Густав. Ваш зад… просто божественный!

Бердоа. И бессмертный, я надеюсь?

Густав. Что?

Бердоа. Ничего.

Высокопарные и слезливые мемуары Шодрюк-Дюкло, собранные и опубликованные Ж. Араго и Эдуаром Гуэном (Mémoires de Chodruc-Duclos, 1843 [3372]), местами интересны своими элементами физиологии нищего. Длинное предисловие не подписано и не содержит никаких сведений о рукописи. Мемуары, вполне возможно, апокрифические. В них, в частности, рассказывается: «Не следует заблуждаться: унижает не столько отказ, сколько скромное подаяние… Я никогда не прошу, протянув руку… Я иду быстрее, чем тот, кто собирается удовлетворить мою просьбу, раскрываю правую ладонь, в нее что-то попадает». (2-й том, с. 11–12) [3373]. И еще: «Вода помогает держаться… Я пью воду, когда нет хлеба» (2-й том, с. 19) [3374].

[p 1, 1]

Сцена в общей тюремной спальне, начало 1830-х годов. Цитируется без указания автора: «Вечером в шумном дортуаре перед сном рабочие-республиканцы играли пьесу на тему Революции 1830 года, своего рода шараду, которую сами сочинили; в ней воспроизводились все сцены славной недели, начиная с совещания Карла X с министрами, подписывающими ордонансы, и вплоть до победы народа; изображали также бои на баррикадах, колотя валиками по кроватям и куче матрасов; в конце победители и побежденные помирились и спели вместе „Марсельезу“». Charles Benoist. L’homme de 1848, I. P. 147 [3375]. Цитируемый отрывок, вероятно, взят из Шатобриана.

[p 1, 2]

Ганно. «Мапа… предстает в виде совершенного денди, он любит лошадей, обожает женщин, ценит хорошую кухню, правда, у него совсем нет денег. Он возмещает безденежье игрой, являясь завсегдатаем всех игорных домов Пале-Руаяля. Он считает, что его предназначение в том, чтобы стать искупителем спутницы мужчины… он присвоил себе титул Мапа, в котором соединяются первые слоги слов „мама“ и „папа“». Он добавляет, что все имена собственные следует изменить аналогичным образом: люди должны носить не имя отца, но первый слог имени матери в сочетании с первым слогом отцовского имени. И чтобы доказать, что он раз и навсегда избавился от прежнего имени, он подписывается: «Тот, кто прежде был Ганно». Он раздает свои листовки на выходе из театров или рассылает их по почте; он также стремился добиться от Виктора Гюго покровительства над своим учением.

Jules Bertaut. Le «Mapah». P. 3 [3376].

[p 1, 3]

Шарль Луандр о физиологии, которую он обвинил в развращении нравов: «Этот унылый жанр… весьма быстро выполнил свое предназначение. Физиологии, которые печатаются в формате 1/32, чтобы их покупали… гуляющие горожане, в 1836 году в „Библиографии Франции“ фигурировали в количестве 3 экземпляров; в 1838 году их уже 8, в 1841 году – 76, в 1842 – 44, в следующем году – 15! За последние два года едва ли наберется 3 или 4. От физиологии индивидов перешли к физиологии городов. Так появились „Париж ночью“, „Париж за столом“, „Париж в воде“, „Париж верхом“, „Париж живописный“, „Париж богемный“, „Париж литературный“, „Париж супружеский“, затем наступила очередь физиологий народов: „Французы о самих себе“, „Англичане о самих себе“, потом пошли физиологии животных: „Животные, нарисованные самими животными или написанные кем-то другим“. В конце концов… писатели… исчерпав все темы, стали описывать самих себя, так у нас появились „Физиологии физиологов“». Charles Louandre. Statistique littéraire. De la production intellectuelle en France. P. 686–687 [3377].

[p 1a, 1]

Тезисы Туссенеля: «Что счастье индивидов прямо зависит от женского авторитета; что ранг видов прямо зависит от женского авторитета». A. Toussenel. Le monde des oiseaux, I. P. 485 [3378]. Первое – это формула кречета (p. 39).

[p 1a, 2]

Туссенель о своей книге «Мир птиц»: «Мир птиц – это всего лишь второстепенная тема, в то время как мир людей – главная». Ibid. P. 2 («Предуведомление автора»).

[p 1a, 3]

Туссенель в «Предуведомлении автора» к «Миру птиц»: «Он [автор] стремился к тому, чтобы выявить значение кулинарной части своей темы, уделив статье „Жаркое“ больше места, чем она обычно занимает в научных сочинениях». Ibid. P. 2.

[p 1a, 4]

«Мы восхищаемся птицами… поскольку у птиц, как во всякой отлично организованной политике <…>, именно галантность распределяет ранги… Мы инстинктивно чувствуем, что женщина, которая вышла из рук Создателя после мужчины, была создана, чтобы повелевать мужчиной, подобно тому, как последний был рожден, чтобы повелевать животными, которые появились на свет до него». Ibid. P. 38.

[p 1a, 5]

По мнению Туссенеля, расы, в которых женщины занимают высшее положение, достигли вершины развития. Временами это удавалось германским народам, но прежде всего это французы и греки: «Если афинянин и француз отмечены печатью сокола, то римлянин и англичанин – печатью орла». (Орел, однако, «не хочет служить человечеству».) Ibid. P. 125.

[p 1a, 6]

Комичные физиологии [3379]: «Музей смеха» [3380], «Музей Филипона» [3381], «Комический музей-обозрение» [3382], «Метаморфозы дня» [3383].

[p 2, 1]

Графическая серия Бомона «Везувианки» [3384]: 20 листов. Серия Домье: «Разведенки» [3385]. Серия – чья? – «Синие чулки» [3386].

[p 2, 2]

Появление так называемых физиологий: «Острая политическая борьба 1830–1835 годов сформировала целую армию художников, <…> и эта армия <…> оказалась политически недееспособной после введения Сентябрьских законов. Таким образом, к моменту, когда она постигла все тайны своего искусства, она была вынуждена в одночасье обратиться к единственному полю деятельности – изображению буржуазной жизни <…>. Именно этой причиной объясняется масштабный обзор буржуазной жизни, берущий во Франции начало примерно в середине тридцатых годов <…>. Все прошествовали здесь <…>: праздники и траурные дни, работа и отдых, супружеские нравы и холостяцкие обычаи, семья, дом, дети, школа, общество, театр, характеры, профессии». Eduard Fuchs. Die Karikatur der europäischen Völker. I. S. 362 [3387].

[p 2, 3]

Какая мелочность вновь утвердилась в конце века в изображении физиологических явлений! Характерно описание импотенции из книги Майяра по истории женской эмансипации, которое в общей своей установке резко демонстрирует реакцию укрепившейся буржуазии на антропологический материализм. В связи с изложением учения Клэр Демар [3388] там говорится: «Она… будет говорить о разочарованиях, которые могут быть вызваны престранной и непомерной жертвой, опасности которой под жгучим небом Италии подвергаются мальчики, пытающиеся стать знаменитыми певцами». Firmin Maillard. La légende de la femme émancipée. P. 98 [3389].

[p 2, 4]

Главное в манифесте Клэр Демар: «В будущем союз полов должен быть результатом… досконально изученных… симпатий <…>; и только тогда можно будет признать существование скрытых и таинственных интимных отношений двух душ… Всё это вполне может разбиться о последнее решающее, но необходимое, неизбежное испытание. ИСПЫТАНИЕ МАТЕРИИ ЧЕРЕЗ МАТЕРИЮ; ПРОБА ПЛОТИ ПЛОТЬЮ!!! … Зачастую именно перед альковом всепожирающее пламя гаснет; зачастую для самой великой страсти душистые простыни брачного ложа становятся смертным саваном; явно, что далеко не одна женщина, <…> что прочтет эти строки, однажды вечером возлегла на брачное ложе, трепеща от желания и волнения, а утром поднялась холодной и ледяной». Claire Demar. Ma loi d’avenir. P. 36–37 [3390].

[p 2, 5]

К антропологическому материализму. Концовка манифеста Клэр Демар «Мой закон будущего»: «Нет материнству, нет закону крови. Я говорю „нет материнству“… Действительно, женщина освобождена от мужчины, который больше не будет оплачивать стоимость ее тела <…>, будет удерживать ее существование <…> исключительно <…> через ее творения. Для этого необходимо, чтобы женщина творила, выполняла некую функцию; но как она может это сделать, если она по-прежнему приговорена к тому, чтобы растворять большую часть своей жизни в заботах, которых требует воспитание ребенка или нескольких детей? Вы хотите освободить женщину! Прекрасно, тогда заберите новорожденного от груди матери по крови и передайте его в руки общественной матери, профессиональной кормилице, ребенок будет лучше воспитан… Тогда и только тогда мужчина, женщина, ребенок будут освобождены от закона крови, от эксплуатации человечества человечеством!». Ibid. P. 58–59.

[p 2a, 1]

«Так что же! Из-за того, что женщина не доверила публике свои женские ощущения; из-за того, что среди всех мужчин, которые окружали ее своими заботами, кто-то иной не сможет разглядеть того, кого она предпочтет… вытекает… что она будет рабыней мужчины? Так что же! Женщина будет эксплуатироваться… из-за того, что не боясь, что они разорвут друг друга в клочья… она сможет удовлетворить одновременно несколько мужчин в их любовных влечениях… Вместе с Джеймсом Лоуренсом [3391] я верю, если уж на то пошло, <…> в опирающуюся на тайну безграничную свободу, которую обращаю основой новой морали». Ibid. P. 31–32.

[p 2a, 2]

Требование соблюдения «тайны» сексуальных отношений, в противоположность «публичности», тесно связано, согласно Клэр, с потребностью в более или менее длительном испытательном сроке. Разумеется, традиционная форма брака в целом будет вытеснена этой более гибкой формой. Логично, кроме того, что из этих взглядов вытекает требование матриархата.

[p 2a, 3]

Из рассуждений, направленных против патриархата: «А! Как раз опираясь на множество отцеубийственных кинжалов, среди стонов, испущенных множеством пронзенных тел, исключительно во имя отца и матери, я рискую возвысить свой голос… против закона крови, против закона размножения!». Ibid. P. 54–55.

[p 2a, 4]

Карикатура играет решающую роль в развитии этикетки. Характерно, что Анри Бушо (Henri Bouchot. La lithographie. P. 114 [3392]) критиковал Домье за длину и навязчивое присутствие подписей на его работах.

[p 2a, 5]

Анри Бушо сравнивает продуктивность Девериа [3393] с продуктивностью Бальзака и Дюма. Ibid. P. 138.

[p 2a, 6]

Характеризуя отношение Клэр Демар к Джеймсу Лоуренсу, можно обратиться к нескольким пассажам из книги «Мой закон будущего». Первый находим в предисловии Сюзанны к этому произведению, и вначале он касается отказа Клэр Демар сотрудничать с Tribune des femmes: «Вплоть до 17 номера она постоянно отказывалась, замечая, что газета была слишком умеренной… Когда появился этот номер, в моей статье был пассаж, который из-за своей формы, своей умеренности вывел Клэр из себя… – Она мне написала, что собирается ответить на эту статью. Но… ее ответ превратился в брошюру, она решила опубликовать ее не в газете, а отдельным изданием… Вот фрагмент статьи, из которой Клэр цитирует всего несколько строк… В мире был тогда один мужчина, который интерпретировал… христианство… в пользу нашего пола: это мсье Джеймс Лоуренс, автор брошюры „Дети Бога, или Религия Иисуса“… Он не был сенсимонистом… Он утверждает наследование через матерей; очевидно, что эта система… весьма благоприятна для нас… я верю, что часть ее войдет… в религию будущего… и что принцип материнства станет одним из основополагающих законов государства» (C. Demar. Ma loi d’avenir. P. 14–16). В тексте письма Клэр Демар отстаивает интересы Лоуренса, опровергая возражения, выдвинутые против него Tribune des femmes. Его обвиняли в том, что он ратует за «моральную свободу… лишенную правил и пределов». Слово «…что привело бы нас прямо к грубой и отвратительной мешанине». Вина Лоуренса в том, что он объявляет тайну принципом в этих вопросах, тайну, в силу которой только мы должны отчитываться перед мистическим Богом в этих вопросах. В Tribune des femmes, напротив, убеждены: «Общество будущего будет основано не на тайне, а на доверии, ибо тайна продлит эксплуатацию нашего пола». Клэр возражает: «Разумеется, сударыни, если, как вы, я буду смешивать доверие и публичность, если, как вы, я буду провозглашать, что тайна должна продлить эксплуатацию нашего пола, то мне придется благословить эти времена, в которых мы живем». После чего она описывает жестокость нравов своего времени: «Перед мэром и перед священником… мужчина и женщина выставили длинную череду свидетелей… Вот… так называемый законный союз, тот, что позволяет женщине не краснея заявлять: в такой-то день, в такой-то час, я приму мужчину в своем ЖЕНСКОМ ЛОЖЕ! Союз, который, будучи заключенным перед лицом собравшейся толпы, продолжает свое неспешное существование среди оргии с вином и танцами, доходя до брачного ложа, превращенного в постель разврата и проституции, и позволяет бредовому воображению гостей… проследить за всеми деталями распутной драмы, разыгранной под названием первой брачной ночи! Если этот обычай, который выставляет новобрачную… перед дерзкими взглядами… который проституирует ее перед распущенными желаниями… не кажется вам страшнейшей эксплуатацией… то я не знаю, что думать». Ibid. P. 29–30.

[p 3, 1]

Дата выхода первого номера Le Charivari [3394]: 1 декабря 1832 года.

[p 3, 2]

Сапфическая исповедь сенсимонистки: «Я начала любить ближнюю женщину так же, как ближнего мужчину… Я ценила в мужчине физическую силу и своеобразный ум, превознося в равной мере телесную красоту женщины и особенные духовные качества». Без указания источника или имени в книге Фирмена Майяра: Firmin Maillard. La légende de la femme emancipée. P. 65.

[p 3а, 1]

Императрица Евгения как последовательница Матери:

[p 3а, 2]

Максимы из книги Джеймса Лоуренса (James de Laurence. Les enfants de dieu ou la religion de Jesus réconciliée avec la philosophie [3396]). «Более разумно полагать, что все дети сотворены Богом, нежели утверждать, что все супруги соединены Богом» (р. 14). Из того, что прелюбодейка не наказана Иисусом, Лоуренс делает вывод, что последний не хотел брака: «Он простил ее, поскольку считал супружескую неверность естественным следствием брака, он признал бы это, если бы был среди своих учеников… Пока брак существует, неверная жена должна считаться преступницей, поскольку обременяет мужа детьми от другого мужчины. Иисус не мог потерпеть такой несправедливости; его система последовательна: он хотел, чтобы дети принадлежали матери. Отсюда это замечательное высказывание: „Не называйте никого на свете своим отцом, ибо у вас только один отец и он на небесах!“» (р. 13). Божьи дети, рожденные одной женщиной, принадлежат к одной семье… Религия евреев – это религия отцовства, под знаком которого патриархи пользуются домашней властью. Религия Иисуса – это религия материнства, символом которой является мать с ребенком на руках; и эту мать зовут Девой, поскольку, исполняя материнский долг, она не отказалась от независимости девы» (р. 13–14).

[p 3а, 3]

«Похоже, что в некоторых сектах… в первые века существования Церкви догадались о замыслах Иисуса; симонианцы, николаиты, карпократиане, василидиане, маркиониты и другие секты… не только упразднили брак, но и восстановили общность женщин». Ibid. P. 8.

[p 3а, 4]

Абсолютно в стиле раннего Средневековья выдержано толкование, которое Джеймс Лоуренс дает чуду в Кане Галилейской, дабы превратить его в доказательство своего тезиса о враждебном отношении Иисуса к браку: «Увидев, что супруги приносят в жертву свою свободу, он обратил воду в вино, показывая, что брак – это безумие, на которое можно решиться только тогда, когда разум затуманен вином». Ibid. P. 8.

[p 4, 1]

«Святой Дух, или душа природы, спустился на Деву, как голубь; но поскольку голубь является символом любви, это означает, что мать Иисуса отдалась природной склонности к любви». Ibid. P. 5.

[p 4, 2]

Мотивы теоретического труда Лоуренса можно найти в его более раннем сочинении – четырехтомном романе «Панорама будуаров, или Империя Наиров» (Le Panorama des boudoirs ou l’empire des Nairs, 1817), который уже вышел в Германии и фрагмент которого был опубликован в Deutscher Merkur Виландом в 1793 году. Лоуренс был англичанином.

[p 4, 3]

«Незабываемо описывает Бальзак парижские физиономии: измученные, продубленные, бледные лица; „почти инфернальный цвет парижских физиономий“, не лица, а маски». Ernst Robert Curtius. Balzac. S. 243 [3397]. (Цитата взята из «Златоокой девушки» [3398].)

[p 4, 4]

«Интерес Бальзака к долголетию – из разряда тех вещей, что сближают его с XVIII веком. Естествоиспытатели, философы, шарлатаны того времени одинаково одержимы им <…>. Кондорсе верил, что в будущей эре, которую он рисовал в лучезарных красках, человеческая жизнь продлится до бесконечности. Граф Сен-Жермен пил „чай жизни“, Калиостро – „эликсир жизни“; другие рекомендовали „сидеральные соли“, „настойку на золоте“, „магнетические кровати“». Ibid. S. 101.

[p 4, 5]

У Фурье (Nouveau monde. Paris, 1829–1830. P. 275) есть высказывания против брака, напоминающие рассуждения Клэр Демар.

[p 4, 6]

Записка Бланки (весна 1846 года, больница в Туре): «В дни причастия к сестрам турской богадельни не подступить, они свирепы. Вкусили Бога. Гордыня этого божественного пищеварения доводит их до конвульсий. Сосуды святости становятся склянками с серной кислотой». Gustave Geffroy. L’enfermé. I. P. 133 [3399].

[p 4, 7]

К свадьбе в Кане Галилейской; 1848: «Запланирован пир для бедняков, пир за двадцать пять сантимов: хлеб, сыр, вино на равнине Сен-Дени. Он не состоялся 11 июня, в назначенный день, потом его перенесли на 18 июня, затем на 14 июля, однако собрания, на которых его готовят, открытая подписка, количество участников, достигшее уже 8 июня 165 532 человека, чрезмерно возбудили общественное мнение». Ibid. P. 192.

[p 4а, 1]

«В 1848 году в спальне Дженни, рабочей, на стене висят, прикрепленные булавками, портреты Беранже, Наполеона и Богоматери. Люди твердо верят в наступление культа Человечества. Иисус – великий человек 1848 года. Среди масс наблюдаются признаки веры в предсказания… В Almanach prophétique за 1849 сообщается о возвращении кометы 1264 года, порожденной Марсом, кометы войны». Ibid. P. 156.

[p 4а, 2]

Бабик, депутат 10-го округа, поляк, рабочий, затем портной, затем парфюмер. «Он был членом Интернационала и Центрального комитета, в то же время – проповедником культа фузионизма. В то время это была новомодная религия, предназначенная для мозгов, похожих на его собственные. Придуманная мсье Турейем, она объединяла… множество культов, к которым Бабик добавил спиритизм. Для этой религии он, будучи парфюмером, создал благоухающий язык, а также, за неимением других достоинств, дурман и мазь. Сверху своих писем он писал „Париж-Иерусалим“, датировал их годом фузионистской эры, подписывал „Бабик, дитя царства Божьего, парфюмер“». Georges Laronze. Histoire de la Commune de 1871. P. 168–169 [3400].

[p 4а, 3]

«Фантазийная инициатива полковника 12-го легиона оказалась не более удачной. По его распоряжению было создано подразделение граждан-добровольцев, задачей которого, к превеликому стыду уклоняющихся от воинской повинности, были аресты среди последних». Ibid. P. 501.

[p 4а, 4]

Эпоха фузионизма исчисляется с 30 декабря 1845 года.

[p 4a, 5]

Максим Дюкан в воспоминаниях играет со словами Evadiens и s’evader [3401].

[p 4a, 6]

Из Конституции везувианок: «Гражданки должны будут предоставить свой контингент наземным и морским армиям… Из принятых на службу женщин будет сформирована так называемая резервная армия, которая будет разделена на три корпуса – корпус работниц, корпус маркитанток и корпус милосердия… Поскольку брак является ассоциацией, каждый из супругов обязан разделять работы. Каждый муж, который откажется выполнять свою часть домашних забот, будет обязан вместо службы в национальной гвардии исполнять службу своей жены в гражданской гвардии». Firmin Maillard. La légende de la femme émancipée. P. 179, 181.

[p 5, 1]

«Чувства, балансирующие между сильным притяжением и еще более сильным отторжением, которые Гегель вызывал у членов „Молодой Германии“ [3402], наиболее ярко отражены в романе Густава Кюне „Карантин в сумасшедшем доме“ <…>. Поскольку „Молодая Германия“ ценила субъективный произвол выше, чем объективную свободу, младогегельянцы презирали „беспринципную разобщенность“ ее „беллетристического эгоизма“ <…>. Если в рядах „Молодой Германии“ и высказывалось опасение, что неизбежная диалектика гегелевского учения лишит молодежь силы <…> прямого действия, то это опасение не оправдалось». Напротив, когда младогерманцам «после запрета их произведений пришлось осознать, как изрядно они обожгли руки, усердным трудом которых надеялись обеспечить себе достойную бюргерскую жизнь, их пыл быстро унялся». Gustav Mayer. Friedrich Engels. I. Friedrich Engels in seiner Frühzeit. S. 37–39 [3403].

[p 5, 2]

Примерно в то же время, когда появились «физиологии», такие историки, как Тьерри, Минье и Гизо, сделали упор на анализе «буржуазной жизни».

[p 5, 3]

Энгельс о Вуппертале: «…тут создается прекрасная почва для наших принципов, и если нам удастся вовлечь в движение наших неистовых, пылких красильщиков и белильщиков, то наш Вупперталь тебя еще удивит. Рабочие уже года два как достигли последней ступени старой цивилизации, и их протест против старого общественного строя находит свое выражение в быстром росте преступлений, грабежей и убийств. Улицы вечером весьма небезопасны, буржуазию бьют, режут и грабят, и если развитие здешних пролетариев будет идти по тем же законам, что и в Англии, то они скоро поймут, что протестовать таким способом <…> бесполезно, и тогда они будут протестовать против него в своем всеобщем качестве, как люди,

путем коммунизма». Энгельс – Марксу, октябрь 1844, из Бармена [Karl Marx / Friedrich Engels. Briefwechsel. S. 4–5 [3404]].

[p 5, 4]

Героический идеал Бодлера – андрогин. Это не мешает ему писать: «Мы знали женщину-автора-филантропку, систематичную проповедницу любви, республиканскую поэтессу, поэтессу будущего, фурьеристку или сенсимонистку; и наши глаза… так и не смогли свыкнуться с этими чопорными безобразиями». Baudelaire. L’art romantique (éd. Hachette, tome III). P. 340 («Марселина Деборд-Вальмор») [3405].

[p 5а, 1]

Одним из поздних сектантских движений XIX века является религия фузионизма. Ее проповедовал Л. Ж. Б. де Турей (VIII т. † 1863 (или 68?)). В его периодизации истории прослеживается влияние Фурье; Сен-Симон заложил идею Троицы как единства Матери-Отца, с которым сочетается Дочь-Сын, или андрогин. Поведение универсальной субстанции определяется тремя процессами, в дефиниции которых и обнаруживается слабость обоснования сей доктрины. Этими процессами являются: «Эманация, <…> свойство, которым обладает универсальная субстанции распространяться бесконечно вне себя… Абсорбация <…>, свойство, которым обладает универсальная субстанция замыкаться на самое себя… Ассимиляция <…>, свойство, которым обладает универсальная субстанция интимно проницать самое себя (р. 1). – Характерный пассаж из афоризма «Бедные, богатые», обращенного к богатым и рассказывающего им о бедных: «К тому же, если вы не желаете возвысить их до себя и гнушаетесь смешиваться с ними, почему вы дышите одним с ними воздухом, обитаете в одной атмосфере? Чтобы совсем не дышать и ассимилировать их эманацию… вам следует покинуть этот мир, дышать другим воздухом, жить в другой атмосфере» (p. 267). – Мертвые обладают множеством форм и существуют одновременно в разных местах на земле. Поэтому люди должны уже в этой жизни проявлять серьезный интерес к благоустройству Земли (p. 307). Наконец, всё объединяется в череду солнц, которые в итоге, пройдя через стадию unilumiere [3406], реализуют lumiere universelle [3407] в region universalisante [3408]. Religion fusionienne ou doctrine de l’universalisation realisant le vrai catholicisme. Paris [1902] [3409].

[p 5a, 2]

«Я: „Есть у вас еще какая-нибудь замечательная культовая практика“? М. де Турей: „Мы часто молимся, и наши молитвы обычно начинаются с этих слов“: „О, Мап, всевышний и вековечный.“ Я: „Что означает этот звук – Мап?“ – М. де Турей: „Это – священный звук, объединяющий букву „м“, означающую „маму“, букву „п“, означающую „папу“, и букву „а“, означающую Амура, бога любви“. Эти три буквы обозначают великого вечного Бога». Alexandre Erdan [A. A. Jacob]. La France mistique. II. P. 632 [3410] [сквозная пагинация].

[p 6, 1]

Фузионизм – это не синкретизм, а слияние людей друг с другом и с Богом.

[p 6, 2]

«Должно быть, человечество будет счастливо лишь в тот день, когда Республика пошлет сына Бога в столярную мастерскую его отца». Эта фраза вложена в уста Курбе в листовке, знакомящей публику с героями Февральской революции.

[p 6, 3]