На этот раз улыбка была более резкой.

- Ты всегда пытаешься защитить себя, бросая мне вызов.

- Почему бы и нет? Иногда у меня бывают странные сны. У всех бывают. Так почему же не все сидят в этой больнице?

- Потому что не всех обвиняют в поджоге и умышленном убийстве. Потому что не все самоубийцы, и не все разбивают лампы в душевой.

- Я заплачу за чертовы лампы.

- Нет, но это сделают адвокаты твоего отца, - поправил ее Эр Джей. - Позволь спросить еще кое о чем.

Кэсси было скучно, она нервно постукивала ногой под столом.

- Валяй.

- Кто сжег твой дом вместе с твоим отцом?

- Я не знаю. Я только знаю, что это не я. Я любила своего отца. - Она бросила на него хмурый взгляд. - Ты уже знаешь, что я этого не делала. Ты ни на минуту не поверишь, что это сделала я.

- Но кто это сделал? Как ты думаешь?

- Наверно, какой-нибудь придурок из города, какой-нибудь деревенщина, накачанный наркотой или чем-то в этом роде.

- Мне нравится этот ответ. Но у меня постоянно такое чувство, что ты не все говоришь.

- Что ты имеешь в виду?

- Что ты говоришь то, что, по-твоему, я хочу услышать.

- Я никогда этого не делаю, - возразила Кэсси. - Ты мой психоаналитик, ты должен это знать. А что думает доктор Морс? Неужели он думает, что у меня был психический припадок? Неужели он думает, что я больная на голову?

- Нет, но он очень запутался в твоем деле. Я тоже.

- Эй, я всего лишь стервозная девушка-гот из Вашингтона, тут не так уж много непонятного. - Теперь она действительно чувствовала себя немного глупо. - Прости, что разбила ваши дурацкие душевые лампы. Полегчает, если я скажу, что это больше не повторится?

- Возможно.

Кэсси посмотрела на часы.

- Через пять минут у меня занятия по трудотерапии. Теперь я могу идти?

- Да.

Она встала со стула, внезапно вспомнив.

- О, могу я попросить об одолжении?

Эр Джей ответил с саркастической насмешкой:

- Может быть.

- Можно переселить меня в комнату в конце коридора слева?

- Почему?

- Потому что оттуда открывается вид на сад.

- Почему я должен давать тебе привилегии после того, что ты сделала в душе?

- Потому что ты классный парень.

- Ты думаешь, что можешь манипулировать мной с помощью лести?

- А еще ты, наверно, лучший психиатр, который у меня когда-либо был.

- Это не сработает.

- И красивый.

Эр Джей улыбнулся.

- Я разочарован, Кэсси. Я думал, что ты гораздо умнее. И ответ - нет.

- Я рада, что ты это сказал, - Кэсси широко улыбнулась. Она указала на его шляпу. - Сегодня вечером они играют с Мэрилендским университетом, не так ли? Мэриленд должен сильно надрать им задницы?

Эр Джей тут же воодушевился.

- Откуда ты это знаешь? Ты фанат студенческого футбола?

Кэсси усмехнулась.

- Господи, нет, футбол для идиотов. Ну, это кучка накачанных стероидами идиотов, бегающая с кожаным мешком, полным воздуха, зарабатывая пять миллионов в год.

Теперь Эр Джей нахмурился.

- Тогда откуда ты знаешь, что Нотр-Дам должен крупно проиграть Мэриленду?

- Я просто знаю.

- И что?

- Ты любишь делать ставки?

Эр Джей покачал головой, откидываясь на спинку стула.

- Так вот оно что. Ты хочешь сделать ставку на новую комнату. Не получится, Кэсси. Я врач. Я не могу заключать пари с пациентами.

- На самом деле это не пари. Что бы ты сказал, если бы я сказала, что Мэриленд проиграет 22-0?

- Я бы сильно посмеялся.

- Ты не поверишь, потому что Нотр-Дам - отстой, да?

Эр Джей мгновенно обиделся.

- Они не отстой. Они... у нас был год восстановления.

- Прекрасно. Они отстой. Так вот в чем дело. Если Мэриленд проиграет 22: 0, ты переведешь меня в новую комнату, хорошо?

Эр Джей рассмеялся.

- Ладно, Кэсси, договорились.

Она все еще слышала его смех, когда вышла из административного крыла.

Позже тем же вечером Эр Джей перевел Кэсси в новую комнату.

- Спасибо, - сказала она.

Он бросил на нее самый резкий хмурый взгляд.

- Не знаю, как тебе это удалось. И не говори, что ты ясновидящая. Я психиатр-бихевиорист, я не верю в такую чушь.

- Поверь, - заметила Кэсси. Она села на жесткую кровать, несколько раз подпрыгнув на ней задом. - Ты должен быть счастлив. Твоя команда победила.

- Ага. 22-0. Когда все спортивные журналисты страны говорили, что им надерут задницу. Надо было позвонить букмекеру и поставить на кон все свои сбережения.

- Вы, психиатры-бихевиористы, слишком скептичны.

Он стоял в дверях, глядя на нее сверху вниз, пока она сидела на краю кровати.

- Ты очень интересная молодая женщина, Кэсси.

- Ага. Интересная. Но не сумасшедшая.

- Наверное, ты права. Спокойной ночи. Увидимся за завтраком.

- Вперед, Ирландцы!

Эр Джей вышел и запер за собой дверь. Она тут же встала и выглянула в декоративно зарешеченное окно. Да, там есть сад, все в порядке. Небольшой огороженный двор частично освещал прожектор. В это время года, во Флориде? Пара невысоких пальм и пара цветочных клумб, которые становились коричневыми. Лучше, чем ничего, признала она. Но сад не был истинной причиной, по которой она хотела эту комнату.

- Все в порядке. Так где же ты? - спросила она в воздух.

Голос Ангелизы ворвался в комнату, как дым.

- Прямо здесь... Просто ты меня не видишь. - В этот час в комнате горел только одна аварийная лампочка, и три угла оставались темными. Из темноты в одном из этих углов, словно из ниоткуда, появилась Ангелиза.

- Я рада, что тебе досталась эта комната, - сказал ангел.

- Это было легко. Спасибо за совет насчет футбольного матча.

- Мужчинами действительно легко манипулировать, не так ли?

- Да, но я думаю, что в конце концов он все равно отдал бы ее мне, просто немного поиздевавшись над моим делом в душе, - Кэсси вгляделась внимательнее, когда ангел полностью раскрылся. - Значит, ты все это время была там, в темноте?

- Ага. Я говорила тебе. Калигинауты любят темноту. Мы были рождены, чтобы существовать в ней. Ангелы, которые идут туда, где дьявол.

- Значит, если бы Эр Джей вернулся прямо сейчас, - спросила Кэсси, - он бы тебя не увидел?

- Нет.

- А почему нет?

- Потому что он человек.

- И я тоже, - Кэсси почувствовала, что ей нужно указать на это.

- Ты больше, чем человек, - раздался голос Ангелизы. - Ты Эфирисса.

"Я все время об этом забываю", - подумала Кэсси.

- Я испугалась. После того случая в душе я не получала от тебя вестей несколько часов. После того, что эта тварь с тобой сделала? Я думала, ты умерла.

Ангелиза никогда не выглядела настолько реальной, как сейчас. Прозрачное белое платье почти светилось, как и ее столь же белые волосы. Она мерцала, но на этот раз она была во плоти, а не проекцией какого-то заклинания. Она села на кровать.

- Ангелы бессмертны в преисподней: на небесах, в аду и в некоторых других местах. Но здесь, в мире живых, мы можем умереть. Это занимает много времени.

- Ты через многое прошла. - Кэсси сглотнула, вспомнив, как жестоко ангел был растерзан когтями и зубами Призрака Умбры. Как кровь хлынула из нее, кровь, как красный неоновый свет.

- Но Призрак Умбры не обладает большой силой, - продолжила свое объяснение Ангелиза. - Он не может никого убить - это одно из правил. Заклинание дает ему жизнь, но это недостаточно сильное заклинание, чтобы позволить ему убивать за пределами своего царства. Все, что он может сделать, это причинить боль. - Один из пальцев ангела бессознательно провел по одному из шрамов, которые поднимались над вырезом ее платья. Кэсси заметила еще больше шрамов вокруг ее лодыжек и рук.

- Ангелы сильнее людей, физически и умственно. Когда мы испытываем удовольствие, оно в десять раз больше того, которое испытываешь ты.

- Но то же самое относится и к боли, я думаю.

Ангелиза кивнула, улыбаясь.

- Но шрамы заживают довольно быстро. Они никогда полностью не заживают, но почти. - Она задрала подол платья до колен. Кэсси снова сглотнула. Ангел представлял собой фреску с ранами различной степени тяжести. Некоторые из них были полны запекшейся крови, другие напоминали тяжелые следы воска телесного цвета, а под ними виднелись едва заметные нити, похожие на паутину.

- Так эта комната... что? - Спросила Кэсси. - Мертвая точка?

- Смертельная точка. Не путай это с Тупиком. Мертвая точка - это просто место, где накапливаются страдания - я уже рассказывала, что происходило в этой комнате давным-давно. Калигинауты процветают в мертвых точках, но некоторые другие виды ангелов не смогли бы приблизиться к этой комнате. Вот почему у нас такой долг.

Долг, подумала Кэсси.

- Ты здесь не потому, что хочешь этого, верно? Я имею в виду, кто мог хотеть быть замученным этой тенью? Ты здесь для того, чтобы делать свою работу. Тебе ведь приказали прийти сюда, верно?

- Правильно.

- Кто?

Улыбка Ангелизы достигла пика, и темные углы комнаты, казалось, прояснились, когда она сказала:

- Бог.

"Лучше бы не спрашивала", - подумала Кэсси. Она устала и была не в лучшем настроении. Она легла на койку.

- Я больше не хочу об этом говорить.

- Я думаю, что хочешь.

- Нет. Я лучше посплю.

- Можешь спать.

- А как же ты? - Внезапный вопрос взбудоражил ее. Черт, здесь только одна кровать. Она остановилась. - Ты можешь лечь рядом. Не волнуйся, я не лесбиянка, если что.

Ангелиза рассмеялась.

- О, я знаю... - теперь ее руки были раскинуты; она парила лицом вниз, паря в воздухе. – И, кроме того, ангелы не спят.

Несмотря на усталость, любопытство Кэсси вернулось.

- Ангелы... занимаются сексом?

- Существует много различных видов и категорий ангелов. Большинству приходится отрицать свои желания, чтобы доказать любовь к Богу. Есть некоторые ангелы, которые могут размножаться, и несколько других категорий ангелов, у которых нет гениталий, и несколько других, у которых есть и то, и другое.

Этот образ заставил Кэсси задуматься.

- Слишком много информации, спасибо!

- А что касается моего ордена, то мы должны соблюдать целибат, как Иисус. Это просто.

Кэсси нахмурилась, обнимая подушку. Просто!

- Мне двадцать три года, а у меня даже секса не было. Я думаю об этом все время. Каждый раз, когда я встречаю парня, который мне нравится, я заканчиваю тем, что говорю: "К черту все это, потому что если я займусь сексом, то потеряю все свои эфирные силы". Если я не девственница, я не могу быть Эфириссой, верно?

- Правильно. Это высшая жертва, которую ты приносишь Богу.

Кэсси стиснула зубы.

- Если честно, я делаю это не для Бога. Я делаю это для себя, я делаю это для своей сестры. Я должна остаться Эфириссой, иначе никогда больше не увижу свою сестру. Ну и как тебе это нравится? Это не ради Бога.

- О да, это так. Просто это очень сложно. Ты недостаточно искушена, чтобы понять.

- Большое спасибо.

- Ни одно человеческое существо таковым не является.

Кэсси чувствовала себя взволнованной, съежившись на койке.

- Я просто не знаю, как долго смогу продолжать в том же духе. Иногда это меня бесит.

Ангелиза, улыбаясь, парила у ее ног.

- У всех нас есть свои испытания, Кэсси. Ты очень хорошо смотришь в лицо своим.

Хрень это все, подумала Кэсси.

- Как воздержание может быть простым? Как может быть легко отрицать всякое сексуальное желание?

- Это очень просто. Я воздерживаюсь, потому что это знак царства, где вся наша любовь будет универсальной, как универсален Бог. Я соблюдаю целибат в подражание Иисусу, который избрал не быть связанным ни с кем в частности, чтобы его могли обнять все, в вечном Завете живой жертвы.

"Вот это ответ!" - Подумала Кэсси.

- Позволь мне сказать так, - добавила Ангелиза. - Все, что тебе нужно сделать, это увидеть небеса всего один раз, и ты все поймешь...

Кэсси не могла ответить на это.

- Лисса должна быть на небесах.

- Должна бы, но нет. Она покончила с собой.

- Она не была грешницей, она была хорошим человеком.

- Я знаю, но это одно из правил.

- Тогда правила - отстой! - В отчаянии выпалила Кэсси. - Она никогда не увидит небес, и это моя вина. Она гниет в аду из-за меня.

- Она попала в ад из-за своей ошибки. К тебе это не имеет никакого отношения. Каждый из нас сам себе хозяин.

Снова улыбка. Это всегда казалось чем-то вроде насмешки.

- Я думала, ты устала. Я думала, ты больше не хочешь разговаривать.

"Я не знаю", - подумала она, но ее мучили новые вопросы, а также вещи, которые ей нужно было прояснить. Она придерживалась основ; это было не так страшно.

- Ты пришла сюда, чтобы...

- Чтобы вытащить тебя. Чтобы провести тебя к другому Тупику, вернуть в Мефистополис.

- До того, как люди Люцифера смогут похитить меня, - Кэсси надеялась, что все поняла правильно.

- Моя задача - выскользнуть отсюда прежде, чем он успеет. И я уже говорила тебе, что он попытается.

- Почему?

- Люцифер нуждается в тебе, но и Бог тоже.

Ух ты, подумала Кэсси. Так приятно, когда тебя хотят.

- И это то, что мы слышали в новостях?

- Да, - сказала Ангелиза. - Пространственное слияние - последнее некромантическое искусство Сатаны. Колдуны Люцифера изобрели способ, позволяющий части ада делить одно и то же пространство с частью живого мира. Это длится всего несколько минут, но этого достаточно. Они делают это, убивая миллионы жителей в одно и то же мгновение.

- Что?

- Это место в районе Панцузу называется Атросидом.

- Что? - Повторила Кэсси.

Ангелиза продолжала объяснять, спокойно сложив руки на коленях:

- В аду колдовство заменяет науку. В течение тысячи лет сатана пытался найти способ с помощью магии использовать энергию в черных искусствах. Вот почему он построил Атросидом - Злодеяние. Представь себе футбольный стадион, только в сто раз больше. Это виртуальный Колизей, предназначенный исключительно для передачи энергии жизненной силы в другую среду. Чтобы осуществить пространственное слияние, требуется огромное количество энергии. И мы знаем, что они сделали это и преуспели. Пожары в центре города прошлой ночью и то место в Мэриленде? Это были места слияния. Пройдет совсем немного времени, прежде чем Люцифер проведет слияние здесь, и тогда он сделает свой ход.