Сэм поехала домой. Во рту у нее пересохло, в руль она вцепилась так, что не отдерешь. Когда она добралась, оказалось, что свет на крыльце не горит. Элены не было ни в кухне, ни в гостиной, так что Сэм подошла к маминой спальне, постучалась и заглянула внутрь.

Мать подняла голову. У нее был включен телевизор: передача про расследование убийств; на экране как раз маячила какая-то бледная девица, похожая на Элену.

– А где Элена?

– Ее нет дома? – удивилась мать. – Ну позвони ей.

Сэм закрыла дверь и набрала сестру. Та ответила через два долгих гудка.

– Ты уже дома? – спросила Элена.

– А ты где?

– Гуляю, – отозвалась сестра низким успокаивающим голосом.

– Господи боже. Ты серьезно?

– Мне просто надо было выбраться из дома. Я слишком перевозбудилась. Не сходи с ума, у меня все в порядке, тут люди вокруг. – Где-то на заднем плане залаяла собака, будто подтверждая слова Элены.

Сэм понимала, что такое клаустрофобия и насколько невыносимым может быть напряжение, когда наваливается слишком много забот. А вот зачем ходить гулять туда, где теперь водятся медведи, она не понимала. Иногда лучше посидеть дома, и неважно, насколько тебе тяжело.

– Ты где? Я сейчас за тобой приеду.

– Оставайся дома, – возразила Элена. – Я недалеко. Буду через десять минут.

Вернулась она через пятнадцать. Сэм надо было вставать в полчетвертого утра – сложнее всего, когда на следующий день после поздней смены шла ранняя, – так что она еще раз проверила, как дела у матери, и начала готовиться ко сну. Зубы она чистила, глядя на дорогу из окна гостиной. Наконец появилась Элена. Сэм сплюнула зубную пасту в кухонную раковину и открыла входную дверь.

– Ты с ума сошла, что ли? – воскликнула она.

Элена покачала головой.

– Чего ты нервничаешь?

– Ну я не знаю, – проворчала Сэм, – может, из-за проклятого гризли, как думаешь?

Элена уже зашла в дом и заперла дверь, а Сэм снова сунула зубную щетку в рот.

– Слушай, ну это же дело случая. То, что я на него наткнулась. Он повсюду бродит.

Сэм опять вытащила щетку.

– Похоже, болтается совсем рядом.

– Да он, наверное, уже на Шоу.

Сэм пошла в ванную, Элена за ней. После возвращения сестры Сэм стало поспокойнее. Она убрала щетку в шкафчик и сполоснула рот. В зеркале отражалось лицо Элены, стоявшей у нее за спиной. Ей явно до сих пор было весело.

Сэм повернулась к ней:

– Ты совсем не беспокоишься.

Элена широко ухмыльнулась:

– Нет.

Сэм видела, как блестят зубы у сестры. Видела выпирающий клык, который Элена, когда нервничала, прижимала пальцем, будто пытаясь задвинуть на место.

– И он тебя сегодня не напугал?

– Еще как напугал, – призналась Элена. – Но как только я поняла, что он ничего не собирается со мной делать, я сразу… ну это же круто, разве нет? – Сэм фыркнула, но Элена настойчиво повторила: – Разве нет?

– Ну наверное, – согласилась Сэм.

Сестра до сих пор испытывала радостное возбуждение. Это было слышно по голосу. Она увидела огромное дикое существо и пришла в восторг. Сэм так и представила себе сестру в роли девственницы, избранной для ритуального жертвоприношения. И опасность в виде голодного бога прямо перед ней. И все равно Элена не пострадала.

Сэм не могла не признать, что это круто, да. Только вот…

– Мне не нравится, что он так близко подобрался к нашему дому.

Элена пожала плечами:

– По-моему, у нас все в порядке.

От мятной зубной пасты у Сэм пощипывало щеки изнутри, десны и язык.

– Может, завести собаку?

Сестра рассмеялась.

– Для охраны, – уточнила Сэм.

– Я просто представила себе Джесси.

– Кто это – Джесси?

– Собака Ларсенов, – объяснила Элена. – Помнишь ее? Джесси, вся такая милая и пушистая. Я представила, как она пытается нас защитить.

– О господи, – вздохнула Сэм. Эта собака даже от грумера не сумеет спастись. – Ну хорошо. Может, ружье?

– Сэмми, все отлично. Честно.

Это, конечно, были просто слова: разве они помогут в отсутствие сторожевой собаки или охотничьего ружья? Но Сэм они почему-то утешили. Она поверила, что весь этот ужас скоро пройдет, не оставив у них новых шрамов. Что нигде не прячется дикий зверь. Что не стоит бояться очередного неизгладимого урона. Элена о них позаботится, как всегда. Они обе позаботятся друг о друге.