Джон, белый выходец из пригорода Детройта двадцати с небольшим лет, после окончания колледжа уехал за границу по работе, но затем вернулся, чтобы быть ближе к семье и найти новую работу в Детройте. Сначала он около года жил в квартире в быстро развивающемся районе недалеко от центра города. После этого Джон вместе со своим другом Робом (такого же возраста, белый, из пригорода) заняли пустующий дом в другом районе Детройта, который Джон знал благодаря своей работе. Как и Аллен, Джон и Роб вложили в занятый ими объект значительные средства и в конце концов смогли получить на него законное право собственности, хотя в их авантюре с самозахватом также присутствовало стремление к веселью и причудам.

Наша беседа с Джоном и Робом проходила в обеденной комнате их дома за маленьким пластиковым столом, который раньше, возможно, стоял на чьем-то заднем крыльце. На нем еще оставалась уличная грязь, покрывавшая коркой цветастый узор на столешнице, а поверх нее в беспорядке валялись ключи, карандаши, немытые чайные чашки и обрывки бумаги. Джон сидел напротив меня, а Роб расположился в низком мягком кресле в другом конце небольшой комнаты и ел палочками тушеные овощи из глиняной миски. Вот что Джон вспоминал о том, как принимал решение здесь поселиться:

Знаете, пришло время съезжать с предыдущей квартиры, и сначала мне было просто типа скучно, хотелось чего-то более практичного и все такое. Я знал людей из этого района, поэтому поговорил с одним или двумя соседями, сообщил им, что присматриваю места, где можно поселиться, и они сказали: отлично, почему бы тебе не занять вот этот дом.

Я настояла, чтобы Джон объяснил, почему он решил занять чью-то собственность, а не остановился на других, легальных вариантах поиска жилья в этом районе, который ему нравился. Немного подумав, он объяснил:

Суть в том, что мне нравится заниматься разными проектами, действовать и погружаться в разные вещи. В общем, скажем так, [самозахват] определенно показался мне возможностью для всего этого, и тогда было типа правильное место и правильное время тоже. Мои тогдашние соседи по комнате вроде съезжали, а я… уже знал какое-то время живших здесь людей и всегда интересовался [этим районом].

Одна из причин, почему Джон решил занять чей-то дом, заключалась в том, что ему надоело отсутствие перемен и он стремился к чему-то другому – к более активному образу жизни, – а с другой стороны, ему нужно было где-то жить. На помощь пришло присвоение собственности, поскольку так можно было решить обе эти проблемы.

По словам Джона, он потратил немного времени на рассмотрение нескольких потенциальных вариантов, а затем остановился на этом доме, поскольку он «был в довольно хорошем состоянии. Реально хороший фундамент. Крыша хорошая. А еще, если вы не в курсе, рядом есть соседи, которые могут присмотреть за домом». В то же время Джон несколько раз упомянул: «Если честно, это не был тщательно продуманный процесс. Все это как-то так происходило: какой-то человек – друг там или сосед – мне это предложил, ну и я такой: окей, это хороший дом, неплохо бы все это устроить». Рассмеявшись, Джон добавил, что теперь понимает, что тогда нужно было продумать свои действия чуть лучше: весь процесс был стихийным и поначалу слегка хаотичным.

До того, как Джон поселился в этом доме, он простоял пустым год или два. Джон перевез туда свои вещи ночью ранней весной и первую неделю занимался входной дверью, которую нужно было обшить досками и заново повесить. Все это время Джон появлялся в доме ненадолго и не оставался там ночевать: «Первые две, может быть, три недели или даже месяц я жил в доме у одного соседа. Я переехал со своими вещами, и можно было остаться в доме на одну ночь или дольше, но там был такой разгром – в смысле валялась куча изоляции, стены раздолбанные и какие-то мокрые, и я типа подумал, что вряд ли там стоит ночевать». До появления Джона в доме уже побывали сборщики металлолома, которые нанесли ему серьезный ущерб – выдрали медные трубы из стен и стащили оконные рамы.

Примерно через месяц усилиями Джона и Роба дом был готов к их вселению. Вот как Роб описывал состояние дома на тот момент:

В первую ночь мы такие думали: какого хрена мы тут делаем? Мы жгли свечи, в доме было шаром покати, белые стены, исписанные мелками, с хорошо заметными отпечатками детских рук, как будто прежние хозяева хотели сделать что-то типа обоев, но получилась просто грязь, которая въелась в стены… На полу валялись какие-то обломки, тогда здесь был только туалет, не думаю, что раньше у них была ванна… Но насекомых было не слишком много, и на том спасибо.

Для выноса мусора из дома Джону и Робу понадобилось несколько десятков мешков; кроме того, они заколотили окна и смастерили входную дверь с навесным замком. Спали они на полу в спальных мешках.

Рассказывая о том, как они убирали мусор и приводили дом в пригодное для жизни состояние, Джон указывал рукой на разные части комнаты. В процессе ремонта они с Робом руководствовались книгами из серии «Гид для идиотов»82, а на помощь им приходили соседи. Им пришлось установить окна, водопровод, канализацию, электропроводку и дымоход для дровяной печи. Кухню собирали из подручных материалов. Джон и Роб вселились в дом ранней весной и до конца осени жили без электричества, раздумывая о том, как можно добиться от энергокомпании DTE его подключения. Тогда они вспомнили, что для подключения к сети DTE требуется подтвердить место жительства (правда, по моим собственным сведениям, такое требование отсутствует) – по словам Джона, «можно… легко подделать нужные бумаги, хотя мы не стали так поступать». Когда зима уже стояла на носу, Джон и Роб рассматривали вариант несанкционированной врезки, однако во время нашего разговора несколько раз говорили: «Мы не занимались никаким мошенничеством». Я настаивала, чтобы они подробно рассказали, как им в итоге удалось подключить электричество, но Джон лишь поджал губы и покачал головой.

Одним из соображений, побудивших Джона и Роба поселиться в этом районе, было ощущение общности, которое они там обнаружили. Оба делали акцент на помощи со стороны знакомых им соседей, которые аналогичным образом собственными руками приводили в порядок свои дома – как самовольно занятые, так и находившиеся в законной собственности. «Знаете, – сказал Джон, – мне… не приходится рассчитывать на соседей, но все же я так или иначе намеренно это делаю, и наоборот. Не думаю, что такое бывает в каком-то другом месте». Эту мысль он пояснил на таком примере:

Например, когда я только сюда переехал, один сосед сказал – ну так, в общем смысле, – что я могу брать любые его инструменты, а еще важнее, что я могу рассчитывать на любой его совет. Он несколько недель приходил сюда каждый день, помогал с водопроводом, канализацией и всем остальным. Если он знает, что мне что-то нужно, он… звонит и говорит: привет, я в курсе, что тебе нужна дверь с хорошим замком, у меня для тебя кое-что есть – и все такое.

Самовольно прожив в доме более полугода, Джон в конце концов разыскал его законного владельца. По словам Джона, этот человек «напоминал барыгу, который что-то мутит с конфискатом». Он скупал изъятую недвижимость оптом – включая и этот дом, который в глаза не видел и не платил за него налоги последние два года. Джон позвонил ему и представился обеспокоенным соседом «проблемного объекта», а затем попытался уговорить владельца отдать дом ему. Джон рассчитывал, что этот человек сбагрит дом любому желающему, лишь бы не попасть на штраф от мэрии из‑за жалоб на неудобства от соседей, но этот номер, увы, не прошел. В итоге после серии переговоров Джон предложил купить дом, и они сошлись на цене в 1000 долларов. Владелец не знал, что Джон и Роб сделали в доме серьезный ремонт и потратились на его обустройство. Кроме того, Джону пришлось погасить несколько тысяч долларов задолженности по налогам, чтобы дому снова не грозило изъятие.

Джону и Робу нравилось жить в этом районе, и они утверждали, что намерены остаться здесь в обозримом будущем. По их словам, самовольное поселение могло быть одним из способов решить эту задачу. А по поводу того, что они сами незаконно поселились в доме до того, как его купить, Роб сказал так: «Это было примерно как закинуться крэком, нам типа по хрену, просто бери и делай, и оказалось, что это просто очень весело».