После панических атак часто развивается агорафобия. Это не просто «боязнь открытых пространств», как думают многие. Агорафобия – это страх оказаться в ситуации, где помощь недоступна или побег затруднен, если случится приступ.

Человек с агорафобией боится не мест самих по себе, а собственных реакций в этих местах. Он боится не самолета, а панической атаки в самолете. Не супермаркета, а возможности почувствовать ужас в супермаркете.

После той атаки в супермаркете жизнь Елены изменилась. Когда через неделю нужно было снова идти за покупками, тело включило сигнал тревоги еще на подходе к зданию. «А что, если снова случится приступ? А что, если на этот раз будет еще хуже?»

Елена развернулась и пошла домой. Это принесло мгновенное облегчение – тревога спала, тело расслабилось. Мозг сделал логичный вывод: «Избегание равно безопасность».

Но агорафобия не останавливается на одном месте. Она растет, как круги на воде от брошенного камня. Сначала опасным стал один магазин, потом все крупные торговые центры, затем любые места, где трудно быстро выйти, потом общественный транспорт.

Через полгода Елена практически не выходила из дома одна. Мир разделился на безопасные и опасные зоны, причем безопасных становилось все меньше.

Агорафобия может показаться иррациональной, но у нее есть четкая внутренняя логика. Вся система строится вокруг одного вопроса: «А что, если случится паническая атака и я не смогу справиться?»

Безопасными считаются места и ситуации, где легко получить помощь или быстро «убежать». Дом безопасен, потому что там можно лечь, принять лекарство, никто не увидит. Больница безопасна, потому что там есть врачи.

Опасными становятся места, где помощь недоступна или бегство затруднено. Лифт опасен, потому что из него нельзя выйти между этажами. Самолет опасен, потому что нельзя приземлиться посреди полета. Пробка опасна, потому что машина заблокирована.

Постепенно список опасных мест расширяется. То, что раньше казалось безобидным, теперь воспринимается как потенциальная ловушка.