Итогом неблагоприятного воспитания становится нарушение привязанности, или, другими словами, травма привязанности. Исследования этой темы начинал еще дедушка Фрейд, а основоположником того варианта теории, которую мы используем по сей день, является английский психиатр и психоаналитик Джон Боулби.
С раннего детства у Джона не было близких отношений с мамой. Может быть, именно поэтому его так интересовали вопросы разлуки и связанной с этим травмы. Исследование привело ученого к созданию одной из основополагающих психологических теорий ХХ века – теории привязанности.
Как она появилась? После школы Джон поступил в Кембридж на медицинский факультет. Но после первого курса он бросил учебу и два года проработал в школе для подростков из неблагополучных семей. В далеком 1946 году вышла первая публикация Джона Боулби «Сорок четыре малолетних вора: их характеры и жизнь дома», посвященная воздействию окружения на развитие ребенка.
В статье он рассказывал о том, какое влияние оказывает потеря эмоциональной связи с мамой на поведение детей в будущем. Боулби обнаружил, что малыши, которые растут в детских домах и сиротских приютах, часто страдают от эмоциональных проблем, в частности неспособности устанавливать близкие отношения.
Ученый предположил, это связано с тем, что на раннем этапе жизни у них нет возможности эмоционально привязаться к материнской фигуре. Идея стала ключевой для теории привязанности, а сама концепция в итоге повлияла на подход к воспитанию детей во всем мире, сделав его более гуманным. Боулби первым стал говорить, что тип эмоциональной связи, которая установилась между матерью и ребенком до трех лет, определяет модель всех последующих отношений в жизни человека. Поэтому безмерно важно не упустить это время.
Ряд ученых: Шор, Ван дер Колк, Сигел, Де Беллис, Гуннар, Перри – пришли к выводу, что предрасположенность к психологии жертвы как жизненной стратегии нужно искать на ранних этапах жизни. Все они писали о том, что детская травма и отсутствие чуткого взрослого способствуют формированию жертвенности.
Джон Боулби подтвердил своими исследованиями, что если рядом с ребенком есть чуткий и отзывчивый взрослый, то малыш будет использовать его в качестве «надежной базы» для исследования мира других людей. В будущем тип привязанности определит наши схемы поведения в отношениях и защитные реакции. Боулби и его ученица Мэри Эйнсворт выявили четыре типа привязанности: надежный, избегающий, тревожный и дезорганизованный.
Тест
на тип привязанности
Прочитайте все утверждения и выберите, какое из них соответствует вашим ощущениям.
Тревожная привязанность. «Для меня близость – это процесс трудный и выматывающий».
Избегающая привязанность. «Мне не по себе от близости, свобода для меня важнее».
Дезорганизованная привязанность. «Я и сам(а) не знаю, чего от себя ожидать, – как будто мои чувства живут отдельно: сегодня люблю, завтра ненавижу».
Надежная привязанность. «Мне легко доверять другим и сближаться с ними».
А теперь, когда вы определились, к какому типу относитесь, мы поговорим о них подробнее.
Такой тип привязанности возникает, когда мама ругает малыша, если он что‐то от нее хочет. И тогда ребенок чувствует, что он одинок и когда мать рядом, и когда ее нет. Взрослые с этим типом ко всем относятся настороженно. У них постоянно крутятся мысли: «наверняка они хотят меня задеть», или «муж точно мне изменит», или «начальник вечно мной недоволен». Они везде ищут подвох, поэтому невероятно чувствительны к изменениям, чужим чувствам, да и вообще к любым деталям.
Приведу пример: муж уходит в выходной, чтобы помочь маме собрать комод. Жена начинает раздражаться и строить в голове гипотезы, что «он ушел по бабам» или «он только и ждет, чтобы бросить меня» и т. п.
А когда муж возвращается и хвалит мамины пирожки, она взрывается: «Можешь вообще больше не приходить, живи с мамой, раз тебе у нее лучше». Женщине как будто плохо и с мужем, и без него.
Тревожный тип находится в постоянном напряжении и страхе: вдруг что‐то пойдет не так, вдруг бросят. Такой человек готов в любой момент сорваться на гнев и постоянно чувствует неудовлетворенность. Ему не хватает стойкости и навыков адаптации к сложностям. Люди с тревожным типом привязанности более уязвимы перед жизненными неурядицами. Причина этого в том, что у них нет опыта наличия «за спиной» надежного взрослого, который в них верит. Как вы наверняка уже поняли, тревожный тип привязанности напрямую коррелирует с психологией жертвы.
Для представителей этого типа важнее всего эмоциональная близость с партнером. При этом им кажется, что они не нужны родным так сильно, как те им. Люди с тревожным типом привязанности не верят, что достаточно хороши, чтобы быть с ними в отношениях, и очень боятся, что их бросят. От страха они сами могут пугать других людей излишне навязчивой дружбой или любовью.
Яркий пример тревожного типа привязанности и психологии жертвы – Кэрри Брэдшоу из популярного сериала «Секс в большом городе»[28]. У Кэрри нет внутренней опоры. Она считает, что недостойна лучшего мужчины. Бросает хорошего, любящего ее парня ради Мистера Бига, который изменяет, водит за нос, считает Кэрри запасным аэродромом. Но она пишет о нем колонки, страдает, ищет мотивы его поступков и почти круглосуточно обсуждает его действия с подругами.
Биг говорит, что не хочет жениться, но Кэрри нужен только он. Она верит, что сможет его изменить, – стопроцентно жертвенное чувство. Мистер Биг – как раз представитель избегающего типа привязанности. Он боится близости, годами тянет со свадьбой, в результате чего она в итоге срывается. Периодически он подкидывает Кэрри толику надежды, как косточку голодной собаке, и с каждой «косточкой» она все больше от него зависит.
Возникает у ребенка, если мама эмоционально отключалась от него, не поддерживала и не сопереживала. Возможно, она просто была далеко, например жила в другом городе или приходила домой, когда малыш уже спал. В такой семье у ребенка формируется представление: мои переживания, моя боль, мои успехи не имеют значения. Первое послание, которое он усвоил: «Ничего не проси!»
Он учится держаться от людей подальше, не вступать в отношения. Потому что привык, что это приводит к отвержению, чувству покинутости и одиночества. Да, ему предстоит всю жизнь провести в поисках близости, но страх получить отвержение окажется сильнее, поэтому он будет избегать контакта. Такие люди создают отношения на расстоянии или несколько параллельных связей – им так безопаснее.
На днях я посмотрела ролик «Ждули» на «Ютубе»: про женщин, которые знакомятся с мужчинами, отбывающими наказание в местах лишения свободы, и вступают с ними в отношения. Годами возят им передачки, приходят на свидания, присылают деньги и даже выходят замуж прямо на зоне – вроде отношения, а вроде и нет. Мужчина очень далеко и будет там долго, – шаблон понятный и эмоционально не перегружающий – скажем, встреча на час раз в месяц. Это идеально подходит для женщины с избегающей привязанностью. Безопасный вариант близости. «Безопасный», конечно, звучит забавно, когда речь идет про осужденных. Но это действительно эмоционально безопаснее, чем реальный партнер, который каждый день дома.
Что касается мужчин, у обладателей избегающего типа зачастую много девушек. Но как только речь заходит о серьезном шаге – женитьбе, детях, они стараются улизнуть или создают семью для вида: «Я сделал все как положено», продолжая при этом вести свободную жизнь.
Людям с избегающим типом привязанности сложно справляться со своими чувствами, а с сильными эмоциями партнера они вообще не знают что делать. В ответ на злость, обиду или раздражение близкого им человека не будут проявлять поддержку, они, наоборот, предпочтут дистанцироваться. Избегающий на то и избегающий, чтобы избегать. Партнеры, которые выстраивают с ними отношения, постоянно ранятся об это. Особенно люди с тревожным типом привязанности.
Это самый сложный, самый редкий (не более 5 % людей) и самый болезненный тип привязанности. Он, к сожалению, присущ людям очень травмированным. Этот тип формируется у детей, которые вместо поддержки получали от родителей эмоциональное и/или физическое насилие. То есть, если ребенок упал, мама не жалела его, а наказывала. Это часто встречается в семьях алкоголиков или наркоманов.
Для таких людей любовь и близость – это боль, отвержение, унижение и другие тяжелые и негативные переживания. Они склонны к саморазрушению – алкоголь, наркотики, физическое самоповреждение, так что в 100 % случаев демонстрируют жертвенное поведение. Их эмоции хаотично переключаются от любви до ненависти и обратно: человек, который только что клялся вам в любви, уже чуть ли не презирает вас. Они настойчиво и навязчиво добиваются партнера, а потом резко бросают, зачастую применяя насилие. Пример из киноперсонажей: Уилл Хантинг из фильма «Умница Уилл Хантинг»[29].
Если ребенка в детстве поддерживали, успокаивали, помогали разобраться с чувствами, учили управлять ими, то у него сформировался надежный тип привязанности. Это самый здоровый тип. Надежная привязанность стимулирует развитие мозга, что развивает навык справляться с эмоциональными вызовами на протяжении всей жизни. Здоровые отношения мамы и ребенка сами по себе способствуют нормальному развитию мозга и нервной системы.
Такой человек чувствует себя любимым и достойным любви. Он понимает свои чувства и считывает эмоции других. Способен говорить о них, если возникают какие‐то проблемы. При этом он совершенно не боится быть отвергнутым, его не пугает критика, он не тревожится, что его не примут или не так поймут.
Представитель надежного типа – Шарлотта из «Секса в большом городе», поэтому и брак у нее самый счастливый и самый «живучий».
Она не считает себя недостойной любви, как Миранда и Кэрри, не оправдывает странных мужчин тем, что «с ней что‐то не так». Знает, чего хочет. У Шарлотты высокая самооценка. Она не делает ради мужчин того, что не хочет, хоть и мечтает о замужестве.
К счастью, младенчество – все же не единственный шанс обрести здоровую привязанность. Мы можем компенсировать ранние травмы, уже будучи взрослыми, – для этого я и написала книгу, в которой предложу вам самые революционные методы выхода на светлую полосу жизни. Так что заварите себе чайку или кофейку в честь этой прекрасной новости, а мы продолжаем наш путь и разберем, к чему приводит неэкологичное воспитание.