Бип, бип, бип.

Четыре утра, конечно, наступили рано. Тем более что мы с Пеппером вернулись домой в полночь.

Поскольку я была на велосипеде, Крисси отвезла тетю Макси домой. Собачьи вкусняшки я оставила лежать на подносе, который первым делом поставлю в духовку, как только доберусь до кофейни.

Пеппер, нежась в лежанке, посмотрел на меня, и в его взгляде отчетливо промелькнуло: «Только не опять…»

– Добро пожаловать в твою новую жизнь. – Я потрепала его по голове, прежде чем отправиться в душ.

Теплая вода, наконец, разогнала дремоту. В этот раз я решилась накраситься и сообразить нормальную прическу, ведь сегодня состоится долгожданное открытие Медового фестиваля.

– Настало время праздника! – пропела я в душе Пепперу, который сунул нос за занавеску. – Чудненько-то как!

Именно в такие дни, особенно по утрам, я радовалась своему правильному выбору униформы для кофейни. Высушив волосы, нанеся тушь, немного румян и красную помаду, я взяла еще одну черную футболку с логотипом «Кофейных шотов», которая, по моему мнению, была как раз по размеру Банни.

Я усадила Пеппера в корзину на велосипеде, включила фару, чтобы не ехать по извилистой дороге вслепую, и мы отправились в пятиминутное путешествие к променаду.

Когда колеса велосипеда загрохотали по деревянным доскам, Пеппер высунул голову, словно уже знал, где мы находимся.

– О нет! – Мое сердце ухнуло вниз, когда я увидела, что в кофейне горит свет. Я отчетливо помнила, как вчера вечером все выключила и заперла дверь.

Я слезла с велосипеда и, держась за руль, подошла к входной двери и заглянула внутрь.

– Что за черт? – Я выдохнула с облегчением, когда увидела Банни за стойкой. Она была одета в черные брюки и туфли на небольшом каблуке, пышную талию украшал аккуратно повязанный фартук «Кофейных шотов», а волосы были убраны под сетку для волос.

Как только я открыла дверь, Пеппер выпрыгнул из корзины. Он бросился к своей миске, куда Банни уже насыпала корм.

– Доброе утро! – Она была чересчур бодра в такую рань. Втайне я завидовала ей, потому что у меня нет и четверти ее энергии. – У меня не получалось уснуть. Никак не могла дождаться своего первого дня в кофейне и начала Медового фестиваля!

– Как же хорошо, что вы уже здесь. – Я откатила велосипед на кухню и достала из корзины ее майку. – Ух ты! – Плиты и духовки были включены. Я вышла из кухни и протянул Банни ее новую форму. – У вас тут работа кипит!

– Ну не ждать же, пока на мне мох вырастет, верно? – Она прижала майку к себе. – Пойду прямо сейчас ее надену.

Банни быстренько скрылась в ванной. Она уже начала возиться с чайниками и кофейниками, поэтому я подхватила ее работу. Пискнул таймер с яблоками на плите, и я поспешила проверить собачьи вкусняшки, которые Банни поставила в духовку.

– М-м-м. Они так вкусно пахнут. – Банни заглянула мне через плечо и принюхалась. – Жаль, что это для собак.

– Так никто не запрещает вам самой их съесть. Лакомства с арахисовым маслом в форме косточек идеально подходили как для собак, так и для людей. И никакой химии: натуральные мука и арахисовое масло.

– Я просто обязана попробовать. – Она хихикнула и протянула руку к печенькам. – Как я выгляжу?

– Великолепно! Изумительно! – Я надела прихватки и достала два противня с собачьими вкусняшками, поставила их на прилавок и отправила в духовку еще одну порцию лакомств. – Откуда вы знаете, как управлять кухней? – Я поставила таймер на восемнадцать минут.

– Здесь раньше была закусочная, в которой я проработала около года. – Она улыбнулась. – Ты разве не помнишь, как бывала здесь, когда еще пешком под стол ходила?

– Помню. Это было одно из последних воспоминаний о нас с папой.

– Да. – Банни кивнула и одарила меня тем самым сочувственным взглядом, которым люди смотрели на меня всякий раз, когда говорили о преждевременной смерти моего отца.

Он умер от рака, когда мне было около восьми лет. Тетя Макси была его любимой сестрой, и он хотел, чтобы я полюбила ее и Хани-Спрингс так же, как и он. В детстве они тоже приезжали сюда на лето.

– Как поживает твоя мама? – спросила Банни и положила в маленькие пластиковые пакеты собачьи вкусняшки (по четыре в каждый), перед тем как передать их мне, чтобы я завязала их бечевкой.

Я сложила пакетики в корзину, чтобы раздать тем, кто решит взять себе питомца.

– У нее все хорошо. – Я редко говорила о своей матери. – Она еще раз вышла замуж несколько лет назад.

– Слыхала такое, да, – ответила Банни.

Я не собиралась выпытывать у нее информацию, которую ей поведала тетя Макси. Они с мамой не ладили. Все время были на ножах. Мама всегда утверждала, что тетя пыталась вмешиваться в мое воспитание. Ей и моему отцу это было неприятно, но папа продолжал регулярно привозить меня сюда на несколько недель.

– Скажи-ка, ты больше ничего не слышала об Алексис? – спросила Банни и поспешила на кухню, чтобы достать из духовки очередную порцию собачьих лакомств.

Я последовала за ней и проверила пакеты с замороженными пончиками, которые достала из морозилки, чтобы покрыть их глазурью и украсить. В начале прошлой недели я сделала из помадки милейших пчелок, чтобы оформить ими пару пончиков и медовый торт, которые я приготовила специально для торжественного открытия фестиваля.

– Нет, не слышала. Знаю только, что в отличие от тети Макси, Алексис не пришла вечером в собачий питомник. Интересно, во сколько она умерла? Такая информация точно отвела бы подозрения от тети. – Я показала глазурь, которую сделала специально для медовых пончиков.

– Какие вкусы? – спросила Банни, заглядывая мне через плечо.

– Ванильная и шоколадная глазурь, а также из медового сидра. – Я открыла маленький пакетик с пчелками и высыпала их на прилавок. – Я приготовила этих милых пчелок, чтобы они лежали сверху пончиков, как конфетти.

– Ты такая молодец. – Она облизнула губы. – Надеюсь, ты такой же хороший адвокат, как пекарь и бариста.

– Лучше. Мне сегодня утром, до начала фестиваля, нужно забежать в здание суда, чтобы убедиться, что моя лицензия действительна.

– Без проблем. Они открываются в семь тридцать. Фестиваль начнется только в девять. – Банни убежала вынимать из духовки остатки собачьих печений, пока я корпела на кухне над пончиками и блюдами на обед.

Около семи я написала тете Макси короткое сообщение, чтобы узнать, хорошо ли она спала. Она ответила, что да и что собирается заглянуть в кофейню сегодня утром.

– Ты с ума сошла. – Мэй Белль влетела сразу же, как только Банни перевернула табличку на двери. – Я подумала, что ты шутишь, когда прослушала твое сообщение на автоответчике, после того как вернулась домой из «Лося». Или что я немного лишнего перебрала. – Она жестом показала, как выпивает, и подмигнула нам.

– Ага, если только воды перепила. – Банни переместилась за прилавок и принялась раскладывать пончики по витринам.

Пока они переговаривались, я схватила телефон и посадила Пеппера на поводок, чтобы выгулять его перед тем, как отправиться на велосипеде в здание суда.

– Собачий приют слушает, – ответила Луиза после первого же гудка.

– Привет, Луиза. Это Рокси. Я хотела узнать, не нужно ли вам что-нибудь, прежде чем я поеду в суд.

Только мы вышли на улицу, как Пеппер дернулся и чуть не вывихнул мне руку. Я быстро заметила причину еще виляющего хвоста и радостного лая – в конце променада, рядом с пристанью, стоял Патрик Кейн.

Он не потрудился помахать мне рукой, решив, что его широкой улыбки будет достаточно. Патрик наклонился и протянул руки, поэтому я отпустила поводок и позволила Пепперу кинуться к нему в объятия.

– У меня есть все что нужно, – сказала Луиза. На заднем плане послышалось какое-то звяканье. – Стюарт уже укладывает все вещи в грузовик.

– Замечательно. – Я взглянула на Патрика, когда он подошел ближе. – Патрик Кейн будет в кофейне и поможет вам все подготовить. На улице уже тепло, так что животным должно быть комфортно. Банни собрала корзину с собачьими лакомствами, ее нужно поставить на стол.

Патрик открыл было рот, чтобы возразить, но сразу же закрыл его, как только я бросила на него хмурый взгляд исподлобья. Одними губами он проговорил, что я ему должна, но как по мне, все было наоборот: вчера вечером он вступился за Лесли на заседании совета.

– Более того, Патрик поможет вам со Стюартом перенести клетки и все, что вам понадобится. – Я мило улыбнулась Патрику. Он попытался отказаться, но Пеппер, сидящий у него на руках, лизнул его в нос, и Патрик рассмеялся.

– Теперь ты мой личный секретарь? – фыркнул он, когда я положила трубку и поставила Пеппера на землю.

Мы медленно двинулись обратно к кофейне, останавливаясь перед каждой открытой лавкой.

– Я решила, что ты мне должен, раз уж удрал со своей подружкой вчера, оставив нас с Пеппером одних, – поддразнила я. Вот только от этих слов внутри меня что-то задрожало.

– Да не встречаемся мы с ней! И вообще, если б я ее не вывел, она бы такую сцену закатила. Когда Лесли слетает с катушек, это то еще зрелище. – Он остановился перед лавкой, где продавались выдувные стеклянные шары.

Я проследовала к следующему ларьку, где женщина раскладывала мыло, бальзамы для губ, кремы для тела, соли для ванн и всевозможные ароматические товары, сделанные на основе меда.

– Кажется, ей было вполне уютно, когда она прижималась к твоей шее. – Я пожала плечами и взяла пару сережек с пчелами у другого продавца.

– Роксана Блум, ты что, ревнуешь? – ухмыльнулся он.

– Нет. – Я покачала головой и взяла большую банку с медом и сотами внутри. – Сколько? – спросила я у стоящей за прилавком женщины.

– Большие по пять долларов, а маленькие – по три. – Продавец продолжала выставлять новые банки.

– Вы местная? – поинтересовалась я.

Было так много интересных вещей, которые я могла бы сделать с сотами! Многие пчеловоды оставляют их в ульях, чтобы производить больше меда.

– Да, мы живем недалеко отсюда. – Она достала из переднего кармана фартука свою визитку и протянула мне.

– Отлично. Я зайду попозже. – Я указала на дорогу, ведущую к моей кофейне. – Я владелица «Кофейных шотов».

– Мне показалось, что оттуда пахнет чем-то очень вкусным. – Она улыбнулась и погладила живот.

– Пончики. – Я вскинула бровь. – Медовые пончики. Подойдите и скажите Банни, что вы от меня за бесплатным пончиком и кофе к нему.

– Спасибо, – улыбнулась она мне вслед.

– Ты меня игнорируешь? – спросил Патрик и отпустил поводок Пеппера, когда тот потянулся к двери кофейни.

– Я? Да ты что. – Я жестом указала на другой конец набережной. – Тебя там Луиза ждет, на твоем месте я бы поторопилась.

Патрик немного поколебался, потом вздохнул и, окинув меня строгим взглядом, пошел прочь по набережной.

В кофейне уже было несколько посетителей, у которых Банни принимала заказы. Но их было не так много, так что я со спокойной душой отправилась в суд, чтобы узнать, какие необходимы документы для получения лицензии адвоката в Кентукки. Пусть я не успею сделать это за несколько дней, но по крайней мере это в конечном итоге будет сделано.

Банни заверила меня, что у нее все схвачено и если ей понадобится помощь, она позовет Мэй Белль, которая доедала третий пончик. Думаю, по моему лицу она прекрасно поняла, что отвечает за Пеппер, пока меня нет, а в качестве платы будут медовые пончики.

От набережной до центра всего семь минут езды на велосипеде. В Хани-Спрингс было свое очарование, и возрождение променада – это один из способов вдохнуть в него жизнь, вернуть былое процветание, как было много лет назад. Свежий утренний воздух развевал мои волосы. В нос ударил ароматный запах разнотравья, и я широко улыбнулась. Нет ничего лучше чистого деревенского воздуха.

Самой старой городской постройкой была церковь Хани-Спрингс. В ней я бывала почти каждое воскресенье, когда приезжала сюда на летние каникулы. Но вспоминала я не только долгие службы. В моей памяти всплыли картины того, как мы с Патриком тайком ускользали оттуда через заднюю дверь. Рядом с церковью находились пожарная часть и полицейский участок, откуда я забрала тетю Макси прошлой ночью. Через дорогу от них, рядом с Центральным парком, расположился «Лосиный домик».

Вдоль Главной улицы выстроились «Заправка Брандта», «Агентство недвижимости Клессинджер Риэлти», здание суда с мэрией, барбершоп Дональда и местный общественный колледж. Вокруг Центрального парка имелись разные магазинчики, но мне казалось, что они простояли тут уже много десятилетий и в их облике ничего не изменилось. В любом случае сегодня не тот день, чтобы заниматься шопингом.

Яркое солнце выглянуло из-за крыш зданий, и я с трудом переборола желание вернуться к озеру. В такую безоблачную и ясную погоду на воду открывается шикарный вид. Однако мне было чем заняться, и беззаботные утренние прогулки вдоль озера пока оставались мечтой.

Я поспешила подняться по ступеням суда, надеясь оказаться первой в очереди, но передо мной уже стоял какой-то мужчина.

– В этом городе многие устали от ее жалоб, – сказала женщина, сидевшая за высокой офисной стойкой, и продолжила что-то печатать на компьютере.

– Да уж, когда речь заходит про Большого Биба, за словом в карман она не лезет, – ответил мужчина, жуя зубочистку.

– Я была в «Лосе» на прошлой неделе, и он пыхтел как товарный поезд. С его слов она утверждала, будто не знала, что он хочет участвовать в фестивале и получить часть денег, выделенных на благоустройство. – Женщина зыркнула на меня, поджала губы и взяла лист бумаги, распечатанный на принтере. – Распишитесь здесь, здесь и здесь, – она показала пальцем и протянула ему ручку.

– Большой Биб сказал, что она решила не вмешивать его в это дело из-за секрета, который Лесли рассказала ему, когда они обнимались в «Лосе», – ответил мужчина, и я заметила, как его усы подпрыгивают вверх-вниз в такт словам.

Мужчина оглянулся на меня через плечо, как только встретился взглядом с женщиной за стойкой, которая попыталась незаметно кивнуть в мою сторону.

Лесли? Я навострила уши и довольно улыбнулась.

– Потом поболтаем, хорошо? – Мужчина постучал пальцем по прилавку. – Спасибо за лодочные бирки.

– Чем могу помочь? – холодно спросила женщина.

– Я хотела узнать, что мне нужно сделать, чтобы получить лицензию на ведение юридической деятельности в Хани-Спрингс. – Я знала, что мне нужно одобрение судьи того суда, в котором я хочу вести практику, а еще меня должны принять в Ассоциацию адвокатов Кентукки.

– Сначала вам нужно заполнить вот это. – Она достала из ящика заявление и шлепнула его на стойку. – Оплатите сбор за рассмотрение заявления, и когда судья захочет с вами побеседовать, вам придет письмо по почте.

Я взяла бланк и притворилась, что рассматриваю его. На секунду я подумала, а не расспросить ли ее том, о чем она разговаривала с мужчиной. Особенно про Лесли и ее секрет.

– Следующий! – крикнула она женщине, стоящей позади меня, не дав мне возможности даже слова сказать.