– Я внимательно слушаю, —затянувшееся молчание я прервала первой, потому что Морвель, похоже, собирался просто стоять и сверлить взглядом землю.

Упырь выглядел растерянным, и это было непривычно. Он старался смотреть куда угодно, только не на меня, будто зрительный контакт давался ему с трудом.

– Ты не уволена. Я… погорячился, – прочистив горло, наконец выдал он, и мои брови сами собой поползли вверх.

Гром, устав стоять рядом, плюхнулся прямо под ноги Морвелю, словно решил, что этот тип теперь свой. Хотелось сделать псу замечание, что расслабляться рядом с этим существом – последнее, что стоит делать, но… Гром всегда был неисправимым добряком. Дай ему только шанс, и он сам подставит бока под чужие пальцы.

Но самое неожиданное – Морвель даже не отодвинулся. Вместо этого присел на корточки, и ладони с длинными пальцами уверенно легли на густую шерсть. Он провёл ими вдоль спины Грома, надавливая ровно настолько, чтобы тот блаженно перекатился на спину, выставив живот.

– Не трогай мою собаку, – сказала я резко, хотя раздражало не столько его прикосновение, сколько то, как охотно Гром предал меня ради пары минут ласки.

– Он не возражает, – спокойно заметил упырь, даже не подняв на меня взгляда, и продолжил водить ладонями в разных направлениях.

– Ты схватил меня и очень ясно дал понять, что я больше не часть твоего отряда, – напомнила я, чувствуя, как обида неприятно царапает внутри. – Отчего передумал?

– Да, и я извинился…

– Не извинился, – отрезала я, а он раздражённо фыркнул, нехотя поднимаясь.

На этот раз Морвель всё же встретился со мной взглядом.

– Извини меня, Меган Смит. Я не должен был увольнять тебя. Просто… когда я увидел, как Каяна плачет… – его голос стал тише, но я уже успела уловить в нём ту ноту, которая выдала лишнее.

И, как ни странно, я не удержалась от усмешки. Всё встало на свои места: упырь всё ещё испытывал что-то к донору своего брата. Увидел во мне угрозу и, конечно, избавился. Классика мужского эго.

– Я не вернусь, – сказала твёрдо, не оставляя места для переговоров. Даже не сомневалась, что смогу выдержать это решение, хотя понятия не имела, как объясню Юрию. Придётся сказать, что Морвель уволил меня, но про то, что он потом сам явился и просил вернуться – промолчу.

Его извинения не тронули меня. Как и сам факт, что он приехал лично. Скорее всего, это была не его инициатива. Просто Каяна сказала: «Не делай глупости», и он, как влюблённый идиот, помчался исполнять.

Потянув поводок, я заставила Грома подняться и уже собираться уходить, но первокровный обошёл меня, загораживая проход.

– Прекрати быть такой невыносимой, я ведь извинился.

– Утром ты ясно дал понять, что я не нужна и никакой работы для меня нет. Потом подвернулся шанс, чтобы избавиться от меня, но вот ты здесь. Скажи Каяне, что ты извинился и я простила тебя, но работать не смогу из-за ИКВИ. В общем, придумай что-нибудь…

– Причём здесь Каяна? – нахмурившись, поинтересовался Морвель, заставляя в очередной раз заклеймить его идиотом.

– Ну-у, не надо быть гением, чтобы понять, что тебе не понравилось то, как я говорю с ней. Ты уволил меня из-за того, что я довела её до слёз, – я не понимала, зачем вообще объясняю ему очевидные вещи.

Голубые глаза на мгновение расширились, упырь будто только сейчас осознал, что его поведение не осталось незамеченным. А если поняла я, то понял и его братец…

– Хочешь знать причину, по которой я приехал? – холодно спросил он. – Каяна не при чём…

Шагнув ко мне слишком близко, первокровный попытался дотронуться до моего лица, но я дёрнулась назад. Игнорируя моё желание оказаться как можно дальше от него, он наклонился так, чтобы слова наверняка достигли ушей.

В ноздри ударил запах мужского геля для душа. Мятная свежесть защекотала нос. Я не должна была знать, как пахнет первокровный. Это казалось чем-то вроде вынужденного погружения во что-то личное, чего я не должна была знать.

– Ты – отличный сотрудник и не твоя вина, что я веду себя как засранец, – прошептал Морвель, заставляя ощутить мурашки, пробежавшие вдоль позвоночника. – Обещаю, что больше этого не повторится.

Я замерла, потому что не могла поверить в то, что слышу это. Но у упыря получилось выдернуть меня из оцепенения, когда подушечки его пальцев легли на предплечья.

– Хорошо, – вздохнув, ответила я. – Я вернусь в твой отряд, но ты предоставишь мне информацию о тех, с кем я работаю.

Отстранившись, Морвель выдал наигранность тем, что заломил бровь. Судя по виду, ему не нравились мои требования, но спорить он не стал, послушно кивнув.

Это выглядело чересчур странно. Прошло около часа с тех пор, как он уволил меня и сделал это очень искренне, а вот его появление здесь и эта неубедительная игра. К чему это?

Ни за что не поверю, что он правда раскаялся. Как и в то, что я нужна ему в отряде.

И я бы обязательно расспросила его об истинных мотивах, но послышался шум двигателя, а за ним служебная машина Сиарда. Я увидела, как он сбросил скорость, а после и вовсе остановился, увидев меня в компании упыря.

Резко шагнув в сторону и увеличив расстояние, я зачем-то улыбнулась напарнику, но он, вне всяких сомнений, успел увидеть, как близко Морвель стоял ко мне.

– Уезжай, – велела я первокровному, но тот стоял, как вкопанный, наблюдая за тем, как Нокс вышел из машины и шёл прямо к нам.

Сиард остановился рядом, и мне хватило секунды, чтобы понять: он видел больше, чем следовало. К счастью, Гром, заприметив своего второго хозяина, рванул к нему и, не стесняясь, старался запрыгнуть своей тушей к нему на руки.

– Что он тут делает? – спросил Нокс, ловя поводок и накручивая его на руку.

Конечно, если в штабе узнают, что здесь ошивался первокровный, да ещё и в компании со мной, это вызовет вопросы. Вряд ли для Юрия это станет проблемой, но мне бы не хотелось, чтобы ходили слухи о том, что я разгуливаю с упырём…

– Он уже уезжает, – отрезала я, чувствуя, как уши предательски горят.

Морвель, конечно, не торопился подтверждать мои слова. Стоял, будто проверял, выдержу ли я эту неловкость.

– Уезжаю, – повторил он наконец, и сделал шаг, но слишком медленный, чтобы это выглядело искренне.

Мне пришлось бросить на первокровного умоляющий взгляд. Меньше всего хотелось, чтобы эта странная ситуация переросла во что-то большее. Итак придётся объяснять всё Сиарду…

– До встречи, Меган, – бросил первокровный, не глядя на меня. Его взгляд скользнул по Сиарду, задержавшись ровно настолько, чтобы превратить прощание в вызов.

Проводив машину взглядом, я заметила, что Нокс всё ещё стоит рядом.

– Что? – выдохнула я, слишком резко.

– Ничего, – спокойно ответил он. Но этот тон был хуже, чем если бы он задал прямой вопрос.

– Я была на пробежке, когда Морвель позвонил. Ему надо было кое-что уладить по работе, – забирая поводок, оправдалась я.

– Нельзя было поговорить по телефону?

Почему всё стало так сложно? И самое главное: кто стал инициатором этих сложностей и когда?

Зря я допустила мысль, что я и Сиард можем быть вместе. Именно в тот момент всё начало рассыпаться. А потом Люси… Будь всё как раньше, я бы рассказала обо всём, что происходит между мной и Морвелем, но сейчас… Между нами росла пропасть, через которую, казалось, не так-то просто переступить.

– Мне нужно в душ, – проигнорировав вопрос, я направилась к воротам.

Душ действительно был нужен, но ещё больше хотелось смыть с себя этот липкий комкающийся стыд. Я чувствовала на затылке взгляд Нокса – тот, от которого хотелось либо обернуться и объяснить всё до последнего, либо… провалиться сквозь землю.

Дверь за моей спиной закрылась с таким облегчением, будто я отгородилась от мира, который слишком настойчиво лез в мою жизнь. Но в ду́ше, когда ледяная вода обрушилась на кожу, вместо облегчения пришло только одно – я запуталась.

Нет, я по-прежнему знала, кто мой враг и что я должна делать, но поведение Морвеля начало порядком раздражать. Он вёл себя странно для начальника, который уволил свою подчинённую. Дело совершенно точно не в симпатии, он ненавидит меня.

Кто-то настоял на том, чтобы я работала в его отряде?

За такое короткое время никто не мог узнать о том, что я уволена, если Морвель не сообщил об этом сам.

Что-то произошло, когда я уехала из дома его брата и Каяны. Но что? Упырь сказал, что Каяна не при чём, не мог же Калеб настоять на моём возвращении?

Я упёрла лоб в прохладную кафельную стену, заставляя себя соображать. Он приехал не по собственному желанию, это было очевидно. Вспоминая наш разговор, я не могла зацепиться ни за какую деталь.

Не выдержав, я выключила воду и обмоталась полотенцем, направляясь в спальню. Ломать голову над странностями в его поведении было бессмысленно. Спрошу об этом напрямую завтра.

Хотя… был ли в этом смысл?

Подумаешь, попросил вернуться. Какая мне разница зачем? Главное, что я смогу, наконец-то заняться нормальной работой, а не просиживанием штанов.

Я успела натянуть длинную домашнюю футболку и шорты, когда в дверь постучали. Не было сомнений в том, кто пришёл. Гром уже топтался на пороге, готовясь встречать Нокса.

– Я сегодня закончил пораньше, хотел предложить вместе поужинать, – как будто мы не виделись мгновение назад, Сиард помахал передо мной бутылкой с вином и бумажными пакетами из ресторана доставки.

Мне не оставалось ничего, кроме как впустить напарника. Без лишних слов, он прошёл на кухню, где принялся доставать тарелки и бокалы. Не хотелось признавать, но я скучала по нашим беззаботным вечерам в компании друг друга.

– Как у тебя дела? – опираясь на дверной проём, спросила я. Мне не хватало работы с ним. Раньше всё было проще… Задания, отслеживание и поимка актиров, которые нарушили закон, а теперь…

– Уже неделю выслеживаем актира, который убил старушку в её же доме. Тварь прячется по заброшкам в солнечные часы, а вечерами старается находиться в людных местах.

– Оу, уверена, что скоро вы поймаете его, – я прошла к столу, на который Сиард раскладывал приборы. Хотела помочь ему, но он перехватил мою руку и покачал головой, кивая просто сесть.

– Мне можно спросить, как твои дела? – не смотря на меня, поинтересовался Нокс.

– Конечно. Вообще-то странно… Морвель сегодня уволил меня, но спустя час приехал и сказал, что передумал…

Рука Нокса замерла на полпути к пакету. Я не видела его лица, но могла с уверенностью сказать, что он озадачен этой новостью.

– Ты говорила с Берроузом? – всё же добравшись до пластикового контейнера с пастой, Сиард вывалил содержимое на тарелку и поставил передо мной.

– Его не было в штабе.

– Но ты же послала ублюдка к чёрту, ведь так? Он сам уволил тебя, значит, можно возвращаться в ИКВИ.

Чтобы не встречаться взглядом с Ноксом, я уткнулась в тарелку и намотала пасту на вилку. Разумнее было не соглашаться… Какого хрена я сказала первокровному, что вернусь?

– Юрий дал мне инструкции следить за Морвелем и докладывать обо всём, что происходит по ходу операции. Я не могу подвести его, – оправдалась я, стараясь поверить, что дело действительно только в этом.

Сиард занял место напротив меня и какое-то время просто молча поглощал еду, но после всё-таки не выдержал.

– Почему он уволил тебя?

– Утром мы ездили к его брату и Каяне. Оказалось, что они стали опекунами для тех детей, которых собирались отдать Улису. Я не сдержалась и сказала всё, что думаю на этот счёт. Ты был в курсе? – хмурясь, поинтересовалась я, потому что, судя по виду Нокса, его эта информация не удивила.

– Да, Берроуз говорил мне об этом, когда вернулся с заседания по этому делу.

– И ты не рассказал мне?! – откладывая вилку, я уставилась на напарника.

– Это не наше дело, Мег. Верховные постановили, что в их решении нет угрозы для детей…

– Ну охренеть, Нокс! С каких пор ты считаешь, что я не должна быть в курсе таких новостей? Я думала, что мы друг от друга ничего не скрываем, – взмахнув руками, я позволила возмущению вырваться наружу.

Мне следовало успокоиться. Сиард пришёл, чтобы наладить наши отношения, но они снова накалялись.

– Прости, мой косяк, – напарник вздохнул и принялся открывать вино штопором. – В тот момент я просто замотался и забыл об этом. Юрий дал понять, что нас это не касается, поэтому я не придал этому значения.

– Ладно, проехали, – ответила я, стараясь не копить обиду.

Нокс протянул мне бокал с вином и улыбнулся, отчего все мысли растворились окончательно.

Когда я успела влюбиться в него?

Этот вопрос всё чаще мелькал в моей голове, но я не находила ответа.

Всё произошло как-то само по себе. Наверное, так бывает, когда много времени проводишь с одним мужчиной. Сначала – просто работа, после – редкие ужины и неформальное общение, а затем – дружба, которая неизбежно перетекает во что-то большее.

В полиции у меня был напарник, но мы никогда не общались вне рабочих рамок. Да и меня не интересовали коллеги. Периодически у меня были парни, но серьёзных отношений – никогда.

С Сиардом хотелось попробовать, но цена ошибки была слишком высока. Мы работали вместе, жили по соседству, у нас почти общая собака и круг коллег, с которыми мы общались.

Если бы что-то пошло не так, то одному из нас пришлось бы дистанцироваться…

– О чём ты задумалась?

Я не заметила, как провалилась в себя под пристальным взглядом Нокса. Поёрзав на стуле, я спряталась за бокалом, делая щедрый глоток прохладного вина с кислинкой.

– У тебя с Люси всё серьёзно? – уши запылали от стыда. Я предпочитала не лезть в личное, но не смогла удержаться.

Напарник неожиданно улыбнулся, будто мой вопрос позабавил его.

– Нет. Это случилось только один раз и больше не повторится, – мне показалось, что Сиард ответил искренне. – В тот день я вышел из себя из-за того, что ты… из-за упыря, который поцеловал тебя.

– Оу, – протянула я, делая вид, что меня не задело это.

Удержать маску безразличия оказалось легче, чем контролировать бешеное сердцебиение.

– Мне нужно добавить, что мне на тебя не всё равно? – Нокс поднялся с места, обтёр губы бумажной салфеткой и подошёл ко мне, наклоняясь и складывая руки по бокам спинки стула.

Я думала, что сердце уже набрало пугающий ритм, но нет… Вот сейчас был пугающий.

– Признаю, что поступил, как идиот и должен был остаться с тобой, а не трусливо сбежать, – Сиард поднял руку и провёл ей по моей скуле, двигаясь вниз к шее.

Он стоял очень близко… Пугающе близко, но я не шевелилась. Первокровный мог подойти ко мне, и человек, который мне нравился – тоже имел на это полное право.

Протянув вторую руку, Нокс заставил меня подняться. Мы стояли вплотную друг к другу, моя грудь почти касалась его.

– Пожалуйста, Мег, просто дай мне шанс, – прошептал он, накрывая мои губы своими.

Сначала я даже не осознала, что произошло. Тёплые губы осторожно заставили раскрыть рот, язык проник медленно, изучающе.

Каждое новое касание ломало стену, которую я годами выстраивала вокруг себя. Мне хотелось зажмуриться, чтобы не видеть ничего, только чувствовать, как его пальцы крепче ложатся на мою талию, как другая рука чуть обжигает кожу на шее, притягивая меня ближе.

Я успела подумать, что снова задыхаюсь, но на этот раз это было другое. Никакой боли, никакого ужаса, только странная дрожь, переходящая в желание и непрошеная радость. Наконец я смогла сделать шаг туда, куда боялась ступать.

Моё тело откликалось быстрее, чем сознание, и я позволила себе ответить. Слишком неловко, но всё равно ответить. Пальцы вцепились в рубашку на его плечах, показывая, что я готова к большему.

Гул в ушах, сбивчивое дыхание и вместе с этим чувство, что я вырвалась из тисков прошлого хотя бы на секунду. Маленькая победа, но моя.

Я не заметила, как мы сдвинулись назад. Скрежет ножек по полу холодом впился в кожу, и в одно мгновение всё внутри перекосило. Перед глазами встал не Сиард, а тень другого, его запах и руки, которые лишали меня воздуха.

Рвано впустив воздух в лёгкие, я отстранилась. Ладони сами вцепились в край стола, чтобы удержаться на ногах. Я видела, как он смотрел на меня… спокойно, выжидающе, не делая ни шага вперёд, хотя мог бы. Но это только сильнее выбивало почву из-под ног.

– Я… – голос предательски дрогнул. – Я не могу.

Хотела объяснить, что хочу, что каждое его прикосновение срывало замки на моей клетке, но язык не слушался. Всё, что осталось – желание спрятаться, уйти, вернуть контроль.

– Мег, я готов ждать сколько потребуется, – напарник вернулся за стол и, как будто не целовал минуту назад, спокойно отпил из своего бокала.

Внутри всё ещё билась радость, ведь я на мгновение переступила через себя. Но вместе с ней жгло осознание: этого пока мало. Я не была готова. И это осознание неприятно резануло по груди… Морвель целовал меня, приближался, хватал за плечи, и я позволяла ему, но не могла позволить Сиарду.