…она направилась к фонтану Каньос-дель-Пераль. – Вода поступала в Мадрид по так называемым акведукам, подземным трубопроводам, построенным еще арабами, которые соединяли многочисленные городские ручьи и выводили их на поверхность через сеть фонтанов; из каждого изливалась «тонкая струя» или «толстая струя». Чем тоньше была струя воды, тем выше было ее качество. Так, из фонтана Каньос-дель-Пераль текла настолько толстая струя, что эта вода использовалась только для полива, поения животных и стирки белья. В XIX веке власти приказали засыпать фонтан, землю на его месте заровняли, и перед королевским дворцом образовалось открытое пространство, которое со временем превратилось в нынешнюю площадь Изабеллы II. В XX веке его руины обнажились благодаря работам на станции метро «Опера», и сегодня они выставлены на всеобщее обозрение.

В нем она готовила олью-подриду самых разных видов… – Олья-подрида была очень распространенным блюдом в Мадриде XVII века; рецепт ее приготовления в общих чертах соответствовал нынешнему. Согласно одной из теорий, своеобразное название[56] происходит от долгого времени приготовления: ингредиенты должны были размягчаться на огне, «пока не сгниют». По другой версии, ранее ее название звучало как «olla poderida», «могущественный горшок» или «горшок, предназначенный для могущественных»: позднее блюдо обрело большую популярность во всем обществе, но некогда считалось пищей богачей.

…приюта для подкидышей, известного под названием «Инклуса». – Мадридская Инклуса находилась на пересечении улиц Пресьядос и Тетуан, примерно на том месте, которое сегодня занимает главное здание универмага «Корте-Инглес».

…кресла, на которых братья переносили неимущих больных. – Ручные кресла, которые Дозор хлеба и яиц использовал для переноски неимущих больных, сегодня считаются первыми каретами «скорой помощи» в Мадриде.

Его контора располагалась на улице Сан-Сальвадор… – На улице Сан-Сальвадор (ныне Сеньорес-де-Лусон) стояла церковь Сан-Сальвадор, сыгравшая большую роль в истории Мадрида, потому что в ее портике проходили первые консисторские собрания. Была снесена в середине XIX века для расширения Калье-Майор. Площадь перед церковью, названная в ее честь, сегодня носит название Вилья.

Дом стоял на Зеркальной улице… – Сегодня Зеркальная улица (Калье-де-Эспехо) идет от улицы Сантьяго до улицы Амнистия. В XVII веке она была длиннее и образовывала полукруг, который начинался на нынешней улице Рекена, пересекал улицы Лепанто, Вергару, Санта-Клару, Унион и Индепенденсиа, а затем шел параллельно улице Эскалината, которая в ту пору называлась «де-лос-Тинторерос» (Красильщиков).

Сделайте к ней альборонию. – Альборония представляла собой мавританское блюдо, настолько похожее на нынешнее писто (рагу из тушеных овощей с яйцами), что некоторые считают альборонию его предшественницей. Пользовалась огромной популярностью в Мадриде золотого века. В наше время в Северной Африке существует очень похожее блюдо под названием «мадридская альборония».

На этой улице стоял монастырь Явления Пресвятой Богородицы, прозванный Санта-Клара… – Монастырь Санта-Клара снесли в 1810 году для строительства нынешней улицы Амнистия и возведения жилых домов. В одном из них жил и покончил с собой Мариано Хосе де Ларра[57]. Пончики Санта-Клара – один из четырех видов сладостей, которые употребляют во время мадридского праздника Сан-Исидро, наряду с тонтас, листас и миндальными печеньями.

…на площади стояли церкви Сантьяго и Сан-Хуан… – Церкви Сан-Хуан и Сантьяго, расположенные друг напротив друга, были двумя древнейшими храмами города: они упоминаются уже в Мадридском Фуэро 1202 года. Жозеф Бонапарт снес ту и другую, чтобы расширить территорию королевского дворца, на их месте были устроены площадь Сантьяго (где стояла одноименная церковь) и площадь Рамалес (где находилась церковь Сан-Хуан). На месте первой церкви Сантьяго было возведено здание нынешней, сильно отличающееся от первоначального. Церковь Сан-Хуан знаменита тем, что в ней крестили инфанту Маргариту Марию Терезу Австрийскую, дочь Филиппа IV, которую Веласкес затем увековечил в «Менинах». В этом же храме был похоронен и сам Веласкес, однако после сноса здания его останки были утрачены. По этой причине художник изображен на керамической табличке с названием площади; в центре последней также стоит крест военного ордена Сантьяго, к которому принадлежал Веласкес.

Через некоторое время он прибыл на площадь Эррадорес… – В настоящее время на площади Эррадорес есть табличка, которая указывает, что в этом месте располагалась стоянка ручных кресел, «первых такси, курсировавших по Мадриду».

…свернул на улицу Сан-Хинес. – Улица Сан-Хинес сегодня называется улицей Бордадорас (Вышивальщиц). Хотя в то время упомянутая гильдия располагалась именно здесь, улица получила современное название лишь позднее.

Так в 1607 году появились «снежные колодцы»… – Снежные колодцы были вырыты на удаленной от города мрачной равнине, где вечно царила зима. Сегодня это некогда уединенное место оказалось в самом центре Мадрида и носит название Глорьета-де-Бильбао.

…подкрепившись жареными пирожками… – «Пирожки на сковороде» (frutas de sartén) – предшественники чуррос[58]. В то время это слово обозначало различные виды выпечки: «листочки», «цветочки», «улитки», пончики и многое другое. Заведения, где их покупали, назывались пончиковыми, и одна из самых популярных пончиковых располагалась на улице Лавапьес.

Чтобы отличать ее от Ангоста-де-Сан-Бернардо… – Улица Ангоста-де-Сан-Бернардо сегодня называется Адуана.

…благодаря знаменитому ордену иезуитов, который возвел на ней послушнический корпус… – Послушнический корпус Общества Иисуса (Noviciado de la Compañía de Jesús) занимал квартал в районе нынешних улиц Сан-Бернардо, Новисьядо, Аманиэль и Рейес. От него произошло название соседней станции метро «Новисьядо». Когда в 1767 году Карл III изгнал иезуитов из Испании, здание было передано священникам-миссионерам из Общества Спасителя Мира. В 1843 году его снесли и построили на этом месте Центральный университет, позже названный Мадридским, а со временем – Университетом Комплутенсе в честь его тесных связей с Университетом Алькала: Комплутум – римское название этого города, а «Комплутенсе» – образованное от этого топонима прилагательное. Сегодня территорию бывшего Новисьядо занимают актовый зал Университета Комплутенсе, средняя школа имени кардинала Сиснероса и Государственный школьный совет.

Хватайте ее и везите к началу дороги на Горелую мельницу… – Западная гряда Мадрида насчитывала три вершины: Кумбрес-де-Леганитос, Лас-Вистильяс-де-Сан-Франсиско и возвышенность, на которой располагался Алькасар. Между ними пролегали два глубоких оврага: Сан-Педро и Леганитос. Первый разделял холмы Вистильяс и Алькасар, а по его дну протекал ручей Сан-Педро, тот самый, который позже получил название Майрит.

Ущелье Леганитос находилось между одноименной горой, на которой располагалась северо-западная оконечность города, и холмом, где возвышался Алькасар. Внизу протекал ручей Леганитос. Он начинался за пределами города, проходил под землей и снова появлялся в конце улицы Леганитос. Там он спускался с пригорка на дно оврага и бежал на запад, где завершал свой путь, впадая в Мансанарес.

Вдоль его берега шла тропинка. Идти по ней было не слишком приятно, поскольку склон был довольно крутым, зато этот путь позволял добраться до Мансанареса, не объезжая весь город. Жители Мадрида назвали эту тропу «Камино-дель-Рио», она известна как «Куэста-де-Сан-Висенте».

Ручей Леганитос вырывался на поверхность с такой силой, что перейти его вброд было нельзя, и для решения этой проблемы построили небольшой мост и водопропускную трубу, которая служила канализацией во время частых разливов ручья. Рядом был фонтан с водой превосходного качества, а чуть дальше простирались сады, где летними вечерами любили прогуливаться горожане. Словно связанные кровными узами, водопропускная труба, мост, фонтан и сады носили одно и то же название: Леганитос. В этом районе, а именно на месте бывших садов Леганитос, была устроена Площадь Испании.

На противоположном конце моста брала начало улица Пардо, которая вскоре разделялась надвое: одно ответвление шло по прямой и соответствовало дороге Сан-Бернардино, второе поворачивало налево и называлось «дорогой к Горелой мельнице».

Улица Пардо и дорога Сан-Бернардино были преобразованы в улицу Принсеса. Дорога к Горелой мельнице начиналась на улице Принсеса, но затем пересекала нынешний бульвар Пинтор-Росалес и Западный парк, доходя до Мансанареса. Этот район Мадрида, ныне полностью застроенный и находящийся в самом центре, в то время был пустынным и удаленным, полным холмов и пригорков.

…это на пересечении с Сан-Бернардино. – Дорога Сан-Бернардино заканчивалась в монастыре, носившем имя этого святого, и соответствовала крестному пути – мистическому маршруту, который пролегал по городу и символизировал Страсти и смерть Христа. На нем насчитывалось четырнадцать остановок, соответствовавших четырнадцати стояниям Иисуса на пути к распятию, и каждая была отмечена крестом, перед которым верующий должен был пасть ниц и помолиться.

Этот крестный путь был создан взамен предшествовавшего, который проходил между монастырем Сан-Франсиско и улицей Кальварио. Изначально он был устроен святым Франциском Ассизским, но его пришлось перенести, когда Мадрид вырос и стояние на коленях среди транспортного столпотворения перестало быть проявлением набожности и превратилось в настоящее безрассудство. Крестный путь переместился в безлюдные окрестности Сан-Бернардино: царившее там спокойствие позволяло верующим поклоняться Богу, не рискуя угодить на кладбище раньше, чем Божий сын доберется до креста.

Он особенно любил Флориду, огромный сад, расположенный на холме под названием Лос-Альтос-де-Сан-Бернардино. – Со временем утесы, тропинки и сады, составлявшие северо-западную окраину Мадрида, сложились в Монтанья-дель-Принсипе-Пио, где находятся нынешние районы Аргуэльес и Флорида, а также Западный парк.

Возвышенность Альтос-де-Сан-Бернардино и разбитые там сады Флорида стали одним из красивейших мест Мадрида. В середине XVII века маркиз де Кастель-Родриго приобрел этот и соседние сады, объединил их и построил у подножия холма дворец, окруженный садами. Старшая дочь маркиза, Элеонора Моура, унаследовала поместье, и, поскольку у нее не было детей, после кончины Элеоноры оно перешло к ее сестре Хуане, вышедшей замуж за Хисберто Пио Савойского, князя Сан-Грегорио. От имени их общего сына, Франсиско Пио Савойского, произошло название местности: Монтанья-дель-Принсипе-Пио. Еще в XX веке на территории дворца Кастель-Родриго был построен Северный вокзал, ныне торговый центр «Принсипе-Пио».

На вершине этой горы наполеоновские войска расстреляли повстанцев 3 мая 1808 года – печальное событие, увековеченное Гойей.

На вершине же Уэрта-Буйтрера, одного из холмов, входивших в обширное поместье, располагались казармы Куартель-де-ла-Монтанья, «Горная казарма»: 19 июля 1936 года генерал Фанхуль вошел туда в гражданской одежде, захватил здание и объявил военное положение. Это был масштабный план, согласно которому другие казармы ждала та же участь, целью же заговора было свержение республиканского правительства и установление военного режима. Однако захватить другие казармы не удалось, и первая казарма стала ловушкой для отряда Фанхуля. Республиканские войска осадили ее и стали обстреливать. Сотни людей были убиты, Фанхуль оказался одним из немногих выживших, но месяц спустя его расстреляли.

Казармы Куартель-де-ла-Монтанья, разрушенные во время гражданской войны, оставались покинутыми в течение десятилетий, пока на их месте не разместили древнее сооружение – храм Дебод, подаренный Испании Египтом в благодарность за помощь, оказанную во время кампании по спасению археологических раскопок в Нубии.

Похоже, в одном из замков рядом с Маравильяс что-то празднуют… – Беатерио-де-лас-Маравильяс («Женская монашеская община чудес») обязана своим названием легенде. Рассказывают, что в местном саду монахини нашли младенца Иисуса, который лежал среди «чудесных соцветий», «рамильете-де-маравильяс» – растений с желтыми и оранжевыми цветками. Монахини положили младенца на колени Богородице, статуе, пожертвованной их монастырю некоей богатой дамой. Впоследствии статуе дали имя «Дева Чудес» (Maravillas). Позже община превратилась в монастырь босых кармелиток Реколетас-де-Сан-Антонио-Абад, хотя его по-прежнему называли «Беатерио-де-лас-Маравильяс». В XIX веке монастырь был снесен, на его месте сегодня находится площадь Дос-де-Майо. Сохранилась только церковь, расположенная на улице Пальма и получившая название Сан-Хусто-и-Пастор. В XVII веке церковь Сан-Хусто-и-Пастор находилась на улице Сан-Хусто, где сегодня стоит базилика Сан-Мигель.

…я отправился на улицу Викарио-Вьехо… – Улица Викарио-Вьехо соответствует нынешней улице Маркес-Вьюдо-де-Понтехос. В XVII веке известная сегодня гостиница «Посада-дель-Пейне», считающаяся первым отелем не только в Мадриде, но и во всей Испании, называлась «Месон-дель-Пейне». Постоялые дворы (mesones) и гостиницы (posadas) служили для временного проживания постояльцев, при этом первые были ниже по статусу. Название упомянутой гостиницы происходит от необычной для того периода услуги, заключавшейся в том, что в каждую комнату клали расческу (peine), причем украсть ее было невозможно, поскольку она была привязана к умывальнику. В XX веке гостиница на какое-то время закрылась, а впоследствии превратилась в четырехзвездочный отель, при этом фасады зданий, изначально составлявших гостиницу, сохранились нетронутыми.

В особенности они избегали Калье-Майор… – Сегодня Калье-Майор представляет собой единую улицу, но раньше она была разделена на четыре отрезка. Первый носил это же название и пролегал от Пуэрта-дель-Соль до площади Команданте-лас-Моренас, оттуда до улицы Миланесес тянулась улица Пуэрта-де-Гвадалахара, далее до площади Вилья шла улица Платериас, а последним отрезком была улица Альмудена.

Улица Альмудена называется так потому, что на ней, напротив дворца Уседа (ныне дворец Советов и резиденция Государственного совета), находилась церковь Санта-Мария-де-ла-Альмудена. Это был самый старый храм Мадрида, снесенный в XIX веке; после этого самыми древними считаются церковь Сан-Николас-де-Бари, расположенная на площади Сан-Николас, и часовня Санта-Мария-де-ла-Антигуа в Карабанчеле.

После вторжения французов храм Сан-Николас-де-Бари был заброшен, пока в XIX веке его не занял флорентийский орден Служителей Девы Марии (сервиты). Отсюда и нынешнее название: Сан-Николас-де-лос-Сервитас. С тех пор церковь принадлежит итальянской общине столицы, воскресную мессу в ней служат на итальянском языке.

Коллегия Сан-Ильдефонсо для доктринеров… – Когда в XVIII веке Карл III ввел в Испании лотерею, объявлять номера поручили ученикам Коллегии детей Доктрины Сан-Ильдефонсо (в то время их называли «детьми Доктрины» или «доктринерами», а сегодня – «детьми Сан-Ильдефонсо»). После того как в XIX веке была учреждена Рождественская лотерея, дети снова стали объявлять номера. С тех пор они активно участвуют в лотерее, и звонкие детские голоса так полюбились публике, что без них уже невозможно представить рождественский розыгрыш. Первоначально расположенная на улице Сан-Франсиско, коллегия затем была переведена на улицу Альфонсо VI, где остается и поныне.

Его звали «галерным каплуном»… – От «галерного каплуна», основной пищи тех, кто был приговорен к гребле на галерах, произошли два традиционных испанских блюда: гаспачо и сальморехо[59].

Считалось, что употребление в пищу ароматной глины отбеливает кожу… – Необычное пристрастие женщин к употреблению глины было настолько широко распространено в Испании золотого века, что нашло отражение в «Менинах» Веласкеса. По мнению некоторых экспертов, Мария Агустина Сармьенто предлагает будущей Маргарите Австрийской красный кувшин не для того, чтобы инфанта выпила содержащуюся в нем жидкость, а для того, чтобы она съела глину, из которой он слеплен.

Ступенями Сан-Фелипе именовали паперть монастыря Сан-Фелипе-эль-Реаль… – Монастырь Сан-Фелипе-эль-Реаль, где находились ступени Сан-Фелипе, официальная «говорильня» Града, занимал квартал, ограниченный сегодня улицами Майор, Эспартерос, Коррео и Маркес-Виудо-де-Понтехос. Был снесен в конце XIX века для расширения Калье-Майор. Участком завладел знатный горожанин Сантьяго Алонсо Кордеро, потратив на него сумму, выигранную в лотерею; он построил первый многоквартирный дом в Мадриде, знаменитый Каса-Кордеро. В настоящее время там расположены магазины и жилые помещения.

Особой популярностью пользовалась лавка Антонио Манчелли… – Антонио Манчелли, картограф, чья лавка располагалась в одном из торговых рядов на Сан-Фелипе, составил первую дошедшую для нас карту Мадрида, изображающую город в период между 1614 и 1622 годами.

…в переулке Дуда. – Переулок Дуда, где находился бордель «Солерас», исчез в XIX веке во время реконструкции Пуэрта-дель-Соль; сегодня на его месте находится одна из самых известных и старых кондитерских Мадрида – «Майоркина», основанная в 1894 году. Кондитерская славится своими витринами, где выставлены изысканные десерты, в том числе восхитительные слойки с заварным кремом.

Это был «Солерас», известный всему городу дом терпимости… – Рядом с домом терпимости «Солерас» находился дворец Оньяте, резиденция дона Хуана де Тасси-и-Перальта, графа Вильямедиана, главного почтового директора королевства. Дворец был снесен в XX веке, на его месте возвели Каса-Паласуэло, нарядное здание коммерческого назначения, представляющее большой архитектурный интерес, но мало знакомое туристам и многим жителям Мадрида.

…переместил бордель на другую улицу, выходившую на Пуэрта-дель-Соль. – Пуэрта-дель-Соль того времени мало напоминала нынешнюю. Ее украшали как минимум три церкви: Сан-Фелипе-эль-Реаль, Нуэстра-Сеньора-де-ла-Виктория и Нуэстра-Сеньора-дель-Буэн-Сусесо – последняя относилась к Королевской больнице (Hospital Real de Corte), которую в народе называли Буэн-Сусесо.

Обитель Нуэстра-Сеньора-де-ла-Виктория располагалась между нынешней улицей Сан-Херонимо, а также улицами Крус, Кадис, Виктория и Эспос-и-Мина (последняя в то время еще не существовала). После конфискации церковной собственности на этом участке появились уже упомянутая улица Эспос-и-Мина и переулок Матеу.

Больница Буэн-Сусесо и ее церковь также исчезли при реконструкции Пуэрта-дель-Соль. Затем на этом месте был построен «Гранд-отель Парис», известный своими изысканными интерьерами, высокими ценами и рекламным плакатом «Дядя Пепе»[60] на крыше. После закрытия в 2006 году отель стоял заброшенным до тех пор, пока его не приобрела международная компьютерная компания, которая открыла в нем свой главный магазин, убрав рекламу «Дяди Пепе»: теперь она размещена на крыше другого здания на той же площади. Во время перестройки были обнаружены остатки больничной церкви Буэн-Сусесо, сегодня открытые для всеобщего обозрения.

Рядом с церковью Буэн-Сусесо располагался одноименный фонтан, увенчанный знаменитой скульптурой Венеры, которую привез из Италии известный маршан Лудовико Турки. Фигура была выполнена из мрамора такой белизны, что жители Мадрида прозвали ее «Марибланка» («Белая Мария»). Хотя при реконструкции Пуэрта-дель-Соль фонтан был разрушен, сама Марибланка уцелела и сегодня находится в Каса-де-ла-Вилья, старой ратуше. В 1985 году была сделана точная копия статуи, установленная в начале улицы Ареналь.

Так возникли монастырь Нуэстра-Сеньора-дель-Кармен и улица Кармен. – От монастыря Нуэстра-Сеньора-дель-Кармен остался только храм. На территории, которую занимали остальные строения, теперь находятся площадь Кармен и магазин «Медиа Маркт». Статуя Богоматери Мадридской находится в церкви Сан-Висенте-Феррер (улица Ибиса, 43).

Где он больше преуспел… – Стих, посвященный Филиппу IV и консумации его брака с Изабеллой Бурбонской, – плод воображения автора. Однако сам факт имел место. Филипп и Изабелла поженились в 1615 году, когда Филиппу было десять лет, а Изабелле – двенадцать. Поскольку дети еще не созрели для плотских отношений, было решено подождать. Консумация состоялась 25 ноября 1620 года в королевской резиденции Эль-Пардо.

…демонстрируя судейскую гарначу, иначе говоря, мантию… – Судейская мантия представляла собой свободное черное одеяние с широкими рукавами, которое имели право носить только магистраты, прокуроры, аудиторы и алькальды. Филипп II потребовал, чтобы ее носили все высшие судебные чины, и со временем эта привилегия стала распространяться только на них, свидетельствуя о высочайшей учености. Мантия – предшественница нынешней тоги. До XIX века ее носили лишь представители вышеупомянутых профессий. Закон об организации судебной власти от 1870 года распространил ее ношение на адвокатов, а действующая норма (1985) требует надевать ее на публичных слушаниях, судебных заседаниях и торжественных судебных мероприятиях.

Герцог де Уседа делает вид, что снабжает деньгами армию… – В период действия романа Кристобаль Гомес де Сандоваль-и-Рохас, герцог де Уседа, был главой правительства, получив эту должность в результате заговора против Франсиско Гомеса де Сандоваля-и-Рохаса, герцога Лермы, своего отца и предшественника. Прежде чем монополизировать власть, он приобрел несколько зданий, расположенных напротив прихода Санта-Мария, соединил их и перестроил, превратив в роскошный дворец. Спустя годы вдовствующая королева Марианна Австрийская, вторая супруга Филиппа IV и мать Карла II, переехала в этот дворец и прожила в нем до самой смерти. В XVIII веке Филипп V разместил нем Королевские советы, отсюда и нынешнее название: Дворец советов. Однако в XIX веке Советы были упразднены, за исключением Государственного, остающегося там до сих пор.

Герцог де Уседа основал по соседству монастырь Святых Таинств (Monasterio del Santísimo Sacramento) босых бернардинок, и по этой причине улица, на которой он был возведен, получила название «Сакраменто». В XX веке обитель снесли, от нее сохранились только так называемый Огород монахинь-бернардинок – сегодня это общественный сад, расположенный на территории частного владения, – и церковь. Министерство обороны выкупило церковь, разместило в ней резиденцию военного архиепископа и преобразовало в кафедральный собор Вооруженных сил.

Перед этим храмом было совершено покушение на Альфонса XIII и Викторию Евгению Баттенбергскую 31 мая 1906 года, в день их свадьбы. Жених и невеста проезжали по Мадриду в карете к Королевскому дворцу, когда с балкона бывшего дома 88 на Калье-Майор (нынешний дом 84, где находится ресторан «Каса-Сириако») анархист Матео Моррал бросил бомбу, замаскированную под букет цветов. Поскольку взрывное устройство застряло в трамвайных проводах и взорвалось в воздухе, новобрачные уцелели, но тем не менее почти тридцать человек погибли, еще около ста были ранены. В память о жертвах перед храмом был установлен памятник.

Говорят, его не раз приглашали отведать поросенка из «Дома Ботина»… – Жан Ботин (Ботен) – французский повар, который в январе 1620 года основал первый ресторан «Дом Ботина» («Каса-Ботин») на площади Эррадерос. Детей у него не было, и заведение унаследовал племянник его жены. В восемнадцатом веке Кандидо Ремис, их потомок, открыл на улице Кучильерос гостевой дом, который назвал «Гостиница Ботина». Двое Ботинов какое-то время сосуществовали, пока изначальное заведение, расположенное на площади Эррадорес, не закрылось. В конце XIX века «Гостиница Ботина» превратилась в «Кондитерскую Кандидо, племянника Ботина». В середине XX века название сократилось, и с тех пор заведение именуется «Племянник Ботина». Сегодня оно занесено в Книгу рекордов Гиннесса как старейший ресторан в мире.

Несмотря на присутствие королевского двора, инквизиционного трибунала в Мадриде не было… – Мадрид далеко не сразу добился независимости от Толедо и создал собственный инквизиционный трибунал. Сдвиг в эту сторону наметился лишь в 1650 году. Сначала трибунал располагался на улице Инкисисьон (Инквизиции), проходившей недалеко от монастыря Санто-Доминго-эль-Реаль и сегодня носящей название улицы Изабеллы Католички. В 1780 году он переехал во дворец на улице Ториха, где оставался вплоть до 1834 года, когда был упразднен. Впоследствии в здании размещался монастырь Де-лас-Мадрес-Репарадорас, а в настоящее время оно принадлежит Сенату.

…правой пользовались король и придворные, направляясь в Валенсию… – Королевская дорога в Валенсию в наше время называется проспектом Сьюдад-де-Барселона, а дорога в Аточу – проездом Инфанта-Исабель. Холм Сан-Блас находился в начале улицы Альфонсо XII, а на месте бывшей часовни была построена астрономическая обсерватория.

Весь Град, равно как и испанская Корона, почитал Богоматерь Аточскую. – Легенда гласит, что, когда Мадрид входил в состав мусульманской империи, Богоматерь Аточская была безымянной статуей, расположенной в капелле на островке посреди Мансанареса. Однажды в VIII веке изваяние исчезло, и Грасиан Рамирес, поклонявшийся ей рыцарь, организовал его поиски, пока статуя не обнаружилась в зарослях дрока (atochar) недалеко от старой королевской дороги в Валенсию (ныне проспект Сьюдад-де-Барселона). В память о зарослях дрока, укрывших статую, последнюю назвали «Богоматерь Аточская». В том месте, где она была найдена, началось строительство часовни. Заметив это, местные арабы решили, что это будущие военные укрепления, и напали на строителей. Поскольку небольшая христианская армия не могла дать отпора бесчисленным войскам мусульман, Грасиан Рамирес потерял надежду остаться в живых и, дабы помешать врагам обесчестить его жену и дочерей, перерезал несчастным горло, положил их тела к ногам Богородицы и отправился на войну. Несмотря ни на что, христиане победили, и, войдя в Мадрид, Грасиан первым делом поспешил к часовне, чтобы возблагодарить Пресвятую Деву за неожиданную победу. К своему изумлению, рядом со статуей он обнаружил жену и дочерей, но не мертвыми, какими он их оставил, а живыми, и только на шеях у них виднелись глубокие шрамы.

Хотя никто не может утверждать наверняка, что часовня была выстроена по приказу Грасиана Рамиреса и описанные события реальны, в XI веке она действительно существовала, стояла посреди зарослей дрока, заключала в себе статую Богоматери Аточской и указом архиепископства Толедского находилась на попечении монахов Санта-Леокадии. Это было скромное одноэтажное здание, поскольку арабы не разрешали размещать в Граде слишком пышные христианские постройки, и прихожане посещали его, но их было немного. Однако, когда в 1083 году Альфонсо VI Кастильский занял Мадрид и снова сделал католическую веру главенствующей, в крошечную молельню начало стекаться столько верующих, что рядом с ней построили церковь. Некоторое время спустя император Карл занял кастильский трон и, обратив внимание на печальное состояние молельни и церкви, приказал снести оба сооружения и построить величественный храм, соответствующий растущей популярности Богоматери Аточской, а рядом – обитель для монахов, которые заботились бы о святыне. Однако это поручение было возложено не на монахов Санта-Леокадии, выполнявших его изначально, а на доминиканцев, по настоянию Хуана Уртадо де Мендосы, исповедника короля и члена соответствующего ордена. Храм Богоматери Аточской, сегодня преобразованный в базилику, по-прежнему принадлежит доминиканцам, как и расположенные неподалеку монастырь и коллегия Богоматери Аточской.

Ее святилище издавна посещали монархи… – Испанские монархи уже много веков поклоняются Богоматери Аточской. В частности, до сих пор существует древний обычай приносить к ней новорожденных младенцев. Королевы Испании и принцессы Астурийские соблюдают этот ритуал, принося Богоматери своих отпрысков через сорок дней после появления оных на свет. Так, Мария Кристина Габсбург-Лотарингская принесла ей своего сына Альфонсо XIII; Хуан Карлос I и София – дона Фелипе и инфант Елену и Кристину, а нынешние короли, Филипп VI и Летиция, – Леонор, принцессу Астурийскую, и инфанту Софию.

Дамиан миновал располагавшуюся в самом ее конце Общую больницу… – Поскольку мужчины лечились отдельно от женщин, Общая больница предназначалась для мужчин и со временем превратилась в Провинциальную больницу Мадрида. Сегодня это Центр искусств королевы Софии. Женщин же размещали в больнице Страстей Господних, первоначально расположенной на площади Себада, но в 1636 году переведенной на улицу Аточа. Она просуществовала до XIX века, после чего в здании разместился медицинский факультет Сан-Карлоса. Сегодня часть здания, выходящую на улицу Санта-Исабель, занимает Королевский медицинский колледж, ту, что выходит на Аточу, – Национальный институт государственного управления, а крыло, расположенное между улицей Доктор-Мата и улицей Оспиталь (бывший переулок Ниньо-Пердидо), – Королевская консерватория.

Поравнявшись с поклонным образом Богоматери Аточской… – Из бесчисленных поклонных образов, которые существовали в Мадриде золотого века, сохранились только два. Один, получивший название «Вирхен Ринконера» и выглядящий не совсем привычно, расположен в доме-дворце Рикардо Аугустина, на углу площади Рамалес и улицы Вергара, и представляет собой нишу, внутри которой находится изображение Скорбящей Богоматери. Второй – образ Богоматери Одиночества – расположен на доме 44 на улице Фуэнкарраль.

…имя Сан-Луис носила церковь, названная в честь Людовика Анжуйского… – Старая церковь Сан-Луис, давшая название Развилке Сан-Луис (Red de San Luis), была сожжена при Второй Республике. От нее сохранился только портал, который сегодня украшает фасад церкви Нуэстра-Сеньора-дель-Кармен-и-Сан-Луис-Обиспо.

…он направился… в Королевский монастырь Санта-Исабель… – Королевский монастырь Санта-Исабель был основан монахом Алонсо де Ороско и богатой дамой по имени Пруденсия Грильо. Первые насельницы перебрались туда из монастыря Нуэстра-Сеньора-де-Грасиа в Авиле, куда горожанин Алонсо Санчес де Сепеда отдал свою дочь Тересу, чтобы монахини наставили ее на правильный путь, и девица подвизалась с таким усердием, что в итоге стала святой Терезой Авильской.

Когда религиозные деятели из Авилы прибыли в Мадрид, они поселились в доме Пруденсии Грильо, примыкавшем к Театральному дворику на улице Калье-дель-Принсипе. Однако полная несовместимость монашеского образа жизни и театральных увеселений побудило австрийскую королеву Маргариту уступить им поместье, которое до передачи Короне принадлежало Антонио Пересу, секретарю Филиппа II, и из-за своих огромных размеров получило ироническое прозвище «Домик». Помимо монастырских построек, территория включала в себя приют Санта-Исабель и школу для девочек, созданную Филиппом II в честь его дочери, инфанты Изабеллы Клары Евгении, и посвященную святой Елизавете Венгерской. Отсюда происходит название улицы и монастыря Санта-Исабель.

В XIX веке Альфонсо XII разделил здание и передал одну его часть августинкам, которые продолжили вести там строгую монашескую жизнь. Остальные помещения король отдал под школу, поручив управление ею общине монахинь собора Асунсьон. В настоящее время учебным заведением по-прежнему руководят те же монахини, отсюда и название: Королевский колледж Санта-Исабель-ла-Асунсьон.

…Вилан и игральные карты означают короля и его корону. – Социальная иерархия, пронизывавшая всю общественную жизнь золотого века, получила отражение и в основном инструменте науки Вилана: игральных картах. Так, карточные масти символизируют четыре сословия, типичные для той эпохи: монеты (oros) – монархию и ее богатства; кубки (copas) – духовенство и чашу для причастия; мечи (espadas) – дворянство и воинскую доблесть; палицы (bastos) – крестьян и орудия труда.

Это различие послужило источником любопытной детали оформления испанских карт, которая, зародившись в то время, прослеживается и в нынешних колодах, отсутствуя при этом в колодах других стран. Речь идет о «пинтах», прерывистой рамке, в которую заключена фигура игральной карты. У монет ее нет – они украшены окантовкой с непрерывной линией. У кубков присутствует один разрыв сверху и снизу, у мечей два, а у палиц три. Разрыв был знаком несовершенства, три разрыва соответствовали самому несовершенному в те времена сословию – крестьянству.

Пинты затрудняли мошенничество: когда игрок видел их в верхней части карты рядом с достоинством, он сразу определял ее значение, не приоткрывая целиком, что не позволяло помощникам шулера, обычно располагавшимся позади участников игры, увидеть ее и сообщить о ней тому, с кем они состояли в сговоре.

– Куда их, сеньор комиссар? В Дворцовую тюрьму? – В Коронную. – Коронная тюрьма находилась по адресу: улица Кабеса, 14. Сегодня в этом здании располагается Приют для престарелых Антон-Мартин. Сохранились только подвальные камеры (те самые, где были заперты Себастьян и Маргарита). После реконструкции они открыты для публики.

Кортеж… вскоре достиг улицы Кабеса. – Своим названием улица Кабеса обязана мрачной легенде. Рассказывают, что некогда в этом месте жил богатый священник, чей слуга обезглавил его и украл состояние, а затем бежал в Португалию. Голова (cabeza) исчезла, и преступление не было раскрыто до тех пор, пока спустя годы убийца не вернулся в Испанию, став благодаря награбленному преуспевающим кабальеро. Однажды ему захотелось мясного рагу, и, чтобы сделать его наваристее, он купил на Растро баранью голову, спрятал ее под плащом и ушел, не обращая внимания на тянувшийся за ним ручеек крови. Альгвасил заметил кровавый след, задержал его и попросил расстегнуть плащ, после чего негодяй с изумлением обнаружил, что вместо бараньей головы под плащом голова убитого монаха. Ужаснувшись, он во всем признался, и его приговорили к повешению на Пласа-Майор. По пути к виселице перед ним на серебряном блюде несли голову монаха, когда же виновного повесили, голова вновь превратилась в баранью. После смерти убийцы его злодеяние осталось в памяти людей и запечатлено в названии места, где произошло убийство: улица Кабеса. Легенде посвящено керамическое панно, расположенное на одном из домов.

С одной стороны стоял дворец Кордон… – Дворец Кордон, где проживали графы Пуньонростро, в XVII веке уже существовал, дал название площади и примыкал к церкви Сан-Хусто-и-Пастор (сегодня базилика Сан-Мигель). Был снесен для строительства жилых зданий.

Дворец Саласар во время действия романа еще не был построен. Таким образом, он является вымыслом, как и его владелец, дон Родриго Саласар. Дом был возведен в XVIII веке напротив дворца Кордон и назван в честь площади; он служил резиденцией Мануэля Бесерре и алькальда Мадрида Альберто Агилеры. Сегодня в нем находятся частные квартиры.

…неподалеку от монастыря Карбонерас очарование рассеялось… – Монастырь Корпус-Кристи, более известный как Карбонерас, был основан в 1607 году Беатрис Рамирес де Мендоса, графиней дель Кастельяр, и с тех пор в нем размещается община монахинь-иеронимиток. Прозвище «Карбонерас»[61] возникло так: дети нашли в угольном сарае (carbonera) изображение Непорочной Девы, некий монах приобрел его за несколько монет и подарил монастырю, а монахини поместили его в храме, окрестив «Пресвятой Девой угольщицы».

Среди множества культурных и художественных сокровищ монастыря выделяется вертеп Белен-де-лас-Карбонерас[62], исполненный в стиле барокко Кито в конце XVI века. Это самый древний вертеп в Мадриде – монахини уже четыреста лет выставляют его на Рождество. Некогда он включал две фигуры, типичные для того времени и утратившие с тех пор популярность: Глашатая и Рыцаря Звезды. В настоящее время вместо Глашатая можно видеть Ангела-Провозвестника, а вместо Рыцаря Звезды – Звезду Востока.

Беатрис Рамирес де Мендоса, основательница монастыря Карбонерас, была потомком Беатрис Галиндо, другой знатной дамы, жившей в эпоху Католических королей и получившей прозвище Латина из-за виртуозного владения латынью. Познания этой дамы в латыни были столь велики, что Изабелла Католичка попросила ее давать уроки ей самой и ее детям. Латина основывала монастыри, странноприимные дома, а также приюты для больных. Среди больниц, которые она содержала за свой счет, наибольшую известность приобрела Консепсьон-де-Нуэстра-Сеньора, которая вошла в историю под ее именем: «Латина». Здание снесли в XX веке, чтобы расширить улицу Толедо. Сегодня на его месте находится театр «Латина», название которого, как и название всего квартала, хранит память о Беатрис Галиндо.

…он достиг площади Пуэрта-Серрада, где благополучно сочетались четыре стихии: вода, огонь, воздух и земля. – Жалобы жителей площади Пуэрта-Серрада на раскаленные искры, вылетавшие из кузниц, привели к переезду гильдии кузнецов. В прошлом такое случалось уже не раз. Во времена, предшествовавшие описанным событиям, площадь находилась по ту сторону мадридских городских ворот: Совет выделил ее кузнечным цехам, чтобы убрать их подальше от жилых кварталов и таким образом предотвратить несчастные случаи, вызванные попаданием искр. Однако ворота часто закрывали: иногда по политическим или военным соображениям, иногда потому, что грабители устраивали в них засады на прохожих, в большинстве же случаев – из-за попадания в город грязной воды, превращавшей в непролазную топь участок между стеной и улицей Толедо. Из-за этих неоднократных закрытий и появилось название «Пуэрта-Серрада» («Закрытые ворота»), с годами же их и вовсе снесли, в результате чего площадь и расположенные на ней гильдии снова оказались внутри Града.

В конце XVII века Совет приказал железоделам покинуть это место. Гильдия переехала в окрестности удаленной в ту пору от центра улицы Баркильо, а часть ее представителей оказалась в еще более заштатном районе – Лас-Маравильяс. Из-за искр, летевших из кузниц, жителей последнего называли «chisperos» («искровики»): это слово, наряду с «чулапо» и «маноло», используется для обозначения мадридского простолюдина.

…пока не достиг окрестностей девятиарочного Сеговийского моста… – Сеговийский мост был перекинут над ущельем Сан-Педро, которое разделяло два холма – Вистильяс и тот, на котором стоял Алькасар. Своим названием ущелье обязано одноименному ручью, который протекал по его дну и выходил на поверхность в окрестностях церкви Сан-Педро; позже он получил название Майрит. Когда-то это глубокое извилистое ущелье, сумрачное и вечно забитое грязью, льдом или снегом, было единственным путем в Мадрид со стороны Сеговии, потому что пешеходный мостик через Мансанарес, обеспечивавший доступ в город, со временем разрушился. Проблема сделалась политической, когда Филипп II перевел в Град свой двор: сочтя, что дорога в монаршую резиденцию не должна быть настолько сложной, он решил заняться ее благоустройством. Для начала он поручил возвести еще один пешеходный мост, засыпать Майрит, сровнять с землей ущелье Сан-Педро и замостить весь этот участок. В результате этих преобразований возникли Сеговийский мост и улица Нуэва-де-ла-Пуэнте, впоследствии ставшая улицей Сеговия.

После прокладки улицы Сеговия появилась еще одна улица, где сначала располагались конюшни для лошадей, полученных государями в подарок. Отсюда и одно из первых ее названий: улица Регалада («Подаренная»). В XIX веке ее назвали улицей Байлен в честь победы, одержанной над французами под этим андалузским городом во время Войны за независимость.

Поскольку на холме Лас-Вистильяс-де-Сан-Франсиско эта длинная улица резко обрывалась и к улице Сеговия приходилось спускаться по отвесному склону, а затем подниматься по другому, не менее крутому склону к Королевскому дворцу, над ущельем был построен мост. Позже мост снесли, восстановили и впоследствии перестраивали несколько раз, так что сегодня он представляет собой одно из самых впечатляющих сооружений Мадрида, а его размеры помогают составить представление о глубине бывшего ущелья Сан-Педро. С моста открывается впечатляющая панорама города, а высота – 23 метра – привлекала многочисленных несчастных, желающих свести счеты с жизнью, что доставило ему второе прозвище: мост Самоубийц.

По другую сторону располагался широкий плац Кампо-де-ла-Тела… – На месте Кампо-де-Тела впоследствии был разбит Афинский парк.

…люди в мундирах выходили из Монетного двора. – Монетный двор был основан в 1615 году Филиппом III и первоначально находился на улице Сеговия. Впоследствии он переместился сначала на площадь Колон (площадь Колумба), а затем на улицу Хорхе Хуана, где находится до сих пор. Близ площади Колон были разбиты сады Хардинес-де-Дескубримьенто («Сады открытий») и построен Городской культурный центр. В конце XIX века чеканку монет и изготовление гербовых бумаг решили объединить – так возникла Национальная монетно-гербовая фабрика. Отсюда и нынешнее название учреждения, расположенного на улице Хорхе Хуана.

…поспешил к улице Куэста-де-лос-Сьегос… – В XX веке на месте Куэста-де-лос-Сьегос («Склона слепых») соорудили лестницу из 254 ступеней, ведущую к площади Габриэля Миро (некогда Лас-Вистильяс-де-Сан-Франсиско). Спускаясь по этим ступеням, а тем более поднимаясь, читатель может представить, каково было взбираться по этому склону в XVII веке, когда ступенек еще не было, особенно в темноте, в мороз, по грязи или снегу.

…он направился к фонтану Каньос-Вьехос… – Фонтан Каньос-Вьехос («Старых ручьев») находился на углу улиц Сеговия и Байлен. Существовавший еще в мусульманские времена, он считался одним из самых старых в Граде и исчез в XIX веке. На нем был изображен герб Града, и фонтан вплотную примыкал к Каса-дель-Пастор. Последний был разрушен в XX веке, на его месте возвели жилой дом, однако несущая стена с гербом сохранилась. Фрагмент стены находится там по сей день и считается самом старым в Мадриде, дом же по-прежнему известен как Каса-дель-Пастор и расположен по адресу: улица Сеговия, 21.

…монастырь босоногих тринитариев Нуэстра-Сеньора-де-Инкарнасьон. – Монастырь Нуэстра-Сеньора-де-Инкарнасьон (Богоматери Воплощения) превратился в базилику Хесус-де-Мединасели. Сегодня в нем находится образ Обретенного Иисуса Назарянина, названный так ввиду обстоятельств его появления в 1682 году: тринитарии вывезли его из Марокко и доставили в Мадрид. Еще одно название образа – «Иисус Мединасельский», данное в честь герцога Мединасельского, владельца земель, на которых располагался монастырь. Образ настолько почитаем, что его называют Властелином Мадрида.

…на одиннадцатичасовую мессу туда являлись самые красивые и известные комедиантки… – Со временем одиннадцатичасовая месса, которая собирала у дверей церкви тринитариев десятки кавалеров, желавших узреть посещавших ее красивых и элегантных актрис, стала известна как «Месса Марий». Такое название она получила в честь трех самых известных и популярных актрис золотого века, которые носили имя Мария и являлись на эту службу: Мария Кордовская по прозвищу Прекрасная Амариллис, Мария Рикельме и Мария Кальдерон. Последняя вошла в историю под прозвищем Ла-Кальдерона и была одной из многочисленных любовниц Филиппа IV (согласно некоторым источникам, это прозвище на самом деле носила ее сестра Хуана). Так или иначе, Мария понесла от короля и родила Хуана Хосе Австрийского. Хотя пылкий Филипп IV стал отцом более тридцати бастардов, он признал своими только двоих: Франсиско Фердинанда Исидро Австрийского и Хуана Хосе Австрийского. Первый умер в младенчестве и был объявлен законным сыном посмертно. Хуан Хосе добился известности как полководец и политик, ему даже удалось отстранить от власти Марианну Австрийскую, мать его сводного брата Карла II, и занять пост премьер-министра – впрочем, ненадолго: вскоре он скончался, по-видимому от отравления.

…на той же улице жил дон Феликс Лопе де Вега… – Дом Лопе де Веги на улице Сервантеса, 11, сохранился и открыт для посещения.

…на углу улиц Пресьядос и Ромпелансас. – Улица Ромпелансас, самая короткая в центре Мадрида (ее длина составляет всего 10 метров), соединяет две другие, Пресьядос и Кармен, в районе магазина «Фнак». Сегодня она ничем не примечательна, и многие даже не отдают себе отчета в том, что это отдельная улица. Однако в XVII веке она представляла собой настоящий кошмар для экипажей: ее небольшая ширина, разбитая мостовая, грязь и потоки сточных вод крайне затрудняли поворот за угол, и этот маневр часто заканчивался поломкой оглобель. Эти оглобли назывались «lanzas», отсюда и название улицы: Rompelanzas – «ломающая оглобли». Керамическая табличка с названием этой улицы иллюстрирует досадное недоразумение весьма наглядно.

…записался в Коллегию королевских адвокатов. – Коллегия королевских адвокатов сейчас носит название Мадридской коллегии адвокатов – она появилась в Испании третьей, после коллегий Сарагосы и Вальядолида. Была создана в 1596 году по указу Филиппа II, в соответствии с которым были приняты «постановления о конгрегации и братстве Успения Пресвятой Богородицы в память о блаженном святом Иво». Церемония открытия прошла в монастыре Сан-Фелипе-эль-Реаль. Там же первое время располагалась и сама конгрегация, а позже ее перевели в Имперскую коллегию на улице Толедо. Поначалу конгрегация включала тридцать семь членов, сегодня же в коллегию адвокатов входит более семидесяти тысяч человек.

…тень, которая юркнула в переулок Сан-Мигель, направляясь к церкви Сан-Мигель-де-лос-Октоэс. – Переулок Сан-Мигель располагался в галереях Панерос (Суконщиков) рядом с приходом Сан-Мигель-де-лос-Октоэс. После пожара, опустошившего Пласа-Майор в 1790 году, район был перестроен и переулок превратился в улицу Брингас. Название происходит от имени суконщика Антонио Брингаса, известного своими непомерными ценами, о котором говорили: «Если у Брингаса покупаешь, либо торгуешься, либо в трубу вылетаешь». Хотя в XX веке расширение улицы Кава-де-Сан-Мигель потребовало сноса окружающей застройки, первый участок, проходящий между Кава и Калье-Майор, сохранил название «Травесиа-де-Брингас».

Церковь Сан-Мигель-де-лос-Октоэс была одной из старейших в столице, поскольку упоминалась в Мадридском Фуэро 1202 года. Там же крестили Лопе де Вегу, однако в XIX веке церковь была снесена. Сегодня на ее месте располагается рынок Сан-Мигель, название которого напоминает об исчезнувшем храме.

Вы… направитесь к Тапон-дель-Растро. – Тапон-дель-Растро представлял собой скопление домов в начале дороги, ведущей к пригорку Растро, на вершине которого располагалась Бойня (сейчас там площадь генерала Вара-дель-Рей). Названное так потому, что препятствовало движению транспорта (tapón – пробка, затычка), оно было снесено, а вместо него появилась площадь Каскорро. Это «говорящее» название, как и Растро (rastro – след). Согласно наиболее правдоподобной из существующих версий, оно отсылает к кровавым следам от туш животных, которых забивали на городской бойне и отправляли на кожевенные заводы. Особенно яркий след оставляли окровавленные туши на взбиравшейся вверх улице Тенериас, неизменно окрашенной в красный: по ней бежал зловещий ручей, стекавший с вершины холма, где располагалась бойня. Со временем улица Тенериас получила название Рибера-де-Куртидорес («Берег Кожевенников»).

…церковь Санта-Крус с массивной колокольней, самой высокой в городе. – В то время церковь Санта-Крус находилась не в начале Аточи, как сейчас, а на одноименной площади, на углу с улицей Больса. От прежней церкви осталась только часовня Ахустисиадос (Праведных), где сегодня располагается ресторан. Нынешняя церковь Санта-Крус стоит на месте бывшего монастыря Санто-Томас. Отсюда и название прилегающей улицы Санто-Томас, которую со временем назвали «Вердуго» («улица Палача»), потому что там проживал палач инквизиции.

Перед церковью Санта-Крус находилась площадь Ленья. Площадь Ленья возникла на улице Больса, названной так потому, что там помещалась первая фондовая биржа Мадрида (bolsa – биржа), которая сейчас находится на площади Леальдад.

…обветшалые строения, где размещались Дворцовая тюрьма и Палата алькальдов. – Дворцовая тюрьма (Cárcel de Corte), сохранившаяся до наших дней, была сооружена в 1629 году. Строение было настолько монументальным, что жители Мадрида называли его «дворец Санта-Крус» (сегодня в нем расположено министерство иностранных дел). Здесь размещались Дворцовая тюрьма, Палата алькальдов и Провинциальные нотариальные конторы – гильдия, которой было поручено рассматривать судебные дела, в результате чего площадь, прилегающая к Санта-Крус, получила название Провинсия.

Рядом с площадью Санта-Крус находился дом-дворец Франсиско Рамиреса, прославленного советника католических королей, который начал свою карьеру в армии и благодаря успехам в артиллерийском деле стяжал славу, а также прозвище Артиллерист. Вторым браком он женился на Беатрис Галиндо, о которой упоминалось выше (см. примечание к с. 326).

Здание стояло на улице, которая некогда называлась Консепсьон-Херонима, позади Дворцовой тюрьмы. В XIX веке дворец Санта-Крус унаследовал герцог де Ривас, потомок Рамиресов, а потом здание перешло к его сыну, маркизу де Виана, от которого и произошло нынешнее название: дворец Виана. Из-за близости к министерству иностранных дел он стал официальной резиденцией министра. Улица Консепсьон-Херонима, названная так в честь монастыря Консепсьон-Херонима, основанного Беатрис Галиндо, в настоящее время носит имя герцога де Риваса, потомка знаменитого Рамиреса.

Фонтан был известен как «Орфейчик»… – Фонтан Орфея был разрушен в конце XIX века; сохранилась только венчавшая его скульптура, которая в настоящее время находится в Археологическом музее. Тот фонтан, который сегодня мы видим на площади Провинсия, – точная копия оригинального.

Фонтан Орфея питался водой из источника Арройо-де-ла-Кастельяна, который берет начало там, где сейчас находится площадь Эмилио-Кастелар (в ту пору эта местность была пустынной). В XIX веке Фердинанд VII велел соорудить там фонтан в форме обелиска, названный фонтан Кастельяны, чтобы отпраздновать появление на свет своей дочери, принцессы Исабель. Со временем на этом месте воздвигли памятник Эмилио Кастелару, обелиск же перенесли на площадь Мануэля Бесерры. Оттуда он переместился в парк Аргансуэла, а в настоящее время находится в городском парке Мадрид-Рио.

В XVII веке ручей Арройо-де-ла-Кастельяна стекал по склону, пересекал луга Реколетос, Сан-Херонимо и Аточа и уходил под землю в том месте, где сейчас проходит улица Мендес-Альваро. Его наземная часть была превращена в канал Кастельяна, один из самых популярных в Мадриде из-за прозрачной воды; со временем его увели под землю, а на его месте появился проспект, который изначально назывался Делисьяс-де-ла-Пренса в честь будущей Изабеллы II, однако позже был назван Фуэнте-Кастельяна, откуда и происходит сегодняшнее название: Кастельяна.

…дворец Сиснерос в центре… – Дворец Сиснерос уродовал площадь Вилья, поскольку был обращен к ней задней частью, где располагались подсобные помещения, конюшни и загоны. Главный вход располагался в противоположном крыле, выходившем на величественную улицу Сакраменто. Есть мнение, что некогда в нем проживал кардинал Сиснерос, регент Кастилии, правивший до высадки в Испании императора Карла V, и дворец назван его именем, однако это заблуждение. Здание построили после смерти прелата и назвали в честь внучатого племянника кардинала, Бенито Хименеса де Сиснероса, архитектора, который его спроектировал. Арочный проход, соединяющий дворец Сиснерос с Каса-де-ла-Вилья, ведет на одну из двух самых коротких улиц города, носящую, как ни странно, его имя: улица Мадрид.

…два особняка Луханов… – Особняки Луханов, один из которых увенчан башней, были частью многочисленных мадридских владений Луханов, состоятельного рода арагонского происхождения. Построенные в XIV веке, они принадлежали к числу старейших светских построек в Граде и первоначально были собственностью рехидора Гонсало Гарсиа де Оканьи; позже их приобрел Педро де Лухан. Согласно легенде, Франциск I Французский был заключен в башню одного из домов после того, как попал в плен в битве при Павии в 1525 году, и, поскольку он отказался поклониться императору Карлу, последний распорядился опустить решетку ворот так, чтобы рослый француз был вынужден пригнуться. Когда пришло время, Карл прошел первым и ждал, что узник преклонит колена, но тот его перехитрил: развернулся и пролез под решеткой лицом вверх. Сегодня в домах Луханов находятся Королевская академия общественных и политических наук и Мадридское королевское экономическое общество друзей страны. Второй особняк расположен на улице Кодо – именно в нем находятся легендарные ворота.

…дворец, некогда принадлежавший Хуану де Акунье… Дворец Хуана де Акуньи, маркиза Вальесеррато, известен знаменательным событием. В 1615 году принц Астурийский, будущий Филипп IV, стоя на его балконе, приветствовал въезд в Мадрид Изабеллы Бурбонской, с которой заключил брак согласно договору, подписанному в Фонтенбло. Вскоре после того, как маркизу была оказана эта честь, он скончался, и Совет, которому было неудобно собираться в портике соседней обители Сан-Сальвадор, воспользовался возможностью купить дворец, перебрался туда и со временем превратил его в то, что сейчас представляет собой Каса-де-ла-Вилья. Совет заседал там до 2008 года, затем перебрался во Дворец Коммуникаций на площади Сибелес.

…возле… костровища, расположенного позади Пуэрта-де-Алькала… – В XVII веке место, где ныне находится Пуэрта-де-Алькала, было отдаленным и пустынным районом, и по этой причине здесь сжигали осужденных на смерть. Однако в следующем столетии неудержимый рост Мадрида привел к заселению этой окраины людьми, и, поскольку площадка, предназначенная для сожжения грешников, дисгармонировала с жилой застройкой и к тому же распространяла неприятный запах обугленного мяса, ее снесли и построили на ее месте арену для боя быков Пуэрта-де-Алькала. Это была первая официальная арена в городе, поскольку раньше коррида проводилась на Пласа-Майор, а потом на временной арене рядом с Мансанаресом.

Затем местом сожжений стала пустошь Фуэнкарраль, которая со временем превратилась в площадь Руиса Хименеса. Сегодня там, где пылали костры, возвышается здание Принцессы, жилой комплекс, предназначенный для военных и известный своими террасами с вьющимися растениями. До него здесь располагалась больница Принцессы (в настоящее время находящаяся на улице Диего-де-Леон), которая обязана своим названием инфанте Изабелле де Бурбон-и-Бурбон, старшей дочери Изабеллы II и принцессе Астурийской до рождения ее брата, будущего Альфонсо XII. Говорят, что при цементировании почвы для строительства больницы были обнаружены останки некогда сожженных на костре. А одна из улиц, берущих начало на площади Руиса Хименеса, названа в честь самой известной жертвы инквизиции: монаха Бартоломе де Карранса.

…Андреевский крест в память о смирении святого… – Андреевский крест, украшавший санбенито преступников, осужденных инквизицией, лег в основу бургундского креста, поскольку святой Андрей был покровителем герцогства Бургундского, и в его честь Жан I, герцог Бургундский (известный также как Жан Бесстрашный), сделал крест, на котором святой принял мученическую смерть, эмблемой своих войск. Символ прижился в Испании, когда Филипп Красивый унаследовал герцогство от матери, Марии Бургундской, а затем, женившись на Хуане Кастильской (Безумной), взошел на трон. Его носили члены монаршей свиты – обычай, перенятый и преемником, императором Карлом, и соблюдавшийся остальными королями вплоть до Хуана Карлоса I. По этой причине в старину испанские солдаты, в том числе знаменитые пехотинцы терций, носили на своей одежде бургундский крест. С тех пор этот символ присутствует на многих флагах, штандартах, знаменах и прочих знаках отличия, введенных в Испании, и в частности ее вооруженных силах.

…невысокого роста, худощавый, волосы длинные, прямые и с проседью, борода того же вида, глаза темные, зубы недавно выпали. – Подробные физические характеристики заключенных, перечисленные в вынесенном инквизицией приговоре, не являются фантазией автора. В приговорах Священной канцелярии всегда присутствовали подобные описания, поскольку они позволяли выявлять повторные нарушения закона и вновь предавать суду тех, кто их совершал. Описания были настолько детальными, что по ним можно было бы составить фоторобот. Дела по аутодафе, хранящиеся в Национальном историческом архиве, весьма напоминают современную полицейскую картотеку.