После того как Паджетт ушла обратно в подвал, обе подруги уставились на меня, будто я сделала какую‐то глупость.

– В чем дело? – спросила я.

Кристал откашлялась.

– Кхм. Не уверена, что ты заметила, но наша няня вне себя от ярости, – сообщила она.

– Может, из-за ареста матери? – Я перевела взгляд на Джослин, которая, похоже, была согласна с Кристал. – В последнее время бедняжка многое пережила, – напомнила я. – Я бы тоже вышла из себя, если бы моя мать взяла и убила кучу людей.

– Тут другое, – мягко возразила Джослин. – Она… ты бы видела ее выражение лица, когда ты сказала, что знала про роман Долана с Морин.

– Перестань. Думаешь, Паджетт разозлилась, что я не дала ей побыть звездой? – скривилась я. – Она очень отличается от своей матери и не стала бы…

Тут я замолчала, потому что на ум пришло воспоминание, как я недавно наткнулась на Паджетт в «Макдоналдсе». Она тогда сказала, что надеялась после смерти отца проводить с мамой больше времени вместе. Вот чего она хотела на самом деле: внимания со стороны матери.

А та вместо этого предпочла проводить свободное время с моим мужем, что причиняло дочери острую боль.

Паджетт злилась не на меня. Она злилась на Долана.

– Лекси? – обеспокоенно обратилась ко мне Кристал. – Думаю, тут замешано что‐то еще…

Но я отмахнулась.

– Мне ясно, в чем дело, – заявила я и встала с дивана. – Пойду поговорю с ней. Скоро вернусь.

Джослин дернулась, чтобы тоже встать.

– Лекси, подожди.

– Речь о Долане, – сказала я. – Девочка злится на Долана за то, что он украл у нее внимание матери. Не знаю, как правильно объяснить, но… уверена, так и есть. – Я направилась к двери, ведущей в подвал. – Не волнуйтесь. Вернусь через несколько минут. – И прежде, чем подруги успели запротестовать, я открыла дверь и начала спускаться по лестнице.

Внизу было не так шумно, как обычно, но я слышала, что по телевизору идет фильм, в котором герои разговаривают писклявыми голосами. Войдя внутрь, я увидела, что все дети тихо сидят, уставившись в экран… вернее, почти все. Паджетт с ними не было. И Тимми тоже.

– Народ, – обратилась я по большей части к Мартину и Синтии, – а где ваш младший?

Синтия оторвала взгляд от экрана и показала на одну из закрытых дверей.

– Паджетт забрала его, чтобы уложить спать, – пояснила дочка. – Сказала, что он устал.

– Но он не устал, – послышался тоненький голосок.

Это произнесла одна из дочерей Джослин – кажется, Рори. Я подошла ближе к большому мягкому креслу, на котором близняшки сидели рука об руку.

– Милая, почему ты решила, что он не устал?

Рори нахмурилась и взглянула на сестру, и Рози и решила взять инициативу в свои руки.

– Паджетт сказала, что ему нужно поспать, но Тимми уверял, что не хочет. Он не выглядел уставшим.

– Паджетт злилась, – прошептала Рори. – Как папа.

Меня охватила паника, ноги стали ватными. Я кинулась к двери, на которую показала Синтия.

– Дети, оставайтесь здесь, – скомандовала я через плечо, вцепилась в ручку двери и повернула, ожидая, что та заперта. Но створка открылась. – Не ходите за мной, ладно?

Смутно, сквозь стук крови в ушах, я услышала, как Мартин и Синтия согласились. Лишь после этого я шагнула в темную комнату. Поначалу я вообще ничего не видела. Основной свет был выключен, хотя в левом углу комнаты у стены горел ночник. Фигуры на кровати скрывала тень. Паджетт сидела скрестив ноги и держала на коленях Тимми. Его маленькое личико перекосилось от страха, и он даже не плакал, а тихо скулил.

Одной рукой Паджетт прижимала мальчика к себе, другая рука лежала у него на плече. Нет, она держала руку возле его плеча.

А в руке был нож, и лезвие касалось горла моего пятилетнего сына.

– Думаю, пришло время поболтать, Лекси. – Я с трудом узнала Паджетт в этом холодном и насмешливом голосе. – Вообще, лучше со всеми тремя. Так что позвони, чтобы остальные спустились. – Ее рука слегка двинулась, и Тимми тихонько хныкнул. К счастью, она не порезала его, лишь прижала лезвие посильнее для пущего эффекта. – И да, Лекси, – добавила она, – даже не пытайся предупредить подружек или позвонить в полицию, если не хочешь сократить количество своих детей как минимум на одного. Поняла?

Я не смогла бы ответить, даже если бы хотела. Все во мне застыло от ужаса. Этого не может быть. Что тут происходит?

– Я спрашиваю, ты поняла? – прошипела Паджетт.

– Да. Поняла.

Не знаю, как мне удалось произнести эти слова и выйти из комнаты, оставив сына с абсолютно незнакомым человеком, потому что такую Паджетт я раньше не встречала. Меня даже не предупредили, что она существует. И по ужасающе пустому взгляду девушки я поняла, что должна исполнять все ее приказы. Или она убьет моего сына. Вне всяких сомнений.

Тянущая боль в сердце подсказывала, что Паджетт уже убивала – и я даже знала, кого именно.