Сегодня выдалось теплое утро, и в обычный день я бы никуда не торопилась и все семь минут не спеша ехала бы на велосипеде до променада. Но сегодняшний день не был обычным. Не из-за Медового фестиваля, который начинался в ближайший час, а из-за того, что я подслушала разговор между помощником судьи и мужчиной, который получал лицензию на лодку.

Очевидно, у него была лодка, и очевидно, что он держал ее где-то на пристани. Кроме того, он слышал, как Лесли рассказывала Большому Бибу какой-то огромный секрет, который я так или иначе планировала выведать. Я просто пока не знала, как это сделать.

На юридическом факультете нам читали курс, где учили выуживать из людей информацию, хотя я бы назвала это умением манипулировать людьми. Поскольку мне нужно было забрать с пристани билеты на лодочные прогулки до пасеки, расположенной на другом берегу озера, кое-какие из этих навыков мне бы очень пригодились.

Чем быстрее я приближалась к променаду, тем сильнее крутила педали. Сегодня вечером я точно заслужила понежиться в теплой ванне, потому что мои ноги будут болеть от нагрузки.

В начале пристани находилась стойка для велосипедов. Формально ездить на велосипеде по променаду или пирсу не разрешалось. Но на этой неделе я пару раз нарушила данное правило, и этого никто не заметил. В четыре тридцать утра я была первой на променаде, а в одиннадцать часов вечера – последней. Приходила и уходила в темноте. Я больше не собиралась добираться на велосипеде от дома до входа в кофейню, пока убийца разгуливает на свободе.

– С праздником меда! – Голос Мари пробивался сквозь целую связку ниточек, удерживающих воздушные шары. – Дрю, это Роксана Блум, организатор питания, о которой я тебе рассказывала.

– Бариста и кондитер-любитель. Организацией выездного питания я не занимаюсь. – Я протянула ему руку.

Мужчина пожал ее, но на меня даже не посмотрел! Более того – на его лице не было никаких эмоций.

– Отдай мне шарики. – Он бросил мою руку и потянулся за охапкой ниток, которые Мари держала в руках. Она отдала половину мне, а вторую ему, и он ушел.

Женщина двумя пальцами выцепила у меня из связки несколько шаров и извинилась за своего мужа:

– Ты уж его прости. Дрю устал сегодня утром. В последнее время он работает за городом.

Я последовала за Мари по пандусу променада, передавая ей через каждые несколько футов по паре шариков, чтобы она привязывала их к столбам.

– Правда, флажки хорошо смотрятся? – восторженно спросила она.

– Да. – Я наблюдала за тем, как ее муж идет по променаду и тоже привязывает шарики.

Вдруг его остановил незнакомец в толстовке. Кто именно это был, я рассмотреть не смогла из-за капюшона. Дрю быстро оглянулся на Мари и заговорил с подошедшим к нему человеком. Он подался вперед, и я заметила, как сильно напряжено его лицо. Хоть я и не умею читать по губам, но зато хорошо разбираюсь в языке тела, и мужчина был явно напряжен.

– Чем занимается твой муж? – спросила я.

– С ума меня сводит. – Мари подмигнула и взяла еще пару ниток. – Эх, люблю я этого старого медведя. Он работает в Национальной библиотечной ассоциации в отделе запрещенных книг.

Запрещенных книг? Мои мысли вернулись в то утро, когда я нашла Алексис мертвой, и единственной секцией в книжном магазине, которая пострадала, были «запрещенные книги».

– Он работал с Алексис? – уточнила я.

– Да нет, вроде. Он работает с библиотеками, а не с книжными магазинами. – Она улыбнулась.

Я обернулась: Дрю возвращался обратно, а незнакомец бежал по променаду в направлении «Драного кота».

– Я зайду к тебе после обеда и дам свой адрес. – Она махнула мне на прощание.

Оставалось совсем немного времени, чтобы достать билеты и необходимую мне информацию о разговоре между Большим Бибом и Лесли. Я понимала, что рассчитываю только на то, что никаких других Лесли в Хани-Спрингс не живет. Но какова вероятность, что еще одна была в «Лосе»? Крайне маленькая… Так же, как и вероятность, что Дрю что-то знает о смерти Алексис. Но все же мне было над чем поразмыслить.

Если я чему-то и научилась, работая баристой, пекарем и адвокатом, так это тому, что никогда и ничего нельзя бросать на полпути. Это всегда плохо заканчивается.

Мари и Дрю поспешили дальше по променаду, продолжая привязывать шары, а я по пандусу направилась к пристани. Тут же начинались стальные слипы для лодок, которые заканчивались как раз в том месте, где я видела идущую на полном ходу лодку, – в той самой зоне, где запрещено создавать волнение на воде. Я обязательно выясню, кому принадлежал катер! И если они не имеют отношения к убийству Алексис, непременно сообщу им, что на такой скорости гонять нельзя!

На пристани стояло здание в коттеджном стиле, которое раньше, возможно, использовалось как жилое. Теплый ветерок, дующий с озера, колыхал навес над дверью, на которой висела табличка с надписью «Открыто».

Войдя внутрь, я поняла, что это главное здание пристани для яхт. Здесь даже продавались различные товары для лодок. На стене висели спасательные жилеты, огнетушители, буйки, держатели для фляг и всевозможные плавсредства.

Внутри никого не было, но мужчина, которого я встретила в здании суда, стоял на причале и курил. Увидев, что я выхожу из двери, он затушил сигарету.

– Не вас ли я видел в офисе помощника судьи? – пробормотал он себе в усы. Я кивнула. От его взгляда у меня засосало под ложечкой. – Что вам нужно?

– Я Роксана Блум. Переехала сюда недавно. На променаде находится моя кофейня – «Кофейные шоты». Мне нужны билеты для лодочных прогулок на пасеку. – Я показала пальцем на другой берег озера.

Он подозрительно покосился на меня исподлобья.

– Надо спросить об этом у Большого Биба. – Он прошел мимо и, опершись рукой на дверь, оглянулся: – Это вы нашли Алексис?

Я прочистила горло.

– Да. – Это был один из тех случаев, когда молчание было на вес золота, учитывая, что Большой Биб поделился с ним секретом Лесли.

– Вы знакомы с Лесли, ее дочерью? – спросил мужчина, скрестив руки на груди.

– Я познакомилась с ней только вчера, когда она появилась в книжном магазине после того, как полиция сообщила ей о смерти матери.

– Матери? – Его грудь раздулась, когда он рассмеялся. – Нет, это не была дружная команда «мать и дочь». Лесли вообще не росла здесь.

– То есть Лесли не дочь Алексис? – спросила я, раскрыв рот от удивления.

– Да дочь, дочь. Просто они всегда вели себя так, словно были неродными. Лесли ушла жить к другим родственникам, потому что не ладила с матерью. И она никогда не называла Алексис «мамой».

– Знаете, – я щелкнула пальцами, – когда я была маленькой, то приезжала сюда каждое лето, но что-то не припоминаю, чтобы у Алексис была дочь примерно моего возраста.

– Как давно это было? – Мужчина внимательно осмотрел на меня. – Вы же сказали, что недавно здесь.

– Это я на постоянно сюда недавно переехала. Моя тетя – Максин Блум, и я проводила здесь каждое лето, когда была подростком.

– Обожаю Макси. С ней не соскучишься. – На лице мужчины заиграла улыбка. – Я вспомнил вас! Вы приходили сюда и просили червяков, чтобы порыбачить. Вы тогда совсем малюткой были!

– Да вы меня не сильно старше. – Я собиралась применить подход «мед всегда лучше уксуса».

Его щеки слегка покраснели.

– Ой, да будет вам! – Он распахнул дверь. – Биб, Роксана пришла за билетами, чтобы продать их в том модном кафе.

– Рокси. – Я решила, что мы можем подружиться.

– А? – переспросил он.

– Можете звать меня Рокси. – Я улыбнулась. – Друзья не зовут меня Роксаной.

– Стив. – Он кивнул. – Я просто Стив.

– Приятно познакомиться… – Мой голос едва дрогнул. – Увидеть вас снова после стольких лет.

Из двери вышел тот самый здоровяк, которого я видела на заседании совета. Одет он был в зеленый рыбацкий комбинезон с парой красных подтяжек, между которыми выглядывало его брюхо.

– Проклятые винты, – с отвращением произнес он. – Стив, ты можешь пойти посмотреть, получится очистить его от грязи до того, как люди начнут садиться на первый рейс в девять?

Стив отправился выполнять поручение.

– Вы, должно быть, Роксана? – Биб достал пачку билетов и протянул их мне. – Каждый билет стоит три доллара. Можно прокатиться на лодке по озеру и обратно. Все остальные расходы оплачиваются отдельно через фермеров. Я здесь только для того, чтобы переправлять людей туда и обратно.

Я взяла билеты. Схема звучала достаточно просто.

– Скажите-ка, – он сощурился, пристально глядя на меня, – это не вы та девушка с собрания?

– Да. – Я вздохнула. Он был не слишком сообразительным. – Помните, я сказала, что помогу вам продать билеты.

– Ага… все так. – Мужчина засунул руки в карманы.

– Может, бумагу об ответственности подпишем?

– Бума… Отве… Что? – На его лице появилось замешательство.

– Ответственность на случай, если кто-то разобьется или утонет. – Моя юридическая профдеформация вопила во все горло, словно Биб был моим клиентом.

– Вы что, сглазить меня решили? – повысил он голос, хотя было понятно, что ответ ему не требовался.

– Да нет, никакого сглаза, что вы. Я не ведьма, а так, модная кофеманка. – Я подняла пачку билетов и потрясла ими.

– Как вас зовут? – спросил он.

– Роксана Блум. – Вот ему-то я ни за что не позволю называть себя Рокси. Да и не похоже было, что мне удастся вытянуть из него хоть какую-то информацию о Лесли.

– А-а-а, это вы нашли мамашу Лесли? – начал он, и я кивнула.

Стив уже кое-что поведал мне о Лесли и ее матери, и это было очень интересно. Оставалось надеяться, что Биб откроет мне секрет.

– Да. Вы ее знаете?

– Здесь все всех знают. – Мужчина посмотрел на озеро: по нему плыла лодка, которая начала сбрасывать скорость, когда оказалась в тихой зоне.

– Кошмар какой. Мне так жаль Лесли. – Я грустно вздохнула.

Не знаю, вздох или имя привлекло его внимание, но поза Биба изменилась. Он расправил плечи, выпятил грудь, а между подтяжками снова зашевелилось брюхо.

– Вы знаете Лесли? – Он пристально посмотрел на меня.

– Да. А разве не все тут ее знают? – Я старалась говорить как можно более расплывчато. – Алексис была ее матерью.

– Это вы смело называете ее матерью. Любому, кто знает Лесли, прекрасно известно, что ее мать никогда не ставила дочь на первое место, даже когда Лесли переехала сюда. Они были как кошка с собакой: вместе тесно – врозь скучно. – Биб покачивался взад-вперед в своих грязных ботинках.

– Когда я увидела их вместе, мне показалось, что они ладят. – Я сделала вид, будто мы просто непринужденно перемываем косточки соседям, и наблюдала за тем, как Стив барахтается на мелководье, суетясь и ругаясь себе под нос. – Очень жаль, что на вашу пристань в бюджете денег не хватило.

Это, похоже, привлекло его внимание.

– Этим же Алексис занималась, да?

– Мне здесь и так хорошо. Мне не нужны все эти излишества. Запчастей для лодки было бы неплохо купить, пригодятся как раз, они ведь хотят, чтобы я тут туристов катал… – Биб указал на билеты. – Денег от продажи билетов не хватит, даже чтобы эту шлюпку в приличный вид привести. Мне только топливо и оплачивают.

– Да, такое любого разозлит! – Я пыталась прощупать возможный мотив для убийства.

– Вы пытаетесь обвинить меня в чем-то, мисс Блум? – Биб вынул руки из карманов и скрестил их на массивной груди. – Потому что мне не нравится ваш тон.

– Я просто сказала, что, кажется, многие недолюбливали Алексис. Вот и все. – Я, тоже скрестив руки на груди, вздохнула, гадая, не стоит ли передо мной убийца.

– Я бы не стал тратить на нее свои время и энергию. Кроме того, – он пристально посмотрел на меня, – я был с Лесли в «Лосе» той ночью.

– Всю ночь? – уточнила я. Неужели он только что обеспечил себе и ей алиби?

Его глаза прищурились, и он уже начал открывать рот, как тут же быстро его захлопнул.

Всплеск!

В тот момент, когда я была уверена, что Биб собирается мне что-то сказать, Стив шлепнулся в озеро, широко раскинув руки и ноги. Биб бросился к нему и рывком поднял его за рубашку. Стив выплюнул воду изо рта и, задыхаясь, согнулся, упершись руками в бедра.

– Вы в порядке?! – крикнула я им.

Мужчины подняли руки вверх, чтобы дать мне понять, что с ними все хорошо. Биб махнул мне рукой, чтобы я шла дальше по своим делам.

– Черт, – бросила я, расстроившись, что не смогла разузнать секрет. По крайней мере, у меня были билеты, и я могла вернуться, чтобы выведать у Биба больше информации. В любом случае я узнала кое-что полезное об отношениях между Лесли и Алексис. Конечно, это не значит, что Лесли убийца, но поразмыслить над этой версией стоило.

Теперь в моем списке было два подозреваемых. Лесли и Дрю.