Настроение главы: SkyDxddy — Choker

Лидия

Высадив меня у своего дома, Риэль дождался, когда я войду внутрь. Я не стала спрашивать, почему он не пошёл со мной. Тот факт, что его не будет какое-то время, обрадовал меня, несмотря на всё происходящее.

Несколько часов в одиночестве куда притягательнее, чем его недовольное лицо. Не стоило провоцировать больного Верховного, но я приняла решение, что больше не лягу с ним в одну кровать.

Отсутствие хозяина дома способствовало тому, что я выбрала себе новую комнату, пустую, само собой.

От спальни Риэля веяло необъяснимым холодом, а в новом помещении даже без мебели чувствовалось нечто другое. Окно выходило во двор, и свет ложился мягче, чем в остальных помещениях. Пол был покрыт внушительным слоем пыли, но даже это не оттолкнуло. Напротив, пыль показалась честной — признаком того, что сюда давно не заглядывали. Что это место никому не нужно. А значит, на время — моё.

Я села прямо на пол, прислонившись к стене, не заботясь о чистоте. Впервые за день мне не хотелось никуда бежать. Я достала телефон и начала методично заказывать всё необходимое в каталоге мебельного интернет-магазина.

Решила обойтись без кровати. Вместо неё выбрала надувной матрас. Такой, который не жалко оставить. Новое постельное бельё, много подушек — чтобы можно было выстроить вокруг себя мягкую крепость. В довесок выбрала небольшой столик, пару цветов в горшках, нелепое кресло в форме облака, три картины с изображением каких-то мотивирующих надписей и высокий абажур в форме жирафа.

Доставку обещали привезти через пару часов. Я очень рассчитывала, что Кронвейн не появится раньше — хотелось сделать вид, что у меня есть личное пространство, пусть и временное.

Решив, что сидеть без дела — худшее из возможных занятий, я отправилась на кухню. В нижнем шкафу нашлась чистая тряпка, перчатки и средство для уборки.

В комнате я начала с пола и подоконника, потом перешла к стенам. Гардеробная оказалась небольшой, закрытой, и от этого особенно неприятной. Пыль осела даже на вешалках внутри шкафа, на металлических перекладинах и пустых полках, словно время здесь просто остановилось.

Рядом обнаружилась компактная ванная. Ничего лишнего — стеклянная перегородка, тёмная плитка, смеситель без следов износа. Я вымыла всё до скрипа, включила воду, проверяя, что это место действительно функционирует, а не является декорацией.

Когда я закончила, комната наконец-то начала напоминать что-то живое. Мою крепость. Пусть временную, но уже не чужую.

К этому моменту приехали грузчики. Я спустилась к ним и указывала, куда ставить коробки.

Когда на улице стемнело, я уже обустроила пространство настолько, что оно стало уютным для жизни. Улыбнувшись своим стараниям, я отправилась в ванную, быстро смыла с себя липкость, переоделась в пижаму и вышла.

— Что это?

Я вздрогнула, услышав голос Кронвейна. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, но внутрь не вошёл. Глаза зацепились за рубашку, расстёгнутую на несколько пуговиц, и закрасные следы от помады на воротнике. Его белые волосы были в непривычном беспорядке. Очевидно, господин Верховный был с женщиной.

И что-то мне подсказывало, что я знала, с кем именно. На конференции я заметила, как Юриэль пялится на него, как поджимает губы, глядя на наши сцепленные руки. От меня не ускользнуло, как близко она наклонилась к нему, шепча что-то на ухо. Слишком откровенно для обычных коллег… хотя отрицать очевидное было глупо. Она действительно была красивой женщиной.

Её выбеленные волосы всегда были уложены безупречно, казалось ни один локон не имел права выбиться из общей картины. Голубые глаза были светлыми, прозрачными, почти ледяными, но при этом цепкими.

Юриэль казалась той самой женщиной, рядом с которой мужчины забывают, кто они и кому что должны. Насколько я знала, Юриэль была замужем за каким-то бизнесменом. И Кронвейн спал именно с ней…

Что-то жалкое пискнуло внутри, но я сжала руки в кулаки, не позволяя этому завладеть мной. Какая разница, с кем он трахается, лишь бы не доставал меня.

— Я буду спать здесь, — выдержав его жестокий взгляд, уверенно ответила я.

— Выйди отсюда. Сейчас же, — Риэль протянул руку, будто я идиотка, чтобы принять её.

Тот факт, что он до сих пор не вытащил меня силой, наталкивал на мысль, показавшуюся абсурдной. Он не может или не хочет даже переступать порог этого места. Почему?

— Хватит. Ты едва не убил меня, и я не намерена испытывать подобное снова. Я ни за что не лягу в одну кровать с тобой, — глаза снова зацепились за помаду, но я не позволила им задерживаться. — Да и вряд ли моё присутствие что-то изменит.

Кронвейн сощурился и подался вперёд. Я боялась, что он сократит расстояние и всё-таки схватит меня за волосы, просто чтобы доказать, что способен на большее. Но удивив меня, он молча развернулся и ушёл.

Сдаётся, что моя провокация выйдет боком чуть позже, но эту ночь я отстояла.

Следующее утро выдалось на удивление приятным. Меня не мучили кошмары, да и матрас оказался удобнее, чем я предполагала. Если бы не то, что я по-прежнему была в доме Кронвейна, я бы даже улыбнулась.

Надев строгое приталенное платье, я затянула волосы в высокий хвост и вышла из укрытия (предварительно выглянув из-за угла и прислушавшись, чтобы поблизости не оказалось господина мудака).

Туфли пришлось взять в руки, чтобы стук каблуков не разбудил хищника. Я осторожно спустилась по лестнице, почти добралась до выхода и поставила обувь, чтобы скользнуть в неё, но…

Почему всегда какое-то «но»?! Почему мне так не везёт?

— Куда собралась в такую рань? — Риэль схватил меня за талию, прижимая к себе.

Моя спина упиралась в его грудь. Поза выглядела так, словно мы не ненавидели друг друга, а застыли в моменте, который легко можно было принять за интимный. Слишком легко — для любого, кто увидел бы нас со стороны.

Я стиснула зубы, напоминая себе, что это лишь очередная игра на нервах, очередная попытка напомнить, кто здесь сильнее. И всё же раздражало именно то, насколько двусмысленно это выглядело, будто он намеренно ставил меня в положение, где любое движение только усугубляло ситуацию.

— Я хочу навестить Венеру перед работой.

Это была правда. Мне нужно было объясниться перед матерью и незаметно узнать, почему на нашей почте не было никаких предложений от Эреба. Сейчас это уже ничего не изменит, но сам факт не давал мне покоя.

Кронвейн развернул меня. Слишком близко. Пришлось опустить глаза, чтобы не смотреть на него. Ткань серой футболки казалась более увлекательной, чем лицо, в котором кроме ненависти ничего не было.

— Поехать с тобой? — непривычно мягко поинтересовался Риэль. Вторая рука непринуждённо коснулась кончика моего хвоста.

Какого чёрта он затеял?

Верховный, говорящий сладким голосом и не пытающийся меня задушить, почему-то пугал сильнее, чем прежний. От того хотя бы было понятно, чего ожидать.

— Нет. Я хочу поговорить с матерью без свидетелей. Риэль… ты не мог бы не трогать меня?

Его пальцы чуть сжались, выдавая истинную реакцию.

— М-м-м, я ведь твой муж.

— Пожалуйста, хватит, — выставив ладони, я попыталась оттолкнуть его, но без толку — оказалась прижатой к нему сильнее. — Я знаю, какую игру ты ведёшь, и у тебя прекрасно получается. Снимаю шляпу, ты превзошёл мои ожидания за каких-то пару дней.

— Змейка, я даже не начинал, — прошептал Риэль, проводя носом по моей шее.

— Чего ты хочешь? Я ведь уже подписала твой контракт.

— Почему ты выбрала именно ту комнату? — ожидаемо не ответив, он задал свой вопрос.

Всё-таки пришлось посмотреть на него — из-за глупой надежды, что мне послышалось. Только выражение Кронвейна не выдавало ничего. Абсолютно. На лице застыла непроницаемая маска полного безразличия.

Он молча сверлил меня взглядом, а я пыталась сообразить, реально ли это прозвучало, или я схожу с ума.

— Она показалась мне самой живой из всех.

— Я хочу спать с тобой, — непринуждённо заявил Риэль, а я не сдержала ухмылку.

— Ты и так получил больше, чем было оговорено в контракте, Кронвейн. Понимаю твоё желание превратить мою жизнь в ад, но я отказываюсь. Твоя спальня слишком… неуютная.

— Давай займём любую другую?

— Я уже заняла. Чего ты ко мне привязался? У тебя есть с кем спать, отвали, — собрав все силы, я смогла отстраниться, но он вновь схватил.

На этот раз он толкнул меня к стене и прижал своим телом так, чтобы у меня наверняка не осталось возможности выбраться.

— Ты ревнуешь, моя маленькая змейка? Одно твоё слово, и я буду трахать только тебя.

— Меня не касается твоя интимная жизнь, Риэль. И уж тем более я не собираюсь просить о таких глупостях. Давай признаем, что кроме ненависти, между нами не может быть ничего…

Кронвейн убрал руки и сделал шаг назад, позволяя воздуху ворваться в мои лёгкие.

— Напомни, когда ты стояла на коленях передо мной, где была твоя ненависть?

— Я спасала своего брата! — ногти впились в кожу, когда я до хруста сжала кулаки.

Это был вопрос времени. Я наивно думала, что мы не будем возвращаться к прошлому, но это была очередная иллюзия. Чтобы Риэль упустил возможность напомнить о моём унижении? Да никогда!

— Пытаешься вызвать у меня вину за то, что отсосала тебе, чтобы спасти своего брата? — Я рассмеялась, надавливая на глазницы, чтобы слёзы не побежали в неподходящий момент. — Это низко даже для тебя, Кронвейн. Считаешь меня грязной шлюхой за это? Вот тебе новость: я бы переспала с любым, кто мог спасти моих близких.

— С любым? — медленно повторил он, а я ощутила, что это не к добру.

— А ты что, надеялся, что ты особенный? — смех получился злым и отчаянным. — Я виню не себя за то, что пошла на это, а тебя за то, что воспользовался. Ты — ничтожество. Не смей заикаться о чём-то, что не касается пунктов твоего сраного контракта!

Плотину прорвало. Я дрожала от ярости, рвущейся бесконтрольно. Страх перед ним отошёл на второй план. Страшно только в моменте, когда руки перекрывают дыхание, а в остальном…

Моё настроение снова стало нестабильным, и это было очень плохо. Вчерашняя кровь ненадолго утихомирила нервы, но чтобы стабилизировать состояние, этого мало.

— Отчего ты осмелела, serpens? Подумала, что если я позволил тебе переночевать отдельно, то это даёт право говорить таким тоном? Хочешь, я напомню, почему ты подписала контракт?

— Не утруждайся.

— Тогда захлопни свой рот и впредь не смей повышать голос. Я устал от тебя и больше не буду предупреждать. Ещё одна выходка, и я клянусь, что…

Телефон в моей сумочке удачно зазвонил. Боги точно сегодня были благосклонны ко мне. Воспользовавшись тем, что он прервал свою мотивирующую речь, я быстро надела туфли и вылетела из дома.

Уже в машине я вытащила мобильный, который не прекращал трезвонить.

— Слушаю, — рявкнула я, удерживая телефон между плечом и ухом, одновременно нажимая на газ.

— Кхм, я, наверное, не вовремя, — послышался незнакомый голос.

— Наверное… Кто это?

— Извини, Лидия, я ещё не привык к разнице во времени. В Сареме уже полдень. Это Эреб.

Отчего-то на душе вдруг стало тепло. Наверное, потому что я услышала не удушающую холодность Кронвейна, а что-то обыденное.

— Откуда у тебя мой номер, Эреб? — усаживая телефон на крепление, я включила громкую связь, чтобы не отвлекаться от дороги.

— Попросил вчера у твоего отца. Стоило написать для начала — я как-то не подумал.

Лёгкая улыбка тронула губы. Беспокойство Эреба почему-то смогло развеять тьму Риэля за какие-то пару фраз.

— Всё в порядке. Так зачем ты звонишь в такую рань?

— Вообще-то я по делу. В ИКВИ есть актиры, которым нужна кровь на постоянной основе. Раньше контракт был непосредственно с Верховными, обеспечивающими поставки, но я решил обратиться за помощью к тебе.

— Ко мне? — зачем-то переспросила я. — Чем я могу тебе помочь?

— Эрих сказал, что ты занимаешься логистикой. Как насчёт заключить договор напрямую с вашей корпорацией? Верховные не возражают: им нужны только отчёты и гарантия, что кровь будет легальной, донорской.

— Я пока не готова ответить…

— Именно поэтому я хотел пригласить тебя на деловой обед.

Желание согласиться было таким, что я едва не ответила положительно. Но очень вовремя в голове мелькнуло предостережение Кронвейна о том, чтобы я не смела подходить к другим мужчинам. Усугублять своё положение сильнее я не могла.

— Прости, Эреб, я не могу. Но предлагаю тебе встретиться с моей помощницей. Вы можете обсудить все детали.

Повисла неловкая пауза, которую я ощутила даже через динамик.

— Я могу скинуть ей твои контакты, она позвонит…

— Да, благодарю, — Эреб шумно выдохнул. — У меня нет никаких шансов, да?

— Сам понимаешь, я замужняя женщина…

— Я не зову тебя нарушать обещания, Лидия, — добавил Эреб чуть мягче. — Я лишь говорю, что у тебя всегда есть право выбирать. Ну, во всяком случае, деловой ужин не является чем-то предосудительным.

Если бы всё было так просто. Надо мной висело обязательство, тяжести которого я не понимала до конца. Союз в обмен на свободу Демиана и Розы.

И как бы я ни пугала Риэля тем, что хочу разорвать контракт, понимала, что это могло навредить моей семье. Кронвейн не чурался грязных методов, и решись я на подобное, он бы убил Дема за создание актира. Этот факт не позволял мне бросить эту затею. Это, а ещё то, что я хотела забрать у Риэля нашего ребёнка. Сделать ему так же больно, как он делал мне… на протяжении почти всей жизни.

— Я подумаю, Эреб. Хорошего дня, — не дожидаясь ответа, я отключила вызов.

Стоило господину Верховному исчезнуть из поля зрения, как я повторяла, что справлюсь, что нужно слушать его и не провоцировать. Только это не работало, когда он нарушал мои границы, хватал и зажимал, добиваясь непонятно чего.

Нет.

Я прекрасно понимала, что он выводит меня намеренно, чтобы наказать сильнее. Риэль прощупывал границы и давил на болезненные точки, чтобы я показывала зубы и сопротивлялась.

Неожиданное прозрение заставило менярезко надавить на тормоз. Я едва не проехала на красный, чёрт возьми!

— Да быть этого не может, — мотая головой, бормотала я.

Риэль не пытался просто разозлить и уж точно не действовал импульсивно. Он не выводил, а наблюдал.

Ему была нужна реакция, и если я не давала ему того, что он хочет, он причинял боль. Он заходил ровно настолько далеко, чтобы я чувствовала давление, которому не могу сопротивляться.

И чем дольше я прокручивала в голове последние дни, тем очевиднее становилось: он ждал не срыва. Он ждал момента, когда я начну играть по заданной траектории.

Чего именно он добивался, я пока не понимала. Согласия? Привычки? Потери контроля? Или точки, в которой я перестану сопротивляться вовсе?

Я могла продолжать реагировать, как привыкла. Закрываться. Огрызаться. Уходить. Делать вид, что держу дистанцию, когда на самом деле он эту дистанцию давно контролировал. Или… могла попытаться понять, к чему он меня подводит.