В иных ситуациях лица, нарушающие имущественное законодательство, воспринимаются преимущественно как преступники или воры. И наоборот, собственники могут считаться жертвами противоправной криминальной деятельности людей, которые захватывают чужую недвижимость или собирают то, что плохо лежит, – иными словами, промышляют кражами, вандализмом или незаконным проникновением с целью присвоения не принадлежащего им имущества. Однако в Детройте подобные действия получают противоположную моральную оценку. В ситуации, когда жители обозлены на владельцев недвижимости, которые уже давно бросили не только свое имущество, но и весь город, и возлагают на них вину за его состояние, появляется возможность видеть в действиях тех, кто присваивает эту собственность, морально безупречное поведение. Лица, присваивающие имущество, не обязательно заслуживают осуждения – более того, если они демонстрируют заботу и внимание к объекту недвижимости и району в целом, их действия начинают заполнять отдельные пространственные и социальные лакуны, возникшие из‑за нерадивых собственников.

Один из моих собеседников, чернокожий детройтец по имени Тед, живущий в районе с большим количеством самозахваченных домов и городских огородов, в ответ на мой вопрос, станет ли он в принципе обращаться в полицию по поводу таких действий, рассмеялся: «Нет. Нет, я правда рад, что все это есть… Это лучше, чем погони на машинах, чем мужчины, которые преследуют женщин по улицах… Все это безумие мы тут видели, и по мне лучше уж это [самозахваты и самовольные огороды], чем все остальное». По мнению Теда и других жителей, появление новых людей по соседству способно сдерживать другие негативные действия. Аналогичной позиции придерживалась Эшли, подруга Теда, чернокожая коренная жительница, с которой я записала отдельное интервью:

[Пустующие здания] – это шанс для наркоторговцев обнаружить место, где можно продавать свой товар… Но если какие-то люди хотят забраться в пустующий дом [и жить там], ничего страшного… От этого в городе лишь появляется больше глаз… Чем больше таких заброшенных домов будет занято, тем меньше шансов, что случится что-нибудь не то, потому что больше людей видят, что происходит в их районе.

Остающиеся в Детройте жители хотят, чтобы у них были хорошие соседи, которые заботятся о своих домах и вносят свою лепту в жизнь района. В тех случаях, когда этого невозможно добиться за счет законного владения собственностью, у горожан появляется новое представление об имущественных правах, где на первый план выходит максимальная польза. Теперь частная собственность – законное право на владение имуществом – уже не воспринимается как необходимое условие, порождающее ответственное отношение к нему, – сама забота об имуществе становится необходимым условием для неформального права на его присвоение.

Закон выступает в качестве морального барометра: незаконные практики преимущественно воспринимаются нами как нечто нелегальное, дурное или вредное. Но в тех случаях, когда незаконные действия обретают легитимность среди той или социальной группы, они перемещаются из категории нелегальных в категорию неформальных [Castells and Portes 1989]. Один из способов осуществления такого перехода заключается в том, что акторы используют незаконные методы для достижения легитимных целей. Бывают и другие ситуации. Например, самозахват считается оправданным, когда совершившие его люди воспринимаются как лица, заслуживающие предоставления им жилья от государства (скажем, если самовольными жильцами является бездомная семья с маленькими детьми) (см. [Kearns 1979], [Pruijt 2013]). Неформальная экономическая деятельность приобретает легитимность, если она соответствует доминирующим идеологическим установкам, связанным с персональной трудовой этикой и самообеспечением (см. [Gowan 1997], [Edin and Shaefer 2015]). Достижение таких целей, как обретение жилья или работы, считается легитимным. В этом случае присвоение собственности – де-юре незаконное – становится неформальным, если те, кто это делает, демонстрируют такую же заботу и внимание к общим проблемам, которые обычно ассоциируются с владением собственностью. Забота является легитимным результатом имущественных отношений, даже если она не осуществляется легальным способом. Признавая или поощряя присвоение собственности, соответствующее этосу заботы, жители Детройта благотворно воздействуют на социальное и материальное состояние своих районов.