Следующие три дня тянутся монотонной рутиной, в которой Эби начинает увязать. Большую часть времени она прячется в своей комнате, окружив себя стопкой книг, которые Мэттью разрешил ей взять из маленькой библиотеки в гостиной. Они больше не едят вместе, но Мэттью всегда оставляет для нее ужин на столе.

Избегать его куда сложнее, чем Эби себе представляла. Она решила, что перестать общаться с ним – хорошая идея, а Мэттью не стал задавать вопросы. Но с каждым днем, наполненным серостью, одиночеством и нескончаемым дождем за окном, Эби, наоборот, все больше чувствует тоску. Каждый день она спускается вниз, чтобы проверить, как заживает рука Мэттью, и сделать новую повязку. Он больше не противится и терпеливо ждет, пока она закончит. В такие моменты Эби чувствует, как сердце в ее груди стучит чаще, чем положено, и ненавидит себя за это.

Иногда она подглядывает за ним через окно. Сидя на подоконнике с книгой в руках, Эби наблюдает за тем, как Мэттью занимается на деревянном пирсе у озера. Иногда он тренируется, иногда просто сидит, закрыв глаза, погруженный в медитацию. Капли дождя стекают по его голому торсу и спине, и это не может не отвлекать Эби от чтения, каким бы увлекательным оно ни было.

Этим утром он тоже занимается. Мэттью использует небольшую скамью для отжиманий. Не отрывая глаз, Эби наблюдает за тем, как он выполняет упражнения одно за другим. Стекло запотевает от того, что она дышит все чаще. В какой-то момент, когда он заканчивает берпи, Мэттью выпрямляется и разминает шею. А затем его взгляд неожиданно устремляется вверх, будто он чувствует, что на него смотрят. Эби знает, что нужно отвернуться, но не может пошевелиться. Их взгляды встречаются, и Мэттью смотрит Эби прямо в глаза. Она хочет отпрянуть от окна, но что-то неведомое заставляет ее остаться в том же положении и выдержать этот взгляд.

Спустя несколько мучительных секунд Мэттью все же отворачивается и возвращается к тренировкам. С хлопком закрыв книгу, Эби вскакивает с подоконника и, задернув занавеску, падает спиной на кровать. Она смотрит в потолок несколько секунд, прежде чем зажмуривает глаза и начинает хныкать от собственной глупости.

Проведя ночь за мыслями о своих постоянных слежках из окна, Эби решает, что так больше не может продолжаться. Одиночество поглощает ее с каждым днем и кроме страданий ничего не приносит. Так что девушка придумывает план, как все исправить. Очевидно безрассудный, глупый и, как она думает, вряд ли удачный. Но других идей у нее нет.

Эби встает в шесть утра, быстро принимает душ и, натянув спортивные штаны и топ, спускается вниз. Открыв холодильник, Эби стоит некоторое время, размышляя над тем, что она сумеет приготовить из того, что видит перед собой. Наконец девушка берет несколько яиц, бананы и цветочный мед. Выложив все на столешницу, Эби надевает фартук и ищет глазами еще один ингредиент. Найдя упаковку белого хлеба, Эби на ощупь понимает, что тот немного зачерствел, но это ей не помешает. Полная энтузиазма и волнения, она приступает к готовке.

Эби успевает накрыть на стол до того, как Мэттью спускается вниз. Сняв с себя фартук, с невинной улыбкой она стоит напротив, глядя в удивленные глаза мужчины.

– Что это? – мягко спрашивает Мэттью, опираясь на стену в проходе в гостиной.

– Завтрак, – пожимает плечами Эби и садится за стол, стараясь выглядеть непринужденной и не показывать свое волнение. Она подвигает к себе чашку с дымящимся кофе. – Это, конечно, не круассаны с джемом, но я подумала, что тебе понравится.

Подняв голову, она с легкой улыбкой смотрит на мужчину. Тот продолжает с удивлением разглядывать тосты.

– Так и будешь там стоять? – Эби вздыхает, хмуря брови, и Мэттью делает пару шагов и наконец садится напротив нее, придвигая к себе тосты.

– Выглядит неплохо, – оценивающе говорит мужчина, вертя тарелку на столе.

– Повар делал французские тосты, когда я жила в Париже. Не претендую на оригинальность, но, надеюсь, это хоть немного вкусно.

Мэттью делает первый укус, и Эби с замиранием сердца ждет его реакции. Он не закрывает глаза от восторга, но и не выплевывает еду обратно в тарелку, так что девушка может собой гордиться.

– Это вполне достойно, – выносит он вердикт и дарит ей легкую улыбку, а затем встает, чтобы налить сок.

Тишина затягивается, и Эби чувствует, что должна снова вернуть ту раздражающе болтливую непринужденную девчонку, чтобы не выдать переменившихся чувств. Мэттью не должен знать, что она не чувствует к нему прежние раздражение и ненависть. Ну, может совсем немного. Прочистив горло, Эби ерзает на стуле, прежде чем спросить самым непринужденным голосом:

– Кто живет здесь, когда тебя нет?

– Никто. – Мэттью отпивает апельсинового сока, и Эби хмурится.

– Тогда кто купил все эти продукты прямо перед нашим приездом?

Мэттью молчит довольно долго, не поднимая глаз, и просто ест. Эби думает, что на этом все. Уже слишком поздно что-то менять, и ей снова придется вернуться наверх и прятаться в комнате. Но спустя минуту тишины мужчина в конце концов отвечает.

– Я попросил кое-кого, чтобы здесь прибрались, забили холодильник едой и подготовили дрова.

Эби напрягается, но, чтобы не выдать себя, решает съязвить.

– Кто-то очень близкий или просто один из твоих должников?

– Тебя это не должно касаться, так что я не обязан отвечать, не так ли?

Его голос звучит бесстрастным и холодным, и это обижает Эби, но она просто поджимает губы и ничего не говорит. Допив кофе в тишине, она произносит, прежде чем встать из-за стола:

– Еда почти закончилась.

– Я съезжу в город сегодня. – Мэттью доедает тост и вытирает пальцы салфеткой.

– Если ты собираешься в Лион, то я поеду с тобой.

– Нет, ты останешься здесь. – Мэттью встает из-за стола, и Эби вскакивает вслед за ним.

– Нет, я не останусь здесь одна!

Девушка испуганно смотрит на него, и дело даже не в том, что она хочет поехать с ним, а в том, что перспектива остаться в этой глуши совершенно одной действительно пугает. Воспоминания, когда ее чуть не запихнули в фургон, еще слишком свежие и яркие, и это нервирует.

Мэттью складывает руки на груди, но Эби моментально повторяет его позу, не сводя с него глаз. Она выглядит настойчивой и неотступной, так что мужчина тяжело выдыхает.

* * *

Дорога до Лиона занимает чуть больше получаса. Эби рассматривает деревья, сменяющиеся одно за другим. Мэттью включает музыку, так что они особо не разговаривают. Сегодня дождя нет, хотя погода пасмурная. Открыв окно, Эби высовывает руку и играется пальцами с ветром. Она набрасывает на голову капюшон и смотрит в пол, пока они покупают продукты. Мэттью заполняет весь багажник пакетами, и Эби гадает, что он сегодня приготовит на ужин.

Когда они возвращаются, небо наконец становится чуть светлее. Эби молча раскладывает продукты в холодильнике, украдкой глядя на то, как Мэттью печатает что-то в телефоне. У Эби замирает сердце всякий раз, когда он это делает. Каждый раз она в ужасе думает о том, что он может вот-вот получить новые инструкции, и все будет кончено. Но вскоре мужчина прячет телефон в карман, и Эби облегченно выдыхает.

– Я тут подумала… – Она убирает банку фасоли в шкаф и поворачивается. Прислонившись к тумбочке, скрещивает руки на груди и поднимает взгляд на мужчину. – Пока еще есть время, может, ты дашь мне пару уроков по самозащите? – Мэттью тут же поднимает на нее удивленный взгляд, и Эби грустно вздыхает. – Хэрри иногда показывал мне всякие приемы, но тогда я не воспринимала это всерьез. Вместо этого мы покупали мороженое и считали машины разного цвета. Случившееся в том переулке заставило меня задуматься.

Мэттью молчит несколько минут, а Эби все глубже погружается в грустные мысли.

– Не думаю, что это хорошая идея. – Он качает головой и, развернувшись, направляется в гостиную.

Эби мгновенно хмурится и, оттолкнувшись от тумбы, спешит за мужчиной.

– Думаешь, я не справлюсь? – Она обгоняет его и становится напротив. Он хочет обойти препятствие, но девушка перегораживает путь. – Я занимаюсь спортом с самого детства.

– Тогда тебе не нужна моя помощь. – Мэттью делает шаг в сторону и обходит ее, и Эби чувствует знакомое раздражение. Это даже радует ее, потому что она не хочет думать об этом человеке хорошее, и лучше бы им вернуть эти искорки презрения друг к другу.

– Научи меня защищаться!

Эти слова заставляют мужчину остановиться и медленно повернуться.

Она делает шаг ближе, глядя Мэттью в глаза, и тот вздыхает, поворачивая голову в сторону окна. Он изучает улицу несколько секунд, и Эби подходит ближе и ждет, пока он не посмотрит ей в глаза.

Выждав несколько секунд, она вдруг неожиданно заносит кулак, собираясь ударить. Но, как и ожидала, Мэттью с ловкостью перехватывает ее руку в воздухе и заламывает, заставляя девушку застонать от боли и согнуться пополам. Мэттью дергает руку вверх, и Эби выпрямляется, хватая ртом воздух, оказавшись прижатой к нему спиной с рукой, зажатой между их телами.

– Вот видишь, – тяжело дыша, говорит она.

Боль искрится в руке, и Эби чувствует дыхание Мэттью на своих волосах, прежде чем он отпускает ее. Эби поворачивается к нему лицом и встряхивает руку, пока та не перестает болеть. Мэттью наклоняет голову набок и молчит.

* * *

Они стоят на полянке рядом с домом, недалеко от озера. На Эби спортивные штаны и серый топ, она переминается с ноги на ногу, поправляя высокий хвостик.

– Если ты хочешь научиться защищаться, то средства не важны. – Мэттью стоит напротив в спортивных штанах и футболке. У Эби внутри все вибрирует от волнения. – Важна лишь цель. Начнем с простого. – Он подходит ближе, и Эби инстинктивно хочет попятиться назад. – Сила не всегда главное. В твоем случае нужно быть хитрее и быстрее своего противника.

Он становится рядом с ней и поднимает ее руку. Эби расслабляет ее, позволяя ему сжать пальцы, превращая ладонь в лодочку.

– Чтобы, например, успеть убежать, ты можешь оглушить противника. – Мэттью поднимает ее руку к своей голове, и Эби внимательно смотрит, затаив дыхание. Сосредоточиться тяжело, потому что все, на что направлено внимание, – это теплые пальцы Мэттью, касающиеся ее кожи. – Главное – попасть точно в цель. Сжимаешь вот так и бьешь прямо в ухо.

Он прижимает ее ладонь к своему уху, и Эби задерживает дыхание. Его кожа теплая, в то время как ее собственные руки замерзли.

– Этого будет достаточно, чтобы успеть убежать. – Мэттью опускает ее ладонь вниз и выпрямляет пальцы. – Напряги ее, – говорит он, и Эби напрягает ладонь, сводя пальцы вместе. – Если человек стоит напротив, – он берет ее руку двумя своими и ведет по направлению снизу вверх к своему лицу, – резким рывком нужно ударить в нос. – Затем мягко надавливает на нижнюю часть ладони, прощупывая кость. – Снизу вверх, понятно? – Эби кивает, и он отпускает ее руку. – Попробуй, – предлагает Мэттью и делает шаг назад. – Медленно.

Эби набирает побольше воздуха и медленно выдыхает его, настраиваясь. Ей не очень нравится идея ударить Мэттью, но ведь это всего лишь обучение. Сжав и снова разжав кулак несколько раз, она выпрямляет ладонь и снизу вверх, как он учил, ударяет воздух. Ладонь застывает прямо у его носа. Эби выдыхает, глядя в глаза мужчине. Он даже не моргнул.

– Хорошо, – кивает он, и в его глазах проскакивает искра. – Попробуем это. – Эби наклоняет голову набок, не понимая, что он имеет в виду, но затем он произносит, медленно и тихо, пуская мурашки по спине девушки: –Беги.

Эби стоит там, просто застыв на несколько секунд, а затем чувствует знакомый прилив адреналина. Все звуки будто становятся тише, она разворачивается и пускается в бег со всех ног, прямо вдоль берега. Эби хватает обжигающий горло воздух, чувства переполняют ее изнутри, и она не может сдержать улыбку, не понимая, от чего именно та появилась. Девушка бежит так быстро, как может, и она слышит, как Мэттью преследует ее, что подстегивает бежать еще быстрее.

Она перепрыгивает камень, треск сучка под ногой возвращает звуки вокруг. Эби смотрит перед собой, сворачивая в лес, умело огибает каждое дерево, слыша, как Мэттью бежит сзади, он словно совсем рядом, и сердце Эби вот-вот выпрыгнет из груди. Она понимает, что это лишь игра, но это странное чувство животного страха заставляет ее хотеть закричать. Она слышит шаг Мэттью совсем рядом и хочет свернуть, но уже слишком поздно. Он быстрее нее. Мужчина хватает Эби за плечо, она спотыкается, но удерживает равновесие. Ее колено прогибается, она наклоняется к земле, но Мэттью удерживает ее в воздухе. Судорожно соображая, Эби нагибается ниже, а затем, вдруг резко развернувшись, поднимает свободную правую руку. Эби чувствует прилив необузданной энергии и ярости, распирающих изнутри. Сложив пальцы вместе, она разворачивается и со всей силы ударяет Мэттью в нос. Его хватка ослабевает, и Эби выдергивает вторую руку, освобождаясь. Он отшатывается назад, закрыв глаза, и трясет головой.

Это заставляет Эби прийти в себя. Она часто дышит, вдруг понимая, что на самом деле справилась и смогла вырваться, но затем в ее сознании проскальзывает сожаление.

– О, черт, Мэттью! Прости меня. – Она подскакивает к нему, но мужчина открывает глаза. – Слишком сильно, да?

– Нет. – Он проверяет, не идет ли из носа кровь. – Это то, что нужно.

Мэттью смотрит прямо ей в глаза, и Эби словно может увидеть там что-то, похожее на гордость. Она успокаивается и широко улыбается. Мэттью тоже улыбается, выглядя искренне довольным.

– Идем, – он неспешно разворачивается и шагает обратно в сторону дома, – на ужин будет луковый суп.

* * *

Эби встает в семь каждое утро. Принимает душ, переодевается и спускает вниз, где Мэттью уже ждет ее для тренировки. Девушке нравятся их занятия. Нравится то, что таким образом они проводят время вместе, так она может касаться его без всяких сомнений, к тому же это действительно полезно для ее навыков самозащиты. Но самое ненавистное для Эби, когда Мэттью заставляет ее держаться в планке.

– Прямая линия, – напоминает он, каждый раз ходя вокруг нее со сплетенными за спиной руками. Эби едва может следить за собственным дыханием. – Не прогибай поясницу.

Эби стискивает зубы, искренне ненавидя его в такие моменты. Каждый раз, когда ее мышцы начинают дрожать, а мозг хочет сдаться и разрешить ей упасть, она изо всех сил умоляет себя держаться. Она не хочет выглядеть слабой перед ним. Эби напрягает все мышцы, закрывает глаза и держится до тех пор, пока не слышит заветное: «Стоп».

Она ненавидит упражнения с тем, чтобы вставать на опору, ненавидит отжимания, хотя знает, что Мэттью все еще жалеет ее. Зато Эби нравится бегать. Они бегают каждое утро по сорок минут вдоль берега озера и возвращаются обратно по лесной тропе. Ей нравится бежать сзади и отвлекаться от усталости мыслями о широкой спине Мэттью и его взмокшей от пота футболке.

Он продолжает учить ее защищаться. Она запоминает несколько действительно полезных приемов. Особенно тот, где он учит ее выпутываться из хватки. Эби часто дышит в те моменты, когда он стоит слишком близко к ней, почти вплотную, и думает, замечает ли мужчина ее волнение? В любом случае она может списать это на одышку после нагрузок.

Утром следующего дня идет дождь, и Эби кое-как заставляет себя вылезти из постели. Она смотрит в окно, сонно потирая глаза. Дождь барабанит по окнам, и в душе девушки зарождается надежда, что хотя бы сегодня, в такую погоду, Мэттью разрешит ей остаться в комнате и читать весь день. К ее разочарованию, когда она спускается в обычной одежде, Мэттью ждет ее в гостиной в спортивном костюме. Эби стонет.

– Шутишь? Ты видел, что творится за окном? – хнычет она, глядя на дождь.

– Ты всегда можешь отказаться, – совершенно спокойно отвечает мужчина, и Эби ненавидит этот тон. Ненавидит это чувство, будто она не может позволить себе сдаться. Она разводит руками и вздыхает.

– Дай мне пять минут.

Ее кроссовки проваливаются в сырую лесную землю, пока она бежит. На этот раз Мэттью бежит позади, и Эби до ужаса расстроена, что эту пробежку не скрасить видом его поднятой фигуры.

Когда она стоит на поляне, собранные в хвост волосы мокрые, по лицу стекает вода, и Эби часто дышит, глядя на Мэттью. Он стоит напротив, и девушка видит, как вздымается его грудь. Собрав все свои негодование и злость, она начинает первой. Бросается вперед, пытаясь напасть, и он отражает каждый ее удар, однако позволяет отойти и напасть снова. Эби знает, что он поддается, потому что в любую секунду может обездвижить, и она старается ударить его снова и снова, смаргивая капли воды со слипшихся ресниц.

– Да брось, это все, что ты можешь? – подначивает Мэттью, и Эби действительно злится.

Она пытается ударить локтем, но он уворачивается. Эби хватает его за футболку двумя руками, но Мэттью перехватывает одну из ее рук, второй хватая за шею, и выворачивает ей запястье, заламывая за спиной. Он тут же отпускает ее, делая шаг в сторону, и Эби резко выпрямляется.

– Ты выпускаешь свой гнев наружу, – громко говорит Мэттью, стараясь перекричать дождь. – Даешь волю эмоциям. Ты должна быть сосредоточена на цели, а не на том, что чувствуешь.

Эби выпрямляется и делает медленный вздох. Закрыв глаза, она считает до десяти, заставляя себя отпустить все эмоции. И только когда в голове остается лишь шум дождя, Эби распахивает глаза. На этот раз она подходит медленно, выжидая, когда Мэттью нападет первым. Он взмахивает рукой в сторону ее головы, и Эби пригибается, закрывая ухо плечом, чтобы не позволить ему себя оглушить. Она выставляет локоть, резко поднимаясь снизу, но он успевает поставить блок. Эби делает шаг назад.

«Не забывай держать дистанцию, чтобы продумать следующий шаг», – вспоминает она один из предыдущих уроков.

Он снова заносит руку, но Эби поворачивается боком и с размаху бьет его ногой в ухо. Это дает ей несколько секунд, чтобы повернуться и врезать противнику ладонью в нос. Мэттью закрывает глаза, но подается вперед, чтобы схватить ее за шею, и тогда Эби дает волю ярости и желанию наконец победить его. Она перехватывает его руку, второй обхватив за шею. Мэттью сгибается пополам, наваливаясь на нее, но в последнюю секунду, когда Эби понимает, что падает, она успевает согнуть ногу, упершись ею в грудь мужчины. И в тот момент, когда приземляется на мокрую траву, ударяясь спиной, Эби делает упор на ногу, направляя всю силу на то, чтобы перевернуть Мэттью, не позволив ему оказаться сверху и прижать ее к земле. И ей это удается: издав вздох, Мэттью падает на спину, и Эби оказывается сидящей на его груди. Он отпускает ее шею и открывает глаза.

Эби часто моргает, прерывисто дыша, сама не веря в происходящее. Мэттью смотрит на нее снизу вверх, оказавшись зажатым между ее ног, и на лице девушки появляется победная улыбка. Мэттью усмехается, и Эби тоже. Она кладет руки на его грудь и радостно улыбается, глядя ему в глаза.

Но вдруг Мэттью хмурится, поднимая руку вверх, и Эби прослеживает взглядом за его движением. Ее сердце, кажется, замирает в этот момент, когда Мэттью касается кончиком пальца ноздри, и тот окрашивается в алый.

– Погляди-ка, jeune femme, – усмехается он, не веря своим глазам, и смотрит на нее с искренней улыбкой. –Ты разбила мне нос.

Эби улыбается широко, не в силах справиться с эмоциями. Она не думает о том, чтобы извиниться или сделать что-то еще. Ее переполняет жуткая радость, она видит что-то, похожее на гордость, в глазах Мэттью, и это сводит ее с ума. Она будто теряет контроль над собой, абсолютно поглощенная мыслями о Мэттью. Затем сдвигает одну руку чуть в сторону на его груди, чтобы почувствовать, как бьется его сердце. Подняв вторую руку, Мэттью вдруг вытягивает ее вперед и, нежно касаясь лба Эби, убирает с него прилипшую прядь волос. Это заставляет девушку окончательно сойти с ума. Она чувствует, как стучит сердце мужчины под ее ладонью, на ее губах все еще веселая улыбка, когда она наклоняется ниже, упираясь второй рукой в землю. Ее лицо оказывается слишком близко к лицу Мэттью, когда она произносит, достаточно тихо, так, чтобы это звучало почти как шепот:

– Смотри-ка, Мэттью Де Монтклер, у тебя все же есть сердце, – она надавливает пальцами на его грудь чуть сильнее. – И оно бьется чаще, чем следовало бы.

Мэттью тяжело выдыхает, его дыхание опаляет ее и без того разгоряченную кожу. Возможно, адреналин слишком сильно ударяет в голову, а может, ею движут совсем другие чувства. В любом случае Эби слишком поздно понимает, что больше не контролирует себя.

Она неожиданно наклоняется вниз, и в какую-то секунду дыхание Мэттью снова обжигает ее лицо, когда он выдыхает, прежде чем Эби закрывает глаза и касается его губ своими.

Это длится всего несколько мгновений. Эби успевает почувствовать их тепло, их вкус, почувствовать взрыв фейерверков в груди. На какое-то мгновение ей даже кажется, что Мэттью прижимается своими губами к ее, но уже в следующую секунду Эби чувствует, как оказывается в воздухе.

Ее спина вжимается в мокрую траву, когда мужчина сбрасывает ее с себя, капли дождя падают на лицо. Она распахивает глаза, вернувшись в реальный мир, и осознание ударяет в голову. Она резко садится, видя, как Мэттью встает с земли.

– Мэттью? – испуганно зовет она, когда мужчина молча направляется в противоположную от дома сторону. Ужас накрывает ее лавиной, и она чувствует, как все разрушается на ее глаза.Она все испортила.

Вскочив с земли, Эби чувствует боль в каждой мышце, но это больше неважно. Нужно все исправить, пока не стало слишком поздно. Она бежит за мужчиной, хватая его за футболку, прежде чем ей удается его обогнать прямо у кромки леса и встать перед ним.

– Постой, подожди! – Она тяжело дышит, но, когда он поднимает на нее бесстрастные холодные глаза, все внутри нее словно обрушивается.

– Не надо, Эбигейл. – Впервые Эби ненавидит собственное имя, ненавидит то, как оно звучит прямо сейчас. Вода стекает по его лицу, девушка поджимает дрожащие губы.

– Я не хотела… – начинает она в попытке все исправить, но он резко перебивает ее.

– Нет, хотела. – Его голос не звучит грубо, в нем просто нет абсолютно никаких эмоций, по крайней мере, Эби не может их считать. Но все равно ощущает, как в груди появляется зияющая дыра. – И, вероятно, это моя вина. Но больше не делай так. Никогда.

Чувствуя этот отвратительный, удушающий ком в горле, Эби понимает, что глаза вот-вот начнет жечь от слез. Она знала, что так будет, но обида все равно пожирает изнутри.

– Это потому, что ты считаешь меня ребенком? – вдруг произносит Эби единственное, что приходит ей в голову, вспоминая слова, однажды сказанные им. Но Мэттью вдруг хмурится.

– Вовсе нет. – Он вздыхает, и Эби разглядывает каждую капельку, стекающую по его лицу. – Я не пример для подражания, – отрезает он и взмахивает рукой, заставляя Эби вздрогнуть. Но затем поднимает ладони и приглаживает волосы руками, вздыхая. – И абсолютно точно не любовный интерес. Я всего лишь наемник, которому за тебя платят. И это все, что нас связывает.

Его слова ранят, но больше всего уязвляет то, что это правда. Мэттью обходит ее, направляясь в лес, а Эби стоит там, не в силах больше сдерживаться. Она чувствует, что по щекам текут уже не капли дождя, а ее собственные горячие слезы.

– Куда ты идешь? – развернувшись, кричит она ему вслед, но он не отвечает. Она смотрит на мужчину до тех пор, пока его силуэт не исчезает среди деревьев.

Гордо вскинув голову, Эби стискивает челюсть, раздавливая в себе обиду, и вытирает слезы. Она возвращается в дом, чувствуя, как ее трясет – то ли от эмоций, то ли холода. Скинув с себя мокрую одежду, она нагишом забирается под одеяло, накрываясь с головой. Злость, разочарование, страх и стыд пожирают изнутри, и она не знает, что из всего этого бесит сейчас больше.

Спустя несколько часов, когда дождь уже прекратился, хлопает входная дверь и слышатся шаги Мэттью. Спустя еще какое-то время Эби чувствует запах еды, но лишь прячется под подушку и закрывает глаза.

Эби так и не спускается к ужину.