Слава богу, кофейней я занималась уже на автопилоте. Мне не надо было напрягаться, чтобы придумать какой-нибудь классный рецепт кофе или выпечки. Таким образом, я могла скрыть то, что творилось у меня в душе.

Комитет по благоустройству гудел как улей. Вдоль деревянных перил променада и по пирсу были развешаны мерцающие гирлянды. Палатки торговцев были установлены друг за другом, и между ними тоже тянулись гирлянды. Пеппер и Патрик шли впереди нас с Луизой.

– Вы же в курсе, что он – парень холостой. – Луиза подтолкнула меня. – И Пеппер его любит.

– Вы прям как тетя Макси, в самом деле, – фыркнула я. – Вас послушать, так я мать-одиночка, у которой вот-вот срок годности выйдет!

– Пеппер у нас особенный малыш. У него получается сводить людей вместе. – Она кивнула и осторожно взяла в руки поднос с печеньем. – На самом деле его многие хотели усыновить, но у него ни к кому, кроме вас, душа не легла.

– Да вы что! – воскликнула я, наблюдая за тем, как по озеру проносится скоростной катер. Я прищурилась, чтобы понять, не та ли это лодка, которую я видела утром. Но это была не она: на том катере имелась сверкающая серебристая полоса.

– Патрик как-то раз ходил на свидание с этой грымзой Лесли Рорк, но она быстро показала свою натуру, когда начала крутить роман на стороне со Спенсером! – Луиза неодобрительно цокнула языком.

– Офицером Шепардом? – Я удивленно уставилась на Луизу и замерла на месте.

– Ой, милочка. Он тоже холост, если вам вдруг интересно. – Она поиграла нарисованными бровями. – Кого хочешь бери, не ошибешься. Что один, что другой – два сильных, милых пирожка! Сладеньких, бьюсь об заклад, пирожка!

Она подмигнула.

– Нет, спасибо большое. – Я бы не назвала Лесли Рорк милой девушкой, и ей явно не был интересен ни один из них. – Мне больше интересно, что они в ней нашли?

– Лесли Рорк включает и выключает свои чары как лампочку. Ее интересуют только деньги, и она не остановится ни перед чем, лишь бы получить желаемое. – Луиза наклонилась ближе ко мне: – Между нами, Алексис как-то сказала мне, что они с Лесли поссорились, потому что, по ее словам, Лесли хотела жить на всем готовеньком. Алексис была матерью-одиночкой и всю жизнь проработала в «Драном коте», поэтому каждый цент шел Лесли. Когда дела пошли на спад, Лесли решила, что ей нужен кто-то, кто будет ее обеспечивать. – Луиза поджала губы. – Кто же сможет обеспечить ее лучше, чем самый богатый холостяк в городе?

– И кто это? – спросила я и отступила назад.

– Патрик Кейн, конечно же. – В ее глазах мелькнул озорной огонек. – А еще есть Спенсер, который планирует сделать отличную политическую карьеру здесь, в Хани-Спрингс, и, как я слышала, он нацелился на кресло мэра! Разве Лесли не хотела бы стать первой леди Хани-Спрингс?

Кто-то окликнул Луизу из дверей «Праздничных мелочей», куда она и поспешила, пока я осматривала променад. В это время года дни становились длиннее. Закат тянулся за озером и озарял все вокруг волшебным сиянием. Хани-Спрингс был прекрасен, и, несмотря на то что в ночном воздухе витала дневная печаль, я все равно была счастлива здесь.

В заднем кармане зазвонил телефон. Я поставила термос и достала мобильный, на ходу проводя по экрану. Передо мной появилось лицо тети Макси.

– Ты где? – спросила я.

– Я дома. На встречу опоздаю. – Она вела себя как обычно, словно ничего не произошло.

– Где ты пропадаешь весь день? Тебя все обыскались! – Я склонила голову, когда заметила, что офицер Шепард смотрит на меня из-под навеса «Праздничных мелочей».

– Кто меня ищет? – удивилась она.

– Ты не слышала? – спросила я сквозь стиснутые зубы. – Алексис Рорк мертва. Я нашла ее утром, а тебя очень хочет видеть полиция!

– Меня?! – прокричала она в трубку. Я сильнее приблизила к себе экран, как будто кто-то еще мог ее услышать. – Я эту старую курицу и пальцем не трогала!

– Вот поэтому они и хотят поговорить с тобой. Видимо, все дело в вашей публичной ссоре по поводу аренды.

– Инфляция на дворе! – крикнула тетя Макси в мобильный. – Я целыми днями крашу дуплексы в городе, чтобы не краснеть от стыда, когда буду сдавать их в аренду!

– Ты вообще на телефон не смотрела? – спросила я. – Я весь день звонила.

– Я не взяла его с собой. Вот только пришла домой и увидела, что ты мне названиваешь, поэтому и перезвонила, прежде чем в душ пойти. – Она сделала паузу. – Тебе Патрик починил духовку утром?

– Да. Спасибо, но это сейчас не главное. – Я вздрогнула, почувствовав рядом с собой чье-то присутствие. – Спенсер, – мое сердце упало. – Я… я… – заикаясь, пролепетала я. – Сейчас приду.

– Это Максин? – спросил он. Наверное, мое молчание было лучшим ответом. – Передайте ей, чтобы она позвонила мне как можно скорее. – Он протянул руку. – Дайте мне с ней поговорить.

– Все, пока. – Я сбросила звонок и положила телефон в карман.

– Зачем вы это сделали? – спросил он.

– Пойдем, Рокси, – на мое счастье нас перебил Патрик.

– Рокси, вам нужно ответить на мои вопросы. – По лицу Спенсера пробежало недовольство.

– Мне нужно идти. – Я схватила термос и направилась к Патрику.

Когда я дошла до двери и обернулась, Спенсер уже бежал по променаду, несомненно, направляясь к дому тети Макси.

Я быстро написала ей сообщение, чтобы она знала, что детектив, скорее всего, уже на пути к ней и что ей следует исчезнуть, пока мы не поговорим.

«Праздничные мелочи», безусловно, соответствовали своему названию. Внутри все было продумано до мелочей. Сразу за двустворчатыми дверями располагался вестибюль, украшенный к Медовому фестивалю. С каждой стороны дорожки, ведущей в большой зал, стояли три огромных желто-черных улья, из которых торчали большие пчелы, раскрашенные в яркие цвета. На ульях красовались флажки с логотипом Медового фестиваля, а к основанию стекали капли меда.

Столы в зале были накрыты белыми льняными скатертями, и вокруг каждого стояло около десяти стульев. В самом конце зала находилась сцена, которую освещал приглушенный фиолетовый свет. На столах были разложены сервировочные подставки из тонкого фарфора и хрусталя, а также лежали тканевые салфетки и столовое серебро. В центре каждого стола располагались маленькие пчелиные ульи и баночки с медовым ассорти.

– Красота какая, да? – Крисси стояла рядом со мной, размахивая большим бриллиантовым кольцом. – Здесь будут танцы, когда фестиваль начнется.

– Ого, откуда у тебя такое колечко? – спросила я, уходя от темы.

– А, это… – Она вытянула руку вперед и повертела кольцо. – Прям как настоящее, да?

– Ну… – Я скривилась. Оно даже близко не напоминало настоящее. – Танцы, говоришь? – спросила я, возвращаясь к нашему разговору.

– Да. – Она пожала плечами. – Обязательно приходи. Будет круто. Особенно для нас, свободных девчонок. Кстати! – Крисси подпрыгнула на носочках. – Ты ведь придешь сегодня вечером?

– Куда? – спросил я. – Честно говоря, меня сегодняшний день немного из колеи выбил.

– В бар! Все девочки придут. Я рассказала всем в спа-салоне, что слухи оказались правдой. Роксана Блум вернулась в город и разбивает сердца, как это было раньше каждым летом. – На лице Крисси появилась широкая улыбка.

Я рассмеялась.

– Что я делаю?

– Не пытайся отрицать: эти двое все утро за тогой бегали. Друг об дружку спотыкались. – Крисси театрально подмигнула мне.

– А ты все такая же, – отмахнулась я.

– Это точно. – Она схватила меня за руку. – Пойдем, мы опаздываем, а они ненавидят, когда опаздывают.

Крисси потащила меня мимо дверей справа, на которых висели гравированные таблички, а после по коридору в небольшой банкетный зал со стульями с прямыми спинками и небольшим столиком.

– Мы можем начать собрание? – спросил мужчина, стоящий рядом со столом.

Я села рядом с Крисси в заднем ряду и заметила, что Патрик, Пеппер и Луиза заняли места впереди. Поднос с наполовину съеденным печеньем и кофе стоял на столе.

– Извините. Простите. – Какая-то женщина прошла передо мной и Крисси, чтобы занять место рядом с нами. Ее сумочка, висевшая на плече, ударила меня по лицу. – Извините. Простите. Извините.

– Вечно она опаздывает. – Крисси закатила глаза. – Она – президент комитета по благоустройству. И брак у нее идеальный. По крайней мере, так все говорят в спа-салоне.

Я просто поджала губы и кивнула. Это было совсем не похоже на мою жизнь последние двенадцать лет. На сплетни не остается времени, когда учишься в колледже и стараешься быть лучшей в своей группе на юридическом факультете, а вечера проводишь за болтовней с гулящим мужем. Кирком Свиндлом. Я влюбилась в его учтивость и трудолюбие. Кроме того, он был красив, как звезда. Мы с ним долгое время проводили на стажировке в лучшей юридической фирме Нью-Йорка. Это была мечта, ставшая реальностью. Когда мы уже не могли отрицать, что между нами проскакивают искры, то влюбились друг в друга окончательно. По крайней мере я.

Все было идеально. Жизнь была идеальной, а любое воспоминание о Патрике Кейне оставалось лишь ветреной мыслью. Хотя его имя и будоражило мое сердце. Как только это случалось, я снова окуналась в свою идеальную жизнь и придумывала оправдания, почему не могу навестить тетю Макси. Мне следовало бы держаться подальше от адвоката по фамилии Свиндл[6]. Черт возьми, именно поэтому я и оставила свою девичью фамилию.

Опустившись в кресло рядом со мной, женщина громко вздохнула.

– Извините, – сказала она и положила сумочку на колени. – Мари Кирквуд. – Она протянула руку.

– Роксана Блум. – Я пожала ее.

– Недавно здесь? – спросила она. У нее были угрюмые серые глаза, темные волосы и худощавое телосложение. На вид она была ростом около метра шестидесяти.

– Не совсем. – Я нахмурилась. – Может быть. Вроде того.

– Да чтоб меня! Это племянница Максин Блум.

Крисси фыркнула:

– Она владеет «Кофейными шотами». Уверена, ты слышала о ней в клубе рукоделия или в комитете по благоустройству.

– Слышала. А где сама Максин? – Мари приподнялась и оглядела толпу.

– Дома. – Я улыбнулась. – Приятно было познакомиться, – добавила я шепотом, заметив, что кто-то встал впереди, обращаясь к собравшимся.

– Жаль слышать об Алексис. – Уголки ее рта опустились. – Уже знают, кто убийца?

– Насколько мне известно, нет, но есть много версий. – Крисси поджала губы.

– Разве ты не помнишь, как она говорила о своей дочери? – прошептала Мари. Я откинулась назад, чтобы дать им вдоволь посплетничать. Я была не против. Все что угодно, лишь бы вывести тетю Макси из списка подозреваемых. – На прошлой неделе на собрании комитета она сказала, что ее дочь хлопнула дверью магазина и разбила стекло.

– Я совсем об этом забыла. А потом они пришли к нам в «Соты» за специальным предложением ко Дню матери. Не успели они пройти мимо стойки администратора, как уже о чем-то поругались.

– И не говори. – Мари кивнула. – Какая же она мерзкая, и Спенсеру Шепарду стоит обратить на нее внимание.

Женщина перед нами обернулась и бросила на них недобрый взгляд. Крисси улыбнулась, словно извиняясь. Но не Мари. Она расправила плечи, тряхнула волосами и уставилась на нее.

– Да как вы… да что вы себе… – проворчала она, после чего сложила руки на груди и закинула ногу на ногу.

Я прислушалась к разговору; похоже, это было обычное заседание совета, на котором обсуждался бюджет и различные комитеты.

– Мари здесь? – спросил мужчина, стоявший впереди.

– Здесь! – Мари подняла руку, и ее сумочка упала на пол.

Мы одновременно потянулись вниз, чтобы поднять сумочку, и стукнулись головами, а после выпрямились и потерли свои лбы, прежде чем разразиться хохотом.

Казалось, что это не она буквально пять минут назад пришла растрепанной: ее туфли были перепачканы засохшей грязью, а самый низ штанин оказался задран и можно было разглядеть брючную тесьму.

– Я здесь. Комитет по благоустройству будет устанавливать последние декоративные флажки на фонарях. Я хотела начать сегодня утром, но поскольку Дрю уехал из города, а у меня было много домашних дел, которые не терпели отлагательства, включая подготовку к званому обеду, назначенному на следующий день после фестиваля, сделать этого не получилось. И кстати! Вы ответили на приглашения, которые я отправила по электронной почте? – спросила она у собравшихся.

По рядам пронесся ропот, и присутствующие закивали.

– Они никогда не отвечают на эти приглашения. – Мари посмотрела на меня и фыркнула. – Никогда. Господи, так сложно, что ли?

– Не могу поверить, что после всего, что мы сегодня пережили, вы проводите это собрание! – В зал ворвалась Лесли. – Моя. Мама. Была. Убита! – После каждого ее слова следовали вздох и пауза.

– Этого еще не хватало. – Крисси потерла руки и выпрямилась. – В салоне завтра все языки сломают.

Лесли шла по проходу, а ее всклокоченные волосы развевались, как боевой стяг. В зале воцарилась тишина. Мари опустилась в кресло. Она подобрала с пола вещи, выпавшие из сумочки, чтобы поскорее их сложить обратно и снова встать.

– Извините. Простите. – Она поморщилась. – Извините. У меня много дел. У меня нет времени слушать эту чушь.

– Развязки не будешь дожидаться? – Крисси не могла поверить, что Мари собирается уйти.

– Меня флажки ждут. – Мари закатила глаза. – Скажи, – она наклонилась к Крисси и положила руку мне на колено, – как думаешь, ты могла бы приготовить что-нибудь сладенькое и организовать какой-нибудь кофе-бар для обеда у меня дома в понедельник после фестиваля?

– Я…

Мне очень не хотелось отказываться от выгодного предложения.

По воскресеньям кофейня была закрыта, но мне все равно приходилось заниматься выпечкой, составлять меню и готовить фирменные напитки на предстоящую неделю. Я была уверена, что смогу приготовить что-нибудь вкусненькое для встречи в понедельник.

– С удовольствием.

– Отлично. – Она похлопала меня по колену. – Я приду к тебе завтра во время фестиваля.

Я кивнула, но взгляда с Лесли не сводила.

– Мою мать убили, а вы хотите провести фестиваль? – Она затряслась от гнева.

– Лесли, дорогуша, – Луиза встала, – твоя мать хотела бы, чтобы мы его провели.

Лесли с ненавистью зыркнула на нее, и это меня испугало. Она перевела взгляд на Патрика и, казалось, успокоилась.

– Патрик! – воскликнула она. – Ты мне сможешь помочь.

Патрик встал и позволил Лесли взять его под мускулистую руку. Укол тошноты пронзил меня, застигнув врасплох. Он что-то прошептал ей на ухо, а она несколько раз фыркнула и опустила глаза.

– Меня сейчас стошнит. – Крисси высунула язык, чтобы самым тугодумным наглядно продемонстрировать свое отношение к происходящему.

– У нее есть право расстраиваться из-за мамы. – Я уже знала, что не собираюсь дружить с Лесли, но все равно чувствовала себя ужасно ее из-за матери, а вовсе не из-за того, что она оказалась в объятиях Патрика.

– Ты говоришь, что я не изменилась. – Крисси вскинула бровь. – Это ты не изменилась, и вот почему этот мир сожрал тебя и выплюнул прямо сюда.

Я мысленно зарычала и переключила внимание на Патрика, который шел под руку с плачущей Лесли. Мы встретились взглядами, когда они проходили мимо ряда, где сидела я. В глазах Патрика я увидела нежное понимание.

– Пеппер, – позвала я своего пса, который труси́л рядом с ними. Он подбежал ко мне и запрыгнул на колени.

– Извините за заминку, друзья, – сказал мэр, возвращая внимание к собранию. – Мы все опечалены смертью Алексис Рорк. Она была выдающимся членом нашего сообщества, и мы уверены, что она хотела бы, чтобы мы провели фестиваль, ведь она, будучи членом комитета по благоустройству и одним из организаторов фестиваля, сыграла огромную роль в возвращении променада к жизни.

«Сыграла огромную роль»? Что это значит? Тетя Макси тоже хотела, чтобы фестиваль проходил здесь. Я огляделась. Спенсер еще не вернулся. Я достала из кармана телефон, – но тетя так и не ответила на мое сообщение. Может, она и говорила с Алексис, но я не могла выбросить из головы слова мэра.

В мыслях, одна другой громче, звучали мысли «а что если?». Что, если кто-то в городе разозлится из-за переноса фестиваля, потому что это ударит по бизнесу? Что, если Алексис не поддержала другую сторону и разозлила кого-то еще? Я пересмотрела кучу детективных сериалов и с уверенностью могла сказать, что деньги – это главный повод для убийства, и именно деньги являются основой для любого бизнеса. Если Алексис помешала кому-то заработать, то, возможно, именно поэтому ее и убили.

Ну и потом, тетя Макси и блохи бы ни на одной из собак в питомнике не обидела, не говоря уже о том, чтобы человека убить.

– Как насчет «Кофейных шотов»? – Луиза вскочила на ноги и указала на меня. – У Рокси клиентов будет навалом, и я уверена, что она не откажет.

– Не откажет в чем? – спросила я мягко, но удивленно.

– Билеты. – Луиза улыбнулась мне в ответ. – Вставайте! – приказала она и подняла ладони к потолку. – Это Роксана Блум. Она хозяйка «Кофейных шотов» и принесла печенье к чаю, которое вы все сейчас с удовольствием едите.

Луиза была лучше любой рекламы.

– Вы ведь не против, чтобы в вашей кофейне продавали билеты на лодочные прогулки к пасеке, расположенной на другом берегу озера? – спросила она.

– Желающих так много, что пристань не может принять все заказы. – Мэр указал на ворчливого мужчину в коричневом комбинезоне.

– К сожалению, пристань не была включена в бюджет, когда Алексис и ее комитет перестраивали променад. – Лицо мужчины напряглось. Даже под бородой было видно, как у него заходили желваки.

– Тут столько шумихи было, когда они решили променад перестроить. Как известно, комитет по благоустройству отвечал за то, какие магазины появятся на променаде. – Крисси наклонилась ко мне.

Когда мне позвонила тетя Макси, то сказала, что мне неплохо было бы вернуться сюда и открыть свое кафе на обновленном променаде. Она оформила документы и сделала так, чтобы «Кофейным шотам» выдали все необходимые разрешения. Она даже оплатила сборы и проверки. Тетя сказала, что это ее подарок в честь развода, поскольку она все равно ненавидела Кирка. Спорить с ней было бессмысленно, потому что никто не выигрывал в спорах с Максин Блум. Я нахмурилась. Опять же, она не убийца.

– Биб и Алексис тогда знатно повздорили из-за того, что она совершенно не учла его пристань в своем проекте. – Крисси пожала плечами.

– То есть ты хочешь сказать, что у Биба был повод убить Алексис? – спросила я, сообразив, что Биб, должно быть, владелец пристани.

Шок пронесся по телу Крисси: она напряглась и приоткрыла рот. Ее глаза нервно метались из стороны в сторону.

– И лодка та…

– Какая лодка? – поинтересовалась Крисси.

– Рокси? – позвала меня Луиза. – Мы ждем ответа!

– Да, конечно, – Я слегка потрясла головой, чтобы переключить внимание на встречу. – Да. – Я помахала рукой в воздухе. – Я займусь билетами.

Глаза Биба встретились с моими. Его взгляд царапнул меня, словно нож.

Мэр и Луиза договорились продавать билеты в кофейне.

– Ты правда думаешь, что Большой Биб убил ее?

Слова Крисси прозвучали зловеще.

Мой телефон зажужжал: пришло сообщение. Я посмотрела на экран.

Роксана, думаю, мне нужен адвокат. Меня привезли в участок.

M.

Во рту пересохло, а сердце упало в пятки.

– Я не знаю, но выясню. – Я показала Крисси сообщение и направилась на выход.

– А я тебе помогу. – Она покинула зал вслед за мной и Пеппером.

– Хорошо. Потому что я без машины. – Нельзя было терять время. Тетя Макси нуждалась в моей помощи, и я собиралась ей помочь, так же как и она мне.