Она выпучила глаза.

- Что это? Стриптиз-клуб?

- Нет, нет. Просто... поверь мне.

Рут терпеть не могла, когда мужчины так говорили. Не все ли равно, что он священник? Наверно, какая-нибудь секретарша.

- Ну, я просто сказала. У меня никогда не было постоянной работы надолго.

- Не волнуйся, ты, вероятно, будешь работать на этой работе всего около часа.

- Какого хрена? - испуганно спросила она. - Ты тратишь две штуки на одежду, чтобы я могла поработать целый гребаный час?

Голова туловища наклонилась вперед.

- Она возвращается! Говори потише!

Зубная занавеска лязгнула, и в комнату вошел Суккуб. Она держала странную одежду на вешалке, прикрытой пластиковым пакетом.

- Повернитесь, мисс. Я вас одену.

Рут выхватила вешалку.

- Я сама оденусь. А теперь проваливай, ладно?

Суккуб нахмурился и посмотрел на Александра.

- Пока все, спасибо, - сказал он. Она быстро вышла.

- Как тебе нравится этот монстр-дайк? Я просто могу навалять ей, прежде чем мы отчалим.

- Не очень хорошая идея, Рут. Она государственный служащий, а так как она еще и Суккуб, то, скорее всего, высосет твои внутренности через рот и сожрет их. Потом она выкачает из тебя кровь для винокурни, продаст твою грудь в Магазин, заложит твои яичники Продавцу Гексегенов, а то, что останется, продаст на Районную станцию Варки целлюлозы.

Думаю, я не буду нарываться.

- Сначала примерь лифчик, - предложил священник.

Она подняла его и разинула рот.

- Ты, должно быть, издеваешься надо мной!

Если бы у Александра были руки, он бы уже потирал виски.

- Просто... примерь.

Две руки, вдвое больше человеческих мужских, были соединены на кончиках средних пальцев. С каждого запястья свисал блестящий ремешок. Кроме того, руки были покрыты волосами, коричневыми, как миндальная шелуха, и из каждого кончика пальца торчали когти, как у медведя.

- Это ручной бюстгальтер, Рут, - пояснил Александр. - Вероятно, Сутенер-Ликан. Все оборотни в Аду либо проститутки, либо сводники.

Рут держала бюстгальтер подальше от себя, словно это был кусок гнилого мяса.

- Бюстгальтер из рук оборотня?

- Да, Рут. И, пожалуйста, говори потише. Еще чуть-чуть, и твои вскрики станут пронзительными – у меня от этого сильно болит голова. А теперь просто примерь.

- Я не надену лифчик, сделанный из гребаных рук оборотня! - закричала она, покраснев.

Александр закрыл глаза, сдерживая собственную вспышку. Через несколько секунд он очень тихо сказал:

- Я объяснял это снова и снова. Здесь все по-другому. Все наоборот. Тебя может отталкивать природа этого одеяния, но все равно здесь, в Аду, это модно. Это самый дорогой бюстгальтер, который может носить женщина. Тобой будут восхищаться. Тебе будут завидовать. Что еще важнее, это поможет нам в нашей миссии.

- К черту миссию! Я не напялю лифчик, сделанный из гребаных рук оборотня!

Торс Александра чуть не перевернулся от канонады возражений Рут. - Перестань быть эгоисткой. Сейчас мы работаем на Бога...

Рут гортанно рассмеялась.

- Ну, в таком случае, Бог может сам напялить бюстгальтер, сделанный из гребаных рук оборотня!

- И как я уже говорил, Бог вознаградит тебя за твою службу, если мы завершим эту миссию. Дело в том, что если ты откажешься надеть эту одежду, тебя не возьмут на работу в то место, куда я тебя веду. Тогда тебе придется провести вечность в этом злом городе.

Шантаж. О Боже, я не могу поверить в эту чушь! Она еще некоторое время смотрела на отвратительный бюстгальтер, размышляя о слове "вечность", а затем о том, что видела всего за один день пребывания в Аду.

Рут стиснула зубы и надела лифчик.

- Идеальная посадка! - сказал Александр.

Подушечки лап были ужасно теплыми. И когда она закончила завязывать ремни, мохнатые пальцы медленно сжались и начали нежно мять ее грудь.

Рут уже не пыталась кричать. Это не принесло бы никакого результата.

- Эти руки все еще живы, не так ли?

- Ага. Они были заколдованы Заклинанием Долголетия. Срок годности: пятьдесят лет. Как ты думаешь, почему бюстгальтер стоит так дорого?

Рут содрогнулась от ужасного ощущения.

- А теперь, - сказал Александр, - пора примерить Юбку-Язычок.

Когда Рут наконец вышла из магазина № 5315 "Женская и демоническая одежда Лилит", ее затошнило сильнее, чем в тот раз, когда она выпила десять шотов Ягера в пляжном баре в Сент-Пите, а затем отшлифовала их пятью "текиловыми устричными стрелками".

- Ты хорошая, сильная девочка, Рут, - сказал священник у нее за спиной. - Много решимости и самопожертвования. Я горжусь тобой.

Ага, подумала она.

Юбка-Язычок, кстати, была экспоненциально хуже, чем бюстгальтер из рук. Сшитая из языков самых разных демонических видов, и они тоже были еще живы, и каждый язык дрожал на обнаженной коже Рут, как только она натянула скудное одеяние. Языки были в основном коричневые и черные, но было также несколько розовых человеческих языков, вшитых в живую ткань.

- Спасибо, что не заставил меня выйти оттуда в этом дьявольском дерьме, - сказала она, пыхтя по губчатой Заразной улице на юг. После примерки священник разрешил ей снова надеть одежду Живого Мира. Новая одежда была уложена в причудливую сумку.

- Не хочу, чтобы кто-нибудь из обитателей увидел тебя в этой штуке, - сказал Александр. - Они бы напали на нас и украли одежду.

Здорово.

- А если бы кто-нибудь на нас напал, - сказала она, желая прояснить ситуацию, - мы бы все равно не умерли?

- Нет, не умерли. Если бы наши тела были полностью уничтожены, наши вечные души были бы переназначены в ближайшую форму жизни. Посмотри вон туда – вон то красное дерево.

Рут увидела какую-то коричневато-черную штуковину размером с авокадо и с грейпфрут. У него что, внизу маленькие ножки?

- Если бы твое Духовное Тело было полностью уничтожено, - продолжал священник, - твоя голова раздроблена, твой мозг раздроблен, а сердце разрублено на куски, тогда твоя душа соскользнула бы в ту штуку на дереве. Это Како-Клещ. Они любят древесный сок, но по ночам пробираются в Геттоблоки и охотятся за спящими людьми. Они погружают канальцы, как иглы для диализа, в ствол мозга и высасывают всю спинномозговую жидкость. Это их любимое блюдо.

Рут, спотыкаясь, шла дальше, шлепая шлепанцами по мягкому тротуару. Куда бы она ни посмотрела – на гнилой город, на отвратительных прохожих, на кровавое небо, полное зловонного черного дыма, - ей становилось все хуже и хуже.

- Здесь поверни налево.

Она увидела дорожный знак, на котором было написано "БУЛЬВАР ПИТУИТУС", и повернула.

- А теперь ты готова к хорошим новостям? - спросил говорящий торс у нее за спиной.

- Какие могут быть хорошие новости в этом гребаном городе, где все в дерьме?

- Мы закончили в Гнилом Порте. Нам больше никогда не придется туда возвращаться.

- Круто! - Походка Рут набирала обороты. Это была хорошая новость. - Куда мы идем дальше?

- Ну... в другой Район.

- Да? Как он называется?

- И к тому же довольно близко.

- Круто, но как называется?

- Есть и другие районы, куда мы могли бы отправиться, чтобы достичь той же цели, но они дальше. Это большая проблема, - продолжал священник.

- Я поняла, - сказала Рут. Она начала раздражаться. – Но...

- И я могу гарантировать, что в этом Районе нет ни пятнышка гнили.

Рут остановилась. Ее светлые волосы развевались, когда она откинула голову назад.

- Как называется это чертово место?

Священник остановился на своих демонических ремнях. Неужели он не хочет назвать ей название следующего района?

- Он называется Нечистоты.

"Нечистоты?" - задумалась Рут.

- Район Отходов.

- Ты ублюдок! - взревела Рут.

- Но мы пробудем там совсем недолго, - поспешил сказать Александр. - Есть только одна вещь, которую мы должны сделать. Потом мы сможем уйти.

Рут смотрела, как мимо проплывает паровая машина, полная бесов. Они ели демонические детские головы с палочек, как карамельные яблоки. Из передней решетки автомобиля торчали заостренные шипы...

На какое-то мгновение Рут пришла в голову мысль прыгнуть перед ней и взять с собой священника. Но тогда я просто превращусь в гребаного клеща, вспомнила она.

Совершенно обескураженная, она спросила:

- Что такого важного мы должны сделать в Нечистотах?

Александр за ее спиной просиял.

- Это место, где я получу новую пару рук и ног.

2

- Какая чудесная девушка, такая инициативная, - похвалила миссис Ньюлвин.

Венеция оглянулась через плечо и увидела высокую статную женщину, вышедшую из кухни.

- Доброе утро, миссис Ньюлвин. Я думала, что сразу же приступлю к работе, как только встану. - Венеция взяла на себя обязанность вернуться к работе внизу. Теперь она увидела, что подошла почти к последнему окну.

- Но ты пропустила завтрак, - сказала пожилая женщина.

- Я знаю. Я заснула позже, чем планировала. - Настоящая причина, по которой она пропустила завтрак, заключалась в том, что странное происшествие прошлой ночи лишило ее аппетита: сон и, конечно же, слово на стене под штукатуркой.

Я просто устала, вот и все. Я видела это слово заранее, и мне показалось, что голос во сне назвал его мне. Вот и все, черт побери.

Несмотря на убежденность, что все это было лишь сном, она все равно позвонила матери.

И попросила ее поискать в интернете эти два имени.

Томас Александр, священник из Вирджинии, и Рут Бриджес из Флориды.

И это будет пустяк...

Миссис Ньюлвин одарила ее суровой улыбкой.

- Не позволяй себя измотать, дорогая. Эта тяжелая работа в такую жару? Не принимай свою молодость как должное. Это один из величайших мирских даров Бога.

- Я знаю, - ответила Венеция и оторвала еще одну полоску скотча. - Но обед я точно не пропущу.

- Ну ладно. - Пожилая женщина сохранила суровую улыбку и быстро вернулась к своим делам.

- Можно подумать, она твоя родная мать, - сказал Дэн, подходя к ней сзади. На нем были джинсы, кроссовки и черная рубашка священника с римским воротником.

- Привет. И да, в ней есть что-то материнское. Она мне нравится. Она похожа на старомодную школьную учительницу.

Дэн посмотрел на длинную стену.

- Ты закончила заклеивать все окна. Я собирался помочь тебе несколько минут.

- Всего несколько минут? - пошутила она.

- У меня дежурство на чердаке, помнишь?

Венеция улыбнулась при этом воспоминании.

- Да, благодаря твоему остроумию. - Она посмотрела налево и увидела, что больше не нужно заклеивать окна. Потом она заметила Дэна. Он выглядел смущенным. - Сегодня ты не такой, как обычно, лукаво улыбающийся?

Казалось, он пережевывал какую-то мысль, словно не знал, стоит ли вдаваться в подробности.

- Просто вчера вечером увидел кое-что забавное.

- Забавное? - Она убрала ленту, отряхнула руки. - Ты ведь не смеешься, правда?

Его взгляд скользнул к окну.

- После того, как я разболтался в пределах досягаемости уха Дрисколла, я пошел в свою комнату. Я не настолько устал, чтобы читать Евангелие от Павла – лучшего писателя Апостолов.

- Я неравнодушна к Иоанну, но согласна. Умение Павла объяснять поразило всех остальных. - Она продолжала отмечать его странное выражение...

- Поэтому я спустился вниз за ледяной водой. Я потягивал воду и рассматривал книжные полки в атриуме, когда услышал щелчок.

Она не могла устоять.

- Не говори мне про призрака.

- Нет. Это Бетта вошла в кухню через заднюю дверь. Она вроде как прокрадывалась, понимаешь? Она старалась вести себя тихо и выглядела так, будто торопится. Поэтому она проскользнула наверх, в свою комнату.

- Значит, она была снаружи.

- Да, но разве мы не видели, как она кралась по лестнице раньше, когда мы были в коридоре?

- Да, видели. Я решила, что она пошла на кухню выпить молока или еще чего-нибудь перед сном. Но вместо этого она вышла на улицу. Немного странно в такой час, но что с того? Наверно, она решила прогуляться при лунном свете.

- Да, возможно, но это была долгая прогулка.

- Что ты имеешь в виду?

- Когда она вернулась, прошло уже несколько часов после того, как мы видели, как она спускалась по лестнице. Она меня не видела, но мне показалось, что я заметил листья и всякую всячину, прилипшую к ее блузке, а блузка была застегнута на одну пуговицу, как будто она торопилась. Волосы тоже немного спутаны.

Они посмотрели друг на друга.

- Похоже, у Бетты есть тайный парень, с которым она встречается на улице, когда все спят, - рискнула предположить Венеция.

- Да, я тоже так думаю.

- Хорошо, но опять же, ну и что? Почему бы ей не завести парня? Это, наверно, тот парень Джон, парень-садовник. Он застенчив, и она тоже. Может быть, их влечет друг к другу.

- Я тоже так думаю, а ее мать – флегматичная любительница Библии, так что вполне логично, что Бетта держит любовника в тайне от нее.

- Правильно. Простое человеческое сексуальное влечение – то, чем живет большая часть мира.

Дэн усмехнулся.

- Кроме священников и семинаристов... и девушек, ушедших в монастырь.

- Так вот почему ты выглядишь не в форме? У Бетты есть парень?

- Нет, нет, дело совсем не в этом. Это было позже... Я проснулся около двух часов, услышал, как кто-то идет по лестнице. Там иногда скрипит пол. Я подумал, что это, наверно, Бетта или миссис Ньюлвин возвращаются из ванной или что-то в этом роде. Поэтому я приоткрыл дверь и выглянул наружу...

- Это была она?

- Нет, кто-то другой. Кто-то еще очень медленно спускался по лестнице. Кто-то в темном плаще.

- Да ладно тебе. Значит, призрак? Ты это хочешь сказать? Я в это не верю, и ты тоже.

Дэн продолжал смотреть в окно, пока говорил, явно не в ладах с чем-то.