Хотя ежедневная газета — характерный знак нашего времени и поэтому газетная типографика могла бы стать образцом хорошего дизайна, остается еще много нерешенных задач. От их решения зависит, поднимется ли качество набора газет на современный уровень типографики.
Сегодняшние газеты мало отличаются от газет 1850-х годов, если не считать того, что заголовки и рубрики печатаются гораздо более жирным шрифтом. Первые газеты были похожи на афиши и памфлеты XVII века, которые, в свою очередь, делались по образцу книжных титулов и страниц. И в дальнейшем, вплоть до нынешних времен, типографика газеты продолжала зависеть от оформления книг. Так как скорость чтения постоянно увеличивается, стали необходимыми различные (более и менее сильные) выделения определенных частей текста. Сейчас это делается при помощи разных кеглей шрифта, разрядки, жирного начертания, межстрочных и межсловных пробелов. Многие из этих приемов используются неумеренно, но здесь речь не об этом. Мы вовсе не критикуем разумные соображения, которыми вызвано применение этих способов. Только благодаря этим приемам стало возможным за несколько минут «прочесть» газету, объем которой часто соответствует объему средней книги, то есть выбрать из всех материалов наиболее важные. Без сомнения, это признак современной эпохи.
А вот шрифты, которыми печатаются газеты, являются пережитком прошлого. За редким исключением в качестве основного шрифта для разделов политики, фельетонов и объявлений используется фрактура. Если для сравнения положить рядом страницу с биржевыми новостями, которая обычно печатается антиквой (например, из газеты «Берлинер тагеблатт»), и страницу политики из той же газеты, то сразу видно, насколько приятнее, красивее и лучше читается набор антиквой (пока эта книга готовилась к печати, газета «Берлинер тагеблатт» первой из крупных ежедневных изданий полностью перешла на антикву). Мнение, будто бы немецкие тексты, набранные антиквой, хуже читаются, чем набранные фрактурой, — наш национальный миф. Задача успешных, прогрессивных газет — сделать первый шаг и печатать всю газету антиквой. Как замечательно выглядят, к примеру, голландские газеты! Они печатают заголовки гротеском, а все остальное обыкновенной антиквой. Правда, почти все немецкие газеты набирают биржевые новости антиквой. В других разделах, преимущественно современных (техника, спорт, литература и кино), антиква все больше вытесняет фрактуру, и это очень улучшает внешний облик газеты! Хочется думать, что скоро все остальные разделы тоже будут печататься антиквой. Еще не пришло то время, когда основным шрифтом станет гротеск. Да и не разработаны пока еще подходящие формы этого шрифта. Но гротеск замечательно подходит на роль выделительного шрифта. В некоторых приложениях к газете «Франкфуртер цайтунг» его с успехом применяют. Правда, надо избегать набора целой строки прописными буквами, это плохо читается. Кроме того, мне кажется, что для этой цели жирный гротеск лучше полужирного, который слабо выделяется на сером фоне основного текста.
В тех разделах, которые печатаются фрактурой, в качестве выделительного шрифта используют фрактуру Бернарда или подобный фрактурный шрифт. С этим я в принципе не согласен. И уж совсем непонятно, когда в заголовках газеты «Франкфуртер цайтунг», подражая шрифту в названии газеты, используют допотопный готический, который вообще нельзя прочесть. Эти иероглифы можно расшифровать лишь с огромным трудом! Очень странный ход для газеты, которая стремится сделать оформление современным и часто добивается в этом успеха.
Мне кажется неправильным, когда в напечатанной газете бывает рисованное название. Наша типографика достаточно разнообразна, чтобы удовлетворить любые требования. Это касается и названия газеты. В старых газетах его форма остается неизменной, даже когда газета переходит на антикву, потому что это «визитная карточка» газеты. Конечно, все, кроме названия, можно набирать антиквой или гротеском, но название, например «Берлинер тагеблатт», несомненно, должно сохранять первоначальную форму. Но это не значит, что новые газеты тоже должны печатать название фрактурой, в этом случае уместен только гротеск. На газетной стойке, среди бесчисленных фрактурных заголовков, гротеск подействует, как бомба!
Пришло время перейти от симметричного расположения заголовков, сохранившегося еще с XIX века (до этого заголовки почти не выделялись), к современной выключке влево, как это сделано, например, в этой книге. Свободное белое пространство в заголовках производит хорошее впечатление и, если можно так выразиться, автоматически выстраивает композицию заголовка. Сейчас симметричная композиция заголовка производит впечатление беспокойного серого пространства, потому что черные названия смешиваются с обрамляющим их белым полем, вместо того чтобы усиливать эффект выделения заголовка.
Так оформлено приложение к газете «Франкфуртер цайтунг» — «Дас технише блатт»: благодаря асимметричной композиции заголовков газета стала очень красивой.
Необходимо убрать вертикальные разделительные линейки между столбцами. Они и лишние, и уродливые. Без них газетная страница выглядит гораздо легче. Вместо рантовых линеек под заголовками и над фельетонами, которые пока еще широко используются, должны стоять простые жирные линии (приблизительно в 4–6 пунктов). Рантовые линии создают ощущение объема, это ненужный и некрасивый орнамент.
Растровые клише в газете смотрятся гораздо лучше без «ободка» (пока что почти неизбежного). И репродукции, сделанные глубокой печатью, должны быть гладко обрезаны. Все рантовые рамочки надо выбросить.
Об оформлении страницы рекламных объявлений уже написано в главе «Рекламные объявления». Большим прогрессом было бы принятие стандартов газетных форматов и ширины столбцов, это устранило бы различные недостатки, виной которых является сегодняшняя неразбериха в форматах.
Разворот японской газеты «Токио асахи» (см. в конце п. «Рекламные объявления»), воспроизведенный в главе о рекламе, показывает, насколько красивой может быть газета. Понятно, что наши газеты выглядят иначе, но по эстетическому воздействию они должны достигнуть уровня японских газет. В любом случае современная газета может стать красивой, если мы будем стремиться к наибольшей ясности и сознательно ориентироваться на требования, которые предъявляет наше время.