Общепринятая точка зрения заключается в том, что война неизменно и радикально изменяет устоявшиеся модели групповой однородности и солидарности. Обычно предполагается, что начало войны очерчивает более четкие границы между группами по всей линии конфликта, усиливая тем самым внутригрупповую солидарность и однородность по отношению к несущим угрозу внешним группам. В частности, затяжные насильственные конфликты регулярно рассматриваются как повод для интенсивного внутригруппового сплочения на национальной почве. Хотя существуют разногласия по поводу того, предшествуют ли войны и насилие прочным национальным связям и, соответственно, порождают ли их, или же война сама по себе является прямым результатом усиления националистических чувств, практически никто не выказывает сомнений в том, что вспышка войны почти на инстинктивном уровне приводит к укреплению внутригрупповой солидарности и национальной гомогенности. Основная цель данной главы – оспорить эту предполагаемую связь между войной, макроуровневой солидарностью и групповой однородностью. В противовес этому я утверждаю, что национальная гомогенизация и предполагаемая крупномасштабная групповая солидарность, наблюдаемые во время войны и в контексте насильственных конфликтов, не являются автоматическими и неизбежными и не связаны напрямую с войной как таковой. Не являясь причиной или прямым продуктом войны, мнимая солидарность на макроуровне и групповая однородность, демонстрируемые во время жестоких конфликтов, возникают вне этих конфликтов. Другими словами, гомогенизация представляет собой не автоматическую социальную реакцию, а сложный процесс, требующий длительной институциональной работы. Внутригрупповая солидарность – это не то, что происходит «само собой» и возникает естественным образом во время войны. Это спорный и запутанный процесс. Для запуска процессов макроуровневой сплоченности и национальной гомогенизации необходимо еще до начала военных действий обеспечить наличие и полноценное функционирование двух ключевых структурных столпов: центробежной идеологизации и кумулятивной бюрократизации насилия.

В первой части данной главы представлен критический анализ двух доминирующих типов объяснений, связывающих военные действия с групповой однородностью, а во второй части – альтернативная интерпретация.