1. Судя по всему, речь идет о филологе и искусствоведе И. С. Зильберштейне (1905–1988), в 1923 г. переехавшем из Одессы в Петроград и учившемся на факультете общественных наук Петроградского университета. Возможно, он принес в подарок Кузмину, писавшему об Островском (Островский // ЖИ. 1923. № 20. С. 19–20), оттиск своей статьи: Зильберштейн И. С. Неизданная записка А. Н. Островского // ЖИ. 1924. № 2. С. 18.

2. В ноябре 1923 г. А. М. Ремизов с супругой уехали в Париж; возможно, с этим были связаны слухи о правительственной субсидии.

3. Requiem – «Реквием» Моцарта исполнялся достаточно часто, однако стоит отметить, что особенно значим он был в траурные ленинские дни. См. в хронике: «В актеатре оперы и балета состоялась гражданская панихида по Вл. И. Ленину. Оркестром и хором актеатров под управлением Эмиля Купера исполнены были „Реквием“ Моцарта и траурный марш из „Гибели богов“ Вагнера»; «В Гос. Филармонии… состоялась гражданская панихида по Вл. И. Ленину. Хором ак. – капеллы и оркестром Филармонии под управлением М. Г. Климова исполнен „Реквием“ Моцарта» (ЖИ. 1924. № 5. С. 30).

4. К. А. Сомов уехал в Нью-Йорк в декабре 1923 г. как представитель петроградских художников для сопровождения большой выставки русского искусства, в Россию не вернулся, в 1925 г. переехал во Францию. А. Н. Бенуа в это время часто получал заграничные командировки. Так, в хронике читаем: «Возвращение А. Н. Бенуа в Петроград ожидается в конце января. По его возвращении будет осуществлена постановка „Копилки“ Лабиша в Большом драматическом театре» (ЖИ. 1924. № 4. С. 27); «Художник А. Н. Бенуа возвратился в Ленинград из заграничной командировки» (ЖИ. 1924. № 8. С. 19). 11 января 1924 г. в ВКГ была напечатана заметка «А. Н. Бенуа в Париже», которая заканчивалась так: «А. Н. Бенуа получил предложение занять пост главного режиссера в труппе Дягилева и уехать в Америку, но он отказался. В последних числах января А. Н. Бенуа возвращается в Петроград». О приезде Бенуа Кузмин записал в дневнике 17 февраля 1924 г. Окончательно художник эмигрировал во Францию осенью 1926 г., не вернувшись из командировки. М. В. Добужинский в 1923 г. провел несколько выставок за границей, окончательно уехал в Литву в декабре 1924 г.

5. Кузмин подписал адрес группы петербургских поэтов, составленный В. В. Вейдле, в связи с предстоящим празднованием 40-летия Ф. Сологуба. Адрес был переписан и прочитан А. А. Ахматовой (см. ниже, примеч. 13): «Петербургские поэты хотели бы выразить Вам сегодня свою безграничную признательность. Никогда Вы не были для них только наставником в ремесле и образцом для литературных подражаний; Вы были и Вы будете всегда чем-то бесконечно большим: высоким примером, высоким воплощением поэзии. У Вас не только учились писать стихи, у Вас учились быть поэтом. Вот почему поэты полюбили Вас; они полюбили Ваш мир, тот, который Вы создали, – беззаконный, хрупкий и волшебный; они верят в него, они знают, что в нем правда и что она сильнее всякой действительности. И они приносят Вам не холодное восхищение, не профессиональную дань Вашему несравненному мастерству, но иную глубокую веру, иное, безусловное согласие. Всему неисчерпаемому богатству Вашего искусства, всему, что в нем не перестает радовать, волновать и мучить, всему, что в нем живет и будет жить, они хотели бы ответить сегодня своей благодарностью и своей любовью». В числе подписавших были также Б. Лившиц, К. Вагинов, А. Радлова и др. Публикацию см.: Юбилей Федора Сологуба (1924 год) / Публ. А. В. Лаврова. С. 323.

6. Хала – еврейский традиционный дрожжевой хлеб, который подают в шаббат и в праздничные дни. Со временем так стали называть сдобное хлебобулочное изделие характерной «плетеной» формы.

7. «Катя-танцовщица» (1923) – оперетта Ж. Жильбера. Русский текст Е. Геркена, постановка Н. В. Смолича, декорации П. Н. Шильдкнехта. Премьера прошла в «Музыкальной комедии» 7 февраля. См. в рецензии: «„Катя-танцовщица“ совсем… не плоха, но никого из участвоваших как-то не выделила и не осчастливила. Можно было ждать немалого от режиссера, но Смолич дал просто чистенькую, аккуратную, в меру „современную“ постановку, крепкую, кажется, тоже больше по части отсутствия недостатков, чем по наличию прямых достоинств» (Н. С<трельников> «Катя-танцовщица» (Музыкальная комедия) // ЖИ. 1924. № 8. С. 15), ср. также: Дэм // ВКГ. 1924. 8 февр.; Н. С<трельников>. ЖИ. 1924. № 8. С. 15. К стихотворению «Античность надо позабыть…», написанному 19 февраля (см.: РТ. Л. 224), Кузмин первоначально взял эпиграфом строки из оперетты: «Политики нельзя любить, / Она мешает людям жить» (Кузмин 2000. С. 766).

8. Судя по всему, речь идет о Е. Г. Полонской, которая принимала активное участие в организации Петроградского отделения Всероссийского союза поэтов в это время: ее фамилия значится в списке энтузиастов, собравшихся для возрождения деятельности Союза 27 июля 1923 г. (ИРЛИ. Ф. 291. Оп. 2. № 2. Л. 1). Позднее Полонская вошла в оргбюро Союза (см. ниже примеч. 12) и впоследствии стала одним из активных его членов.

9. «История солдата» (1918) – произведение И. Ф. Стравинского, жанр которого он определял как «Сказку о беглом солдате и черте, читаемую, играемую и танцуемую».

10. Журнал «Театр», в котором Кузмин сотрудничал на рубеже 1923–1924 гг. (см. Январь 1924, примеч. 34) действительно вскоре закрылся. Однако спектакль «Эуген Несчастный» продолжал идти еще долго (см. Декабрь 1923, примеч. 10). Какой косвенный доход имеет в виду Кузмин, мы не знаем.

11. См. Январь 1924, примеч. 35.

12. Речь идет о визите Н. Н. Захарова-Мэнского, который был командирован Всероссийским союзом писателей в Петроград на юбилей Ф. Сологуба. См. письмо Захарова-Мэнского Кузмину от 19 января 1924 г., в котором он просит оказать содействие в «налаживании» Петроградского отделения Всероссийского союза поэтов и «своим авторитетом помочь мне» (ЦГАЛИ СПб. Ф. 437. Оп. 1. Ед. хр. 48. Л. 1). См. в письме В. В. Руслова Кузмину от 1 марта 1924 г.: «Я был очень рад узнать от вернувшегося из Петрограда и бывшего у Вас Николая Николаевича Захарова-Менского, что Вы все-таки меня не забыли…» (Тимофеев А. Г. Прогулка без Гуля? (К истории организации авторского вечера М. А. Кузмина в мае 1924 г.) // МКиРК. С. 180). Тетка – слово из гомосексуального жаргона. После визита Захарова-Мэнского довольно скоро было собрано новое оргбюро Союза поэтов, в которое вошли К. К. Вагинов, Р. Г. Галиат, Е. Г. Полонская, Н. С. Тихонов, В. А. Рождественский, П. Н. Ставрогин, Г. Б. Шмерельсон, К. Эрберг. Немного подробнее см.: Кукушкина Т. А. Всероссийский союз поэтов. Ленинградское отделение (1924–1929)… С. 88–89.

13. 11 февраля состоялось юбилейное чествование Федора Сологуба по случаю сорокалетия его писательской деятельности. Афишу, воспоминания и обзор отзывов см.: Юбилей Федора Сологуба (1924 год) / Публ. А. В. Лаврова. С. 315–343. Юбилей был довольно сдержанно отмечен в петроградской прессе.

14. Намек на известные садомазохистские пристрастия Сологуба. См. о них: Павлова М. М. 1) Из творческой предыстории «Мелкого беса» (Алголагнический роман Федора Сологуба) // Анти-мир русской культуры: Язык. Фольклор. Литература. М.: Ладомир, 1996. С. 328–354; 2) Писатель-инспектор: Федор Сологуб и Ф. К. Тетерников. М.: НЛО, 2007. С. 15–46. Тексты приветствий от старого учителя (можно предположить, что имеется в виду А. Л. Волынский (псевдоним – Старый Энтузиаст), прочитавший первое приветствие) и трудовой школы среди материалов юбилея (см. примеч. выше) не были опубликованы.

15. Приветствия Андрея Белого Сологубу от своего имени и от имени Вольфилы опубликованы: Андрей Белый и Иванов-Разумник: Переписка / Публ., вступ. ст. и коммент. А. В. Лаврова и Дж. Малмстада. СПб.: Atheneum, 1998. С. 279–280. См. характерную цитату: «…сегодня звучит эта симфония, непроизвольно возникшая вокруг всем нам дорогого имени. Звучит – „Федор Сологуб“. Вы – естественный композитор этой новой симфонии. Вы, давший нам столько прекрасных „легенд“ действительности, стоите перед нами, как воплощенная, сотворенная легенда, потому что Вы один из немногих подлинных творцов мифа о жизни и смерти, о свободе и необходимости. И мы нашей волей, нашими сердцами (нашей ассоциацией во имя Вас), нашими мыслями (любомудрием нашим) покрываем Вас, как неким лавровым венком». Схожие с кузминскими ощущения от юбилея находим в заметке «Без солнца», подписанной «Аэль» и опубликованной тем же вечером: «…все было очень корректно, очень замкнуто, очень серьезно, проникнуто необыкновенным уважением и почтением к юбиляру. Но во всем сказанном не было изюминки, не чувствовалось бодрого подъема, ни настоящей душевной теплоты. Последнюю можно было ощутить лишь в приветствии Андрея Белого, очень задушевном и искреннем. Все же остальные речи произносились без всякого подъема, в них не было солнца, не было увлечения. В общем, от всего торжества веяло скукой, чем-то очень официальным, чопорным и благоприличным» (ВКГ. 1924. 11 февраля).

16. О ложе, в которой сидел Кузмин, см. в дневнике А. А. Кроленко: «В нашей ложе Смирнов А. А., Кузмин, а со второго отделения Ю. Слонимский и Соллертинский. <..> Вообще вечер не имеет торжеств<енного> характера, в зале нет полного сбора. Настроение вялое и у чествователей и у юбиляра» (Цит. по: Юбилей Сологуба / Публ. А. В. Лаврова. С. 321).

17. Имеется в виду А. Д. Радлова.

18. Постановку «Эуген Несчастный» не сняли, но с ее 11-го представления (9 февраля 1924 г.) вместо увертюры Кузмина исполнялась увертюра Ю. А. Шапорина (см.: Театр. 1924. № 2. С. 14; № 5/6. С. 24; ЖИ. 1924. № 2. С. 28).

19. Можно предположить, что так назван стихотворный цикл, получивший название «Новый Гуль», а не пьеса «Прогулки Гуля», задуманная и написанная позже (март 1924 г.).

20. Хроника «Жизни искусства» извещала: «Последние спектакли сказки „Соловей“ в Гостеатре Юных Зрителей состоятся 15, 16 и 17 февраля, после чего „Соловей“ снимается с репертуара театра» (1924. № 7. С. 29).

21. Речь идет о вечере А. Н. Скрыдлова 16 февраля. В хронике сообщалось: «В субботу, 16 февраля, в театре „Вольной Комедии“ состоится показательный спектакль А. Н. Скрыдлова. В программе оперетта П. Эрлиха „Джон Брайтон“ при участии: Е. Л. Плансон. К. Н. Астафьевой, И. В. Лерского и А. Н. Скрыдлова. Кроме того, А. Н. Скрыдлов исполнит в первый раз новые песенки» (Театр. 1924. № 6. С. 16). Несколько по-другому определяла жанр грядущего вечера хроникальная заметка в «Жизни искусства»: «А. Н. Скрыдлов даст свой первый показательный вечер мелодекламации 16 февраля в „Вольной Комедии“ (ЖИ. 1924. № 7. С. 29). Возможно, в тот вечер Скрыдлов исполнял в том числе и песни на музыку Кузмина, которые были в его репертуаре.

22. В ответ на статью А. Л. Волынского «Амстердамская порнография» (см. январь 1924, примеч. 33) Кузмин написал ему письмо 2 февраля (фрагментарно опубликовано: Богомолов, Малмстад 2013. С. 270; хранится в ОР Государственного литературного музея им. В. И. Даля. Ф. 9. Ед. хр. 37. Оп. 1378). Ответное письмо Волынского нам неизвестно.

23. Книгу Кузмина «Параболы» «Academia» не издавала. Она вышла в Берлине, в издательстве «Петрополис» (см. Февраль 1923, примеч. 12) и в Россию была практически не допущена (см. Декабрь 1923, примеч. 9). Возникший замысел переиздания с присоединением новых стихотворений реализован не был, хотя А. Г. Тимофеевым предпринималась попытка реконструировать состав сборника на основании писем Кузмина к Я. Н. Блоху. См.: Арена. С. 189–270, коммент. на с. 403–406. Критику попытки Тимофеева см.: Морев Г. По поводу петербургских изданий М. Кузмина // НЛО. 1995. № 11. С. 331–332.

24. О «Венецианских народных песнях XVIII века» см. Июль 1920, примеч. 5.

25. Речь идет о спектакле, которым БДТ отмечал день своей пятой годовщины, – «Дон-Карлос» по пьесе Ф. Шиллера в постановке А. Н. Лаврентьева с музыкой Б. В. Асафьева. Н. Ф. Монахов играл Филиппа II. См. программу: ЖИ. 1924. № 7. Приложение. С. 2.

26. Концерт А. Н. Скрыдлова (см. выше примеч. 21). См. заметку «Стоило ли показывать» Э. С. (Э. Старка), которая так характеризует выступление: «Алексей Скрыдлов принадлежит к числу тех артистов, которые находятся вне всякого определенного театрального плана, потому что не доразвили до конца свои способности. У него есть специальность весьма распространенная: исполнение различных песенок, которые не то декламируются, не то поются. Добро бы еще этим способом докладывать что-нибудь значительное по содержанию. А то ведь все чепуха какая-то, будуарные безделушки. А, между тем, захоти А. Скрыдлов, он мог бы завоевать себе в театре лучшее положение. У него прекрасная сценическая внешность. Он изящен и пластичен. У него небольшой, но приятный голос <..>. К тому же он музыкален и выразительно фразирует. Но все это расходуется на такие пустяки, ради которых, право, не стоило устраивать показательного вечера…» (ВКГ. 1924. 18 февраля.).

27. Речь идет о книге: Зданевич И. ЛидантЮ фАрам. Париж: 41°, 1923, посвященной М. Ле-Дантю. Кузмин, Зданевич и Ле Дантю входили в группы «Свобода искусству» и «На революцию» весной 1917 г. Подробнее см.: Письма О. И. Лешковой к И. М. Зданевичу / Предисл., публ. и примеч. М. Марцадури // Русский литературный авангард: Материалы и исследования. Тренто: Университет Тренто, 1990. С. 43–48.

28. См. записку Г. Б. Шмерельсона к К. А. Сюннербергу от 15 февраля 1924 г., в котором он напоминает: «Не забудьте завтра к 5 ч. быть у Кузмина на заседании Всерос. Союза поэтов» (Кобринский А. А. Материалы Григория Шмерельсона в Рукописном отделе Пушкинского Дома // ЕРОПД на 2001 г. С. 73).

29. Речь идет о стихотворении «Ты слышишь ветер? Солнце и февраль!..», первом (после Вступления) в цикле «Новый Гуль». См. список: РТ. Л. 223.

30. См. выше примеч. 4.

31. Имеется в виду издательство «Неопалимая купина», выпускавшее книгу Кузмина «Лесок». Однако чего он ждал на этот раз, установить не удалось; возможно, остаток тиража. См. также запись от 22 февраля.

32. «Куранты любви» в 1924 г. не ставились и не издавались. Вероятно, речь идет о покупке экземпляра или же о каком-то неизвестном нам плане.

33. О книге А. Д. Радловой «Богородицын корабль» см. Февраль 1922, примеч. 3; Январь 1923, примеч. 20.

34. В середине этой записи между страницами помещена небольшая полоска бумаги формата закладки, заполненная почерком Кузмина: «стр. 14 первые строки стр. 15 последние строки». Первые 5 строк на с. 14 заполняемой тетради: «…что Юр. гомосексуальности чужд, потом о тетках. Вообще, пустился в необычную для себя область. Но снявши голову, по волосам не плачут»; последние 5 строк на с. 15: «Дмитриев тоже был при нем. Приносили письма от Берлянда и Ксендзовского. Торопят с „Detective-Mädel“, конечно. Как поспею? Думаю о Ракове нежно. Завтра пойдем вместе куда-нибудь». Можно осторожно предположить, что, готовя Дневник к возможной публикации или продаже, Кузмин хотел вычеркнуть опасные или слишком откровенные фрагменты.

35. Кузмин и Раков (Левушка) были на открытии Современного театра (он же – Синтетический; располагался по адресу: пр. Володарского (Литейный), 51) на оперетте «Прекрасная Ризетта» (1910) Л. Фалля; перевод В. К. Травского, интермедия на слова Евг. Геркена, постановка А. Н. Феоны. Е. В. Лопухова исполняла роль Марго, дочери Томаса В. См. прохладный отзыв: Я. Т-н. Синтетический театр // ЖИ. 1924. № 10. С. 15. См. в хронике об открытии театра: ЖИ. 1924. № 8. С. 19.

36. Союзный спектакль означает, что билеты распределялись даром, по разнарядке профсоюза. В этот вечер шла оперетта Лионеля Монктона «Крестьяночка» (1902), о которой рецензент отозвался как о «бестолковой» и «на редкость беспомощной в сценическом смысле» (Маска. «Крестьяночка» // ЖИ. 1924. № 10. С. 15).

37. Речь идет о стихотворении «К вам раньше, знаю, прилетят грачи…» из цикла «Новый Гуль». См.: РТ. Л. 223.

38. Речь снова идет о собрании Союза поэтов (см. выше примеч. 28).