– Добрый вечер! – В кофейню зашел Спенсер Шепард как раз в тот момент, когда Банни наполняла кофейные и чайные термосы для завтрашнего утра.

Я только успела поставить в духовку последние кексы. У меня было много купленных на фермерском рынке ягод, и если добавить к ним немного меда, получится идеальная закуска для посетителей фестиваля. Чтобы занять себя, я приготовила немного традиционных южных печенек к чаю и несколько термосов кофе, чтобы принести их на заседание совета.

– Я бы вам предложила кофе, только свежий закончился. Все до капли посетители выпили. – В течение дня я сделала себе несколько пометок, чтобы следить за количеством оставшегося кофе и чая. Я даже составила расписание, чтобы варить кофе про запас, на случай если он закончится. – Но зато я готовлю отличный «Черный глаз».

Я жестом указала на эспрессо-машину. Она манила меня. Мне требовался дополнительный заряд бодрости, чтобы пережить ночь, поскольку от тети Макси не было никаких вестей, а разыскать ее было моей первоочередной задачей, но только после того, как я закончу готовиться к завтрашнему дню. Я звонила ей двадцать раз, и двадцать раз мне отвечал автоответчик.

– Не знаю, что такое «Черный глаз», но звучит неплохо. – Мужчина улыбнулся. – Я чувствую себя так, словно у меня синяк под глазом из-за того, что мы так и не выяснили, кто убил Алексис.

Спенсер подошел к стойке и снял куртку, его мускулистые руки обтягивала синяя полицейская футболка. Я сглотнула и заставила себя отвести взгляд.

– Это чашка обыкновенного кофе с двумя шотами эспрессо. – Я щелкнула кнопкой, и кофе-машина зажужжала.

Этот звук успокаивал мою душу и нервы, которые, казалось, взбудоражил приход Шепарда.

– Значит, у вас нет никаких зацепок?

– Нет, – ответил он и сел за стойку.

Когда я вернулась с «Черным глазом», рядом с полицейским уже сидела Банни. Она тут же схватила поставленную мной на стойку чашку. Спенсер посмотрел на нее и улыбнулся, а я отправилась наливать вторую чашку.

– Видеокамеры не работали, потому что, по словам «Кейн Контракторс», променадом никто особо не пользовался и было открыто всего несколько магазинов, – недовольно сказал он. – Они могут делать что хотят, раз уже владеют собственностью.

– Компания владеет променадом? – удивилась я, зная, что тете Макси принадлежат здания с «Кофейными шотами» и книжным магазином «Драный кот». – Я думала, он является собственностью Хани-Спрингс.

– Так и было, но променад не приносил денег, – прощебетала Банни. Она передернула плечами, посмотрела мне в глаза и сказала: – Компания обещала совету оживить променад, если мы им его продадим. А то он просто стоял здесь и гнил.

– А как тетя Макси владеет двумя зданиями? – спросила я, наливая кофе Спенсеру.

– Полагаю, ей это все досталось в наследство вместе с магазином рыболовных снастей и пристанью для яхт. – Спенсер поднял свою кружку. Было забавно видеть, как его огромные руки поднимают чашку, которая в его больших пальцах выглядела словно наперсток. Но его это, похоже, не беспокоило. Он спокойно потягивал напиток. – Я бы хотел отвезти вас в участок для допроса.

Прежде чем я успела ответить, в дверь ворвалась медноволосая женщина и нервно огляделась. Я даже с другого конца помещения услышала ее шумный вдох.

– Почему ты до сих пор не задержал Максин Блум? – Женщина промаршировала через весь зал.

Пеппер вскочил и принялся лаять и рычать.

– Усмири свою псину, а то я ей устрою! – предупредила она, стиснув зубы и потрясая кулаком в сторону Пеппера.

– Пеппер, ко мне, – позвала я, чтобы тот успокоился.

– Лесли, – Спенсер встал с места, – я просил тебя держать свои обвинения при себе, пока я не соберу все факты.

– Факты таковы, – она облокотилась на его массивное тело и посмотрела на эспрессо, – что ты здесь с этой женщиной, пьешь этот модный кофе, а я должна искать ее тетю-убийцу.

– Так, – я вышла из-за стойки, – я не знаю, кто вы такая, но моя тетя Макси совсем не убийца, так что прекратите разбрасываться обвинениями. Лучше всего вам развернуться и убраться отсюда, ясно? – Я взмахнула двумя пальцами в воздухе, а затем посмотрела на Спенсера. – Я ведь по закону могу ее отсюда вышвырнуть, да?

Я не была уверена насчет «по закону», но мне казалось, что это вполне разумно.

– Я Лесли Рорк, дочь Алексис, и я слышала все о вас, об этой маленькой кофейне и о том, что ваша тетя не повышает вам арендную плату, но она точно не возражала против повышения арендной платы моей матери.

– Вы ничего не сказали о том, что Максин Блум повысила арендную плату. – Спенсер встал. – Вы сказали, что у них возникли разногласия, и я должен расспросить Максин об этом.

– Значит, ты не выполняешь свою работу, – заключила Лесли.

– Можно тебя на секундочку? – Спенсер взял девушку за руку и потащил ее к двери.

В моей душе зазвенел сигнал тревоги. Похоже, они были не просто полицейским и неравнодушным гражданином.

– Эта парочка… – Банни фыркнула. – Дамочка эта злее, чем гадюка на сковородке. Они ссорятся как семейная пара.

– А они разве…

– Вместе? – опередила меня Банни, вздернув бровь. Мы одновременно отпили кофе, оглянулись на двоих, что спорили в углу, и сделали еще по глотку. – Нет. Вроде бы. Нет.

– Похоже, вы не уверены. – Я едва заметно улыбнулась.

Не то чтобы я хорошо разбиралась в мужчинах, я даже не разбиралась в том, чего они хотят, – мне было далеко до этого. Но я всегда могла понять, когда кто-то флиртует со мной, к тому же сегодня утром между Спенсером и Патриком проскочила искра ревности.

– Да, все сложно, – отчеканила Банни.

Когда звякнул колокольчик над дверью и вошел Патрик, все стало по-настоящему сложно. Лесли посмотрела на обоих мужчин, нахмурилась и, как мне показалось, зарычала, прежде чем выдохнуть.

– Смотри, дверью себя не прихлопни, – проворчала я.

– С духовкой все в порядке сегодня было? – Патрик сменил гнев на милость, когда прошел мимо Спенсера и Лесли.

– Абсолютно! Спасибо. – Я прищурилась, а потом, немного поколебавшись, спросила: – Расскажи, что творится между тобой, тобой и вот ей. – Я показала пальцем на каждого из мужчин, а затем на дверь.

– Ничего. – Оба ответили так, словно я сошла с ума.

Банни захихикала:

– На этой ноте я собираюсь перевернуть табличку и отправиться домой, но после того как загляну в «Праздничные мелочи». Узнаю, может, им помощь какая-то нужна.

«Праздничные мелочи» – это агентство по организации мероприятий, где сегодня собирались все арендаторы и владельцы помещений, чтобы сделать последние приготовления к завтрашнему дню.

– Я тоже скоро приеду. – Я помахала на прощание Банни. Я собиралась встретиться с Луизой, чтобы уточнить, что именно мы завтра будем делать.

– Вы двое, будьте с ней полегче, – предупредила Банни, прежде чем выйти за дверь.

– Все нормально. – Я посмотрела на двух мужчин. – Спасибо, Патрик. Духовка работает отлично. Спасибо, что заглянули.

Пеппер танцевал вокруг ног Патрика и успокоился, когда тот уделил ему немного внимания. Спенсер занял место перед своим эспрессо и, казалось, наслаждался напитком.

– Думаю, я останусь и провожу тебя, раз уж у нас здесь убийца разгуливает.

Патрик взглянул на Спенсера.

– Я сам могу ее проводить. – Полицейский сделал еще один глоток. Он улыбался, глядя на меня поверх чашки. Спенсер получал от этого слишком много удовольствия. – Нам нужно кое-что обсудить, да, Рокси?

– Рокси? – Патрик нахмурился. – Ее так только друзья называют.

– Патрик, может, ты выведешь Пеппера на прогулку, чтобы он дела свои сделал? Мы закончим, и я буду признательна, если ты проводишь меня. – Я протянула ему поводок Пеппера, который нужно было еще надеть на щенка.

С опаской Патрик взял поводок и застегнул его на ошейнике Пеппера. Прежде чем вывести собаку на улицу, он бросил строгий взгляд на Спенсера.

– Вы же не думаете, что моя тетя Макси убила Алексис? – Я была готова рвануть с места в карьер и очистить доброе имя тети, которое пыталась опорочить та женщина. Хотя я слышала, как тетя Макси говорила, что Алексис ей не очень-то нравилась. – То, что тетя собиралась поднять арендную плату, еще не значит, что она ее убила.

– Нет, но когда у них случались серьезные разногласия на людях, было ясно, что они совсем не дружат. – Спенсер оперся локтями о стойку. – Алексис выступила на заседании совета и заявила, что покинет променад только через свой труп.

– Вот как… – Я прикусила губу. – Не очень-то хорошо звучит, да?

– Да, и мне действительно нужно поговорить с вашей тетей. Вы не знаете, где она? – спросил он.

Я покачала головой. Есть вещи, которые нельзя говорить полицейским, когда ты адвокат. Моя тетя нуждалась в защите, и, к счастью для нее, я все еще могла осуществлять адвокатскую деятельность – я могла дать ей пару дельных советов. Кроме того, в городе наверняка имелся хороший адвокат.

Настало время перевести стрелки с тети Макси.

– Не уверена, что смогу помочь, но Банни и Мэй Белль сказали, что заметили, как в «Драном коте» горит свет. Они решили, что Алексис готовится к торжественному открытию.

Я огляделась. Банни проделала большую работу, готовя магазин к завтрашнему знаменательному дню. Все напитки были готовы, а сладости выставлены на продажу по соответствующим ценам.

– Я оставила Банни за старшую, чтобы отнести Алексис парочку кексов и кофе. – Я решила умолчать о том, что это была моя «оливковая ветвь». – Мы все здесь усердно работали, чтобы подготовиться к большому открытию. Никто не хочет облажаться.

В чашке оставалось немного кофе – я выпила его одним глотком, ожидая, когда Спенсер закончит писать в своем маленьком блокноте. Я прищурилась, чтобы разглядеть, что именно он пишет. Определенно, это адвокатская профдеформация.

– Когда я пришла, дверь в книжный магазин была открыта и Пеппер забежал внутрь. Я вошла и окликнула Алексис по имени. Когда она не ответила, я решила немного поностальгировать о том, как проводила в детстве время в магазине.

– Приятные, наверное, воспоминания. – Спенсер поднял на меня взгляд. – Вы впервые по-настоящему улыбнулись с того момента, как я вас встретил.

– Я улыбалась. – Я рассмеялась.

– Не настоящей улыбкой. – Он смотрел на меня так, словно следил за каждым моим движением, жестом и действием. – Вы насторожены. Да, вы отлично умеете улыбаться для клиентов, но сейчас, – он указал пальцем в мою сторону, – вы улыбнулись по-настоящему.

– Так, ладно, – отмахнулась я от него. – Пеппер вбежал в дверь, на которой было написано «Алексис», и я пошла за ним. Тогда я увидела ее ноги, торчащие из-за стола. Я проверила пульс и собиралась сделать ей искусственное дыхание, но… – Мой голос надломился. Я тяжело сглотнула. – Я позвонила в 911 и выбежала за дверь.

– Вы ничего странного не заметили? – спросил он, переводя взгляд обратно к блокноту.

– Нет. – Я покачала головой. – Я пекла выпечку и варила кофе. Ничего странного не видела. – У меня отвисла челюсть. – Но… – Я остановилась.

– Но что? – Спенсер снова посмотрел на меня. – Вы что-то вспомнили?

Я открыла рот, но тут же закрыла его, вспомнив, что разговариваю с полицейским и тетя Макси, судя по всему, у него в списке подозреваемых. Вот только я помнила, как Пеппер лаял во весь голос, когда ранним утром незнакомый катер промчался мимо причала. Все это, конечно, лишь косвенные улики, однако, прежде чем давать ему какую-то информацию, мне нужно сперва разобраться самой. Кроме того, я ни в коем случае не хотела впутывать тетю Макси. Мне требовалось найти ее.

– Привет! – воскликнула Луиза, просунув голову в дверь кофейни. – Вы готовы идти на встречу?

– Конечно. Я возьму вкусняшки. – Я повернулась, чтобы сходить на кухню, но быстро развернулась обратно к Спенсеру. – Мы ведь закончили? Ну, то есть я рассказала вам о том, где была и как нашла Алексис.

Он опустил взгляд. Наверняка подумал, что я что-то скрываю. Я улыбнулась.

– Эх, – вздохнул Спенсер. – Опять эта фальшивая ухмылка. – Он встал. – Если у меня появятся вопросы, я знаю, где вас найти. И если вдруг будете разговаривать с тетей, то передайте, что я ищу ее.

Спенсер, поравнявшись с Луизой, сдержанно кивнул ей, на что она ответила тем же.

– Я слышала, вы нашли Алексис. – Луиза взяла бумажные стаканчики для кофе, которые я пододвинула ей, когда она подошла к стойке. – И у нее в руке был ваш пончик.

– Да вы что! – Я жестом пригласила ее следовать за мной на кухню. – Вот бы пончики разлетались так же быстро, как сплетни!

– Дорогуша, сплетни здесь такие же горячие, как и ваш кофе. – Луиза встала возле печенья, которое я испекла, взяла одно и отправила его в рот. – Но я всех уверила, что это не ваши пончики ее убили, потому что я также слышала, что у Алексис на голове была здоровенная шишка.

Я вынула кексы из духовки и поставила их на решетку, чтобы дать им остыть. Выставлять их на витрину еще рано, потому что они были слишком горячими. К тому времени, когда встреча закончится, кексы уже остынут. Я загляну в кафе и уберу их.

– Словно по голове ударили? – спросила я с некоторым облегчением.

Раздался звон колокольчика, а вслед за ним – постукивание коготков Пеппера по полу.

– Сюда! – позвала я. – Патрик взял Пеппера на прогулку.

– Серьезно? – с интересом спросила Луиза. – Мне Максин поведала о вашем с Патриком прошлом.

– Да, но это было двенадцать лет назад, а потом появился уже теперь бывший муж. – Я показала взглядом, что не хочу говорить об этом, когда Патрик и Пеппер вошли на кухню. – У прошлого хозяина Пеппера была лодка?

– Не уверена, а что? – спросила Луиза.

– Он интересуется лодками. – Я завернула печенье к чаю в полиэтиленовую пленку, защипнув ее по краям.

– Пеппер бегал по променаду, когда лодка из «Водораздела» вышла на воду, – сказал Патрик.

Патрик положил поводок на кухонный стол, который идеально подходил для дружеских посиделок. Он сел, вскрыл пленку с подноса и незаметно достал оттуда одно печенье. Я бросила на него косой взгляд, а Патрик в ответ подмигнул, и мое сердце дрогнуло. Я быстро отвернулась и схватила термосы с кофе.

– Луиза, не могли бы вы забрать печенье, пока Патрик все не съел? Пеппер, пойдем. – Я направилась к выходу, и все последовали за мной. – Кто-нибудь из вас слышал что-нибудь о тете Макси? – спросила я, ставя термосы на стойку.

– Я ничего не слышала. И это странно, потому что она никому бы покоя не дала из-за смерти Алексис! – воскликнула Луиза.

Слова Луизы звенели у меня в ушах. Она явно знала о размолвке тети Макси с Алексис.

Патрик придержал мне дверь.

– Она оставила мне сообщение с напоминанием, что нужно починить твою духовку.

– В котором часу это было? – спросила я, расстегивая фартук и кладя его на прилавок, прежде чем взять ключи.

– Я же говорил тебе, очень рано утром, – напомнил он мне.

– Прости, пожалуйста. У меня в голове все перепуталось.

Я взяла термосы.

– Видимо, найденный труп здорово на тебя повлиял, – заметил Патрик.

Когда я прошла мимо него, то почувствовала легкий запах его одеколона. Неожиданно нахлынули воспоминания о нашем прошлом, и я застыла как вкопанная. Я посмотрела на Патрика, и мое лицо напряглось. Между нами возникло смутное ощущение близости.

– Да, дело в трупе, да. – Я поперхнулась, понимая, что в моей голове нет ничего, кроме мыслей о том, что будет после моего возвращения.