнажить перед Цепешем ее душу. Ей не оставили выбора.

* * *

– Элина. – Теплая ладонь Владлена перехватывает ее руку.

Они замирают в коридоре, недалеко от столовой, друг против друга. Ее ладонь в его. Словно так и должно быть. Неохотно Элина прячет руку за спину.

– Ты на съемках была сама не своя. Не шутила, не улыбалась. Впереди последний этап, подписчики полюбили тебя дерзкую и смелую, не смей рушить этот образ. – Минутная нежность разбивается холодным тоном Владлена.

Или же ей только так показалось? Почему хочется верить, что он ее пожалеет? Из-за того украденного поцелуя?

– Я устала, Владлен. Это мне надо было уйти, а не Мишель.

– Бред. Я рад, что она ушла.

– Разве тебе не нравилось с ней играть? – Элина всматривается в его глаза.

«Ну же? Скажи, что ты расстроен».

– Я на дух не переношу таких, как она. – Владлен скрещивает на груди руки и опирается плечом о стену. – А вот с тобой мне нравится… играть. – Последнее слово он смакует, словно шоколад.

Элина порывисто вздыхает. В висках разрастаются жгучие точки, предвещающие мигрень. Она нервно облизывает губы.

– Элина, – странно, но взгляд Владлена смягчается, – Владимир мне все рассказал. Жаль, что ты узнала. Я хотел оставить это в прошлом, но, видимо, не суждено.

Элина опускает голову, потому что веки начинает пощипывать. Нет, она не расплачется. Только не при Владлене.

– Я не верю, что Ливия могла шантажировать Владимира. Это даже звучит абсурдно, – шепчет она.

– Я не знаю, Элина, но мой брат действительно ее любил. И мне кажется, он до сих пор ее любит. Это шоу – жалкая попытка подкупить свою совесть и заставить ее замолчать. Но если ему так легче, то я рад. Возможно, Ливия на самом деле была беременна, а возможно, нет. Однако если ты думала, что он как-то ее подтолкнул, спровоцировал на самоубийство, то ошибаешься. Он, конечно, псих и иногда бесит до колик в животе, но не убийца. И в этой ситуации мне больше всех жалко Маргариту, потому что она его любит и живет с ним.

Слезы все-таки прорываются наружу. Отпустить прошлое и начать жизнь сначала так сразу не получается, это невероятно сложно.

– Тихо, тихо… – Владлен мягко прижимает ее к себе, а она плачет и не может остановиться.

В коридоре пусто и только витает пряный запах духов Владлена, его головокружительный аромат. Тепло. Элина поспешно вырывается из его объятий и вытирает слезы, стараясь не размазать макияж.

– Я пойду, – неловко бормочет она и разворачивается, но оклик Владлена заставляет ее замедлить шаг:

– На следующей неделе будут интервью с финалистами. Твоя очередь во вторник. Будь готова. Зрители ждут Элину, которой плевать на неприятности.

* * *

– Глупое задание, – бурчит Регина. – «Напишите, кто, по вашему мнению, меньше всех достоин победы». – Она передразнивает низкий голос Цепеша. – Нас всего осталось четверо! Как я могу кого-то выбрать? Во-первых, я обижу человека, во-вторых, я даже не знаю, что писать! – Регина падает на кровать и закидывает руки за голову. – Предлагаю объединиться женским составом и затроллить Даньку. И еще надо придумать звучный феминистский лозунг.

Элина вырывается из воспоминаний и достает из тумбочки косметичку.

– Не глупи, Регина. Пиши правду, какое тебе дело до других участников? Уже победа, что мы дошли до последнего этапа. – Она припудривает лицо, пряча за косметикой следы слез.

– А некоторые не выдержали. Как думаешь, почему Мишель ушла? Выглядела она паршиво.

Слова Регины царапают слух. Элина не мигая смотрит на свое отражение и видит глаза Мишель.

«Что я наделала? В кого превратилась?»

Поцелуй Владлена и Мишель пробудил в Элине неконтролируемую ярость. Чувства, до сих пор ей неизвестные, накрыли лавиной. В голове перемкнуло. И она не передумала. Ни разу. Пока искала среди веерной рассылки от Макса почту Мишель. Пока разрабатывала способ удаленно подключиться к ноутбуку Мишель. Пока писала письмо от Серого Волка и прикрепляла ссылку с вирусом. Пока разглядывала ее фотографии… И даже сейчас, несмотря на омерзительное чувство, что ее облили грязью, Элина понимает – вернись она в прошлое, поступила бы так же. Можно, конечно, утешать себя, что для Мишель так будет только лучше. Она перестанет бегать за парнем, который ее не хочет, и позориться. Но это лишь жалкое оправдание.

«Кто я такая, чтобы судить Владимира?»

Элина медленно раскручивает темно-вишневую помаду и наносит густой слой на губы. Шоу вытащило из нее все пороки.

– Возможно, она просто устала и захотела домой, – произносит Элина, выдавая свои желания за чужие.

– Сомневаюсь. – Регина шуршит в своей тумбочке и вытаскивает пакет с конфетами. – Кстати, а как там твой разговор с прошлым? Состоялся?

Элина ловит брошенную ей маленькую шоколадку.

– Да. – Это все, что она может сказать.

– И как? Стало легче?

На ладони лежит «Аленушка», и даже в нарисованной девочке Элине мерещится Ливия. Она часто моргает, прогоняя непрошеный образ. И крепко стискивает кулак. Шоколад в руке мнется.

– Нет. Не стало. И не станет.

* * *

– Будь естественной, и подписчики проголосуют за тебя. – Максимилиан усаживает Элину на расстеленный на земле плед в красную клетку.

Интервью, которого один раз она уже избежала, все же пришлось снимать. Его решили провести на поляне, где совсем недавно она устраивала пикник с Марго. С тех пор здесь мало что изменилось. Разве что на рассвете здесь тихо и не визжат дети. И совсем мало любителей утренних пикников, которые устраивают себе отдых на природе.

– Если я буду естественной, то это вряд ли произойдет, – смеется Элина. – Объясни мне, непутевой, пока Цепеша нет, голосование на его канале реально влияет на победу? Или сделано только для того, чтобы подарить подписчикам видимость контроля?

– Скорее второе, чем первое, но и первое не отрицаю.

Максу не хватает только опахала, чтобы обмахивать Элину во время съемок.

– Очень содержательно. – Она поправляет солнцезащитные очки и тут же ощущает, как по коже скользит чей-то взгляд.

– Макс, спасибо, что привел бунтарку. Хотя я уже ожидал услышать очередную историю про обморок.

Элина оборачивается к Владлену и заставляет себя выдохнуть. Его глаза в душу заглядывают, не иначе. И хотя в утренние часы достаточно тепло в летнем сарафане, сейчас ее бьет озноб.

– Я больше не нужен?

– Нет, мы справимся сами.

Только сейчас Элина замечает, что оператор, который настраивал камеры, тоже куда-то исчез.

– Мы будем одни? – Вопрос вырывается сам собой.

Владлен присаживается рядом с ней на плед.

– Я бы не сказал, что совсем одни, учитывая «ранних пташек», но да, – хмыкает он. – С камерами я справлюсь сам, кстати, запись уже идет, да и Максу незачем скучать.

Поддерживая его слова, Максимилиан задорно подмигивает Элине и растворяется среди деревьев. Когда она вновь оборачивается к Владлену, перед ней уже сидит Цепеш с широченной улыбкой.

– Элина, зрителям интересно узнать о тебе больше. Поговорим о твоих родителях.

– Сразу по больному? – Мысленно она ругает себя на чем свет стоит и пытается подавить мимолетную слабость. Тут же улыбается и кокетливо пожимает плечом. – А что о них говорить. Мама вся в работе, отца давно нет в живых.

– А твой парень? Он ждет тебя?

– О чем ты? Я никогда ни с кем не встречалась. Представляешь, восемнадцать лет и девственница, какой ужас! – Элина гримасничает на камеру.

– Черт, все парни сейчас прилипли к экранам, – смеется Цепеш. – Я даже начинаю ревновать.

– Глупости. Может, лучше поговорим о тебе?

– Забавная. Интервью с тобой, а не со мной, так что смирись.

Элина мысленно закатывает глаза. В ближайший час ей действительно не остается ничего иного, кроме как смириться. Владлен закидывает ее разнообразными вопросами, и Элина за считаные секунды находит ответ, зачастую лживый, но настолько искусный, что сама начинает в него верить.

– Выдохни. – Владлен встает и выключает камеры. – Думаю, из отснятого можно собрать неплохое интервью.

– Надеюсь. Потому что повтора я не переживу.

Элина вытягивается на пледе и закрывает глаза, задумчиво вертя в руках очки. Чувствует, как Владлен вновь садится рядом. Ощущает его пряный парфюм. И вздрагивает, когда он касается ее лица.

– Что ты… – Она резко открывает глаза и приподнимается на локтях, но не успевает договорить. Владлен тенью нависает над Элиной, и его мягкий поцелуй запечатывает слова на ее губах.

– Мне правда жаль Ливию, – шепчет он, когда отрывается от нее.

Четыре слова пробивают броню Элины. Она поспешно садится и обхватывает колени, скрывая дрожь.

– Какой резкий переход…

– Я просто хотел, чтобы ты знала. – Владлен улыбается, заправляя ей волосы за ухо.

Странно, но Цепеш не исчез. Он слился с Владленом, и перед Элиной вновь предстал третий образ. Настоящий. Тот, который он скрывает ото всех, даже от брата.

– Я тебя не понимаю, – шепчет Элина. – Зачем ты это делаешь со мной?

«Зачем заставляешь влюбляться в тебя?»

Невысказанный вопрос огнем горит на губах.

– Я ведь уеду, – вместо этого произносит она.

– Уедешь? – Владлен усмехается. – Куда?

Элина смотрит ему в глаза и видит ответ. Она никуда не уедет.

* * *

Владлен сдался. Бороться с собой невыносимо. Возможно, у него есть крохотный шанс на надежду. Хотя бы попытаться создать видимость счастливой жизни. Элина будет рядом, этого достаточно. Не важно, полюбит ли она его когда-нибудь по-настоящему. У него будет возможность видеть ее каждый день. Прикасаться к ней. Чувствовать ее.

Сейчас, когда они молча лежат на пледе, не нуждаясь в разговоре, а, наоборот, наслаждаясь тишиной, Владлен осмеливается мечтать о большем. И чем дольше он мечтает, тем сильнее крепнет его уверенность в будущем с Элиной.

* * *

«В первый раз не получилось умереть, может, вторая попытка будет успешной? Я больше не могу выносить эти мучения. Проклятый голос сводит меня с ума, и я уже не слышу ничего, кроме него. Даже когда с кем-то разговариваю, он методично кромсает мой мозг. Нет спасения и во сне. Стоит закрыть глаза, как голос усиливается, словно говорит в микрофон. Нет спасения… Врачи упекут меня в психушку, я знаю. И мне придется жить с этим проклятьем до конца дней. Нет. Я не готова. Я не настолько сильная. Я слабая и трусливая. Я должна умереть».

Она ставит жирную точку в конце предложения и закрывает дневник в мягкой обложке. Засовывает его под подушку и прячется под одеялом, где в темноте вновь звучат ядовитые слова, выворачивающие душу: «Сдохни…»

* * *

В конференц-зале Элина опускается на один из четырех стульев, пытаясь осознать, что пролетел уже целый месяц. Кажется, еще недавно она боялась вылететь после первого этапа. А в итоге добралась до финала. Она поднимает взгляд к белому натяжному потолку, надеясь разглядеть там Бога. Так много времени она ни о чем не просила. А может, было бы лучше вообще ничего не получать.

– Нервничаешь? – рядом садится Лиза.

Для последних съемок она приложила немало усилий, чтобы выглядеть на все сто. Но глаза все равно остаются огромными и несчастными, даже когда она улыбается или смеется.

– Да нет. Я немного в шоке, что вообще дошла до конца. Но на победу не надеюсь, к тому же я не выполнила задание.

– В смысле? – Лиза удивленно вскидывает брови вверх.

– Я не могла выбрать, кто из вас недостоин победы, потому что это весьма глупо. Вы все талантливы и влюблены в творчество.

«В отличие от меня».

– Поэтому я написала, кому бы я отдала первое место.

– Ох, это так мило! – Лиза улыбается, а глаза подозрительно блестят. – Надо было тоже так сделать. Объявить этому заданию бойкот. Но я не такая умная, как ты, поэтому пришлось очень мягко пожурить Даню. – И она косит глаза в сторону парня.

Вечно молчаливый Даниил хмыкает:

– Значит, мы квиты, – и оба заливаются смехом.

На последний стул присаживается Регина. Она выглядит подавленно. Копна волос опутывает ее тело, словно она прячется за рыжими локонами, как за щитом.

– Регина. – Элина наклоняется и щелкает пальцами перед ее носом. – Земля вызывает.

– Что с ней? – Лиза придвигается на стуле.

– Без понятия. После интервью ее как подменили. Она такая уже несколько дней.

«Вернулась и молчит. Словно зомбированная».

– Со мной все в порядке. – Регина будто просыпается. Она мельком смотрит на Элину и тут же стыдливо отводит взгляд.

– Сомневаюсь, – бормочет Элина, но ее отвлекает шумный Максимилиан:

– Участники, готовимся к съемкам! Сейчас придет Цепеш. Прошу вас выложиться по полной, потому что сегодня самый важный день.

– Макс, твоя розовая рубашка ослепляет, – смеется Элина.

– Это цвет фуксии! – Парень проводит ладонью по ежику на голове и сверкает белоснежными зубами.

– Ну да, ну да.

В зал заходят Бессоновы, и непринужденная обстановка в помещении тут же тает.

– Макс, на ресепшене у администраторов вопросы насчет оплаты, – лениво бросает Владлен.

– Сейчас улажу.

– Ребята, всем желаю удачи. – Владимир кивает им и устраивается на диване, закинув ногу на ногу. В темном костюме с зеленым отливом он выглядит неотразимо. Любая девушка ради его улыбки душу продаст, и никто из них даже не догадывается, что он из себя представляет.

Элина едва сдерживается, чтобы не состроить гримасу. Чувствует на себе внимательный взгляд и встречается глазами с Владленом. Сердце болезненно сжимается. Он вновь весь в черном, на груди виднеется знакомый массивный крест. В голове прокручиваются воспоминания: разговор после интервью, его поцелуй. Он кажется холодным, неприступным, а на самом деле скрывает нежную душу… Элина шумно выдыхает и прикладывает холодные пальцы к горящим щекам. Она снова витает в облаках.

– Итак, это финал шоу «Альтер Эго»! – Съемки начинаются неожиданно быстро. Владлен перевоплощается в Цепеша и прохаживается мимо участников, заложив руки за спину. – Трепетный момент. Вы знаете, что всю неделю на моем канале длилось голосование, и завершилось оно сегодня утром. Но, несмотря на желание моих подписчиков, именно я решаю, кто станет победителем, учитывая результаты всех этапов. Страшно? – широко улыбается он.

– Трепещем, – иронизирует Элина.

– Детка, в тебе я не сомневался.

Элина смущенно улыбается.

– Перед объявлением победителя я хочу разобрать последнее задание.

Регина вздрагивает и еще сильнее завешивается своими волосами. Элина обеспокоенно хмурится. Вчера она просмотрела ее интервью, и на нем Регина была живая и веселая, как обычно. Но с того момента прошло уже два дня. Что произошло за это время?

– Итак, вы должны были написать, кто, по вашему мнению, меньше всего достоин победы. – Цепеш смотрит на Лизу и Даню. – Вы двое словно сговорились. Я хохотал, когда читал ваши работы. Такой мягкой критики в жизни не видел.

– Ну, зато выполнили задание. – Даня поглядывает на Лизу, и в его взгляде читается намного больше, чем просто дружеское участие.

– Несомненно. – Цепеш переводит взгляд на Регину. – А вот тут я столкнулся с самой настоящей критикой, какую я и хотел увидеть. Молодец, Регина. Правда, вышло очень жестко, не знаю, насколько справедливо, но свое субъективное мнение ты точно высказала.

Регина молчит. Она даже не смотрит на Цепеша.

– И кого она раскритиковала? – Элина не отрывает взгляда от подруги. Ответ мужчины напоминает оплеуху:

– Тебя, детка. – Дальнейшие его слова похожи на дикий, наигранный спектакль: – Она написала, что ты никогда не испытывала настоящие муки творческого человека, который жаждет признания. И поэтому победу стоит отдать тому, кто действительно хочет посвятить себя литературе. А для тебя это все игра. Даже Мишель любила книги больше, чем ты.

Лиза громко охает.

Элина удерживает улыбку на губах, хотя кажется, что в спину воткнули и прокрутили кинжал. Впервые после смерти сестры она доверилась человеку и в очередной раз убедилась, что не стоило.

– Это звучит еще печальнее, учитывая работу Элины. Она не стала выполнять стандартное задание и написала, что, по ее мнению, Регина – самая достойная кандидатка на роль победителя. Человек, зараженный литературой.

После этих слов Регина морщится, будто пытается сдержать слезы.

– Я не жалею о том, что написала, – наконец признается она.

Элина молчит. Медленно отводит взгляд от бывшей подруги и улыбается на камеры:

– Я тоже. В конце концов, писатель должен принимать критику с достоинством.

«Я привыкла. Мне не больно».

– К тому же, наверное, Регина права. Мишель должна была остаться. А вот мне здесь делать нечего. – Элина встает, расправляет плечи.

– Стоп, стоп, стоп! – вдруг суетится Цепеш. – Что ты собираешься сделать?

– То, что должна была сделать уже давно. Уй…

Дверь с грохотом распахивается, и в конференц-зал влетает запыхавшийся Макс. Все, как по команде, оборачиваются.

– Макс, ты что творишь?! – Цепеш хмурится, но другу, похоже, плевать. Он пытается отдышаться и машет руками в сторону выхода. Глаза круглые, полные страха.

– Цепеш, – наконец выдыхает он, – в озере нашли утопленницу!

– Господи. – Элина падает на стул и смотрит на Владимира, как в тумане. Страшная догадка поражает мозг.

Мужчина, бледный, будто при смерти, едва сидит. Слова Максимилиана долетают до Элины сквозь вязкую тину:

– Не знаю кто. Но сказали, что из нашей компании.

Владимир срывается с места, и его крик звучит в голове Элины эхом. Она крепко зажмуривается, а перед глазами встает знакомое до боли лицо. Маргарита.

«Я должна была быть рядом с ней, а не здесь…»