После того как полиция обыскала дом Лекси и нашла там оружие, о котором она сама не знала, детектив Оскар Маллиган удвоил усилия, чтобы изобразить мою подругу подражателем, а меня – серийным убийцей, чьи преступления она копировала. В тот день я провела в участке два часа. Сначала Маллиган пытался убедить меня, что Лекси убила своего мужа, а когда не получилось, он сконцентрировался на том, сколько у меня мотивов, чтобы стать Карателем Бессердечных.

Мой жестокий муж.

Богатство, которое я получила после его смерти.

Дружба с Джослин, чьего мужа, понятное дело, я тоже убила, чтобы спасти подругу.

Упомянул детектив и о том, что я встречалась с жертвами хотя бы однажды до их смерти.

Когда он сослался на это обстоятельство, мне пришлось согласиться: по крайней мере, теперь у него были доказательства. Но что они доказывали? Ничего. Встречалась я раньше с жертвами? Да. Было ли взаимодействие достаточным, чтобы оценить жестокость их характера? Снова да. Доказывало ли это, что я серийный убийца? Нет.

Но Маллигану оказалось недостаточно обычного допроса: он решил рассказать мне историю. Жил-был в Калифорнии писатель, который сочинял детективы, основанные на реальных преступлениях. Звали его Джон Малтин. В то время орудовал маньяк, которого журналисты прозвали Портовым Мясником, потому что он привязывал изуродованные тела женщин у доков. Малтин опубликовал в интернете статью с подробным описанием преступлений, и одно издательство предложило написать ему книгу об убийце.

В итоге выяснилось, что Малтин и был Портовым Мясником. Он описывал собственные преступления и совершал новые убийства, потому что ему не хватало материала для книги.

Видимо, по теории Маллигана, я продолжала убивать людей, чтобы добавить в свою книгу новые главы.

Впрочем, по крайней мере эта глава родилась именно из его безумной «теории».

В конце концов ему пришлось меня отпустить. И то лишь потому, что вмешалась детектив Гарвел. Мне нужно было в школу за Аяксом, и она это понимала, потому что у нее есть свои дети, а у Маллигана, ясное дело, нет. Когда я уходила, он грубо бросил, чтобы я не уезжала из города.

Я и не собиралась, потому что у меня имелась собственная теория о личности Карателя Бессердечных: по моим предположениям, только что я провела с ним пару часов.

Уж не вам, детектив, говорить о людях, использующих свою работу для сокрытия преступлений…

Если бы мне удалось найти хоть какое‐то доказательство, указывающее на Маллигана, мы бы мигом поменялись местами на допросе. Я сумела бы поселить сомнение если не в нем самом, то в его напарнице. Но в тот момент агрессия Маллигана по отношению ко мне и к остальным вдовам меня здорово пугала.

Я вполне могла представить, как он шантажирует Морин.

Преследует Лекси.

Убивает Шару.

Что он сделал бы со мной, выпади ему шанс?

Вот признание для вас, детектив: не будь у меня девятилетнего сына, которому нужен хотя бы один родитель, я бы убила мужа и созналась в этом. Даже гордилась бы, что стерла этого ублюдка с лица земли. И всех остальных тоже. Ни один из них не заслужил того, чтобы остаться в живых.

Уж мне‐то это известно лучше всех.

Отрывок из книги Кристал Рамирес «Каратель: роман о реальном преступлении. Взгляд изнутри» (произведение находится в процессе написания)