Месяц спустя

Если бы я знала, что «в скором времени» у Берроуза означает не дни, не недели, а мучительную, выматывающую вечность, я бы не стала молчать. Послала бы его к чёрту сразу же, не выходя из его чересчур опрятного кабинета, где всё казалось слишком вылизанным.

Я медленно сходила с ума.

Каждое утро начиналось с притворства. Я смотрела в зеркало и натягивала на себя улыбку, как чужую кожу. Я жила так, будто ничего не случилось. Будто не знала о смерти Логана. И всё это время я гнила в тени, как забытая рана под бинтом.

Клыкастый чувствовал, что со мной что-то не так. Он единственный, кто заметил изменения после визита в ИКВИ.

Вот только поверил ли он в мою ложь о том, что я осознала, в каком на самом деле мире живу? Я наплела, что в ужасе, что существуют создания, способные сотворить такое.

Где-то слышала, что, если хочешь убедительно соврать нужно говорить всё с примесью правды. Так я и поступала день изо дня, молясь, чтобы Берроуз поскорее появился и дал мне хоть что-то. Я ждала новостей, как наркоман дозы, как первокровный мою кровь.

– Что дальше… – сидя в лаборатории и отдавая очередную порцию красной жидкости, спросила я. – С поисками Логана?

Я встретилась с его взглядом, зелёным, как хвойный лес после дождя, и тут же отвернулась. Какого хрена я вообще сравниваю его глаза с чем-то? Ответ я прекрасно знала, но каждый раз удивлялась неожиданной находке в наших странных… отношениях.

После того, как я узнала, что Логан мёртв, клыкастый пришёл ко мне в комнату. Без позволения, Морвель подошёл к кровати и повернул моё лицо на себя.

Он хотел знать, что произошло и что конкретно спрашивал Берроуз. В какой-то момент мне показалось, что он пытается получить ответ внушением, но между нами это не работало.

Я долго молчала, но он не отступал, рассказывая о том, кто такие падальщики и почему с ними опасно иметь дело. Рассказ долетал до меня сквозь глухую стену, я не слышала почти ничего из сказанного, сосредоточившись на его губах.

И в тот момент я ощутила, словно что-то чужое… инородное долетело откуда-то из глубины.

Сначала я не поняла, что происходит: сердце пропустило удар, грудь сдавило, как перед паникой. Но паника была не моя. Это было… нечто инородное. Пронзающее изнутри, будто кто-то дернул за невидимую нить внутри меня.

Смятение. Страх. Глубокий, цепляющий, животный страх.

Он ворвался в меня не через слова и не через взгляд. Это было как… как будто я услышала чужую мысль, не звуком, а ощущением. Как если бы эмоция стала тенью, скользнувшей по моей коже. Она была чужой, и я чётко знала, откуда пришла. Я подняла глаза.

Калеб отшатнулся почти мгновенно. Не физически, а внутренне. Будто поймал меня за руку в момент, когда я касалась чего-то, чего не должна была чувствовать. Его зрачки сузились, в губах мелькнуло напряжение. Что-то сорвалось. Маска съехала.

И так происходило каждый раз, когда я намеренно задерживала внимание дольше положенного.

Вот и сейчас, внутри расползались чужие ощущения. Снова смятение и снова страх.

Чего же так боялся Калеб Морвель, глядя мне прямо в глаза? Потерять меня, как источник своего питания? Я едва не спросила об этом, но вовремя взяла себя в руки.

Удивительно, но чужие эмоции придавали… сил. Даже его странные чувства заставляли воспринимать себя живой. Хотя бы немного.

– Арчи пытался достать хоть какие-то данные, которые удалось собрать Грину, но всё изъято ИКВИ. Ты упоминала, что Эдвин отправился на Север?

Я коротко кивнула и клыкастый продолжил:

– Что-то здесь не сходится, – почесав подбородок сказал Морвель, наблюдая за тем, как пакет наполняется кровью. – Если Логана убили, зачем твой детектив попёрся на Север? Он ведь говорил тебе, что его видели и есть свидетели.

Нахмурившись, я пыталась вспомнить последний разговор с Эдвином перед тем, как он отправился на поиски. Он действительно сказал, что кто-то проверенный указал ему на зацепку. Возможно, его намеренно подставили?

– Каяна… мне нужно уехать на пару дней, – отсоединив трубку от вены, когда пакет наполнился, внезапно сказал первокровный.

– И как ты без моей крови?

– Никак, я не могу просить тебя полететь со мной. У меня будут… важные дела.

– Ладно, – равнодушно пожав плечами, ответила я и поднялась с места.

– За время моего отсутствия… Пожалуйста, держись подальше Демиана.

– Боишься, что он будет пользоваться моей кровью? – усмехнулась я, но клыкастый не стал отвечать.

Я почти не общалась с его братом. Мы изредка пересекались за ужином, но и эти встречи становились всё реже. Демиан постепенно исчезал из дома. Что стало причиной его отсутствия я не знала и, признаться, не стремилась выяснять.

Несмотря на то, что Берроуз не появлялся, я всё-таки стала пристальнее присматриваться к обитателям дома, мысленно пытаясь понять, являются ли они замешанными в преступлении.

Именно благодаря навязчивой идее всё разузнать, я стала чаще посещать совместные приёмы пищи. Уж не знаю, что думали Морвели относительно моей внезапной переменчивости, но никто говорить ничего не стал.

В результате моего маленького коварства удалось выяснить, кто и чем занимается в корпорации «Морвель».

Лидия курировала один из ключевых направлений – отдел поставок донорской крови. Именно через неё проходили согласования маршрутов, квоты, логистика перевозок и контроль качества. Она следила за тем, чтобы жизненно важный ресурс доставлялся не только по всей стране, но и за её пределы, в филиалы, работающие в других государствах.

Демиан, в свою очередь, занимал более мрачную и закрытую нишу, он был ответственным за безопасность, и не только внутреннюю. Официально – охрана, контроль доступа, системы наблюдения, антикризисные протоколы.

Когда первокровный рассказал о своей работе, я не могла не заметить, с какой интонацией он выделил «официально». Про «неофициально», он ничего так и не рассказал.

Венера Морвель отошла от дел, когда передала всю ответственность за бизнес детям. Но, по её словам, она всё равно учувствовала в вопросах, связанных с юриспруденцией.

Клыкастый стал венцом этого странного бизнеса – генеральный директор. Когда услышала это, едва не закатила глаза. Кто бы мог сомневаться, с его-то раздутым эго.

Но услышав рассказ от всех членов семьи, я перевела глаза на Асторию. Она единственная из всех отмалчивалась, опустив взгляд в бокал с кровью.

Я не могла отделаться от навязчивой мысли, что она могла убить Логана. Глядя на хрупкую высокую блондинку с ангельским личиком, не возникало мысли, что она на такое способна. Да и моего парня нельзя было назвать тем, с кем легко могла справиться обычная девушка… Обычная.

Астория не была обычной, она – вампир. А что там у них с особенностями, я знала только из литературы и фильмов.

– Астория временно отошла от бизнеса, – ответила за неё Венера. – Раньше занималась научной деятельностью, в частности разработкой лекарства от актиризма.

Если бы во мне присутствовала хоть капля злорадства, я бы усмехнулась. Но в тот момент, просто уставилась на неё с удивлением. Занималась лекарством в итоге сама стала вампиром? Что-то явно пошло не по плану.

В тот момент, блондинка резко поднялась из-за стола и молча вышла. Клыкастый побежал следом за ней, но их ругани я не слышала, отвлекаясь на разговор с Лидией.

Выяснить что-то толкового, конечно, не получилось. Да и что надо выискивать, я не понимала, а потому просто собирала информацию.

Калеб Морвель уехал на следующий день, после того как сообщил, что будет отсутствовать. Предварительно, он собрал кровь и ещё раз, зачем-то, предупредил держаться подальше от своего брата.

За столом, во время ужинов, когда Демиан приезжал, они избегали разговоров, но напряжения между ними я не замечала.

Закончив отдавать часть своей драгоценной крови, я поднялась к себе и позвонила отцу. Мобильник появился у меня на следующий день после визита к Берроузу. Не знаю, повлияла ли наша встреча или ещё что-то, но спрашивать не стала.

В последний месяц я старалась разговаривать с папой чаще, где-то подсознательно боясь, что с ним тоже может что-то случиться.

Два человека из моего города были загрызены вампирами, кто знает, сколько всего людей могло реально пострадать. Вдруг мой городок – рассадник подобных тварей?

Поболтав немного, я села за стол и посмотрела на закрытую крышку ноутбука. Раз Юрий не выходит на связь, попробую поискать информацию об этих ИКВИ.

Когда я открыла поисковик и ввела аббревиатуру, меня встретили десятки ссылок. На первый взгляд, всё выглядело вполне официально. Институт комплексных внедрений и инноваций, расположенный в пределах столицы, фигурировал как научно-исследовательский центр, якобы занимающийся разработками в области медицины, биоинженерии и биозащиты.

Помнится, аловолосая обозначила ИКВИ, как нечто другое…

Они даже вели неактивный блог на старом сайте с фото стерильных лабораторий, скучных диаграмм и ничего не значащих пресс-релизов. Несколько научных публикаций, выложенных в PDF, выглядели прилично. Настолько, чтобы отпугнуть обывателя, и достаточно запутанно, чтобы скрыть суть.

На сайтах-партнёрах и в базе реестров значилось, что ИКВИ сотрудничает с министерством здравоохранения, работает с редкими заболеваниями и занимается якобы секретными экспериментальными разработками в интересах национальной безопасности.

Картинки по поиску привели к изображению Юрия Берроуза в деловом костюме, стоящего за трибуной.

– Исполняющий обязанности проректор, – прочитала я в статье.

Организация, которая занималась преступлениями, связанными с вампирами, выдавала себя за простой научный отдел. Интересно, но я не удивилась. Людям ведь нельзя было знать о существовании тварей, населяющих планету.

Уронив голову на холодную столешницу, я уставилась в светящийся монитор, словно он мог выжечь из памяти всё, что разрывало изнутри.

– Не думай о нём… не думай… – шептала я, как заклинание, которым пыталась себя удержать на плаву. Я произносила это каждый раз, оставаясь одна. И каждый раз без толку.

Я так и не смогла оплакать Логана. Не было истерики, слёз, громких рыданий – ничего, что должно сопровождать такое горе. Только тяжесть внутри, вязкая и липкая, как засохшая кровь. Каждый раз, когда я пыталась позволить себе боль, дать ей выход… не выходило ничего. Только пустой взгляд в одну точку и тишина.

Сколько нужно было времени, чтобы заполнить такую пустоту? И возможно ли это вообще, когда часть тебя ушла навсегда, а всё остальное только делало вид, что живо?

От размышлений прервал короткий стук в дверь.

– Войдите, – крикнула я, быстро закрывая все открытые вкладки и захлопывая крышку ноутбука.

– Вас ожидают внизу, – монотонно произнесла Зои и развернулась, выполнив свою миссию.

– Кто ожидает? – удивилась я, поднимаясь с места.

– Сотрудники ИКВИ, хотят задать пару вопросов, – уже уходя, отозвалась брюнетка.

Мне нужно было разыграть удивление, но сердце так заколотилось, что кроме волнения, ничего другого не вышло. Я догнала управляющую в коридоре и, вместе с ней спустилась по лестнице.

В гостиной, даже не удосужившись присесть, ждали Сиард и красноволосая девушка, чьего имени я всё ещё не знала. Венера вышла из коридора следом за нами и сложила руки на груди.

– Что вы себе позволяете? – резко бросила она, поднимая подбородок вверх.

– Добрый день, миссис Морвель. Прошу прощения за столь ранний визит, но у нас есть распоряжение, – Сиард шагнул к матери семейства, вытащил из нагрудного кармана куртки сложенную бумагу и протянул ей.

Взгляд голубых глаз скользил по строчкам, а брови медленно ползли вверх.

– Вы издеваетесь? – буквально выплюнула она, едва не швырнув прочитанное Сиарду.

– Всё официально, миссис Морвель. Все инстанции подписали разрешение на проведение внепланового допроса, – с хладнокровием отозвался Сиард, не моргнув глазом. – Нам велено доставить Каяну Деваль в отдел ИКВИ для уточнения ряда деталей, касающихся расследования убийства Эдвина Грина.

– Зои, немедленно звони Демиану, – распорядилась Венера, и управляющая поспешила исполнять её приказ. – Вы намеренно притащились сюда, зная, что Калеб будет отсутствовать?

Аловолосая шагнула ближе и улыбнулась.

– Мы следуем согласно протоколу. Если у вас есть претензии, вы знаете, что делать. А нам дайте работать, – спокойно сказала девушка в полностью чёрном делом костюме и кивнула на дверь.

– Я поеду с Каяной! – заявила Венера, но Сиард поспешил отклонить её возражение.

– Не устраивайте истерик, госпожа Морвель. Мы увезём девушку и после уточнения деталей, привезём её обратно. Не нужно объяснять нам ценность донора.

Слова не возымели должного эффекта, но Венера не стала спорить или доказывать обратное.

– Каяна, – она схватила меня за руку и испуганно взглянула в лицо. – Демиан приедет за тобой! Дождись его, пожалуйста.

– Ладно, – ответила я и пошла следом за сотрудниками ИКВИ.