Ласкарина Бубулина родилась в Константинополе. После гибели второго супруга (оба ее мужа были морскими капитанами и судовладельцами) она унаследовала его флот и предприятие. До этого муж ее сражался на стороне русских в Русско-турецкой войне 1806–1812 годов.
В 1820 году решила присоединиться к тайному обществу «Филики Этерия», боровшемуся за независимость Греции. В 20-е годы XIX века Бубулина приобрела оружие и амуницию, а также снарядила свое частное судно «Агамемнон» и отправилась воевать с османами за освобождение Греции. К тому моменту она успела достичь пятидесятилетнего возраста и родить семерых детей.
Бубулина была убита во время раздоров с семьей Куцис[44]. Война, в которой она приняла активное участие, закончилась обретением греками свободы.
Имя этой испанской национальной героини, известной прежде всего участием в обороне Сарагосы от войск Наполеона в 1808 году, окружено множеством мифов. Она не переодевалась мужчиной — видя, что родной город вот-вот окажется в руках французов, Агустина не раздумывая ринулась в бой. Испанская церковь призывала всех испанцев с оружием в руках броситься на защиту родины. Агустина де Арагон восприняла этот призыв всерьез. За выдающийся вклад в борьбу, стоивший ей жизни сына Эухенио, Агустину называли, что неудивительно, «испанской Жанной д’Арк». Некоторые историки утверждают, будто нашли сведения о том, что в дальнейшем де Арагон была произведена в капитаны артиллерии и командовала войсками под предводительством британского полководца Веллингтона. Так, во время битвы при Витории в 1813 году, принесшей победу испанцам и их союзникам, она командовала артиллерией.
Франсиско Гойя (уроженец Сарагосы) изобразил Агустину в своей знаменитой серии гравюр «Бедствия войны», описывающей ужасы испанской Войны за независимость.
Во время войны 1808–1809 годов между Швецией и Россией многие жены сопровождали мужей в походах. Но были и женщины, которые ради участия в сражениях переодевались мужчинами. Одной из таких женщин была Элиза, иногда называемая Катрин, Бернерстрём. В своих знаменитых дневниках шведская королева Хедвиг Элизабет Шарлотта называет ее «амазонкой на поле боя». О Бернерстрём королева узнала из письма Густава Вахтмейстера, командующего береговыми войсками. В письме он сообщает, что намеревается наградить Бернерстрём медалью за храбрость. Элиза приняла решение «жить и умереть вместе с мужем», а потому последовала за ним на войну, переодевшись мужчиной. Под фамилией Сервениус Элиза Бернерстрём служила в королевской пехоте, участвовала в боях при Ратане и Сэваре, где был взят в плен ее муж. В своем письме Вахтмейстер пишет: «В мужском платье она сражалась в битвах при Сэваре и Ратане, и даже после того, как в первом из названных боев был убит или взят в плен ее супруг, она под вражеским огнем продолжала собирать растерянную врагом амуницию, тем самым помогая многим товарищам мужа пополнить запасы патронов».
Мэри Сикол, британку, родившуюся на Ямайке и сыгравшую важную роль во время Крымской войны 1850-х годов, иногда сравнивают с Флоренс Найтингейл. Некоторые утверждают, будто ее вклад был ничуть не меньше того, что сделала Найтингейл, однако историки подвергли Сикол дискриминации из-за цвета кожи: мать Мэри Сикол была ямайкой, отец — шотландским солдатом. Другие считают, что ее деятельность во время войны, какой бы важной она ни была, не идет ни в какое сравнение с масштабной работой Найтингейл. По мнению этих исследователей, Сикол была прежде всего предпринимательницей, а не медсестрой. Однако когда она в 1855 году приехала в Крым, за ее плечами имелся долгий и успешный опыт лечения холеры, и на Ямайке, и в Южной Америке. В Крыму она основала гостиницу для офицеров (больных и выздоравливающих) недалеко от Балаклавы. Гостиница, известная под названием Half-Way House («Дом на полпути»), представляла собой комбинацию отеля, ресторана и магазина. Учреждение пользовалось огромной популярностью не только среди британцев, но и среди французов и турок. Турецкий генерал Омар Паша был там частым гостем. Сикол была маркитанткой при войсках, а кроме того — востребованным медицинским работником, прежде всего благодаря тому, что считалась специалистом в лечении диареи. Болезни, сопровождающиеся этой напастью, были частым явлением в Крыму.
В 1857 году вышла автобиография Сикол под названием «Удивительные приключения миссис Сикол во многих странах».
Во время Гражданской войны в Америке Фрэнсис Клалин Клейтон (родилась около 1830 г.) присоединилась к войскам Союза вместе со своим мужем. Она выбрала себе имя Джек Уильямс и стала знаменитостью, о которой после войны писали в газетах. Клалин Клейтон прекрасно стреляла и держалась в седле, а кроме того, была известна тем, что пила, ругалась и играла в карты наравне с мужчинами. Ее супруг Элмер пал в сражении на реке Стоун в 1862 году, в котором участвовала и Клалин Клейтон. Когда погибла она — неизвестно. Не знаем мы и того, при каких обстоятельствах выяснилось, что она женщина.
Когда в 1861 году в США разразилась Гражданская война, по образцу французских зуавов был создан целый ряд добровольческих отрядов. Зуавы славились не только тем, что показали себя превосходными пехотинцами, но и красивой формой. Женщины-кантиньерки, сопровождавшие эти войска, также часто были одеты броско и с претензией. В то время разные страны охотно перенимали французские обычаи и традиции, и некоторые американские отряды тоже захотели, чтобы у них служили яркие красавицы-кантиньерки.
В Северной Америке их называли дочерьми полка — daughters of the regiment, — чаще всего это были жены или дочери офицеров. Иногда о них несколько возвышенно говорили как о талисманах или ангелах-хранителях. Однако их задачи не исчерпывались тем, чтобы нести знамя на парадах. Они часто находились на линии фронта, рядом с солдатами, работая в столь же опасных для жизни условиях.
В 114-м пехотном добровольческом полку Пенсильвании, например, состояла француженка Мари Тепе, уроженка Бреста, награжденная медалью за заслуги в качестве санитарки. Тепе была замужем за армейским портным. Она всегда носила короткую форменную куртку добровольческих войск с вышивкой и красную юбку. Жизнь в полевых условиях наградила ее ревматизмом, к тому же беспокоило старое пулевое ранение. В 1901 году, не дожив до шестидесяти лет, она покончила с собой, приняв яд.
Еще одной «дочерью полка» была Анна Этеридж. Она ухаживала за ранеными при Булл-Ран, при Энтитеме, при Фредериксберге, при Геттисберге — во всех крупных сражениях вплоть до осени 1864 года, когда по приказу генерала Улисса С. Гранта вынуждена была покинуть фронт. Грант решил, что женщинам не место в армии. Анне Этеридж пришлось против своей воли служить в военном госпитале.
Сара Эмма Эдмондс, уроженка Канады, была одной из самых известных женщин-солдат времен Гражданской войны в США. Подростком она убежала из дома от жестокого деспотичного отца. До того как попасть в армию, она некоторое время продавала Библию, уже тогда в мужском обличье. Эдмондс воевала на стороне Союза под именем Франк Томпсон, сначала служила медсестрой, а потом — по ее собственному высказыванию — успешной шпионкой. Под самой разнообразной и причудливой маскировкой она проникала на вражескую территорию для сбора информации. Весной 1863 года, заболев малярией, Эдмондс покинула армию. Боясь разоблачения, она не стала обращаться за медицинской помощью. Ее обвинили в дезертирстве. После войны Эдмондс издала свои мемуары под названием «Nurse and Spy in the Union Army»[45] (1865). Книга имела огромный успех, было продано 175 000 экземпляров. Разоблачив себя, Эдмондс смогла наконец добиться снятия обвинений в дезертирстве.