Когда сын Марии Волконской читал Николаю Некрасову «Записки», сделанные матерью в Сибири, поэт несколько раз вскакивал и, обхватив голову руками, плакал как ребёнок. Так поразил его полный страданий путь этой удивительной женщины. А вскоре вся Россия плакала над посвящённой княгине Волконской второй частью поэмы Некрасова «Русские женщины». Были и другие поэтические строки…
Мы с тобой становимся свидетелями двух путешествий, вошедших в историю России.
По пыльной дороге к Таганрогу мчатся три экипажа. Это путешествует семья героя войны двенадцатого года генерала Раевского. А с ними друзья – среди которых Пушкин, сосланный императором на юг за вольнолюбивые стихи.
Вдали блеснула полоска моря. Кареты останавливаются. Из одной грациозно выпрыгивает прелестная пятнадцатилетняя девушка. На её смуглых щеках горит румянец. Пронизывающие глаза полны огня. Ветер ласкает её густые чёрные волосы. Забавляясь, играет она в догонялки с волной.
Великий поэт наблюдает за девушкой. В его душе рождаются бессмертные строки:
Как я завидовал волнам,
Бегущим бурной чередою
С любовью лечь к её ногам!
Мария возвращается в экипаж. Говорит сестре:
– Александр Сергеевич облекает в поэзию всё, что видит, – и раскрывает томик стихотворений.
– Ты опять перечитываешь Байрона, – замечает Софья.
С ранних лет огромная домашняя библиотека стала любимым местом Марии. Французский и английский языки девочка знает лучше родного. Она великолепно музицирует и поёт. Неудивительно, что Мария так богато одарена. По материнской линии её прадед – великий Ломоносов. От отца эта живая, остроумная девочка унаследовала несгибаемую твёрдость характера.
«Кто кладёт голову свою на плаху за свои убеждения, тот истинно любит отечество».
И опять Мария в дороге, но теперь она едет не в карете с близкими, а одна в жалкой кибитке. Не рокот волн слышит двадцатиоднолетняя женщина, а вой метели. Желая облегчить невыносимо тяжёлое положение народа, лучшие представители своего времени вышли на Сенатскую площадь. Николай I жестоко расправился с декабристами. Мария, оставив годовалого сына на попечение семьи, отправилась за мужем на каторгу.
Князя Сергея Григорьевича Волконского до свадьбы она почти не знала. Она провела с супругом лишь три месяца. Но, узнав о его аресте, решила разделить судьбу государственного преступника. Отец, горячо любящий дочь, пообещал проклясть её, если она не вернётся через год.
В Иркутске губернатор пытался удержать Марию:
– Подумайте, какие условия вы должны подписать!
– Я подпишу их не читая! – Таков был её ответ.
Теперь она не княгиня – жена ссыльнокаторжного, без прав, без защиты, без состояния.
В Благодатской тюрьме к ней бросился муж. Мария упала на колени и поцеловала его кандалы. На другой день Волконская совершила «сошествие в ад»: без разрешения спустилась в рудник. Смелая женщина передала декабристам письма от родных.
Раньше княгиня Екатерина Трубецкая ходила по плитам, принадлежавшим Нерону, в родительском доме, а теперь тоже приехала в Сибирь. Здесь дом декабристок – тесная дымная изба. Лёжа на полу, Мария головой касается стены, а ногами упирается в дверь. Их обед – кусок чёрного хлеба и квас. От ужина женщины отказываются, чтобы получше накормить каторжан. Княгини сами метут пол, готовят еду. Но не о себе их думы.
«…Не следует никогда ни падать духом, ни распускаться».
Не зря каторжане прозвали Волконскую и Трубецкую ангелами. Декабристам запрещено писать близким. У них нет никакой помощи. За них пишут письма мужественные женщины, через них осуждённым идут посылки. Помогают аристократки и простым каторжанам. Сердца их разрываются, когда они видят полураздетых людей, дрожащих от холода. Из своих скудных средств жёны декабристов выделяют деньги, чтобы пошить им рубашки. Нет. Напрасно пугали их грубостью нрава простого народа. Каторжане обожают княгинь. Русский Робин Гуд, разбойник Орлов, становится на колени перед Волконской, не побоявшейся оказать ему помощь. Деревенским детям рассказывает она священную историю. И каждую свободную минуту бежит к каземату. Садится на камень и напряжённо смотрит на мрачные стены. Лишь два раза в неделю ей разрешено свидание с мужем.
В Петровске по повелению императора для декабристов выстроили особую тюрьму – без окон. Но в душе Марии звучат бессмертные строки: «Любовь и дружество до вас дойдут сквозь мрачные затворы…» Именно с нею Пушкин хотел передать своё «Послание к узникам». Но Мария уехала чуть раньше. Одоевский написал поэтический ответ Пушкину: «Мечи скуём мы из цепей».
Волконские смогли приехать в Москву только с восшествием на престол Александра II. Светлый образ супруги, которая под жестокими ветрами Сибири пронесла в сердце венчальную свечу, сияет сквозь время. Марию и Сергея, действительно, разлучила только смерть…
Из кандалов мужа княгине Волконской сделали перстень. На нём – крест как знак её крестного пути, который продлился в Сибири почти тридцать лет.