Прежде чем оставить своего преданного слугу, прослужившего верой и правдой Губитель знает, сколько лет, Схарм даровал ему жизнь — возможно, самое ценное, что он мог дать после свободы. Завершив первичный осмотр, Тесак с уверенностью заявил, что Лек просто не мог бы выжить после выстрела Марта. Но он выжил. А входное и выходное отверстия в черепе выглядели не просто затянувшимися и поджившими. Под тонкой розовой кожицей прощупывались невредимые кости.

Март живо вспомнил, как одним прикосновением ладони Лек затянул рану на его вскрытом горле. Невольно тронул прятавшийся под воротником свитера шрам.

— Не знаю, что там творится у него в черепушке, и не застряла ли в мозгу пара осколков, — проворчал Тесак, осторожно поворачивая голову уже освобождённого от пут и странно обмякшего на каменном полу Лека, — но, очевидно, теперь дыра в груди — самая большая его проблема.

Чёрная воронка на месте пропавшего амулета выглядела действительно огромной.

Но, несмотря на многочисленные порезы вокруг, оставшиеся после попыток Игоря извлечь амулет и исступлённой ярости Матери, почерневшая рана не кровила больше.

Тесак смотрел на всё это, соображая, как ему подступиться и закрыть зияющее отверстие на теле Лека. А пока он думал, его руки сами готовили всё необходимое для операции.

Понимая, что Тесак не справится без ассистента, Март всё же оставил его на минуту. Были и другие дела, требовавшие немедленных действий.

Урал бесцельно бродил по платформе, с любопытством разглядывая зеркальные колонны и причудливый потолок, украшенный плафонами в виде сот.

Дагир распахнул тёплую меховую парку — как и всегда в подземельях уродов тут было тепло, даже жарко. Ян вновь старался держаться подальше от отца, хотя в его поведении уже не чувствовалось прежней демонстративности. Пёс теперь не отходил от мальчика ни на шаг, семенил рядом, преданно заглядывая в глаза, а Ян уверенно шагал к Марту.

— Давай я осмотрюсь тут, — сказал он, подойдя ближе, скользнув по Леку любопытствующим взглядом.

Март думал послать на разведку Урала.

Но едва Ян предложил это, понял, что парнишка прав. Он был уже в метро. Провёл тут гораздо больше времени, чем хотелось бы ему самому, и ещё на поверхности успел продемонстрировать свою наблюдательность. Только Ян мог бы понять, есть ли что-то необычное в этой станции, и на что стоило бы обратить внимание.

И, несмотря на нестерпимое желание оставить мальчишку рядом, чтобы не подвергать его опасности снова, Март кивнул.

— Возьми с собой Урала, — добавил он.

— Я пойду, — внезапно вмешался Дагир.

Март вопросительно посмотрел на Яна.

Тот неловко пожал плечами, соглашаясь.

— Хорошо, — ответил Март. — Не заходите далеко. Проверьте лишь основные помещения станции…. Возможно, тут прячутся и другие уроды.

Впрочем, Март был уверен, что больше уродов тут нет, и это пугало его сильнее всего. Он не понимал, где уроды, почему Игорь был тут один, и главное, прочему Лек и Мать были тут.

— Урал! — обернулся он к праздношатающемуся Губителю. — Тогда ты последи за тоннелями. Только не ходи в них. Там могут быть сбойки и боковые ответвления, прорытые копателями. Легко заблудиться.

Март и тут немного лукавил. Он не хотел, чтобы отряд разделялся. Их и так было мало, а Мать, следовательно — и все уроды, сколько бы их ни было в подземельях метро — знали теперь, где они находятся.

Март готов был поспорить, Мать призвала всех до единого своих детишек, едва поняла, что Игорь украл амулет. Если, конечно, не сделала этого ещё раньше, как только обнаружила их присутствие в своих владениях.

Орды смертоносных тварей могли появиться на станции в любой момент. И лучше бы было не сталкиваться с ними, даже если главная их цель — Игорь.

— Я и не собирался, — ответил Урал, ухмыльнувшись криво, но перестал разевать рот, пялясь на колонны, стены и потолок. Пошёл к краю платформы и выглянул в туннель, посмотрев сначала в одну, потом в другую сторону. Увидел рельсы, уходящие вглубь и теряющиеся где-то в призрачном сумраке. Спросил: — Это что, тут и дрезины могут ходить?

— Угу, — ответил Март, возвращаясь к Тесаку.

Конечно же, несмотря на то, что в Депо на путях стояло множество поездов и составов, жители Города нечасто видели рабочий поезд. Слишком сложный механизм, он был скорее диковинкой. На Комбинате на каждое отправление поезда в Спасённый город приходили поглазеть толпы народу. А вот дрезинами пользовались постоянно. Железнодорожные пути оставались одной из немногих стабильных зон, избегавших воздействия сдвигов.

— Ну как? — спросил Март, опускаясь на колени рядом с Тесаком.

— Справлюсь и сам, — ответил тот, уже принявшийся прочищать раны перед тем, как начать накладывать швы. — Но в четыре руки дело пойдёт веселей.

Март кивнул и присоединился к работе, краем глаза заметив, как ушли с платформы, скрывшись за дверью служебного помещения, Ян и Дагир. Как Урал принялся патрулировать тоннели, переходя с одного края платформы на другой и внимательно вглядываясь в мерцающие зеленым круглые своды.

Как и ожидал Март, уже через каких-то десять-пятнадцать минут в одном из туннелей раздались невнятные пока звуки. Март застыл, вслушиваясь. Тесак, не прекращая работы, бросил косой взгляд. Урал, осторожно выглядывавший с платформы, тоже замер вдруг, весь напрягшись, и тут же тихонько отошёл от края. Стараясь двигаться бесшумно, перебежал за колонну и, обернувшись к Марту, прошептал одними губами: «Там какие-то люди».

Март отметил для себя это «люди».

Не уроды.

Даже в неверном свете, источаемом стенами метро, уродов невозможно было перепутать с обыкновенными людьми. Слишком гротескно те выглядели, слишком странно, по-животному стремительно и хищно, двигались.

Предстояло выяснить, что это за люди.

Оставив сосредоточенно работавшего Тесака: тот уже начал зашивать раны, двигаясь от мелких порезов к зияющей дыре на груди — Март так же осторожно, как и Урал до него, сместился к краю платформы, но не стал выглядывать, боясь быть обнаруженным. Обернулся и пристальней всмотрелся в большое квадратное зеркало, Губитель знает, с какими целями, висевшее там, где платформа заканчивалась и начинался туннель.

— Барн, — выдохнул он изумлённо через минуту. — Барн! — позвал негромко, уже не таясь, зная, что чуткое ухо лекана услышит даже тихо сказанное слово.

Звук движения: тихие шаги, шорох одежды, едва уловимый лязг оружия — всё замерло на мгновение, а потом Март чётко различил прекрасно знакомую походку. Барн пошёл навстречу, уже не таясь, и все, кого он привёл с собой, последовали за ним.

— Март! — Барн поприветствовал его так же негромко, когда Март вышел из-за колонны к краю платформы, спрыгнул вниз, на рельсы, спеша увидеть, кто ещё пришёл к ним на подмогу.

Почувствовал, как наконец-то уходит напряжение с плеч. Теперь они могли бы потягаться с уродами.

Тут была и пара человек из тех Губителей, которые вызвались спускаться с Барном по вентиляционной шахте, и Штефан, и даже… люди Игоря.

Без своего предводителя они выглядели потерянно. В небольшой группе, вышедшей из туннеля, держались обособленно, плотной кучкой, явно опасаясь своих новых соратников. Март кивнул им, приветствуя, но тут же обернулся к Барну и прочим.

— Вы пробились? Потери? — взгляд сам заметался, выхватывая из толпы лица Губителей. Их было слишком мало. Март не успел ещё запомнить всех, но, пересчитав по головам, понял, что большая половина отряда отсутствует. Невольно нахмурился.

Барн рассмеялся.

— Не пришлось, — ответил он, протягивая руку для приветствия. — Как же я рад тебя видеть целым и невредимым. — Он не сдержался и, встряхнув ладонь, вдруг сжал пальцы крепче и привлёк Марта в объятия, хлопнув по спине. — Где Ян? — Барн тут же отстранился, окинул платформу обеспокоенным взглядом.

— Не пришлось? Тогда где остальные? — спросил Март, глядя с недоумением. Добавил, спеша успокоить Барна: — Пошёл с Дагиром осмотреть станцию.

— Найдите их, ребята, — Барн обернулся к Губителям, и пара из них с готовностью кивнула, ринувшись выполнять приказание. — Остальных я отправил вентиляционной шахтой наверх, в становище. Нужно было эвакуировать женщин и подмастерьев Лека. Для них тут сейчас слишком опасно, а толку в бое — чуть.

Март смотрел всё с тем же недоумением.

Вмешался Штефан.

— Вы с Тесаком наделали шуму. Не знаю, что именно случилось, но, вскоре после того, как мы доставили вас на промежуточную, к вентиляционной шахте, начало твориться нечто невообразимое.

— Мы оперировали Лека, — ответил Март, уже начиная догадываться о чём-то, — хотели извлечь амулет.

— Я так и подумал, — Штефан кивнул. — Когда Лек заорал, его услышали все. И на промежуточной, и даже на «Чкаловской». Дрезина с людьми Игоря как раз ехала мимо той сбойки.

Март молча кивнул. Это объясняло, почему на зов Лека примчались так быстро. Бросил взгляд на людей Игоря, всё так же державшихся обособленно. Те, как и Урал несколькими минутами ранее, глазели на зеркальные колонны и медовый потолок станции. Перешёптывались. Даже глухой мог бы догадаться, о чём они шепчутся. «Улей». Игорь не любил много хвастать о своём первом визите в царство Матери, но то, как он называл подземелья, знали все.

— Я был там, на той дрезине, — сказал один из них, поймав взгляд Марта и ответив прямым, вызывающим взглядом. — Еле ноги унесли, — зло добавил он.

— Танк вдруг вышел из сбойки и принялся крушить всех, кто пытался прорваться к Леку, — продолжил Штефан. — А потом на промежуточной воцарилась паника. Подмастерья кричали, что уроды убивают людей.

Март снова кивнул. Они с Тесаком немало сделали для того, чтобы паника разгорелась поярче.

Штефан пожал плечами, завершил просто:

— Мы бросились на подмогу людям Игоря.

— Нас убили бы там всех, если б не вы, — вновь вставил слово тот, кто уже говорил раньше. В голосе его слышалась не только горечь, но и некоторая признательность.

Лёд, всегда державшийся между леканами и людьми Игоря, если и не треснул, то слегка растаял.

Штефан вновь пожал плечами, улыбнулся лукаво.

— Мы все почти что были на промежуточной, и танк, бросив тело Лека на ту самую дрезину, на которой приехали люди Игоря, помчал в противоположную сторону. Оставил дрезину на «Чкаловской» и, забрав Лека, потопал дальше, по направлению к «Ботанической».

— Лек тут, — подтвердил Март, не спеша вдаваться в подробности. Спросил, пока самого его не перебили вопросами: — А дальше?

— Люди Игоря, оставшиеся на «Чкаловской», хоть и не смогли задержать танка, сумели организовать оборону, потому что с «Ботанической» тут же попёрли и гарпии, и танки, — ответил Штефан.

— Нас не было в той сбойке, — вмешался тот, что молчал до этого. Его слова звучали как оправдание. — Мы не понимали, что происходит. Это был танк Лека. Тот, которого он сделал сам, и который таскался за ним, как привязанный. — Человек замялся на секунду, и Март понял то, что так и не было сказано: они испугались твари, наполовину урода, наполовину лекана, и не посмели заступить ему дорогу. Тем более что тот, очевидно, не нападал, спеша доставить свою ношу Матери.

Март кивнул понимающе. Он ни в чём не мог бы обвинить этих людей.

— В итоге мы сумели отстоять обе станции, — не без самодовольства закончил Штефан. — Люди Игоря успели установить станковые пулемёты и перекрыли туннели, ведущие к «Ботанической», выкосили там прорву уродов. Ну а мы — удерживали промежуточную, отбивая волны, прущие с «Геологической».

— Когда мы спустились по вентиляционной шахте, нас там ждал только выставленный Шедом патруль и никакого сопротивления, — добавил Барн. — А буквально через пару часов после того, как мы отпустили собаку к Седому, чтобы он начал свою атаку, и присоединились к обороне промежуточной, уроды, наседавшие с этой стороны, вдруг схлынули. Зато атака на промежуточную усилилась.

— Мы удерживали её ровно столько, сколько понадобилось, чтобы проводить до вентиляционной шахты женщин и подмастерьев Лека. А потом вынуждены были отступить к «Чкаловской». Защищать одну станцию гораздо проще. — Штефан как будто извинялся за вынужденное отступление, хотя Март не мог поверить в то, что целых три дня горстка людей и леканов обороняла от уродов целых две станции.

— Но уроды прут, — Барн обернулся, бросив взгляд туда, откуда пришёл их отряд, как будто ожидал увидеть там орды смертоносных созданий. — Думаю, Седой вмазал им хорошенько, вот они и побежали, — добавил он. — Шед решил выделить небольшую группу и послать её на соединение с тобой.

— И вот мы тут. — Штефан снова широко ухмыльнулся.

Март кивнул. Всё, наконец, встало на свои места, получив логичное объяснение.

— Игорь пропал тогда же, когда танк унёс тело Лека? — обернулся он к людям Игоря, желая сложить последние детали головоломки.

Они переглянулись, явно удивлённые тем, что он знает об исчезновении Игоря, чем подтвердили его догадку.

— Игорь тоже был тут, — просто ответил он. — Идёмте, — развернувшись, он запрыгнул на платформу. — Вы должны это увидеть.

С удовлетворением отметил, что посланные Барном Губители нашли и привели Дагира и Яна. Напряжение между отцом и сыном, казалось, несколько уменьшилось за то время, что эти двое вместе обшаривали служебные помещения станции. Март ожидал чего-то подобного. Ему бы стоило порадоваться за мальчишку, но он ощущал лишь полынную горечь и какую-то тянущую пустоту под небьющимся механическим сердцем.

Люди, выбиравшиеся из туннеля на платформу станции, замирали, увидев Лека и склонившегося над ним Тесака.

Хоть тот и успел проделать значительную работу, но к центральной ране, оставшейся после извлечения камня, ещё не приступал, и эта чёрная воронка невольно притягивала взгляд. Вновь поднялось и стихло перешёптывание. Лека боялись даже таким: полуобнажённым, бессознательным, искалеченным. Но Март знал, многие тут по-прежнему верны Леку. Когда-то давно, когда амулет Схарма не отравил ещё сознание своего носителя паранойей, не поселил в нём настоящее безумие, Лек был прирождённым лидером. И многие его последователи служили ему не за страх, а за совесть.

— Мать хотела извлечь амулет Лека, — сказал Март, указав на дыру в груди Мастера Слова. — Именно для этого она послала за ним танка. Игорь помогал ей.

По толпе прошлась новая волна ропота. Но эти люди знали Игоря как никто. Они легко поверили словам Марта. Март поскорее продолжил, пока ни у кого не возник вдруг вопрос, почему именно Март с Тесаком проводили ту операцию в сбойке. Сложную историю следовало рассказывать просто. Это потом у них будет время объясниться со всеми начистоту, а сейчас время утекало сквозь пальцы.

— Глаз Схарма не хотел даваться Матери, — продолжил Март. — Но когда его коснулся Игорь, тот будто сам скользнул ему в руки. Игорь сбежал с амулетом. Мать ищет его в подземельях…

— Так вот почему все уроды ломанулись сюда! — догадался Барн.

Март кивнул, обернувшись к нему и Штефану.

— Именно. И те, что отхлынули вдруг с «Чкаловской», и те, что усилили атаки со стороны промежуточной. Они все рвутся сюда не потому, что их гонит атака Седого, а потому, что где-то тут скрывается Игорь и Глаз Схарма.

— Тогда нам надо найти его первыми, — сказал Штефан.

Март покачал головой.

— Нет, — ответил он. — Я понятия не имею, что мы можем сделать, имея в руках амулет. — А после того как Март увидел, что амулет сделал с Леком, он не желал даже прикасаться к этой дряни… — Но я точно знаю, что как только амулет окажется у нас, мы станем новой мишенью, и уроды начнут охотиться уже за нами…. Нет, — повторил он, помедлив секунду, — мы должны найти Мать. Не Киру, мою дочь, телом которой управляет эта тварь, а истинную Мать. Найти и убить её.

Теперь, когда он видел «Ботаническую», он был почему-то уверен, именно в недрах этой станции скрывается тварь, захватившая тело его дочери.