Мы договорились встретиться в среду у школы монаха Георга на окраине города. Так называлась школа, в которой училась Феа. Она в этот день заканчивала позднее всех.

– Пропустить физкультуру я никак не могу, – объяснила нам Феа ранее. – Госпожа Доймлинг сейчас же сообщит отцу, если я не явлюсь.

В итоге мы с Миланом и Нелио ждали на краю школьного двора окончания последнего урока.

Нелио постоянно посматривал на часы.

– Чувствую, непросто нам сегодня придётся, – сказал он, когда из спортзала наконец начали выходить школьники. – Травы надо найти непременно сегодня. Чтобы следующие два дня искать жемчужину и кристалл. С субботы на воскресенье уже наступит полнолуние.

Я вздохнула и продолжила высматривать в толпе Фею.

– Возможно, именно в этот момент наши родители обнаруживают украденные атрибуты в одном из тайников Ксавера, – проговорила я. – Тогда нам ни к чему продолжать поиски.

Нелио и Милан удивленно посмотрели на меня.

– Ты действительно в это веришь? – спросил Нелио.

– Не особо, – протянула я, немного подумав. – Взять даже мою маму: она сегодня допоздна будет в музыкальной школе, готовится к летнему фестивалю с другими сотрудниками, – честно говоря, я понятия не имела, как она при таком загруженном графике собиралась ещё и пропавшие атрибуты искать. Может, ночью, когда я уже буду спать? Или этим займутся другие аваносты?

– Вот и Феа! – крикнул в этот момент Милан и замахал обеими руками над головой, привлекая к нам её внимание.

Эту девчонку можно было узнать ещё издалека по её ярким волосам. Широко улыбаясь, она подбежала к нам.

– Сейчас возьму велосипед, и можно выдвигаться, – объявила она, оставляя рюкзак и спортивную сумку на земле рядом с нами, и метнулась к велосипедной стойке.

Зазвонил смартфон. Это была мама.

– Где ты? – спросила она.

– Домой иду, – ответила я, надеясь, что она не услышит моих колебаний.

– Хорошо, – удовлетворённо сказала она. – А у меня сейчас заседание. Но ты можешь звонить в любой момент и по любой причине.

Завершив звонок, я тяжело вздохнула:

– Мама начеку, бдительная как рысь. Строго говоря, мне сегодня надо до самого вечера сидеть дома, желательно с закрытыми окнами, пока она не вернётся.

– И это ещё одна причина поторопиться, – заявил Нелио, садясь на велосипед. – Ты должна оказаться дома раньше своей матери.

Итак, в темпе крутя педали, мы выехали за город на поиски трёх заветных трав.

Нелио, ехавший впереди, крикнул через плечо:

– Только туда нам добираться целых полчаса.

– Понятно! – ответила я, замыкая наш ряд.

Мы не решились принимать обличье птиц в прежнем месте на берегу Рейна. Или рядом с таверной «У ручья», где нас могли заметить взрослые аваносты. Мы хотели найти какой-нибудь укромный уголок, откуда можно было бы незаметно взмыть в небо. Потому что в противном случае нас бы подкараулил какой-нибудь орнитолог-любитель, горящий идеей снова увидеть неизвестных гигантских птиц. А то и вовсе поймать их. При этой мысли я содрогнулась.

Наконец последние дома Зоннберга остались позади. Слева змеилась река Нагольд. Нелио проехал ещё немного по пустынной просёлочной дороге, а потом резко свернул направо, и мы последовали за ним. Гравий хрустел под нашими колёсами. Я поравнялась с Миланом.

– Откуда Нелио так хорошо здесь ориентируется? – спросила я.

Милан не успел ответить, потому что Нелио остановился перед беседкой, у которой была только одна стена, боковые были специально сделаны открытыми. В центре была круглая яма для разведения костра, по бокам обложенная камнями.

– Прошлым летом у нашего класса был здесь пикник, – сообщил нам Нелио. – Идёмте со мной.

Мы отвезли наши велосипеды за длинную дощатую стену постройки и закрепили их там вместе со шлемами.

– Куда теперь? – спросила Феа.

– Найти нам нужно три вида растений, – ответил Нелио. – Мать-и-мачеху, семилепестковый вербейник и жёлтый подмаренник, – и он показал нам соответствующие картинки на своём смартфоне. Я не могла вспомнить, чтобы видела эти растения прежде.

– Это будет непросто, – проворчал Милан, оглядываясь, будто желая найти эти травы где-то рядом с нами.

– Искать надо не здесь, – засмеялся Нелио. – Хранительница подробно объяснила, где можно найти все три вида. На лугу с дикими растениями, до которого можно только долететь.

– И ты уверен, что сможешь найти этот луг? – осторожно спросила я.

– Люсия дала очень точное описание, – ответил Нелио. – Расположен он на плато высоко в горах между Хёлленталем и Нордбахталем.

– Плато? – переспросила Феа.

– Такая плоская площадка между скалами, – объяснил Нелио. – Ну что, вы готовы?

Вот вам и застенчивый тихоня. Я снова невольно восхитилась Нелио. После того, как мы все нетерпеливо кивнули, он открыл свой медальон и превратился в канареечно-жёлтого аваноста.

Чуть позже из-за гриль-домика появились четыре крупные птицы и пролетели над пастбищем, где мирно паслись чёрно-белые коровы.

Вскоре впереди показались первые скалы. Мы энергично работали крыльями и постепенно поднимались всё выше.

Нужный нам горный хребет находился между долинами Нордбахталь и Хёлленталь. Сверху казалось, что весь Нордбахталь состоял из скал, круто завинчивающихся по направлению к небу.

Четыре пары глаз оглядели скалистые склоны гор. Мы взлетали всё выше и выше, пока не достигли самой высокой точки горного хребта. Слева и справа скалистые склоны круто спускались в обе долины. Здесь, наверху, прохладный поток воздуха с высоких горных вершин очень давил на грудь и затруднял тем самым полёт и дыхание.

Нелио, по-прежнему возглавлявший наш летучий отряд, теперь держался точно вдоль горного хребта. Я едва могла разглядеть зелёный цвет среди серых камней. Где же тут луг?

– Вон там! – крик Нелио, будто отвечавшего на мой невысказанный вопрос, отвлёк меня от моих размышлений.

Я напряжённо всматривалась вдаль. И правда: вон она, зелёная полоска земли. Прямо перед нами, освещённая солнцем. Будто зелёный сад на крыше среди серого города. Но ещё более удивительным казались стоявшие на одной стороне полянки деревья, которые будто защищали её от ветров и непогоды. Многие из них покосились и обветрились, но выстояли непогоде. Справа же от полянки виднелся крутой спуск в Хёлленталь.

Мы приземлились в низкую, но довольно мягкую траву. Вокруг витал приятный аромат: пахло цветами, травами и немного смолой. Пока я любовалась открывшимся видом, остальные уже успели превратиться обратно в детей, потому я тоже поспешила последовать их примеру.

В тот день Нелио был одет в бежевые походные брюки с боковыми карманами. Из одного кармана он вытащил крошечный тканевый мешочек, из другого – садовые ножницы.

– Люсия сказала, что травы надо искать именно на этом плато, потому что здесь все они относительно близко друг к другу, – объяснил он. – Подмаренник растёт на опушке леса, – он махнул рукой в сторону деревьев. – А вербейник цветёт только в тенистом подлеске. Мать-и-мачеха же любит дикий луг, – на лугу мы, собственно, сейчас и стояли. Для меня по-прежнему оставалось загадкой, как искать эти три растения в дикой природе. Но я промолчала, потому что ни в коем случае не хотела мешать Нелио своим пессимизмом. Казалось, он был полон надежд.

– Проблема в том, – продолжил Нелио, – что мать-и-мачеха уже отцвела. Поэтому обращайте внимание на листья в форме копыта, чтобы потом добраться до стебля. Потому что для пучка нам нужны только стебли.

Он передал нам всем по мешочку и ножницы и снова открыл на смартфоне фотографии растений. Склонив головы, мы пытались запомнить внешний вид трав, которые нам предстояло искать.

– Наверное, будет лучше, если мы разделимся, – предложил Милан. Мы распределились следующим образом: Феа осталась искать на лугу мать-и-мачеху, Нелио отправился на лесную опушку за подмаренником, а мы с Миланом высматривали между деревьями нежную семиконечную звёздочку вербейника.

– Полагаю, с вербейником придётся сложнее всего, – повторил Нелио слова Люсии. – Его легко проглядеть, потому что он хрупкий и полупрозрачный. Но зато он сейчас цветёт.

Мы с Миланом остановились между стволами деревьев на расстоянии нескольких метров друг от друга. Здесь было значительно прохладнее, чем на лугу, так как кроны деревьев почти не пропускали солнечные лучи. Земля была покрыта сосновой хвоей и прошлогодними коричневыми листьями. Время от времени встречались и зелёные растения, тянувшиеся к свету. Но маленькие белые вербейники мне всё не попадались. Я продолжала аккуратно двигаться дальше, и ни на секунду не выпускала из виду крутой обрыв по левую сторону от меня, ведущий в глубокую бездну.

Внезапно я услышала крик Феи. И он был совсем непохож на радостный возглас от обнаружения мать-и-мачехи. Он звучал скорее как сигнал тревоги.

– Ты это слышал? – крикнула я Милану, который тщательно осматривал участок земли чуть правее от меня.

Он не ответил, и сразу сорвался в сторону луга. Последовав его примеру, я выбежала из рощицы и оказалась ослеплена солнцем.

Как только мои глаза привыкли к яркому свету, я увидела, что так взволновало Фею. Прямо на краю обрыва сидел чёрный ворон. Яркое пятно на мощном клюве сразу бросалось в глаза.

– Корбин! – застонала я раздражённо.

Птица склонила голову на бок и по очереди оглядела нас своими чёрными глазками.

Кра-кра!

Милан первым открыл свой медальон, вслед за ним мы сделали то же самое. Теперь перед вороном полукругом сидели четверо аваностов.

– Давно не виделись, – выдавила я.

Корбин издал странный звук, отдалённо напоминающий хихиканье.

– Вы меня, может, и не видели. Но я следил за вами ещё вчера, когда вы подслушивали взрослых аваностов у таверны.

Я вспомнила тёмную тень на дереве перед нашим домом, на которую я решила не обращать внимания. Я почувствовала, как во мне закипает гнев.

– Чего тебе надо? Тебя опять хозяин подослал?

Пернатый помощник Ксавера покачал головой.

– И да, и нет! – сказал он хриплым голосом. Поскольку мы просто молчали и выжидательно смотрели на него, он продолжил: – Дело было так: несколько дней назад я решил навестить своего хозяина. Я сейчас живу не у него, а на Платановой аллее, с хорошенькой вороной, партнёра которой переехала машина. Я помогаю ей кормить её птенчиков, – его чёрные глаза прямо сияли, когда он об этом рассказывал.

– А с дядей Ксавером что? – нетерпеливо спросил Милан.

– Он накричал на меня, когда я к нему заглянул! – воскликнул Корбин. Голос его дрожал от обиды и негодования. – Спросил, где я прохлаждаюсь. И сказал, что моя задача – следить за вами и сообщать ему о том, чем занимаетесь вы и ваши родители. Когда я объяснил ему, что мне нужно заботиться о семье новой подружки и поэтому времени на слежку, к сожалению, не так много, он снова превратился в человека, а потом швырнул в меня ботинком! – его голос едва не срывался от возмущения.

Феа рядом со мной хихикнула, и я ткнула её в бок кончиком крыла. Не очень-то весело, между прочим.

Но ворон, казалось, вообще не обращал внимания на какие-либо реакции с нашей стороны. Он рассказывал дальше:

– Я спасся от летящего в меня ботинка, вовремя метнувшись в окно. Вы ведь помните, что моё старое гнездо находится на дереве прямо рядом с домом Ксавера? Там я и перевёл дух. Но угадайте, что я обнаружил, когда случайно глянул в сторону мансарды?

Кажется, в этот момент мы все одновременно выпрямились и напряглись. Я первой высказала предположение. Даже можно сказать – надежду:

– Неужели волшебные атрибуты?

Тишина.

Ворон Корбин уставился на меня в течение нескольких секунд, прежде чем ответить:

– Тс-с-с! Нет, не их! Там сидела эта жуткая пернатая! Филин Хранительницы!

– Зорро?! – одновременно ахнули мы четверо.

– Да, да! – воскликнул Корбин, взволнованно хлопая крыльями. Поднялась суматоха. Так вот почему Хранительница так давно не видела и не слышала своего друга.

– Похоже, Зорро заметил дядю Ксавера, когда тот выносил атрибуты из пещеры, – сказал Милан. – И дяде как-то удалось совладать с филином.

Я посмотрела на ворона и спросила:

– А ты не можешь освободить Зорро?

– Чего-о-о? – возмутился Корбин. – С дуба рухнула? Ты предлагаешь мне верную смерть: меня растерзает либо филин, либо хозяин!

– Нужно просто придумать, как сделать так, – пояснила я, – чтобы Ксавер не узнал, что это ты освободил Зорро! А сам филин будет тебе безмерно благодарен, и все твои пёрышки будут целы.

– Хм-м, – протянул Корбин. – А в этом, пожалуй, что-то есть.

– Почему ты рассказываешь нам всё это? – спросил Милан. – Ты же помощник Ксавера…

– Потому что Кайя рассказала мне о Платановой аллее, на которой я и встретил ворониху, благодаря чему я больше не одинок, – ответил Корбин. – Этот совет действительно изменил мою жизнь, – сейчас он смотрел на меня почти дружелюбно.

– Тогда, пожалуйста, помоги нам ещё раз и освободи Зорро! – попросила я.

– Дайте-ка подумать, – ответил ворон, склоняя голову на бок. – Да, наверное, освобожу я всё-таки эту жуткую пернатую.

– Корбин, ты прелесть! – воскликнула Феа.

Ворон сразу распушил грудное оперение и благосклонно подмигнул Фее.

– И да, Корбин, – добавила я, – ни в коем случае не говори Ксаверу, что видел нас здесь. Это крайне важно, понимаешь?

Потому что в этом случае Ксавер сразу бы понял, что мы ищем пропавшие атрибуты.

Ничего не ответив, Корбин вдруг сорвался в пропасть. В ужасе я подскочила к краю. Неужели разбился? Но чёрная фигура, взмахнув крыльями, унеслась прочь через долину.

– Нашли вербейник? – поинтересовался жёлтый аваност. – А мать-и-мачеху?

Нелио сегодня интересовало только одно: травы для пучка-атрибута. Ничто другое на данный момент для него не имело значения.

Феа указала клювом на пучок растений, который лежал недалеко от нас.

– Кажется, это мать-и-мачеха. Листья в форме копыта, и стебли вроде те, что нужно. Не хватает только цветов, но по каким причинам – очевидно.

Нелио посмотрел на результаты работы Феи и остался доволен.

– А я нашёл подмаренник, – сообщил он. – Ну, что насчёт вербейника?

– Э-э… – протянул Милан, косясь на меня. Я покачала головой. – Думаю, надо нам всем ещё раз прочесать участок леса.

Так мы и сделали. Разумеется, снова приняв человеческий облик.

А у меня всё не выходил из головы пленённый Зорро.

– Думаете, Корбин его освободит? Или лучше нам этим заняться?

– Сейчас важнее найти вербейник, – услышала я Нелио. Видеть его за густой листвой и близко стоящими деревьями я не могла.

С другой стороны подал голос Милан:

– Я уверен, что Корбин поможет нам. Он сейчас обижен на хозяина. А благодарный помощник филин, вероятно, будет для него достаточной мотивацией.

Слова Милана успокоили меня, потому что это было правдой: Корбин в основном рассчитывал на своё преимущество.

И тут я заметила маленький цветочек с семью белыми лепестками, расположенными в виде звезды. Я наклонилась, чтобы рассмотреть стебель. Он был не очень длинным, не более десяти сантиметров. Тем не менее я была почти уверена, что нашла последнее растение для травяного пучка Нелио.

– Бинго! – громко крикнула я. – Идите скорее сюда, я нашла вербейник! – я и сама едва могла поверить в свою удачу. Все мысли о Зорро и Корбине будто улетучились. Мы нашли три необходимые травы для атрибута лугового аваноста! Справились всего за один день! Значит, вполне могли успеть найти два других предмета в течение следующих двух дней. А как же иначе!

Мы чуть не сплясали танец счастья прямо там, высоко на плато. Какая же радость!..

– Наконец-то нам повезло! – воскликнула Феа, беззаботно подпрыгивая на месте, отчего её кудряшки тоже прыгали.

– Сегодня действительно счастливый день, – сказала я Милану, который стоял рядом со мной. – Мы нашли первый атрибут. И Корбин сообщил нам важную информацию о Зорро, которого он, надеюсь, сегодня же освободит.

Счастливые и воодушевлённые, мы вчетвером спустились с солнечного плато на Рейнскую равнину. Наш спуск с горы напоминал мне полёт на параплане: расправив крылья во всю ширь, мы плавно покачивались на потоках ветра, при этом медленно спускаясь с большой высоты. Я наслаждалась этим обратным полётом, любуясь изгибами реки, протекающей далеко под нами в свете солнца, зелёными лугами и деревьями, маленькими домиками и цветными автомобилями, похожими с высоты на крошечных жучков.

У нас обязательно всё получится, думала я, и мы найдём все атрибуты в срок.

К счастью, в тот момент я не подозревала, что нам предстоит ещё несколько испытаний до того, как полная луна засияет над Зоннбергом.

Мне удалось оказаться дома раньше мамы.

– Как прошёл твой день? – спросила она за ужином.

– Не так скучно, как я думала, – просто ответила я и подробно рассказала ей о своём домашнем задании. – Кстати, с математикой я ещё не закончила, – сказала я в заключение и ушла в свою комнату.

Как раз когда я закончила с домашним заданием и с облегчением засунула тетрадь обратно в школьный рюкзак, послышался стук в окно.

Тук-ток-ток-ток!

Я, конечно, сразу узнала, кто это, и радостно вскочила, чтобы открыть окно. Малиновка Робин влетела в комнату и приземлилась на своё любимое место – на спинку моего стула. Мама, судя по шуму, была чем-то занята в своей комнате, поэтому я поспешно открыла свой медальон, чтобы иметь возможность поговорить с Робином.

– Привет-привет, милая Кайя! – защебетала малиновка, подёргивая хвостиком. – Тебе привет от делегации пойменных птиц. Они очень хотели встретиться с тобой лично, но не решились снова являться в город, чтобы не вызвать переполох. В любом случае, они передают тебе привет и благодарность от всего сердца. Потому что из поймы наконец исчезли все строительные машины.

– Да, знаю, – воскликнула я. – Разве это не здорово? Но не я повлияла на исчезновение экскаваторов, а ребята из экоклуба моей школы, это они сообщили в городскую администрацию о том, что творится в пойме. А птицы должны быть благодарны чомге, которая вовремя рассказала о происходящем.

– Больше всего сейчас радуются как раз чомги и зимородки, – прощебетала маленькая птичка. – Они ведь строят свои плавучие гнёзда на берегу, прямо там, где экскаваторы чуть всё не разрушили.

Я посмотрела на своего пернатого друга и улыбнулась:

– В любом случае, я очень рада, что ты заглянул. Мы так редко видимся.

– Просто Аурелия сейчас немного одинока, – объяснил Робин. – Селия снова перебралась к себе и редко приезжает на виллу Певчих. Аурелия этим очень огорчена. И я стараюсь больше времени проводить в её саду, поближе к ней.

– Это, пожалуй, довольно странно, – задумчиво заметила я. Тогда, у таверны, Селия просто уехала, оставив Аурелию. Старушку пришлось отвозить домой отцу Феи. – Ведь они прекрасно ладят друг с другом. Неужели поссорились?

– Не могу знать, – ответила маленькая птичка. Затем Робин сменил тему. – А чем вы, юные аваносты, сейчас заняты?

Я рассказала своему другу обо всём, что произошло. Робин был впечатлён, его тонкий хвостик нетерпеливо подрагивал.

– А мы, птицы, можем вам как-то помочь? – спросил Робин.

Я ненадолго задумалась.

– Пожалуй… Можете слетать к вилле Ксавера и проверить чердак? Я не уверена, освободил ли Корбин филина.

– Нет проблем, – ответил Робин. – Пошлю туда голубей.

– Хорошая идея, – сказала я с благодрностью. – И спасибо, что предложил помощь. А поиски двух оставшихся атрибутов мы возьмём на себя.

Удивительно всё-таки, как сильно можно заблуждаться!