Есть двери, открывающиеся не только ключом.

Дворец Алого заката

Несколько часов назад

– Наконец-то, – прошептала я, выдохнув облачко пара в холодный прибрежный воздух. – Купол снят.

Принц Рейн, все это время шагавший вдоль скалистого выступа, замер и удовлетворенно кивнул.

– Александр и Кристен справились.

– Еще бы.

Мой дракон, вожак огненной стаи, от нетерпения хлопнул крыльями цвета расплавленного золота. Киса ответил коротким вскриком.

– Сейчас, дружище, – успокаивающе произнес Рейн. – Прежде чем мы начнем, Аиса… У меня к тебе встречная просьба.

Я прервала заклинание на полуслове. Неужели мы что-то упустили?

– Встречная?.. Какая?

Дядя улыбнулся, ласково и устало.

– Выживи.

Проследив взглядом траекторию их с Кисой полета, я покачала головой. Рейн припомнил мне наш разговор в каюте, один из редких моментов, когда я позволяла себе быть… живой. Но сейчас меня волновали чужие жизни. Тысячи существ, которые сегодня будут сражаться за сопротивление.

А некоторые – умирать.

Переправлять армию под носом у имперцев – все равно что рассыпать зерно перед стаей голодных ворон. Если бы не отвлекающий маневр, первые три сотни бойцов были бы стерты с лица земли еще до того, как успели бы сделать шаг.

Поэтому флот Рейна атаковал гавань, а наши драконы – огненные и черные – поднялись в небо, чтобы связать в бою имперских дитто на зеленых драконах. Пока враг будет смотреть вокруг и вверх, я должна переправить войска к стенам дворца Алого заката.

Не меньше дюжины циклов, по три портала в каждом, и паузы – не передышки – лишь для того, чтобы вновь прочесть заклинание. Ни один маг прежде не делал ничего подобного, но вместо собственной исключительности я ощущала ужас.

Потому что если силы внезапно иссякнут, меня просто некем будет заменить.

Сосредоточившись, я начала сначала.

Реальность трещала под моими пальцами, но слова заклинания не давали ей расползтись. Портал в Бастарию медленно, постепенно открылся. Не просто дыра, а выверенное устье, через которое можно переправить армию, не разорвав пространство в клочья. Каждый проходящий должен стать частью его структуры. Иначе портал рухнет – и похоронит всех под собой.

– Первый десяток – вперед! – скомандовала я.

Из тьмы выступили некроманты в черных доспехах; руны на рукавах мерцали холодным серебром. Они шли не торопясь: знали, что я должна вплести их ауры в кромку портала – по одному, как нить в ткань. Следом шагали фарффлы – невысокие, рогатые, покрытые короткой мягкой шерстью. Они двигались осторожно, почти церемонно, будто каждый из них нес на голове чашу с водой. Именно такой темп – ни быстрее, ни медленнее – лучше всего регулировал поток магии. За ними шли целители с обозами трав и бинтов, лучники с тугими колчанами, тяжелая пехота со щитами, способными выдержать и удар, и страх.

А потом появились маррдеры.

На ходу поправляя плащ, Эрнесто первым выплыл на брусчатку нижних кварталов. Его воины – молчаливые, гибкие, как тени, – скользнули следом. Они не строились в шеренги и колонны. Они растворялись – в переулках, в подвалах, в лестничных шахтах. Там, где пехота бессильна, где не поможет даже драконье пламя, – пройдут они.

Я отдала очередную команду, и по рынку рассредоточился отряд Асиры. Волчица шла с высоко поднятой головой, глаза горели. Ее воины держали в руках не только мечи, но и целебные ампулы, носилки, запасы крови. Они должны помогать раненым – и в первую очередь Эжену, если он еще жив. «Мы пойдем за своим вожаком», – сказала Асира в каюте. И теперь шла – не в атаку, а по ее кровавым следам.

Через портал, ведущий к столичным мануфактурам, прошли онемасы под предводительством Мойры – молчаливые, в серебристых узорчатых доспехах. Они не вступали в бой. Они поднялись на крыши ближайших зданий и начали подавлять магию врага – тихо, точно, как хирурги. Каждый их жест гасил защитные руны на стенах, сбивал наведенные заклятия, ослеплял верных императору дитто и их зеленых драконов.

Я резко выдохнула, закрыв уже шестой цикл перемещений. Драконы – с обеих сторон – скоро станут непредсказуемы. Нужно закончить дело, пока принцесса Аниса не провела свой ритуал.

Вдалеке, за стеной дыма и огня, флот Рейна наносил удар по императорской эскадре. Я не видела кораблей, но слышала – глухие раскаты артиллерии доносились с моря как отдаленное сердцебиение. Флот держал береговые батареи и резервы в напряжении, не давал им подкрепить площадь.

Все шло по плану. Пока что. Я хорошо держалась. Отец гордился бы мной.

Раз – очертить границы, четкие, как лезвие.

Два – выстроить каркас, что держит небо над землей.

Три – задать ритм. Тот самый, что заставляет даже камень слушаться моей магии.

Порталы работали. Но с каждой сотней перемещенных из Бастарии воинов мои руки становились все тяжелее, а под языком густел мерзкий соленый привкус. К третьему часу я едва чувствовала свои пальцы; перестал помогать даже мамин медальон. Постепенно стихали все звуки, кроме голосов.

Мойра. Асира. Эрнесто. Давин, ученик Аллистира, молодой и отважный. А громче, отчаяннее прочих – сам Аллистир.

Он принял командование наземными силами, как мы и договаривались. Его голос раскатами грома разносился над городом.

– Некроманты! Ломайте строй врага! Не добивать без нужды! Время! Вперед!

– Стена щитов! – подхватил Давин. – Плотнее! Зеленых подрезаем только на расстоянии копья!

Дитто императора уже кружили над площадью, полосуя небо огнем. Но некроманты не задирали головы. Аллистир запретил: «Кто смотрит на драконов – теряет строй».

С юга, над крышами, взметнулись огненные. Мои. Каждый – как язык пламени, вырвавшийся из кузни. А выше, у самого края облаков, висел черный клин – драконы Рейна. Он командовал ими молча. Ему не нужно было кричать. Хватало одного лишь присутствия.

Атаки зеленых драконов захлебывались одна за другой: когда они изрыгали пламя, онемасы создавали «провалы» – участки, где воздух будто выкачивали. Задыхаясь, огонь быстро гас. И возникал снова – уже с нашей стороны.

– Щиты – на четверть вверх! – кричал Аллистир. – Шип под пятку врагу!

Некроманты работали идеально. Под ногами имперцев земля становилась вязкой, как мокрая глина. Те спотыкались, теряли ритм – и в эту долю секунды наш черный клин врывался в разорванный строй, как нож в плоть.

Я видела все с высоты своего поста. Мы прорывались к дворцу – по земле, по небу, через порталы. Астраэль Фуркаго стянул в город свои лучшие войска, но это не спасало. Их становилось все меньше. А нас – все больше.

– Последние полсотни! – крикнула я, чувствуя, как разрастается боль в груди.

Наконец из разрыва вышли подводы для раненых. Тихо. Неотвратимо.

– Закрываю порталы!

Я собрала остатки магии там, где билось мое сердце, и провела ладонями по кромке врат – коротко, точно, как ножом по льду. Свет сполз слоями. Гул стянулся в звон, тонкий, как струна, – и заглох. Тишина легла на мир как благословение.

Но моя работа не кончилась. Просто сменился инструмент.

Я бросилась к обрыву. Впереди, в воздухе, кружила моя стая. Вожак взревел, приветствуя меня. Я прыгнула, ухватилась за шипы на его загривке, и он поднялся к облакам одним мощным взмахом крыльев.

– Давай, друг, – сказала я. – Покажем им, что такое настоящий огонь.

Мы рванули в небо. Под нами Аллистир поднял руку – и армия двинулась вперед, как единое тело. Щиты – грудная клетка. Копья – хребет. Обозы – сухожилия.

Небо раскололось надвое: то, что над столицей, – бледное, с болезненной зеленцой. И наша половина – рассветная, призвавшая на помощь черноту ночи.

Внизу часто дышала площадь, истерзанная тенями драконьих крыльев. Дворец. Аниса. Винсент.

Рейн уже вел свою стаю к сердцу города, больше не защищенному куполом. Теперь там царили крики и огненные всполохи. Эрнесто исчез в лабиринтах подземелий. Онемасы гасили последние руны на башнях. Ликариласы вытаскивали раненых из-под обломков. А с моря все еще доносились глухие раскаты – флот не давал врагу перебросить резервы.

Я прильнула к широкой спине дракона и коснулась горячей чешуи. Он вскрикнул, призывая сородичей прорвать зеленый клин.