Именитый клан распадался, жанры высокой литературы теряли свои контуры, но еще упорно сохранялся демаркационный забор между высокой и низкой литературами. Мэтры хотят удержать за собой право представлять ведущую литературу и одновременно утвердиться на рынке развлекательного чтива.

Но здесь и там – опасные конкуренты.

Право представлять ведущую литературу у мэтров начинают оспаривать так называемые пуро[142]. Конкуренты по метрополии.

А на колониальном рынке чтива крепким фронтом выступила «низкая литература», которая, выдвинув на места лидеров десяток квалифицированных беллетристов, официально назвала себя «массовой». В названии заключался лозунг миллионнотиражных чтивных ежемесячников, в которых обосновалась «низкая литература» со своими самураями и героическими патриотами: не для отборного круга читателей с интеллигентским цензом, а для всех без разбора, кто проходит мимо книжных лавок, набивает трамы в часы пик, квартал кинотеатров в парке Асакуса, партеры и галерки театров кабуки, кто имеет в карманах брюк или в рукавах кимоно двадцать копеек за номер журнала.