Владимир взъерошивает волосы и складывает распечатанные рассказы на кофейный столик. Стопка максимально аккуратная, каждый лист вплотную прилегает к другому. Но он еще раз ее поправляет.

– Все хороши. Даже не знаю, кого выбрать, – выдыхает Владимир. – Уже полночь, завтра съемки, а мы не можем определиться с выбывшим.

– Это ты не можешь. – Владлен внимательно читает текст, затем швыряет его на ковер перед горящим камином. Угрожающе близко к огню и искрам.

– Может, стоило привлечь твоих подписчиков?

– Не смеши меня. Тогда шоу растянется до бесконечности. Но не волнуйся, рассказы я выложу, чтобы они прочитали и составили свое мнение. – И Владлен снова бросает бумаги на пол. Наконец у него остается только три рассказа.

– Вот этот лучший. – Брат протягивает листы Владимиру.

– Ну да. Наверное, ты прав, – соглашается он, прочитав название. – Живые диалоги, персонажи словно вот-вот сойдут со страниц. А этот – худший? – берет второй протянутый рассказ.

– Именно. Просто отвратный. – Владлен кривит губы. – Не понимаю, как мы отобрали этого человека в шоу.

– Я бы не сказал, что он так плох. Конечно, стиль хромает, но хорошая редактура может его спасти. – Владимир задумчиво пробегает глазами по тексту и со вздохом кладет его поверх стопки. Пальцы быстро находят пуговицу манжета.

– И все же худший.

– А этот?

Владлен лишь улыбается и молча отдает третий рассказ. Владимир просматривает начало и тут же кривится, будто съел лимон:

– Я читал, неплохой текст, но какой-то… фальшивый. На мой взгляд, он даже хуже.

– Нет, нет, прочти еще раз. Неужели не улавливаешь? – Брат улыбается еще шире, но, как всегда, от его улыбки становится не по себе.

– Что именно?

– Сюжет. Уж больно главные герои напоминают вас с Марго, – хмыкает он и откидывается в кресле.

– Бред! – Владимир комкает рассказ и кидает в камин. Пламя жадно набрасывается на бумагу, обращая ее в пепел. – В этом рассказе жена любит мужа, который издевается над ней, не держит за человека, уничтожает морально. И в конце она его убивает.

Владлен задумчиво смотрит на огонь и качает головой:

– Ну вот, сжег рассказ Элины.

– Элины? – Сердце пропускает удар. Владимир порывисто наклоняется вперед, но пальцами впивается в подлокотники кресла и остается на месте. – Почему ты не сказал? – Он сердито расстегивает и застегивает пуговицу.

– Ты сам не хотел знать имена авторов до вынесения вердикта.

Владимир тихо выдыхает. Оглядывается на дверь, но никто не заходит. Он приказал Маргарите не беспокоить их с братом, пока они читают рассказы. И она ни разу не ослушалась.

– Если этот рассказ отражает наши отношения, кажется, я упустил в собственной семье нечто важное, – нехотя признается он.

– Я говорил тебе об этом не один раз: Марго заслуживает лучшего отношения. Но только Элина смогла достучаться до тебя. – Владлен достает из хьюмидора сигару и прикуривает. – Почему, интересно мне знать?

– Она сестра Ливии.

Три слова срываются с губ прежде, чем Владимир успевает их осмыслить. Казалось, если не произносить это, то можно притвориться, что все иначе. А теперь пути назад нет.

Владлен сводит брови на переносице:

– Опять ты заладил…

– Ты знаешь не хуже меня, Владлен. Признайся уже! Элина и Ливия – сестры!

– Воу-воу-воу! – Брат поднимает ладони вверх. В правой руке между пальцами зажата тлеющая сигара. – Успокойся. Кто говорил, что я отрицаю факты? Просто мне казалось, что не стоит поднимать эту тему. Так всем нам было бы легче.

– Невозможно не замечать гору, если она прямо перед твоим носом. – Владимир с шумом выдыхает. – Они сестры. И Элина здесь, на шоу.

– Какая ирония судьбы, – усмехается Владлен. – Элина попала в шоу, которое создали в память о Ливии.

Молчание падает на них душным покрывалом. После слов брата во рту оседает горечь, как после лекарства. Хочется выглядеть беспечным и равнодушным, но Владимир сидит, неспособный пошевелиться. Даже бедная пуговица манжета его больше не успокаивает.

– Знаешь, а ты прав. Возможно, рассказ Элины действительно хуже, – неожиданно заявляет Владлен.

– Что? – Владимир вздрагивает и видит только знакомую ухмылку на его губах. Чувствует, как левый глаз нервно дергается. – Ты хочешь выгнать Элину? На первом же этапе?

– Но у нас же шоу. И ты сам сказал, что ее рассказ худший.

Очередная затяжка, и облачко дыма рассеивается в тяжелом горячем воздухе.

– Сказал, потому что он задел меня за живое, Владлен. Мы не можем… – Он запинается. – Я не могу выгнать Элину. По крайней мере, сейчас. Она пытается осуществить мечту сестры, она…

– Володя, неужели ты поверил в ее красивую сказку? Я и забыл, как легко тебя окрутить. Бедная Марго! Даже будь у тебя все в порядке с нервами, ты все равно не пропускал бы ни единой юбки. – И Владлен тихо смеется, но его смех, будто яд, отравляет кровь старшего брата.

Владимир стискивает зубы, сдерживая рвущийся на волю гнев. Брату можно говорить правду. Только ему. Больше никому.

– И все равно мы не должны так поступать. Надо дать ей еще один шанс, – упрямо повторяет он.

Владлен пожимает плечами. Его взгляд тонет в огне камина, а мысли явно далеко. В зрачках играют блики огня, и, кажется, стоит заглянуть в эти глаза, как уже не выберешься обратно.

– Ты прав, – наконец произносит он, глядя сквозь Владимира. – Мы дадим ей еще один шанс. Но после она будет наравне со всеми участниками. Никаких привилегий только потому, что она Элина Одинцова.

– Что ты задумал? – Голос Владимира хрипнет от волнения.

Он, как беспомощный ребенок, не смеет перечить младшему брату. Стоит заглянуть тому в глаза, как теряешь волю и принимаешь его любое решение.

Владлен улыбается, слегка прищурившись, и снова выдыхает дым:

– Думаю, твоя идея с подписчиками весьма неплоха. Не переживай, все будет как надо. Это шоу принесет нам много денег, очень много… – Но последние слова еле различимы.

Владимир тихо вздыхает и снова поправляет стопку с рассказами. А сердце так и переворачивается где-то в груди. Завтрашний день будет сложным, и теперь Владимир не уверен в том, как все обернется.

* * *

На видео Лиза с Даней смотрятся весьма неплохо. Худощавый парень в основном молчит, испуганно глядя на девушку, которая распустила пепельного оттенка волосы и даже слегка накрасилась. Ее низкий голос завораживает, она говорит как профессиональный диктор, полностью отвлекая внимание от неказистой внешности.

– Чего вы ждете от шоу?

Цепеш, одетый в белые рубашку и брюки, как всегда, улыбается на камеру. Непривычно видеть на нем иные цвета, кроме черного и красного.

– Победы, чего же еще? – улыбается Лиза.

Элина со вздохом закрывает ноутбук.

«Мне не нужна победа. Лишь правда».

Она оправляет перед зеркалом классическое платье рубинового цвета. Пальцы нервно вертят крупные бусы из белого агата. Суббота прошла впустую, а сегодня должны огласить результаты первого этапа.

– Еще хотя бы неделю, – тихо молит Элина и на секунду закрывает глаза. Ливия рядом. Она поможет.

– Ты идешь? – Дверь номера раскрывается, и внутрь заглядывает розовощекая Регина. В одном ухе извечный наушник, второй болтается на груди. В джинсовом комбинезоне девушка напоминает маленькую разбойницу. – Все уже собрались у озера.

– У нас же еще пятнадцать минут, – тихо напоминает Элина и выходит следом за подругой.

После того как они поругались, а затем помирились, их перестали сдерживать невидимые оковы. И Элина порой ловила себя на мысли, что общается с Региной так же, как с Ливией раньше.

«Может, не стоило сдавать рассказ так быстро? Если бы я поработала над ним чуть подольше…»

Сомнения кружат над головой Элины хищной стаей, сжимая ее сердце в когтях.

– Не парься! – От Регины прилетает смачный хлопок по плечу. – Все будет окей. Ты слишком красивая и умная, чтобы вылететь в самом начале. – И она нервно хихикает.

– Твои слова да богу в уши… – Элина шумно выдыхает, стараясь освободиться от страха. Ладони липкие, а кончики пальцев немеют. Мысленные мантры больше не спасают.

Макс договорился, чтобы пару часов на пляж не пускали других гостей турбазы, так что озеро временно принадлежит только участникам шоу. Приготовления к съемкам напоминают военные действия: суетливо расставляют камеры, Владимир указывает, где кому стоять. Макс вытаскивает на пляж озера круглый стол и кладет на него внушительную стопку распечатанных рассказов. Благо, ветра нет и поверхность озера гладкая, словно покрытая льдом. Рябь появляется только там, куда долетают камушки, которые бросает Олеся. Маргарита неспешно прогуливается по берегу. В белом кружевном сарафане она кажется почти невесомой, только лицо выдает усталость: улыбка безнадежно натянута, макияж плохо скрывает тени под глазами, скулы заострились. Может даже показаться, что она на грани отчаяния.

– Ты куда? – Регина шикает на Элину, когда она делает шаг в сторону Марго. – Сейчас начнется.

Элина вновь бросает взгляд на Маргариту и заставляет себя остаться на месте.

«Не сейчас. Позже. Всему свое время».

– Ребята, минутная готовность! – объявляет Владимир и отходит к жене с дочерью. Олеся тут же повисает на отце, и он берет ее на руки. Девочка что-то радостно щебечет ему на ухо, а Владимир улыбается ей так, словно никого на свете больше не существует.

– Поразительно, – бормочет себе под нос Элина и вздрагивает, когда Владлен громко хлопает и подходит к столу.

– Внимание на меня. У нас сегодня неформальная обстановка.

Участники собираются вокруг мужчины и жадно прислушиваются к его словам. Элина переминается с ноги на ногу, радуясь, что надела босоножки без каблуков, хотя песчинки все равно просочились между пальцами.

«Думай о чем угодно, Элина. О песке, который натирает кожу. О палящем солнце. О провальном рассказе. Только не о поцелуе. Не смей!»

Пальцы сами тянутся к губам, и Элина одергивает себя, когда прикусывает кончик ногтя. Поспешно прячет руки за спину.

– Я знаю, вы нервничаете, но, как только включат камеры, станет еще веселее. – Не похоже, что Владлен хоть немного сочувствует конкурсантам. Сегодня он вновь в красной рубашке, та расстегнута на груди и открывает взглядам массивный серебряный крест.

– О-о-о, вампир носит крест, – шепотом восхищается Регина.

– До вампира ему как до луны. Но образ и правда эффектный, – признает Элина.

Владлен красив, чертовски красив. И эта его красота играет против нее.

– Начали! – вдруг выкрикивает он.

Операторы тут же включают камеры, Макс поспешно ускользает за кадр, а Владлен преображается, и перед ними появляется всем известный блогер:

– Дамы и господа! С вами Цепеш, и это шоу «Альтер Эго». Сегодня тяжелый день для участников. Один из них навсегда распрощается с надеждой победить и отправится домой. Из десяти останется девять, которые продолжат борьбу за звание самого популярного автора Рунета!

Цепеш берет первый рассказ из стопки:

– Борис Майров. «Светлые ночи».

Вперед выходит парень с короткой стрижкой и округлым лицом. Добродушная улыбка на лице гаснет, стоит только Цепешу вынести вердикт:

– Плохой текст. Не цепляет. Не тревожит. Непонятно, о чем он. Герои словно находятся в вакууме, нет ни грамма описания места действия, да и сами персонажи будто не знают, что они делают на страницах твоего рассказа.

Элина замечает бисеринки пота на висках Бориса. Парень не знает, что ответить, лишь беззвучно раскрывает рот. А Владлен продолжает безжалостно разносить его рассказ. Видимо, только теперь все осознали, что шоу реально и уже сегодня один из них вылетит. Элина скрещивает на груди руки и крепко прижимает к себе, но дрожь никуда не уходит. Кажется, ее трясет даже внутри.

После Бориса выходит Лиза, затем Мишель, Даня… Каждый участник получает свою долю критики и похвалы. Элина буравит взглядом уменьшающуюся стопку и интуитивно понимает, что ее рассказ будет последним. Агония Элины продлится дольше всех. Это месть или Цепешу просто нравится над ней издеваться?

Неизвестно, сколько времени проходит. Слова Цепеша и высказывания участников отходят на второй план, шум в ушах нарастает.

«Хотя бы неделю. Еще одну неделю. Мне нужно успеть сделать так много».

– Элина Одинцова, «Неправильная любовь». – Цепеш держит в руках последний рассказ.

Она встречается с ним взглядом и одно мгновение видит за маской настоящего Владлена. Перед глазами мелькает их встреча в темноте. И поцелуй.

«Черт!»

Элина выходит из круга и делает глубокий вздох. А на камеру Элина принимает кокетливую позу и улыбается уголком рта.

– Я знаю, мой рассказ ужасен, – опережает она Цепеша, прежде чем он успевает сказать хоть слово. Пальчиком проводит по столу, бросает на мужчину кокетливый взгляд. – Но я старалась.

– Элина, детка, я рад, что ты старалась. Но твой рассказ вовсе не так ужасен. Технически он выверен, но я не почувствовал никаких эмоций, хотя ты взялась за сильную тему.

Элина скрипит зубами.

«Опять “детка”!»

– Может быть, если я прочту его вслух, вы что-нибудь ощутите? Я буду читать выразительно… с придыханием. – Она приподнимает бровь.

Цепеш несколько секунд молчит, а потом запрокидывает голову и хохочет.

– Элина, каждый разговор с тобой – это бомба, – отсмеявшись, произносит он. – Нет, читать не надо. Я придумал кое-что другое. Становись обратно, я подведу итоги первого этапа.

Элина, улыбнувшись, возвращается к Регине, которая подпрыгивает от возбуждения.

– Сейчас все решится, – шепчет она, ее глаза блестят.

– Конечно, тебе ведь нечего бояться. Твою работу он похвалил.

– А вдруг это такой план? Чтобы всех запутать…

В ответ Элина только вздыхает. Сейчас и правда все решится. И возможно, если она вылетит, будет только лучше. Ливия ни за что бы не захотела, чтобы ее сестра ввязалась в подобную авантюру.

– Итак, лучшей работой на первом этапе объявляется… – Многозначительная пауза.

Элина равнодушно оглядывает участников. Плевать, кто лучший. Ее волнует другая сторона медали.

– …блестящий рассказ Хелен Райт!

До Элины не сразу доходит, кто именно выиграл первый тур. Но когда рядом с ней раздается оглушительный визг Регины, вопросы отпадают.

– Спасибо! Спасибо!

Девушка едва сдерживается, чтобы не броситься Цепешу на шею. Она краснеет и сразу же бледнеет от волнения. Элина невольно делает шаг назад, потому что энергетика Регины сшибает с ног.

– А теперь грустный момент. – Цепеш закрывает глаза, будто собирается с духом. – Худшей работой первого этапа признана работа… – Он обводит взглядом участников.

И снова проклятая пауза. Элина вскидывает подбородок, стараясь не потерять достоинства. Но тяжело улыбаться, когда нервы натянуты.

– …Бориса.

Выдох. Напряжение сваливается с плеч, и Элина вновь чувствует солнечное тепло, запах пресной воды, шершавый песок в босоножках. Дышать становится легче.

«У меня есть еще неделя. Еще целая…»

– А также рассказ Элины.

Ее будто ударили под дых и выбили из легких весь воздух. Улыбка стекает с лица, несмотря на жару становится холодно. Регина обеспокоенно поддерживает ее под локоть, но Элина не чувствует ее прикосновения. Лишь глазами жадно ловит взгляд Владлена, надеясь найти в нем ответ.

Секунды растягиваются до минут, но постепенно Элина приходит в себя и делает шаг вперед, поравнявшись с дрожащим Борисом.

– Вы же говорили, что на первом этапе уходит только один участник? – холодно интересуется Элина.

Цепеш ухмыляется:

– Верно. Я и не сказал, что вы покидаете проект вдвоем. Пусть вашу судьбу решат зрители.

– Голосование? – Борис пытается совладать с дрожью, но выглядит только нелепее.

– Шанс для одного из вас. Я дам вам задание и три минуты, чтобы его выполнить. А затем путем голосования подписчики определят, кто проходит дальше, а кто едет домой.

– Прекрасно, – цедит Элина. Ее улыбка сейчас, скорее всего, напоминает оскал, и она умоляет Бога дать ей терпения, чтобы не высказать Владлену все, что она о нем думает.

– Итак, – Цепеш достает из кармана брюк мобильный, – я настроил таймер. Задание будет легким. Нужно сочинить одно предложение. Вы должны придумать интригующее начало истории. Всего одна строчка, чтобы сразу зацепить. Буквально десять слов. Дерзайте! Время пошло. – И он запускает таймер.

На экране высвечиваются большие цифры, которые неумолимо отсчитывают секунды. Цепеш показывает телефон на камеру, затем всем участникам, а потом кладет на стол, чтобы Элина и Борис видели, сколько времени у них остается.

Три минуты. Ничтожно малое, смехотворное время.

Элина замечает на заднем фоне ошарашенное лицо Макса, обомлевшего Владимира и Маргариту, замершую на месте. Видимо, такой поворот стал шоком не только для участников. Цепеш умеет удивлять.

Мысли в голове путаются. Пульс учащается, становится невыносимо жарко. Губы Бориса беззвучно шевелятся, парень явно напрягает мозг, чтобы придумать начало несуществующего романа. Элина смотрит на чистое небо.

«Ливия, если ты слышишь меня, помоги».

В голове возникают и толпятся сотни вариантов, но все их Элина уже где-то читала. Смешать и получить нечто свое? Нет, это кажется полным бредом.

– Элина, ты в порядке? Впервые вижу тебя такой взволнованной…

Поддельная забота Цепеша хуже обычной его холодности. С Владленом проще, словно они настроены на один полюс. А вот Цепеш – пустая обертка.

– Все замечательно, – Элина улыбается и присаживается на край стола, – просто голову напекло.

– Ничего, скоро закончим. – Цепеш смотрит на нее с подозрением. – Остается минута. Тебе не надо подумать над заданием?

– Думать? Это такая скука. Я привыкла к экспромту.

– Да, но от этого зависит твое участие в проекте.

– Не переживай, Цепеш, – Элина скрещивает руки на груди, – я не собираюсь бросать тебя после первого свидания.

Мужчина улыбается, но в глубине его синих глаз таится настоящий Владлен, который бы молча посмотрел на нее, даже не скривив губы.

Раздается звон, возвещающий о том, что три минуты истекли. Элина провела их в безнадежной пустоте, отчаявшись зацепиться за хорошую идею.

«Придется сказать глупость…»

Она почти смиряется с неизбежным.

– Борис, ты начнешь первым. Слушаем тебя. – Цепеш засовывает телефон обратно в карман брюк и выжидающе смотрит на бледного парня.

– Этой… – его голос хрипнет, и он громко кашляет, – ночью десантник Егор очнулся в покоях Ивана Грозного. – Борис тараторит фразу на одном дыхании.

– Хм… Неплохо, – ухмыляется Цепеш и смотрит на Элину. – Твоя очередь.

Наверное, впервые за короткие секунды в ее голове разрастается целый ворох мыслей, и губы произносят слова быстрее, чем она их осознает:

– Она убила его перед тем, как поцеловать, – и выдыхает.

– Зачем? – вырывается у Цепеша, но в ответ Элина только улыбается. – Что ж. Хорошо, очень хорошо… – Мужчина поворачивается к камере с широкой улыбкой. – Дорогие подписчики, судьбы Элины и Бориса в ваших руках. Под этим видео будет ссылка на голосование: кто по вашему мнению достоин пройти во второй этап, а кто нет. Завтра в шесть вечера оно закончится и мы подведем итоги, а также вы узнаете, что ждет участников дальше. Шоу «Альтер Эго» – это состязание по-взрослому. Подписывайтесь, ставьте лайки и оставайтесь со мной. С вами был Цепеш.

Как только камеры выключаются, Элину за руку дергает Регина:

– Ты потрясная! Такая спокойная, уверенная в себе. Я бы на твоем месте хлопнулась в обморок.

Вокруг поднимается знакомая суматоха, как всегда после съемки.

– Не надо. В тихом омуте черти водятся. Тебя признали лучшей, и я хочу прочесть твой рассказ. Но позже, – Элина отыскивает взглядом Владлена, – а сейчас мне нужно кое-что узнать.

Мужчина стоит у озера и что-то яростно доказывает брату. Когда Элина подходит ближе, до нее долетают слова, явно не предназначенные для посторонних ушей. Особенно ее.

– …представь, что ее не существует, Володя, и тебе станет легче дышать. Прошлое не вернуть, научись жить настоящим.

– Владлен, – окликает она его тихо и вздрагивает от взгляда холодных глаз, напоминающих льдинки, – можно тебя на минутку?

Элина улыбается Владимиру, но тот выдавливает из себя лишь страдальческую улыбку.

– Что такое? – Владлен подходит ближе, и она вновь улавливает знакомый резкий аромат.

Элина с опасением оглядывается, но все участники заняты обсуждением результатов, и никто не смотрит в их сторону. Не считая Мишель – девушка продолжает стоять на месте, будто съемки продолжаются.

– Твои поклонницы сейчас прожгут меня взглядом.

– Ничем не могу помочь – такова судьба известного блогера. Так о чем ты хотела спросить? – Владлен склоняет голову набок, его взгляд сбегает вниз по телу Элины, затем медленно возвращается к ее глазам.

– Ты мстишь? – Она поджимает губы. – Задание – это месть?

– За что?

– За поцелуй. – Признание дается слишком неохотно.

– За какой поцелуй? – Владлен ухмыляется.

Элина шумно выдыхает:

– Не прикидывайся идиотом. Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

– А-а-а. – Он щелкает пальцами. – Прости, не сразу сообразил. То и поцелуем-то назвать нельзя. Но если ты переживаешь, это не месть, а шоу-бизнес. Мне нужны просмотры, а зрители любят чувствовать свою причастность, вот и все. Ваши с Борисом рассказы оказались самыми слабыми, так пусть подписчики и решат, кого из вас выгнать.

– Жестоко. – Элина старается не смотреть ему в глаза, но взгляд притягивает, как магнитом.

– Жестоко, Элина, – он улыбается, и от его улыбки все внутри замерзает, – зато увлекательно. Кстати, если ты останешься, то на следующей неделе тебя ждут индивидуальные съемки. Подготовься. А тот поцелуй… О нем мы поговорим позже. Сейчас расслабься и отдыхай. Завтра будет тяжелый день.

Он проходит мимо, оставляя Элину в одиночестве. Неужели она добилась, чего хотела?

* * *

Вода в душе успокаивающе журчит, но не может заглушить гнусный голос, который будто раздирает голову изнутри.

«Сдохни, тварь. Сдохни, сдохни, сдохни…»

Откуда он появился, она не знает. Иногда он замолкает и его не слышно целый день. А порой ночь не спишь, потому что слышишь только эти слова: «Сдохни, тварь…»

Она сжимается в комок возле туалета и стискивает ладонями голову, но голос не утихает. Слезы вперемешку с тушью текут по щекам, светлые волосы спутались и лезут в лицо. Острая боль пронзает виски.

Она встает на четвереньки и ползет к душу. Со стоном засовывает голову под ледяной ливень. Холодные капли бьют по голове, волосы тут же намокают и ползут вниз тяжелым покрывалом.

«Сдохни…»

Постепенно голос затихает. Но ненадолго. Вскоре он вернется. Наверное, именно так сходят с ума.