Если бы кто-то сказал, что мой лучший секс случится с демоном… То есть, с мифическим созданием, которое в нашей реальности никак не может существовать… я бы рассмеялась ему в лицо.

Только сейчас мне было не до смеха.

Истар вытворял такое… но больше всего запомнилось то, как нежно он поцеловал моё тату. Скрытое почти от всех глаз, оно никогда не вызывало вопросов или желания разузнать о нём больше, но он… Он не просто спросил, он знал перевод. Это показалось таким странным, таким неожиданным.

Слова, запечатлённые на коже, всегда служили мне ориентиром, но сейчас казалось, что демон проник ещё глубже, под самую кожу. Невинный поцелуй, хриплый голос, и это уже уносит сильнее любого оргазма, заставляя ощутить себя желанной.

В голове вообще не осталось мыслей, только ощущения изголодавшегося тела. Казалось, что этот мужчина из Преисподней не чувствует усталости, в отличие от меня. Жизнь не готовила меня к таким марафонам…

– Истар… мы… не могли бы… закончить? – жалобно простонала я, обессиленно уронив руки на его плечи.

Он менял позы и ритм, но при этом не проявлял нежности, лишь голодную страсть. Усадив меня сверху, он даже не расстроился, когда я быстро утомилась от движений. Взял инициативу в свои руки, жадно насаживая и притягивая меня за бёдра.

Мой вопрос заставил его удивиться, но ответом стало радикальное «нет». Я просто не была готова к такому. Если бы знала, активнее бы делала кардио-упражнения в зале, начала бегать по утрам и вообще занялась спортом. Кто же знал, что такие мужчины, точнее, демоны, существуют в реальности?!

Я собиралась возмутиться, но он не дал мне ни шанса. Резкий толчок заставил вскрикнуть, руки инстинктивно вцепились в крепкие плечи, а спина выгнулась от новой волны ощущений. Как он умудрялся каждый раз вызывать такие яркие пульсации, я понятия не имела…

– О-о-о… чёрт… – запрокинув голову, простонала я.

Он с лёгкостью развернул меня, уложив спиной на прохладную простыню, полностью забирая контроль. Эта поза пришлась мне по душе, но расслабляться было рано.

– Истар… – жалобно выдохнула я, пытаясь воззвать хоть к капле жалости в чёртовом демоне.

– Терпи, – его губы прижались к шее, зубы вонзились в кожу. – Я ещё не закончил.

– Только… не в меня…

Сжимая моё бедро одной рукой, а второй удерживая за шею, он сделал пару последних толчков и кончил. Прямо в меня. Если бы не усталость и приятные волны удовольствия, расползающиеся по всему телу, я бы точно возмутилась.

– Эй, прекрати кусаться! Ты оставишь синяк, – я попыталась оттолкнуть его, но Истар не шевелился.

Момент, когда нам обоим было хорошо, неумолимо закончился. А вместе с тем… вернулась способность мыслить. Демон поднял взгляд, и… в глазах засветилась серая радужка.

– Ист-ар… – испуганно прошептала я, но рука, лежавшая на шее, сжалась.

– Это не то желание, грёбанная Адель Блоссом! – прорычал он, не ослабляя, напротив, усиливая хватку.

Горячее дыхание сбившееся, прерывистое касалось кожи, но теперь в нём не было ни страсти, ни желания только ярость. Я всё ещё пыталась перевести дух, когда осознание хлестнуло меня по лицу, как пощёчина.

Он помнит.

Этого не должно было случиться.

Я видела, как его грудь тяжело вздымается, а радужки полыхают, выжигая остатки сдержанности. Холод лизнул кожу, заставив дрожать, а от давления на шее на глаза навернулись слёзы.

– Мне… больно… – прохрипела я, пытаясь стащить его руку.

– Больно?! Будет ещё больнее, если ты не начнёшь говорить!

Поверить в реальность оказалось не так просто. При всём желании я не могла выдавить из себя ни слова, продолжая хрипеть. Лёгкие отчаянно пытались втянуть воздух, но его не хватало. Я чувствовала, как тело слабеет, пальцы перестают слушаться, а руки медленно скользят вниз, теряя силу.

Неожиданно вспыхнувшая мысль ненадолго отрезвила: он меня убьёт. Точно убьёт! И зачем было с ним спать, если в конце концов всё равно умру?

Как я вообще могла подумать, что демон из Преисподней просто выполнит желание и отстанет? Он соблазнил меня, а теперь и глазом не моргнёт, лишая жизни. Именно об этом писали в статьях в интернете, но я решила, что смогу что-то изменить. В очередной раз положилась на собственные силы и облажалась.

Прежде чем утонуть в затягивающей темноте, я почему-то подумала о газетных заголовках. О том, как журналисты напишут, что я получила по заслугам за свои грехи.

Жаль, что я всё-таки не уехала…

Глупая Адель Блоссом.

Девчонка потеряла сознание, прежде чем я успел добиться от неё хоть каких-нибудь ответов.

– Великий демон… – прорычал я, поднимаясь с кровати и хватая разбросанную одежду.

Я покосился на Адель, подошёл ближе и накрыл её наготу простынёй. В этом не было заботы, скорее, попытка не отвлекаться. Чёртова девчонка!

Усевшись на край матраса, я принялся лихорадочно размышлять. Если это желание не сработало, то чего тогда она добивалась? Привязать меня? Сделать своим рабом?

Подобное могло прийти в голову только моему брату, но никак не человеческой девчонке. К тому же, я ясно дал понять, что не исполняю больше одного желания. А что, если она как-то прознала, что это не так? Что я способен исполнять любые желания и в неисчислимых количествах? Вот только следующее не может быть выполнено, пока не исполнено предыдущее.

Об этом знал только Асм. И никто больше.

Сейчас всё указывало на то, что эти двое были знакомы… Я посмотрел на неё, пытаясь увидеть хоть намёк на связь с ним.

Нет.

Снова тряхнул головой. Если бы это было так, Адель бы загадала что-то другое, а затем снова и снова, как делал брат. Жадности нет предела.

Я знал это не понаслышке. Видел, как она разъедает тех, кто хоть раз почувствовал её вкус. Стоит узнать, что границы можно раздвинуть, что правила легко обойти, что можно получить ещё и назад дороги уже нет.

А что, если… это моё желание исполнилось? Я ведь так отчаянно не хотел забывать то, что между нами произошло…

Нет. Точно нет!

Я не могу желать. Никогда.

Имея власть всех миров, я не способен ощутить даже аромат этой магии. Не для себя.

Не знаю, сколько времени я просидел, терзаясь этими мыслями, но, в конце концов, так и не найдя ответа, поднялся и вышел. Мне просто необходимо было выпить. И помощь…

Будить Ливи было рискованно, но других вариантов не оставалось. Осторожно постучав в дверь, я услышал как напарница выругалась и поднялась с кровати.

– Какого демона?! – зло рявкнула Лив, смахивая взъерошенные волосы с лица. – Я и так полночи уснуть из-за вас не могу!

Вот чёрт. Всё так закрутилось, что я совершенно забыл о том, что следовало притащить Адель в мою комнату, находящуюся на первом этаже.

– Извини… мне нужна помощь.

Ливиль что-то недовольно пробормотала себе под нос, но в итоге вышла и направилась на кухню.

Достав бутылку и стакан, я щедро насыпал перца и, не размешивая, опрокинул. Терпкая, огненная жидкость обожгла глотку. Оставалось только дождаться, когда беспорядок в голове хоть немного рассеется.

– Ну и что стряслось? – усаживаясь за стол и потирая глаза, спросила напарница.

– Это не то желание, Лив. Я всё помню… каждое чёртово касание, каждый взгляд…

– Без подробностей! – возмущённо выставив руку вперёд, перебила она. – То есть Адель не это имела в виду?

– Понятия не имею, что она имела в виду… – недовольно прорычал я и плеснул в стакан ещё алкоголя.

– Хреново… Что делать будешь?

– Я пытался выяснить у неё хоть что-нибудь, но она отключилась…

– Так вымоталась? – рассмеялась Ливи, но тут же нахмурилась, осознав, что причина явно не в этом. – Идиот! Что ты сделал?!

Подскочив с места, демоница кинулась в комнату, где осталась Адель, а я лениво поплёлся следом. Моя совесть была чиста, всё-таки, девчонка была цела и невредима. Хотя мысль о том, чтобы свернуть хрупкую шею, действительно меня посещала.

– Великий… что ты натворил?

Ливиль осторожно приложила пальцы к шее Адель, проверяя пульс. На бледной коже уже начали проступать тёмные синяки от моих рук. На её лице вспыхнула ярость – холодная, застывшая смесь отвращения и боли. Если бы Ливи обладала магией огня, я бы уже сгорал под её взглядом.

Этот вид ударил по мне сильнее, чем любые слова. Не потому, что я боялся её. Нет. Просто… я никогда не причинял вреда ни женщинам, ни демоницам. Никогда.

Но сейчас, глядя в её глаза, я вдруг осознал, она видит Асмара. Я знал, что она чувствовала в этот момент. Она видела не только Адель, бесчувственно лежащую на кровати с синяками на горле. Она видела себя…

Ливиль познала всю жестокость Преисподней. Она была наложницей в доме моего брата и знала, что такое бесконечная безысходность. Асмар гордился своим сокровищем: иллюзионом, способным заменить сотню женщин. Стоило лишь приказать ей сменить облик, и перед ним появлялась новая наложница: невинная девчонка, демоница, королева или простолюдинка. Она могла быть кем угодно, кроме самой себя.

Я встретил Ливи в тот момент, когда сам был на грани. Я помню, какой она была тогда: сломанная, но не сломленная, со взглядом, в котором вместо слёз плескалась пустота, впитавшая всю грязь, что оставил на ней брат.

В те дни смерть казалась мне единственным выходом. Но если я мечтал умереть, она хотела жить. Её способности помогли нам сбежать, а жажда свободы поддерживала тогда, когда я был готов сдаться.

И теперь она смотрела на меня так, словно я разбил всё, за что она боролась.

– Я…

Резко поднявшись, демоница схватила меня за руку и вытолкнула из комнаты со словами:

– Сейчас же иди в аптеку! Скажи, что человек без сознания, может, у них есть что-то, чтобы привести её в чувство, и… возьми какую-нибудь мазь, чтобы снять отёк. Только веди себя естественно, не хватало, чтобы сюда примчалась полиция!

Ливиль оказалась куда сообразительнее меня. Не представляю, что бы я делал без неё.

Я шагнул за порог Лавки, и дверь за моей спиной с глухим стуком закрылась. Ночной воздух хлестнул в лицо, сбивая остатки жара, который ещё недавно казался неугасаемым.

Грудь сдавило от боли, почти физической.

Я… что я сделал?

Руки сжались в кулаки, а в голове вспыхнуло воспоминание: её тело подо мной дрожащее, с кожей, покрытой следами моих поцелуев. Её шёпот, просящий закончить. Её слёзы, катящиеся из голубых глаз в тот момент, когда я душил.

Адель человек.

Хрупкая. Беззащитная. Она не могла мне противостоять, даже если бы захотела этого.

А я… Ярость помутнила рассудок, не оставляя места другим эмоциям.

До ночной аптеки я добрался быстро. Под удивлённый взгляд женщины в белом халате я объяснил, что моя напарница упала в обморок. Ложь легко слетала с губ, поэтому она не придала значения каким-то странностям.

Протянув мне небольшой флакон, фармацевт вежливо предложила вызвать скорую, но это совершенно противоречило планам. Поблагодарив работницу за заботу, я уже собирался выходить, но вдруг вспомнил, что Лив просила взять мазь.

– А у вас есть что-то от ушибов? Пока бежал к вам, споткнулся, – я наигранно приложил руку к колену, и женщина понимающе кивнула, вытаскивая из ящика нужный препарат.

Чтобы хоть как-то искупить вину за содеянное, я был готов сделать всё, что угодно. Вряд ли это способно хоть что-то изменить… Больше всего я боялся увидеть взгляд Адель, когда она придёт в себя. Между нами и так всё было натянуто, а теперь я даже не знал, чего ожидать.

В Лавку я вернулся быстро, взбежал по лестнице, на ходу распахивая дверь. Сердце глухо ударилось о рёбра, сбиваясь с ритма. В комнате висела тишина тягучая, давящая, от которой хотелось сжать кулаки, лишь бы не чувствовать липкий холод, скользящий по позвоночнику.

Адель сидела, прислонившись к спинке кровати. Спутанные волосы спадали на плечи, простыня почти соскользнула с её плеча, но она даже не пыталась её поправить.

Голубые глаза встретились с моими всего на мгновение, но этого взгляда хватило, чтобы что-то внутри надломилось. В этих глазах ничего не было. Ни гнева, ни страха, ни ненависти, ни даже презрения. Только холодная тишина, напоминающая, что я стал просто пустым местом.

Раньше, когда она злилась, когда боролась – пылала огнём. В ней был вызов, была злость, была жизнь. Но сейчас… Сейчас я смотрел в разбитое зеркало, в котором не отражалось ничего.

– Сюда давай! – Ливи рывком выхватила пакет из рук и махнула на дверь, показывая, что мне пора убираться.

– Я останусь…

– Нет. Не останешься! Тебе здесь не рады!

Я не мог злиться на слова Ливиль, не мог возражать или даже попытаться что-то изменить. Единственное верное решение выйти из комнаты и дать Адель время прийти в себя.